Аглая именины

Что означает имя Аглая — «блеск», «радость», «красота».

Происхождение имени Аглая: древнегреческое.

Слово Аглая переводится как «великолепная» или «блестящая», так звали одну из древнегреческих богинь. Девушка с именем Аглая отличается сильным характером и целеустремленностью. Аглая уделяет много времени обучению и карьерному росту, и это не мешает ей строить счастливые семейные отношения.

Сокращенное имя: Аглаюшка, Агланя, Гланя, Глаша.

Какое отчество подходит к имени: Афанасьевна, Андреевна, Степановна.

Имя «Аглая» на английском (перевод) Aglaia.

Значение имени для девочки

Глаша очень обаятельна, но при этом есть в ней какая-то отстраненность, которая действует на людей сдерживающе. Негативное значение слова Аглая – медлительность. Аглая также дарит склонность к морализированию.

Характер имени Аглая

Положительная характеристики имени: Для Глаши характерны достаточная чувственность, а также склонность к роскоши и изысканности. Аглая приносит мечтательность и живое воображение. Эти черты, возможно, заставляют Аглаю остро ощущать свою особенность и неповторимость, что иногда способно спровоцировать множество конфликтных ситуаций с окружающими людьми, которые склонны принимать самостоятельность и независимость поведения за высокомерие и чванство.

Отрицательная характеристика имени: Повышенная чувственность накладывает на характер девушки отпечаток мнительности. Женщина с именем Аглая чрезвычайно чувствительная к замечаниям и обидам. Эмоциональность Глаши в сочетании с импульсивным и порывистым характером может стать взрывоопасной.

Судьба имени Аглая в любви и браке

Аглая непритязательна в семейных отношениях и не любит усложнять себе жизнь. Для Аглаи характерны спокойствие и уравновешенность.

Совместимость с мужскими именами

Мужские имена, подходящие Аглае:

  • Аглая с Август
  • Аглая и Аскольд
  • Аглая и Валерий
  • Аглая и Венедикт
  • Аглая и Максимилиан

Неудачная совместимость имен:

  • Аглая и Арсений
  • Аглая и Всеслав
  • Аглая и Сильвестр.

Таланты, профессия, карьера

Выбор профессии: Вероятно, с самого детства девочка по имени Аглая будет испытывать тягу к какому-либо творчеству, так как в ее глазах духовные ценности будут иметь гораздо более важное значение, чем чисто материальные.

Благосостояние: Аглая редко ограничивает себя домашними заботами, оставляя мужу проблемы материального обеспечения. Аглая стремится реализовать себя вне семьи — на престижной работе или в окружении знаменитых людей.

День ангела Аглаи: Аглая один раз в году отмечает именины: 1 января (19 декабря) — праведная Аглаида проводила жизнь в посте, заботах о бедных и молитве, коими совершала чудеса (IV в.).

Приметы: Если на Аглаиду небо звездное – к урожаю. Дятел начинает стучать – к ранней весне. Зайцы на Аглаиду держатся около жилья – к морозам.

Талисманы Аглаи

  • Зодиак – Козерог
  • Планета — Сатурн
  • Цвет — желтый
  • Благоприятное дерево Аглаи – вяз
  • Заветное растение – горечавка
  • Покровитель – синица
  • Камень-талисман – топаз

Знаменитости с именем Аглая

  1. Аглая носила одна из трех харит, или граций: благодетельных богинь, воплощающих доброе, радостное и вечно юное начало жизни.
  2. Аглая – Одна из героинь романа Ф.М.Достоевского «Идиот».
  3. Аглая – Жена Абанта, мать Акрисия и Прета, братьев-близнецов
  4. Аглая – Жена Амифаона, мать Бианта и Мелампода (версия)
  5. Аглая, дочь Феспия, родившая от Геракла сына Антиада

Склонение имени по падежам

  • Именительный падеж: Аглая
  • Родительный падеж: Аглаи
  • Дательный падеж: Аглае
  • Винительный падеж: Аглаю
  • Творительный падеж: Аглаей
  • Предложный падеж: Аглае

Страница 1 из 5

АГЛАИДА Римская (ум. около 308 г.) – матрона, праведная. Проживала в Риме в годы гонений императора Диоклетиана (284–305 гг.). Ее родители были тайными христианами, но рано умерли, оставив девушку еще очень молодой. Аглаида хотя и верила в глубине души в Христа как в Господа, но к религии была вообще равнодушна и мало думала о своей душе. Гораздо больше ее занимали удовольствия, которым она предавалась без меры. Тем более что в то время в Риме едва ли можно было найти пример для нравственного подражания, поскольку разврат тогда был в обычае у римских вельмож. Аглаида, богатая молодая римлянка, получившая по наследству богатое имение и пользовавшаяся полной свободой, тоже не видела причины ограничивать себя в своих желаниях. Она имела раба Вонифатия и состояла с ним в сожительстве. Вонифатий был молод, красив, сметлив, знал толк в делах, и кроме того, по воспитанию был тоже христианином, правда, придавал этому еще меньше значения, чем его хозяйка. Аглаида сделала его управляющим над своим имением, и с тех пор он жил в ее доме как господин. Пользуясь своим положением, Вонифатий вел распутный образ жизни, любил выпить и поволочиться. Впрочем, был он человеком веселым и не жадным, душа его, еще не успевшая закостенеть в пороках, была способна к состраданию, и часто, увидев нищего или обездоленного, Вонифатий отдавал ему все свои деньги. Оттого, как повествует о нем в своих Четьях Минеях св. Дмитрий Ростовский, Господь призрел его и дал возможность спастись. Однажды вечером, придя к Аглаиде, Вонифатий застал ее не такой, как обычно. Поджав ноги, они сидела на своем ложе с распущенными волосами. Лицо у нее было задумчивое и печальное. Вонифатий сначала подумал, что это минутная хандра, и попробовал прогнать ее поцелуями и шутками, но Аглаида, оттолкнув его от себя, сказала: «Не до того мне сейчас, Вонифатий!» Пожав плечами, юноша налил себе вина и, сев в отдалении, стал с улыбкой смотреть на свою возлюбленную. А она, помолчав немного, вдруг сказала: «Сегодня подумала я, Вонифатий, о своей будущей жизни, и на меня напала грусть». «Стоило ли тогда об этом думать?» – отозвался Вонифатий. «Через 10–15 лет, – продолжала Аглаида, – перестану я быть молодой и привлекательной. Что тогда со мной будет?» «Гораздо прежде того, – отвечал со смехом юноша, – тебя возьмет в жены какой-нибудь старый и богатый сенатор. Ты станешь знатной матроной, нарожаешь детей, но по-прежнему будешь жить в свое удовольствие, как и теперь!» «Ну а потом, когда я состарюсь и пресыщусь жизнью, что меня ждет?» «Смерть, очевидно, – сказал Вонифатий, – что же еще?» «И неужели больше ничего? – спросила девушка. – Помниться, когда я была еще маленькой девочкой, мать рассказывала мне об аде и рае, вечном блаженстве и вечном мучении. Теперь, когда я думаю об этом, мне страшно, Вонифатий!» Юноша, увидев, что этот вопрос в самом деле ее занимает, перестал улыбаться и сказал: «Я понимаю, о чем ты говоришь. Где-то в глубине души я сам чувствую это. Но что поделаешь, если нам суждено быть грешниками? Если бы у меня был наставник, я, наверное, смог бы изменить свою жизнь, но у меня самого для этого никогда не достанет сил. Поэтому, когда смущение и страх нападают на меня, я стараюсь заглушить их вином. Пей и ты! Другого лекарства от нашей болезни нет!» «Когда мы явимся на Суд Божий, – возразила Аглаида, – неужели мы сможем оправдаться такими жалкими оправданиями?» «Чего же ты хочешь от меня?» – рассердился, наконец, Винифатий.

