Арамейском языке

Интервью с Сергеем Лёзовым
«Троицкий вариант» №9(203), 3 мая 2016 года

Сергей Владимирович Лёзов — российский лингвист и правозащитник. Родился в 1954 году в Смоленске, окончил в 1981 году филологический факультет МГУ (кафедра романской филологии). В молодости участвовал в правозащитном движении: входил в редколлегию бюллетеня «Экспресс-Хроники» (1987–1990), Московской Хельсинкской группы (1989–1990). Кандидат филологических наук (1994 год, диссертация «История и герменевтика в изучении Нового Завета»). С 1992 года преподает в РГГУ, в Институте восточных культур и античности. Переводил на русский книги богословов Пауля Тиллиха и Рудольфа Бультмана, философа Мартина Бубера. Автор многочисленных работ по древнееврейскому, арамейскому и аккадскому языкам.

Среди семитских языков наряду с хорошо известными (скажем, арабский и иврит) есть и совсем редкие — и мертвые, и пока еще живые, но неинтересные порой даже самим носителям. О том, как, кому и зачем преподают эти языки, рассказывает лингвист Сергей Владимирович Лёзов, доцент Института восточных культур и античности РГГУ по кафедре истории и филологии Древнего Востока. Вопросы задавала Анна Мурадова, канд. филол. наук, ст. науч. сотр. Института языкознания РАН.

Анна Мурадова

— Поговорим вначале о языках, которые Вы преподаете. Я сама носитель новоарамейского языка и могу сказать: интерес к ним и в научной среде, и даже среди носителей этих языков весьма сдержанный.

— Один мой коллега из Гейдельберга, профессор Вернер Арнольд, сказал мне однажды: «Ты знаешь, новоарамейские языки преподаются в мире только в четырех университетах, в том числе в Москве!» Почему в Москве? Началось всё с моей специализации, Древней Сирии и Палестины. Стало быть, это изучение древнееврейского и арамейского. Я исходил из того, что независимо от финансирования в каждый данный момент арамеистическая научная повестка несравненно шире гебраистической. Необходимо ответить на те вопросы, которые наука поставила. Гебраистика, то есть изучение древнееврейского языка и Ветхого Завета, — отчасти популяризаторская дисциплина, общекультурная, так как заметного притока новых текстов не ожидается. И специалист по древнееврейскому языку и Ветхому Завету — это в каком-то смысле массовая профессия в Израиле и в Западной Европе, по очевидным причинам. В Израиле — это примерно как у нас классическая русская литература, в Германии — теологический факультет есть в каждом университете: надо учить будущих пастырей произносить умные еврейские и греческие слова с церковной кафедры.

Сергей Владимирович Лёзов

Что касается арамеистики, то тут научная потребность несравнимо больше. Тут поле непаханое! Необходимо издавать сирийские тексты. Студенты, к примеру, должны писать дипломные работы. Обычно это мучение — выбрать подходящую тему. На серьезную аналитическую работу по грамматике студент пока что не способен. А издать новый текст он может, он его читает, переводит, комментирует — и чувствует себя первопроходцем. Это просто и понятно. Декодировать текст — это то, чему мы его учим все годы. Огромная научная повестка в области современных арамейских языков, как правило бесписьменных. Можно заниматься полевой работой. Даже здесь, в Москве, этим успешно занимается мой коллега по кафедре Алексей Кимович Лявданский, контактирующий с носителями новоарамейских диалектов. У нас в РГГУ (на лингвистике) училась Кристина Беньяминова, она теперь записывает фольклорные тексты от своих родственников — носителей новоарамейского, под началом Алёши. А что для молодого филолога может быть интересней полевой работы? Да ничего. Наконец, можно заниматься историей арамейских языков, — то, над чем я сейчас работаю с молодыми коллегами. Арамейским языкам более трех тысяч лет, это глубочайший временной пласт! По глубине письменных свидетельств они сравнимы разве что с китайским языком. Это представляет большой интерес для исторического языкознания, но лингвистов часто отпугивает необходимость учить мертвые языки. Большинство предпочитает работать с грамматиками. Ни один лингвист еще не брался за создание истории арамейского языка. Однако задача существует, и наука рано или поздно ее решит. Без работы над новоарамейскими к этой задаче нельзя подступиться. Но специалисты по древним арамейским, как правило, не знают современных арамейских языков. Один из них, формулируя общее настроение в их цеху (и, вероятно, в оправдание своего дремучего невежества), написал как-то: «…a highly corrupt form of Aramaic is still spoken in three villages of Syria and in some few areas of Iraq». А «испорчены» они, продолжает наш писатель, под влиянием арабского, курдского и турецкого. Я стал заниматься новоарамейскими с нуля, когда мы с коллегами работали над первым томом «Семитских языков» в серии «Языки мира».