Имя Аглаида — происходит от греческого.

Греческое имя «дочь Аглаи » в значении «дочь красоты и великолепия». Формы: Аглаидка, Аглаша, Глаша, Ида. Именины — 1 января — праведная Аглаида. 4 апреля — мученица Аглаида. Аглаида Римская (+ ок. 308), матрона, праведнаяАглаида, богатая молодая римлянка, имела раба Вонифатия и состояла с ней в беззаконном сожительстве. Но оба они чувствовали угрызения совести и хотели как- то смыть свой грех. И Господь пожалел их и дал им возможность очистить грехи своей кровью и закончить грешную жизнь покаянием. Аглаида узнала, что если с благоговением хранить в доме мощи святых мучеников, то их молитвами легче получить спасение, ибо под их благодатным воздействием умаляются грехи и воцаряются добродетели. Она снарядила Вонифатия на Восток, где в то время шло жестокое гонение на христиан, и просила привезти мощи какого- либо мученика, чтобы он стал их руководителем и покровителем. Вонифатий на прощание, смеясь, спросил: «А что, госпожа, если я не найду мощей, а сам пострадаю за Христа, примешь ли ты мое тело с честью?»Аглаида отнеслась серьезно к его словам и укорила его в том, что он, отправляясь на святое дело, позволяет себе вольности. Св. Вонифатий мученически пострадал в Тарсе, и его спутники выкупили его останки и привезли в Рим. Накануне их прибытия Аглаиде во сне явился ангел и велел ей приготовиться принять бывшего раба ее, а теперь господина и покровителя, сослужителя ангелов. Аглаида призвала клириков, с великим почетом приняла честные мощи, а затем построила на месте его погребения храм во имя святого мученика и положила там мощи, прославившиеся множеством чудес. Раздав нищим все свое имение, она удалилась в монастырь, где провела в покаянии восемнадцать лет и при жизни стяжала чудесный дар изгонять нечистых духов.

дополнить значение имени обновлено: 20 марта в 09:38

Краткие жития мученика Вонифатия Тарсийского и праведной Аглаиды Римской

Свя­той му­че­ник Во­ни­фа­тий был ра­бом бо­га­той мо­ло­дой рим­лян­ки Агла­и­ды и со­сто­ял с ней в без­за­кон­ном со­жи­тель­стве. Но оба они чув­ство­ва­ли угры­зе­ния со­ве­сти и хо­те­ли как-то омыть свой грех. И Гос­подь по­жа­лел их и дал им воз­мож­ность очи­стить гре­хи сво­ей кро­вью и за­кон­чить греш­ную жизнь по­ка­я­ни­ем. Агла­и­да узна­ла, что ес­ли с бла­го­го­ве­ни­ем хра­нить в до­ме мо­щи свя­тых му­че­ни­ков, то их мо­лит­ва­ми лег­че по­лу­чить спа­се­ние, ибо под их бла­го­дат­ным воз­дей­стви­ем ума­ля­ют­ся гре­хи и во­ца­ря­ют­ся доб­ро­де­те­ли. Она сна­ря­ди­ла Во­ни­фа­тия на Во­сток, где в то вре­мя шло же­сто­кое го­не­ние на хри­сти­ан, и про­си­ла при­вез­ти мо­щи ка­ко­го-ли­бо му­че­ни­ка, чтобы он стал их ру­ко­во­ди­те­лем и по­кро­ви­те­лем. Во­ни­фа­тий на про­ща­ние, сме­ясь, спро­сил; «А что, гос­по­жа, ес­ли я не най­ду мо­щей, а сам по­стра­даю за Хри­ста, при­мешь ли ты мое те­ло с че­стью?» Агла­и­да от­нес­лась се­рьез­но к его сло­вам и уко­ри­ла его в том, что он, от­прав­ля­ясь на свя­тое де­ло, поз­во­ля­ет се­бе воль­но­сти. Во­ни­фа­тий за­ду­мал­ся над ее сло­ва­ми и всё вре­мя пу­ти был со­сре­до­то­чен­ным.

При­е­хав в Ки­ли­кию, в го­род Тарс, Во­ни­фа­тий оста­вил в го­сти­ни­це сво­их спут­ни­ков и по­шел на го­род­скую пло­щадь, где му­чи­ли хри­сти­ан. По­тря­сен­ный зре­ли­щем страш­ных пы­ток, ви­дя про­свет­лен­ные бла­го­да­тью Гос­под­ней ли­ца свя­тых му­че­ни­ков, Во­ни­фа­тий по вле­че­нию сво­е­го со­стра­да­тель­но­го серд­ца бро­сил­ся к ним, це­ло­вал им но­ги и про­сил свя­тых мо­литв, чтобы и ему удо­сто­ить­ся по­стра­дать с ни­ми. То­гда су­дья спро­сил Во­ни­фа­тия, кто он. Во­ни­фа­тий от­ве­тил: «Я хри­сти­а­нин», – а за­тем от­ка­зал­ся при­не­сти жерт­ву идо­лам. Его тут же пре­да­ли на му­че­ния: би­ли так, что мя­со от­па­да­ло от ко­стей, вон­за­ли иг­лы под ног­ти, на­ко­нец, вли­ли в гор­ло рас­плав­лен­ное оло­во, но си­лой Гос­под­ней он остал­ся невре­дим. Окру­жав­шие су­ди­ли­ще лю­ди при­шли в воз­му­ще­ние, они ста­ли бро­сать в су­дью кам­ни, а за­тем устре­ми­лись к язы­че­ско­му ка­пи­щу, чтобы низ­верг­нуть идо­лов. На сле­ду­ю­щее утро, ко­гда вол­не­ния несколь­ко за­тих­ли, су­дья рас­по­ря­дил­ся бро­сить свя­то­го му­че­ни­ка в ко­тел с ки­пя­щей смо­лой, но и это не при­чи­ни­ло стра­даль­цу ни­ка­ко­го вре­да: его оро­сил со­шед­ший с небес Ан­гел, а смо­ла вы­ли­лась из кот­ла, вспых­ну­ла и обо­жгла са­мих му­чи­те­лей. То­гда свя­той Во­ни­фа­тий был при­го­во­рен к усе­че­нию ме­чом. Из ра­ны ис­тек­ли кровь и мо­ло­ко; ви­дя та­кое чу­до, око­ло 550 че­ло­век уве­ро­ва­ли во Хри­ста.