— Да, помню, как Вы сидели у нас в Институте языкознания и работали над этим томом.

— В этом томе я в какой-то мере отвечал за описание арамейских языков. И волей-неволей мне пришлось начать с того, чем человек обычно заканчивает свою литературную карьеру, то есть я написал общий очерк об арамейских языках, а уже потом стал заниматься решением конкретных научных задач. Сейчас, конечно, я бы написал всё это по-другому…

— В любом случае книга вышла очень полезная, причем не только для лингвистов. В московской ассирийской диаспоре она была нарасхват.

— Это приятно. Не все среднеарамейские языки удалось описать, к сожалению. Однако в томе дано наиболее полное на русском языке описание новоарамейских языков в их разнообразии. Когда мы работали над арамейским блоком этого тома, я стал учить язык туройо. Это один из самых архаичных современных арамейских языков, поэтому он важен для истории арамейского. Все языки, конечно же, одинаково заслуживают внимания. Но поскольку я занимаюсь историей глагола, мне интересен именно туройо.

— Всё это, несомненно, интересно в качестве объекта исследования, однако, насколько мне известно, в РГГУ сейчас возможны изменения, которые затруднят и преподавание редких языков, и штучно-ювелирную работу со студентами. Речь идет в том числе и о том, чтобы отказаться от групп с небольшим количеством студентов. Как это скажется на Вашей дисциплине?

— Я не настолько осведомлен, чтобы отвечать на вопросы об административных изменениях. Переговоры с ректором в компетенции директора института. Однако новый ректор на встрече с нами говорил о том, что желательно увеличить группы студентов до 12 человек. Я бы взялся.

— Но откуда они в таком количестве возьмутся и, главное, куда денутся после окончания учебы?

— Откуда возьмутся, я еще могу себе представить — у нас были случаи, когда мы набирали большие группы, 10–11 человек, но потом они разбегались кто куда, и правильно делали, потому что по специальности в таком количестве работать точно не смогут, их столько не нужно. Ну, выпустим мы 15 специалистов по арамейским языкам — работы по образованию они гарантированно не найдут. У нас-то эти языки преподаются преимущественно потому, что мы сами проявили инициативу. И строить планы на будущее мы не можем. Мы можем только говорить о нашем желании набирать студентов и учить их.

— Но ведь Вы не ограничиваетесь преподаванием в РГГУ? Насколько мне известно, Вы сейчас заняты подготовкой летней семитологической школы. Расскажите о ней, пожалуйста.

— Идея родилась так. Я давно хотел пообщаться с нашими украинскими коллегами и рассказал об этом Дмитрию Цолину, арамеисту из Острожской академии. И мы задумали провести летнюю школу в Остроге, это бывшая польская часть Западной Украины. Я сообщил об этом плане в нашей группе Aramaica на «Фейсбуке». И полтора десятка московских коллег тут же откликнулись, захотели преподавать в летней школе! Академический уровень лекторов будет высоким. Будут московские филологи-семитисты из числа лучших, будут наши коллеги из Западной Европы и Израиля. Ученики — из России, Украины, Белоруссии, Польши, возможно, из Израиля. Есть даже из Западной Европы. Пока еще рано говорить о подробностях, всё находится в стадии подготовки. Мы планируем три недели очень интенсивных занятий, чтобы студенты получили шанс открыть для себя новые миры. Мне хочется, чтобы люди обнаруживали что-то новое, что, возможно, изменит их мировоззрение и сознание. Понимаю, что это звучит наивно, но изменить жизнь людей с помощью новых знаний — вот моя дальняя цель.

— Напоследок расскажите, пожалуйста, о том, как создавалась ваша кафедра.

— Кафедру основал Леонид Ефимович Коган. Он из тех людей, кто умеет планировать свою жизнь на 20–30 лет вперед. Еще будучи студентом на восточном факультете в Питере, он приезжал к нам в РГГУ читать курсы лекций по семитской филологии. В 1996 году он поступил в аспирантуру Института восточных культур РГГУ. В 1997 году Лёня набрал свою первую группу студентов по специализации «История и филология Древней Месопотамии», и это было началом нашей кафедры. В 1999 году была впервые набрана группа «История и филология Древней Сирии-Палестины», эту специализацию сейчас курирую я. Потом на кафедре появились арабисты, в этом году будет третий набор. И четвертое наше направление — «Эфиопско-арабская филология», где из живых эфиосемитских языков изучается главным образом амхарский.

— Много ли у вас студентов?

— Из-за нерыночного характера специальности проходной балл по ЕГЭ у нас низкий, поэтому поначалу приходит много народу. Многие потом отсеиваются, потому что с первого семестра приходится много работать, зубрить, «рыть носом землю».

— Чем отличается обучение языкам Ближнего Востока у вас от обучения, скажем, в Институте стран Азии и Африки?

— Я не учился в ИСАА, только преподавал там древнееврейский и арамейский, так что могу судить лишь поверхностно. В ИСАА основное направление — практическое: упор делается на изучение живых литературных языков — скажем, стандартного арабского или хинди. Мы же учим не на переводчиков-синхронистов, а претендуем на то, чтоб растить ученых, прежде всего филологов.

— Как я понимаю, у вас штучная работа со студентами?

— А как же иначе?! К концу обучения у нас остается мало студентов, хотя бывало и так, что до конца курса добиралось человек шесть-семь, а это для нас много. Были случаи, когда из целой параллели оставался один студент. Однако и его трудоустройство — нелегкая задача. Рынок труда таков, что перспективы для столь редких специалистов отсутствуют. Выпускник мог бы претендовать на работу у нас же в институте, но это трудно осуществить по очевидным причинам, и чем дальше, тем будет труднее, так как бюджетное финансирование образования, как известно, сокращается. Есть и другой вариант: зацепиться где-нибудь в Германии или во Франции. Но там и своих молодых специалистов по Древнему Востоку девать некуда. Иной раз кажется, что наша ситуация до недавних пор была даже лучше западноевропейской, как это ни странно. Объясняется это вот как: на Западе устроено, скорее, по принципу «всё или ничего»: ученый либо получает в конце концов пожизненный контракт, «a tenure-track position», либо выбывает из ремесла. В России это более нюансировано: можно всю жизнь проработать старшим преподавателем без ученой степени — ничего особенного в этом нет.

— У нас, кельтологов, та же ситуация: наши языки не имеют никакой прикладной ценности и мало востребованы.

— Разумеется, ведь мы готовим тех, кто будет заниматься наукой. Рынок труда при этом не расширяется, а, наоборот, схлопывается, так как финансирование научных исследований уменьшается. Если у человека нет детей и он сам живет с родителями (короче, избавлен от «квартирного вопроса»), то на зарплату научного сотрудника еще как-то прожить можно — в конце концов, всегда существуют подработки. Еще бывают гранты. Но перспектива остается хронически неясной. Скорее всего, рано или поздно придется искать работу для выживания и заниматься наукой в свободное время. Но «работа для выживания», если она интересная и требует приложения мозгов, всё больше и больше затягивает человека. Способный человек (а у нас, как правило, другие не учатся) начинает представлять собой ценность уже на другом рынке труда. Постепенно наука уходит из его жизни. То есть если человек способный и не готовый к жизни без долгосрочных гарантий, то его силы пойдут туда, где будет материальная отдача.

— Все мы видели множество таких примеров, но всё же в РГГУ работают те, кто не стал отказываться от академической деятельности. Как они выживают?

— У нас ситуация неплохая, с некоторых пор нам стали больше платить. На еду хватает. Все строят свою жизнь по-разному, я не могу сказать за других. Если человек получает хоть какие-то деньги за исследования, которые составляют смысл его жизни, я считаю, это большое везение. Я для себя на такое изначально не рассчитывал. И я благодарен коллегам, студентам и самой судьбе за всё, что было и чего уже не отнять.

Арамейский язык возник около трех тысяч лет назад в 11 веке до рождества Христова и являлся официальным языком первых арамейских государств в Сирии. Несколько столетий спустя, он стал официальным языком Ассирийской и Персидской Империй так называемым lingua franca, получив распространение на большой территории. Постепенно в языке сформировалось две основные группы диалектов: восточная и западная.

арамейский текст

Библейский арамейский, еврейский палестинский арамейский, еврейский вавилонский арамейский и раввинский арамейский язык

Первые еврейские арамейские тексты были найдены в месте еврейского военного аванпоста в Элефантине около 530 до р.х. Другие еврейские арамейские тексты – это книга Ездры (ок. 4 в. до р.х.) и пр.Даниила (165 г.до р.х.). Начиная с 250 н.э. начали появляться такие переводы Библии, как Таргум Онкелоса и Таргум Ионафана. Разделение на восточный и западный диалекты арамейского языка яснее всего видно по Палестинскому (Ерушалми) Талмуду (западный диалект, который оформился примерно к 5 веку н.э.; Мидрашим – где-то 5-7 веках н.э.) и Вавилонский Талмуд (Восточный диалект, который оформился к 8 н.э.).