Меж­ду тем спут­ни­ки свя­то­го Во­ни­фа­тия, на­прас­но про­ждав его два дня в го­сти­ни­це, ста­ли его разыс­ки­вать, пред­по­ла­гая, что он пре­дал­ся лег­ко­мыс­лен­но­му вре­мя­пре­про­вож­де­нию. Сна­ча­ла по­ис­ки бы­ли без­успеш­ны, но, на­ко­нец, они встре­ти­ли че­ло­ве­ка, быв­ше­го оче­вид­цем му­че­ни­че­ской смер­ти свя­то­го. Этот сви­де­тель и при­вел их ту­да, где еще ле­жа­ло обез­глав­лен­ное те­ло. Спут­ни­ки свя­то­го Во­ни­фа­тия со сле­за­ми про­си­ли у него про­ще­ния за непо­доб­ные мыс­ли о нем и, вы­ку­пив за боль­шие день­ги остан­ки му­че­ни­ка, при­вез­ли их в Рим.

На­ка­нуне их при­бы­тия Агла­и­де во сне явил­ся Ан­гел и ве­лел ей при­го­то­вить­ся при­нять быв­ше­го ра­ба ее, а те­перь гос­по­ди­на и по­кро­ви­те­ля, со­слу­жи­те­ля Ан­ге­лов. Агла­и­да при­зва­ла кли­ри­ков, с ве­ли­ким по­че­том при­ня­ла чест­ные мо­щи, а за­тем по­стро­и­ла на ме­сте его по­гре­бе­ния храм во имя свя­то­го му­че­ни­ка и по­ло­жи­ла там мо­щи, про­сла­вив­ши­е­ся мно­же­ством чу­дес. Раз­дав ни­щим всё свое име­ние, она уда­ли­лась в мо­на­стырь, где про­ве­ла в по­ка­я­нии во­сем­на­дцать лет и при жиз­ни стя­жа­ла чу­дес­ный дар из­го­нять нечи­стых ду­хов. По­хо­ро­ни­ли свя­тую близ мо­ги­лы му­че­ни­ка Во­ни­фа­тия.

Полные жития мученика Вонифатия Тарсийского и праведной Аглаиды Римской

Неко­гда в Ри­ме про­жи­ва­ла од­на жен­щи­на по име­ни Агла­и­да, отец ее Ака­кий был неко­гда на­чаль­ни­ком го­ро­да. Бу­дучи мо­ло­дой и кра­си­вой, об­ла­дая бо­га­ты­ми име­ни­я­ми, до­став­ши­ми­ся по на­след­ству от ро­ди­те­лей, и поль­зу­ясь сво­бод­ной жиз­нью без за­кон­но­го му­жа, она, по­беж­да­е­мая стра­стью немощ­ной пло­ти, про­во­ди­ла дни свои в лю­бо­де­я­нии и гре­хах. Она име­ла у се­бя вер­но­го ра­ба, ко­то­рый был упра­ви­те­лем над до­мом и име­ни­я­ми ее, он был мо­лод и кра­сив. Зва­ли его Во­ни­фа­ти­ем, – и Агла­и­да жи­ла с ним в пре­ступ­ной свя­зи, удо­вле­тво­ряя свое плот­ское во­жде­ле­ние. И нет сты­да го­во­рить о сем, так как да­лее речь бу­дет о бла­жен­ном и чуд­ном из­ме­не­нии их жиз­ни, ибо ко­гда свя­тым воз­да­ет­ся по­хва­ла, то не умал­чи­ва­ет­ся и об их преж­них гре­хах, дабы по­ка­зать, что не все с юных лет бы­ли бла­жен­ны и пра­вед­ны, а име­ли, по­доб­но дру­гим, рас­тлен­ное те­ло, но ис­тин­ным по­ка­я­ни­ем, доб­рой в се­бе пе­ре­ме­ной и ве­ли­ки­ми доб­ро­де­те­ля­ми про­сла­ви­лись сво­ею свя­то­стью. О сем по­вест­ву­ет­ся в жи­ти­ях свя­тых для то­го, чтобы и мы, греш­ные, не от­ча­и­ва­лись, но по­спе­ши­ли бы к ско­ро­му ис­прав­ле­нию, зная, что при по­мо­щи Бо­жи­ей и по­сле гре­хов воз­мож­но быть свя­ты­ми, ес­ли толь­ко са­ми то­го по­же­ла­ем и для то­го по­тру­дим­ся. И дей­стви­тель­но, пре­крас­но то услаж­да­ю­щее серд­це по­вест­во­ва­ние, в ко­то­ром мы слы­шим, что греш­ник, по-ви­ди­мо­му, не име­ю­щий на­деж­ды на спа­се­ние, ста­но­вит­ся сверх ожи­да­ния свя­тым и при­том му­че­ни­ком Хри­сто­вым, по­доб­но свя­то­му Во­ни­фа­тию, ко­то­рый во вре­мя лю­бо­страст­ной жиз­ни слу­жил гре­ху, а по­том сде­лал­ся ис­по­вед­ни­ком, доб­лест­ным по­движ­ни­ком и слав­ным стра­даль­цем за Хри­ста. Во­ни­фа­тий во вре­мя сво­ей рас­пут­ной жиз­ни был ра­бом гре­ха, од­на­ко имел неко­то­рые, до­стой­ные по­хва­лы, доб­ро­де­те­ли: он был ми­ло­стив к ни­щим, люб­ве­оби­лен к стран­ни­кам и от­зыв­чив ко всем на­хо­дя­щим­ся в несча­стии; од­ним ока­зы­вал щед­рые ми­ло­сты­ни, дру­гим с лю­бо­вью до­став­лял успо­ко­е­ние, иным с со­чув­стви­ем ока­зы­вал по­мощь. Имея твер­дое же­ла­ние ис­пра­вить­ся, Во­ни­фа­тий ча­сто мо­лил­ся Бо­гу, чтобы Он из­ба­вил его от диа­воль­ских коз­ней и по­мог ему сде­лать­ся гос­по­ди­ном над сво­и­ми во­жде­ле­ни­я­ми и стра­стя­ми. И Гос­подь не пре­зрел ра­ба Сво­е­го и не по­пустил ему еще бо­лее по­гряз­нуть в нечи­сто­те гре­хов­ной, но бла­го­из­во­лил устро­ить так, что нечи­стые де­ла его бы­ли омы­ты про­ли­ти­ем кро­ви его, и через это са­мое ду­ша его сде­ла­лась как бы цар­скою баг­ря­ни­цей и увен­ча­лась вен­цом му­че­ни­че­ским. Это со­вер­ши­лось сле­ду­ю­щим об­ра­зом.

В то вре­мя бы­ло силь­ное го­не­ние на хри­сти­ан, глу­бо­кая идоль­ская тьма по­кры­ва­ла весь Во­сток, и мно­го ве­ру­ю­щих бы­ло му­чи­мо и уби­ва­е­мо за Хри­ста. Гос­по­же Во­ни­фа­тия Агла­и­де яви­лась спа­си­тель­ная мысль и силь­ное непре­одо­ли­мое же­ла­ние иметь в сво­ем до­ме му­че­ни­че­ские мо­щи. Не имея из сво­их слуг ни­ко­го вер­нее и ис­пол­ни­тель­нее Во­ни­фа­тия, она по­зва­ла его, от­кры­ла ему свое же­ла­ние и на­едине ска­за­ла:

– Ты сам зна­ешь, брат о Хри­сте, сколь мно­ги­ми гре­ха­ми осквер­не­ны мы, со­всем не за­бо­тясь о бу­ду­щей жиз­ни и спа­се­нии; как же мы пред­ста­нем на страш­ный суд Бо­жий, на ко­то­ром долж­ны по сво­им де­лам быть осуж­де­ны на тяж­кие му­че­ния? Но от од­но­го бла­го­че­сти­во­го му­жа я слы­ша­ла, что ес­ли кто име­ет у се­бя мо­щи му­че­ни­ков Хри­сто­вых и чтит их, тот по­лу­ча­ет по­мощь ко спа­се­нию и в до­ме то­го грех не умно­жа­ет­ся, так что та­ко­вой мо­жет да­же до­стиг­нуть то­го веч­но­го бла­жен­ства, ка­ко­го спо­до­би­лись свя­тые му­че­ни­ки. Те­перь мно­гие, го­во­рят, со­вер­ша­ют по­дви­ги за Хри­ста и, от­да­вая те­ла свои на му­че­ния, по­лу­ча­ют му­че­ни­че­ские вен­цы. По­слу­жи мне: ныне на­сту­пи­ло вре­мя по­ка­зать те­бе, дей­стви­тель­но ли ты име­ешь лю­бовь ко мне. Ско­рее сту­пай в те стра­ны, где воз­двиг­ну­то го­не­ние на хри­сти­ан, и по­ста­рай­ся при­не­сти мне мо­щи од­но­го из свя­тых му­че­ни­ков, дабы с че­стью по­ло­жить их у се­бя и по­стро­ить храм то­му му­че­ни­ку и все­гда иметь его сво­им хра­ни­те­лем, за­щит­ни­ком и по­сто­ян­ным хо­да­та­ем пред Бо­гом.

Вы­слу­шав Агла­и­ду, Во­ни­фа­тий с ра­до­стью со­гла­сил­ся на ее пред­ло­же­ние и вы­ра­зил пол­ную го­тов­ность ид­ти в путь. Гос­по­жа да­ла ему мно­го зо­ло­та, по­то­му что нель­зя бы­ло взять му­че­ни­че­ских тел без по­дар­ков и зо­ло­та: нече­сти­вые му­чи­те­ли, ви­дя силь­ную лю­бовь и усер­дие хри­сти­ан к мо­щам, не от­да­ва­ли их да­ром, но про­да­ва­ли по до­ро­гой цене и, та­ким об­ра­зом, при­об­ре­та­ли се­бе боль­шие до­хо­ды. Во­ни­фа­тий взял у сво­ей гос­по­жи мно­го зо­ло­та, ча­стью на вы­куп му­че­ни­че­ских мо­щей, а ча­стью на раз­да­чу ми­ло­сты­ни ни­щим, при­го­то­вил так­же мно­го раз­лич­ных бла­го­во­ний, по­лот­на и все­го, что по­треб­но бы­ло для об­ви­тия чест­ных му­че­ни­че­ских тел. Взяв с со­бою еще мно­го ра­бов, по­мощ­ни­ков и ко­ней, он со­брал­ся в путь. Вы­хо­дя из до­му, он, сме­ясь, ска­зал сво­ей гос­по­же:

– А что бу­дет, гос­по­жа, ес­ли я не най­ду ни­ка­ко­го те­ла му­че­ни­ка, и мое те­ло, за­му­чен­ное за Хри­ста, при­не­сут к те­бе, – при­мешь ли ты его то­гда с че­стью?

Агла­и­да, рас­сме­яв­шись, на­зва­ла его пья­ни­цей и греш­ни­ком и, уко­ряя его, ска­за­ла:

– Ныне вре­мя, брат мой, не для глум­ле­ния, а для бла­го­го­ве­ния. Те­бе сле­ду­ет во вре­мя пу­ти тща­тель­но охра­нять се­бя от вся­ко­го бес­чин­ства и глум­ле­ния: свя­тое де­ло долж­но со­вер­шать чест­но и бла­го­чин­но, и в пу­ти сем те­бе сле­ду­ет пре­бы­вать в сми­ре­нии и воз­дер­жа­нии, помни, что ты со­би­ра­ешь­ся слу­жить свя­тым мо­щам, до ко­то­рых мы не толь­ко кос­нуть­ся, но да­же и взгля­нуть на них недо­стой­ны. Иди с ми­ром, Бог же, зрак ра­ба при­няв­ший и за нас кровь Свою про­лив­ший, да про­стит гре­хи на­ши и по­шлет те­бе Ан­ге­ла Сво­е­го и на­пра­вит те­бя на доб­рый и бла­го­по­луч­ный путь.