После исламского завоевания территорий на смену арамейскому языку пришел арабский язык. За исключением некоторых случайных «вспышек”, как например книга Зоара и другая каббалистическая литература (ок. 12-го в.), арамейский язык почти полностью прекратил выполнять функцию литературного языка, но остался языком ритуалов и науки. До наших дней он сохранился в виде разговорного языка среди евреев и христиан Курдистана («восточный диалект”), а также в трех поселениях Сирии (где в основном проживают христиане и небольшое число мусульман) («западный диалект”). Сирийский арамейский язык до сих пор используется в качестве языка ритуала среди многих околовосточных христиан.

Еврейский новоарамейский язык

Самая древняя литература на еврейском (и христианском!) новоарамейском языке относится к 1600 г. до н.э. В основном в нее включены адаптации или переводы еврейской литературы, такой как Мидрашим (назидательная литература), комментарии к Библии, гимны (пиюты) и т.д. Еврейский новоарамейский язык может быть разделен на 3-4 основных группы диалектов, некоторые из которых легко взаимопонимаемы, иные же понимаемы с трудом. Также на различных диалектах новоарамейского языка говорили евреи и христиане, проживающие в нескольких городах. Еврей – носители новоарамейского языка эмигрировали в Израиль в начале 1950-х гг., и их языком стал иврит.

Арамейский язык очень близок к ивриту и его идентифицируют как «еврейский» язык, т.к. он является языком большинства еврейских текстов (Талмуда, Зоар и многих ритуальных декламаций, таких как кадиш). До сего дня арамейский является языком талмудических дискуссий во многих традиционных ешивот (традиционная еврейская школа), т.к. многие раввинские тексты написаны на смеси иврита и арамейского. Еврейский новоарамейский язык является как «продолжением» еврейского вавилонского арамейского (можно найти сотни примеров сходства), так и новоеврейским языком.

Еврейские новоарамейские тексты записаны еврейским алфавитом, который используют большинство еврейских языков, но написание скорее фонетическое, чем этимологическое. Как и во многих других еврейских языках, многие светские термины, относящиеся к иудаизму, заимствованы из иврита, а не из традиционного еврейского арамейского. Заимствованные слова в иврите являются одной из главных черт, отделяющих еврейский новоарамейский язык от диалектов христианского новоарамейского наряду с менее заметными или значительными грамматическими различиями. И все же, то, что может быть типичной грамматической или лексической чертой еврейского диалекта в одном месте, может быть известно и в других местах христианских диалектов.

Видео по теме:

О г.Маалюля

Считается так, что евреи произошли от Эвера через его потомка и близкого родственника Авраама. Но так ли это на самом деле?
Библия впервые упоминает о существовании евреев, когда называет Авраама евреем:
13. И пришел один из уцелевших и известил Аврама Еврея, жившего тогда у дубравы Мамре, Аморреянина, брата Эшколу и брата Анеру, которые были союзники Аврамовы.
(Книга Бытие 14:13)
Тут Библия называет Авраама Евреем. Это хорошо известный факт — все евреи считают Авраама своим праотцом.
Но не так давно я наткнулась в Библии на этот отрывок, который называет Авраама арамеем:
5. Ты же отвечай и скажи пред Господом Богом твоим: отец мой был странствующий Арамеянин, и пошел в Египет и поселился там с немногими людьми, и произошел там от него народ великий, сильный и многочисленный…
(Книга Второзаконие 26:5)
Тут странствующим Амамеем назван праведный предок, который с немногими людьми отправился в Египет и там и поселился (Ханаан в те древние времена 4000 лет назад был частью или вассалом Египта). Интересная информация, не правда ли? А ведь это мы узнаем из уст самого Моисея пророка — это он призывал евреев называть своего еврейского праотца Авраама кочующим, странствующим арамеем.
Этот отрывок явно даёт повод выдвинуть новую теорию происхождения Иврим от арамейского народа — вероятно, евреи появились, как отдельный народ, лишь после того, как отделились от арамеев примерно во в начале 2 тысячелетеия до н.э.
После того, как странствующий арамей Авраам поселился с женой (и с некоторыми людьми из