Во­ни­фа­тий при­нял к серд­цу при­ка­за­ние сво­ей гос­по­жи и от­пра­вил­ся в путь, раз­мыш­ляя в уме о том, к че­му он дол­жен бу­дет при­ка­сать­ся сво­и­ми осквер­нен­ны­ми, греш­ны­ми ру­ка­ми. Во­ни­фа­тий стал со­кру­шать­ся о сво­их преж­них гре­хах и ре­шил по­стить­ся: не есть мя­са, не пить ви­на, а усерд­но и ча­сто мо­лить­ся, чтобы прид­ти в страх Бо­жий. Страх же – отец вни­ма­ния, а вни­ма­ние – ма­терь внут­рен­не­го по­коя, от ко­то­ро­го рож­да­ет­ся на­ча­ло и ко­рень по­ка­я­ния. Так Во­ни­фа­тий на­са­дил в се­бе ко­рень по­ка­я­ния, на­чав со стра­ха Бо­жия, вни­ма­ния к се­бе и непре­стан­ных мо­литв, он стя­жал се­бе же­ла­ние к со­вер­шен­но­му жи­тию.

Ко­гда Во­ни­фа­тий до­стиг Ма­лой Азии и во­шел в зна­ме­ни­тый ки­ли­кий­ский го­род Тарс, в нем то­гда при ца­ре Дио­кли­ти­ане и со­пра­ви­те­ле его Мак­си­ми­ане бы­ло воз­двиг­ну­то же­сто­кое го­не­ние на хри­сти­ан, и ве­ру­ю­щие под­вер­га­лись тяж­ким му­че­ни­ям. Оста­вив ра­бов в го­сти­ни­це, он по­ве­лел им от­дох­нуть, а сам, не от­ды­хая, тот­час же по­шел смот­реть на стра­да­ния му­че­ни­ков, о ко­то­рых рань­ше слы­шал. При­дя на ме­сто му­че­ния, Во­ни­фа­тий уви­дал мно­же­ство на­ро­да, со­брав­ше­го­ся смот­реть на про­из­во­ди­мые хри­сти­а­нам му­че­ния. Всем им бы­ла объ­яв­ле­на лишь од­на ви­на: хри­сти­ан­ская ве­ра и бла­го­че­сти­вая жизнь, но му­ки на них бы­ли на­ла­га­е­мы нерав­ные и неоди­на­ко­вые: один ви­сел вниз го­ло­вою, а на зем­ле под ним был раз­ве­ден огонь, дру­гой был кре­сто­об­раз­но при­вя­зан к че­ты­рем стол­бам, иной – ле­жал пе­ре­пи­лен­ный пи­лой, ино­го му­чи­те­ли стро­га­ли ост­ры­ми ору­ди­я­ми, ино­му – вы­ка­лы­ва­ли гла­за, дру­го­му – от­се­ка­ли чле­ны те­ла, ино­го на­де­ва­ли на кол и, под­няв от зем­ли, утвер­жда­ли кол в зем­ле, так что он про­хо­дил ему до шеи, у ино­го ко­сти бы­ли сло­ма­ны, у ино­го – ру­ки и но­ги бы­ли от­се­че­ны, и он, по­доб­но клуб­ку, ка­тал­ся по зем­ле, но на всех ли­цах бы­ла вид­на ду­хов­ная ра­дость, по­то­му что, пе­ре­но­ся нестер­пи­мые для че­ло­ве­ка му­че­ния, они укреп­ля­е­мы бы­ли бла­го­да­тью Бо­жи­ею. Бла­жен­ный Во­ни­фа­тий с вни­ма­ни­ем смот­рел на все это, то удив­ля­ясь му­же­ствен­но­му тер­пе­нию му­че­ни­ков, то же­лая се­бе та­ко­го же вен­ца, по­том, ис­пол­нив­шись Бо­же­ствен­ной рев­но­сти и став по­сре­ди то­го ме­ста, на­чал об­ни­мать всех явив­ших се­бя му­че­ни­ка­ми, ко­то­рых бы­ло уже че­ло­век два­дцать, и, в слух всех, гром­ко вос­клик­нул:

– Ве­лик Бог хри­сти­ан­ский! Ве­лик Он, ибо по­мо­га­ет ра­бам Сво­им и укреп­ля­ет их в столь ве­ли­ких му­ках!

Про­из­не­ся это, он сно­ва стал ло­бы­зать му­че­ни­ков и с лю­бо­вию це­ло­вать их но­ги, а у тех, ко­то­рые не име­ли ног, осталь­ные ча­сти те­ла, об­ни­мая му­че­ни­ков, при­жи­мал он их к гру­ди, на­зы­вая их бла­жен­ны­ми, по­то­му что, пре­тер­пев му­же­ствен­но крат­ковре­мен­ные му­ки, они тот­час по­лу­чат веч­ный по­кой, от­ра­ду и бес­ко­неч­ную ра­дость, при этом Во­ни­фа­тий мо­лил­ся о се­бе, чтобы и ему быть со­дру­гом му­че­ни­ков в та­ком по­дви­ге и при­част­ни­ком вен­ца, ко­то­рый они по­лу­ча­ют от По­дви­го­по­лож­ни­ка – Хри­ста. Весь на­род устре­мил свои взо­ры на него, осо­бен­но су­дья, ко­то­рый му­чил свя­тых стра­даль­цев. Ви­дя пе­ред со­бою в ли­це Во­ни­фа­тия при­шле­ца и незна­ко­мо­го че­ло­ве­ка, он спро­сил: кто он и от­ку­да? И тот­час, при­ка­зав схва­тить его и при­ве­сти к се­бе, спро­сил:

– Кто ты?

– Хри­сти­а­нин! – от­ве­чал свя­той.

Но су­дья хо­тел знать его имя и про­ис­хож­де­ние. От­ве­чая на это, свя­той ска­зал:

– Пер­вое и са­мое лю­би­мое мое имя – хри­сти­а­нин, при­шел же сю­да я из Ри­ма, а ес­ли хо­чешь узнать и то имя, ко­то­рое мне да­но от ро­ди­те­лей, то ме­ня зо­вут Во­ни­фа­ти­ем.

– Итак, Во­ни­фа­тий, – ска­зал су­дья, – при­сту­пи к на­шим бо­гам, по­ка я не рас­тер­зал тво­ей пло­ти и ко­стей, и при­не­си им жерт­ву. То­гда ты удо­сто­ишь­ся мно­гих благ, уми­ло­сти­вишь бо­гов, из­ба­вишь­ся от гро­зя­щих те­бе мук и от нас по­лу­чишь мно­го да­ров.

В от­вет на это Во­ни­фа­тий ска­зал:

– Не сле­до­ва­ло бы мне да­же и от­ве­чать на твои сло­ва, но я сно­ва ска­жу то, что уже мно­го раз по­вто­рял: я – хри­сти­а­нин, и толь­ко это ты услы­шишь от ме­ня, а ес­ли не же­ла­ешь слы­шать это­го, то де­лай со мной, что те­бе угод­но!

Ко­гда Во­ни­фа­тий про­из­нес сии сло­ва, тот­час су­дья по­ве­лел раз­деть его, по­ве­сить вверх но­га­ми и силь­но бить. И свя­той был би­ен так силь­но, что от те­ла его от­па­да­ли це­лые кус­ки мя­са и об­на­жа­лись ко­сти. Он же, как бы не чув­ствуя стра­да­ний и не за­бо­тясь о по­лу­ча­е­мых ра­нах, устрем­лял лишь гла­за свои на свя­тых му­че­ни­ков, ви­дя в их стра­да­ни­ях при­мер для се­бя и уте­ша­ясь тем, что удо­сто­ил­ся вме­сте с ни­ми стра­дать за Хри­ста. По­том му­чи­тель по­ве­лел немно­го осла­бить ему му­ки и, пы­та­ясь сно­ва убе­дить его сло­ва­ми, ска­зал:

– Во­ни­фа­тий, это на­ча­ло му­че­ния пусть по­слу­жит те­бе к ука­за­нию, что те­бе луч­ше из­брать: вот ты ис­пы­тал нестер­пи­мые стра­да­ния, об­ра­зумь­ся же, ока­ян­ный, и при­не­си жерт­ву, а то немед­лен­но под­верг­нешь­ся еще боль­шим и лю­тей­шим стра­да­ни­ям.

Свя­той воз­ра­зил:

– За­чем по­веле­ва­ешь мне непри­стой­ное, о безум­ный! Я не мо­гу и слы­шать о тво­их бо­гах, а ты по­веле­ва­ешь мне при­не­сти жерт­ву им!

То­гда су­дья в силь­ном гне­ве по­ве­лел вон­зить ему ост­рые иг­лы под ног­ти на ру­ках и но­гах, но свя­той, воз­ве­дя очи и ум к небу, мол­ча тер­пел. За­тем су­дья при­ду­мал но­вое му­че­ние: он по­ве­лел рас­то­пить оло­во и влить в рот свя­то­му. Ко­гда оло­во рас­топ­ля­лось, свя­той, воз­дев к небу ру­ки свои, мо­лил­ся:

– Гос­по­ди Бо­же мой, Иису­се Хри­сте, укре­пив­ший ме­ня в пе­ре­не­сен­ных мною му­ках, пре­бу­ди и ныне со мною, об­лег­чая мои стра­да­ния. Ты – един­ствен­ное мое уте­ше­ние: да­руй же мне яв­ное зна­ме­ние то­го, что Ты по­мо­га­ешь по­бе­дить мне са­та­ну и это­го непра­вед­но­го су­дью: ра­ди Те­бя, как Сам Ты зна­ешь, я стра­даю.

Окон­чив эту мо­лит­ву, Во­ни­фа­тий об­ра­тил­ся и к свя­тым му­че­ни­кам с прось­бою, чтобы они сво­и­ми мо­лит­ва­ми по­мог­ли ему пре­тер­петь страш­ную му­ку. Му­чи­те­ли, при­сту­пив к нему, от­кры­ли ему рот же­лез­ны­ми ору­ди­я­ми и вли­ли оло­во ему в гор­ло, но не при­чи­ни­ли вре­да свя­то­му. При­сут­ство­вав­шие при му­че­ни­ях, уви­дев та­кую же­сто­кость, со­дрог­ну­лись и ста­ли вос­кли­цать:

– Ве­лик Бог хри­сти­ан­ский! Ве­лик есть Царь – Хри­стос! Все ве­ру­ем в Те­бя, Гос­по­ди!

Так вос­кли­цая, все об­ра­ти­лись к близ­на­хо­дя­ще­му­ся идоль­ско­му ка­пи­щу, же­лая уни­что­жить его, на су­дью же гром­ко него­до­ва­ли и бро­са­ли в него кам­ня­ми, чтобы убить его. Су­дья, встав с су­дей­ско­го ме­ста, со сты­дом убе­жал в свой дом, а Во­ни­фа­тия по­ве­лел дер­жать под стра­жей.

Утром, ко­гда вол­не­ние утих­ло и на­род­ное вос­ста­ние при­оста­но­ви­лось, су­дья сно­ва явил­ся на су­дей­ское ме­сто и, при­звав Во­ни­фа­тия, ху­лил имя Хри­сто­во и глу­мил­ся над тем, как рас­пят был Хри­стос. Свя­той, не тер­пя ху­ле­ний на Гос­по­да сво­е­го, сам про­из­нес мно­го до­са­ди­тель­ных для судьи слов, в свою оче­редь ру­гая без­душ­ных бо­гов и об­ли­чая ослеп­ле­ние и безу­мие по­кло­ня­ю­щих­ся им, и тем са­мым еще бо­лее раз­гне­вал су­дью, ко­то­рый немед­лен­но по­ве­лел рас­то­пить ко­тел смо­лы и бро­сить в него свя­то­го му­че­ни­ка. Но Гос­подь не оста­вил Сво­е­го ра­ба: вне­зап­но со­шел с неба Ан­гел и оро­сил му­че­ни­ка в кот­ле, ко­гда же смо­ла вы­ли­лась, то во­круг об­ра­зо­ва­лось силь­ное пла­мя, ко­то­рое по­па­ли­ло мно­гих сто­яв­ших око­ло нече­сти­вых языч­ни­ков. Свя­той же вы­шел здо­ро­вым, не по­лу­чив от смо­лы и ог­ня ни­ка­ко­го вре­да. То­гда му­чи­тель, ви­дя си­лу Хри­сто­ву, ис­пу­гал­ся, как бы ему са­мо­му не по­стра­дать, и по­ве­лел тот­час усечь Во­ни­фа­тия ме­чом. Во­и­ны, взяв му­че­ни­ка, по­ве­ли его на усе­че­ние. Свя­той же, вы­про­сив для се­бя неко­то­рое вре­мя для мо­лит­вы, об­ра­тил­ся к во­сто­ку и мо­лил­ся:

– Гос­по­ди, Гос­по­ди Бо­же! Спо­до­би ме­ня ми­ло­стей Тво­их и будь мне по­мощ­ни­ком, чтобы враг за мои гре­хи, безум­но со­де­ян­ные, не пре­гра­дил путь к небу, но при­и­ми с ми­ром мою ду­шу и вчи­ни ме­ня вме­сте с свя­ты­ми му­че­ни­ка­ми, про­лив­ши­ми за Те­бя кровь и со­хра­нив­ши­ми ве­ру до кон­ца; ста­до же, при­об­ре­тен­ное Тво­ею чест­ною Кро­вию, лю­дей Тво­их, Хри­сте, близ­ких мне, из­бавь от вся­ко­го нече­стия и язы­че­ско­го за­блуж­де­ния, ибо Ты бла­го­сло­вен и пре­бы­ва­ешь во ве­ки!

Так по­мо­лив­шись, Во­ни­фа­тий пре­кло­нил го­ло­ву под меч и был усе­чен, от ра­ны его ис­тек­ла кровь вме­сте с мо­ло­ком. Невер­ные, ви­дя чу­до это, об­ра­ти­лись тот­час ко Хри­сту – чис­лом око­ло 550 че­ло­век, и, оста­вив мерз­ких идо­лов, при­со­еди­ни­лись к вер­ным. Та­ко­ва бы­ла кон­чи­на свя­то­го Во­ни­фа­тия, ко­то­рый, от­прав­ля­ясь из до­му в путь, пред­ска­зал, сме­ясь, сво­ей гос­по­же то, что дей­стви­тель­но до­ка­зал и со­вер­шил на де­ле.

Меж­ду тем дру­зья Во­ни­фа­тия и ра­бы Агла­и­ды, при­шед­шие с ним для отыс­ка­ния мо­щей, не зная ни­че­го о слу­чив­шем­ся, си­де­ли в го­сти­ни­це и ожи­да­ли Во­ни­фа­тия. Ви­дя, что он к ве­че­ру не воз­вра­ща­ет­ся, они удив­ля­лись, не ви­дя его и всю ночь, а так­же и утром на дру­гой день, на­ча­ли су­дить и дур­но от­зы­вать­ся о нем (как по­сле са­ми рас­ска­зы­ва­ли), пред­по­ла­гая, что он где-ни­будь на­пил­ся и про­во­дит вре­мя с блуд­ни­ца­ми:

– Вот, – го­во­ри­ли они, сме­ясь, – как наш Во­ни­фа­тий при­шел отыс­ки­вать свя­тые мо­щи!

Но так как он не воз­вра­щал­ся и в дру­гую ночь, и на тре­тий день, то они на­ча­ли недо­уме­вать и ис­ка­ли его, хо­дя по все­му го­ро­ду и рас­спра­ши­вая о нем. Слу­чай­но, или, луч­ше ска­зать, по Бо­жию усмот­ре­нию они встре­ти­ли че­ло­ве­ка, ко­то­рый был бра­том ком­мен­та­ри­сия, и спро­си­ли его, не ви­дел ли он од­но­го че­ло­ве­ка, стран­ни­ка, при­шед­ше­го сю­да. Тот от­ве­тил, что вче­ра неко­то­рый чу­же­стран­ный муж, по­стра­дав за Хри­ста на ме­сте му­че­ний, осуж­ден был на смерть и усе­чен ме­чом.

– Не знаю, – го­во­рил он, – тот ли это, ко­го вы ище­те? Ска­жи­те, ка­ков он ви­дом?

Они опи­са­ли внеш­ний вид Во­ни­фа­тия, что он неве­лик ро­стом, име­ет ры­жие во­ло­сы; пе­ре­да­ли так­же и о дру­гих при­ме­тах его ли­ца. То­гда че­ло­век тот ска­зал им:

– На­вер­ное, это и есть тот, ко­го вы ище­те!

Но они не по­ве­ри­ли, го­во­ря:

– Не зна­ешь ты то­го че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го мы ищем.

И, бе­се­дуя меж­ду со­бой, вспо­ми­на­ли преж­ний ха­рак­тер Во­ни­фа­тия, ру­га­лись над ним и го­во­ри­ли:

– Раз­ве пья­ни­ца и рас­пут­ник бу­дет стра­дать за Хри­ста?!

Но брат ком­мен­та­ри­сия на­ста­и­вал на сво­ем.

– По на­руж­но­сти та­кой, как вы го­во­ри­те, че­ло­век вче­ра и тре­тье­го дня, дей­стви­тель­но, был му­чим на су­де, – ска­зал он, – впро­чем, что же пре­пят­ству­ет вам? Иди­те – и са­ми уви­ди­те те­ло его, ле­жа­щее на ме­сте, где он был усе­чен.

Они от­пра­ви­лись сле­дом за тем че­ло­ве­ком, при­шли на ме­сто му­че­ния, где сто­я­ла во­ен­ная стра­жа, чтобы те­ла му­че­ни­ков не бы­ли по­хи­ща­е­мы хри­сти­а­на­ми. Шед­ший впе­ре­ди че­ло­век по­ка­зал им на ле­жа­ще­го усе­чен­но­го му­че­ни­ка и ска­зал:

– Не тот ли это, ко­го вы ище­те?

Ко­гда они уви­да­ли те­ло му­че­ни­ка, тот­час же на­ча­ли узна­вать дру­га сво­е­го, а ко­гда го­ло­ву его, ле­жав­шую от­дель­но, при­ло­жи­ли к ту­ло­ви­щу, со­вер­шен­но удо­сто­ве­ри­лись, что это – Во­ни­фа­тий, и весь­ма уди­ви­лись, а вме­сте с тем ста­ли чув­ство­вать и стыд, по­то­му что ду­ма­ли и го­во­ри­ли о нем дур­но, бо­я­лись и то­го, чтобы не по­стиг­ло их на­ка­за­ние за то, что осуж­да­ли свя­то­го и сме­я­лись над его жиз­нью, не зная его сер­деч­ных по­мыш­ле­ний и доб­ро­го на­ме­ре­ния.

Ко­гда они смот­ре­ли на ли­цо свя­то­го и бы­ли в силь­ном изум­ле­нии, вдруг уви­де­ли, что Во­ни­фа­тий по­не­мно­гу стал от­кры­вать гла­за, и ми­ло­сти­во смот­рит на них, как на сво­их дру­зей, уста улы­ба­ют­ся, ли­цо све­тит­ся, как буд­то по­ка­зы­вая вид, что он про­ща­ет им все их пре­гре­ше­ния про­тив него.

Они ужас­ну­лись и вме­сте об­ра­до­ва­лись и, про­ли­вая теп­лые сле­зы, пла­ка­ли над ним, го­во­ря:

– Раб Хри­стов, за­будь гре­хи на­ши, что мы непра­вед­но осуж­да­ли твою жизнь и без­рас­суд­но ру­га­лись над то­бой!

За­тем они от­да­ли нече­сти­вым 500 зо­ло­тых монет и взя­ли те­ло и го­ло­ву свя­то­го Во­ни­фа­тия, по­ма­зав бла­го­вон­ны­ми ма­стя­ми, по­ви­ли их чи­сты­ми пла­ща­ни­ца­ми и, по­ло­жив в ков­че­ге, от­пра­ви­лись к се­бе до­мой, ве­зя те­ло му­че­ни­ка гос­по­же сво­ей. Ко­гда они при­бли­жа­лись к Ри­му, Ан­гел Бо­жий явил­ся во сне Агла­и­де и ска­зал:

– Го­товь­ся при­нять то­го, кто был рань­ше у те­бя слу­гой, ныне же стал на­шим бра­том и со­слу­жи­те­лем, при­ми то­го, кто был ра­бом у те­бя, а те­перь бу­дет тво­им гос­по­ди­ном, и бла­го­го­вей­но по­чи­тай его, по­то­му что он хра­ни­тель ду­ши тво­ей и за­щит­ник тво­ей жиз­ни.

Она, проснув­шись, ужас­ну­лась, взяв тот­час же несколь­ко по­чтен­ных цер­ков­ных кли­ри­ков, вы­шла на­встре­чу свя­то­му му­че­ни­ку Во­ни­фа­тию, ко­то­ро­го рань­ше по­сы­ла­ла в путь как ра­ба, а по воз­вра­ще­нии при­ня­ла его в дом свой бла­го­го­вей­но со сле­за­ми как гос­по­ди­на. И вспом­ни­ла она то про­ро­че­ство, ко­то­рое из­рек свя­той, от­хо­дя в путь, и бла­го­да­ри­ла Бо­га, устро­ив­ше­го так, что свя­той Во­ни­фа­тий за свои и ее гре­хи стал жерт­вою, бла­го­при­ят­ною Бо­гу. В име­нии сво­ем, от­сто­яв­шем от Ри­ма в 50 ста­ди­ях, Агла­и­да по­стро­и­ла чуд­ный храм во имя свя­то­го му­че­ни­ка Во­ни­фа­тия, и в нем по­ста­ви­ла свя­тые мо­щи, уже по­сле то­го как мно­гие чу­де­са ста­ли со­вер­шать­ся по мо­лит­вам му­че­ни­ка, ис­те­ка­ли мно­го­раз­лич­ные ис­це­ле­ния боль­ным, из­го­ня­лись из лю­дей бе­сы, и мно­гие мо­ля­щи­е­ся у гро­ба свя­то­го по­лу­ча­ли ис­пол­не­ние сво­их про­ше­ний.

По­сле и са­ма бла­жен­ная Агла­и­да, раз­де­лив все свое име­ние ни­щим и убо­гим, от­рек­лась от ми­ра и, про­жив еще 18 лет в ве­ли­ком по­ка­я­нии, с ми­ром умер­ла и при­со­еди­ни­лась к свя­то­му му­че­ни­ку Во­ни­фа­тию, бу­дучи по­ло­же­на ря­дом с его гро­бом.

Так сия дво­и­ца свя­тых, чу­дес­но из­ме­нив преж­нюю свою жизнь, по­лу­чи­ла доб­рый ко­нец, один, кро­вью омыв свои гре­хи, удо­сто­ил­ся му­че­ни­че­ско­го вен­ца, дру­гая же сле­за­ми и су­ро­вою жиз­нью очи­сти­ла се­бя от плот­ской сквер­ны; и оба яви­лись оправ­дан­ны­ми и непо­роч­ны­ми пе­ред Гос­по­дом Иису­сом Хри­стом, Ко­то­ро­му сла­ва во ве­ки. Аминь.

При­ме­ча­ния

Не включена в современный Месяцеслов Русской Православной Церкви.

Ки­ли­кия – юго-во­сточ­ная рим­ская про­вин­ция Ма­лой Азии. – Тарс – боль­шой и на­се­лен­ный го­род этой про­вин­ции, в юж­ной части ее, в пло­до­нос­ной рав­нине, при ре­ке Кидне, неда­ле­ко от него впа­да­ю­щей в Сре­ди­зем­ное мо­ре, – до­се­ле до­воль­но зна­чи­тель­ный тор­го­вый го­род.

Св. му­че­ник Во­ни­фа­тий по­стра­дал и скон­чал­ся 19 де­каб­ря 290 г.

Ко­мен­та­ри­сий – на­чаль­ник над тюрь­ма­ми в Рим­ской им­пе­рии и де­ло­про­из­во­ди­тель при су­деб­ных про­цес­сах, про­из­во­див­ший пред­ва­ри­тель­ные рас­сле­до­ва­ния над об­ви­ня­е­мы­ми, осо­бен­но над хри­сти­ан­ски­ми му­че­ник­а­ми.

Ста­дия – ме­ра дли­ны в 88 са­же­ней; след., 50 ста­дий рав­ня­ют­ся без ма­ло­го 9 вер­стам. Го­ло­ву св. Во­ни­фа­тия ви­дел впо­след­ствии в Кон­стан­ти­но­по­ле в 1200 г. рус­ский па­лом­ник Ан­то­ний. Над хра­мом свя­то­го Во­ни­фа­тия в Ри­ме, по­стро­ен­но­го ему еще Агла­и­дою, по­сле со­ору­жен бо­лее об­шир­ный храм во имя св. Алек­сия, че­ло­ве­ка Бо­жия, и мо­щи обо­их свя­тых в 1216 г. пе­ре­не­се­ны из ниж­ней церк­ви в но­вую верх­нюю, в риз­ни­це ко­то­рой в на­сто­я­щее вре­мя чест­ные го­ло­вы их хра­нят­ся от­дель­но.

По рим­ским ак­там свв. му­че­ни­ков и гре­че­ско­му си­нак­са­рю свя­то­гор­ца Ни­ко­ди­ма, Агла­и­да по­сле по­дви­гов удо­сто­и­лась да­же да­ра чу­дес и из­гна­ния де­мо­нов, она при­чис­ле­на к ли­ку свя­тых, и па­мять ее празд­ну­ет­ся вме­сте с св. му­че­ни­ком Во­ни­фа­ти­ем.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *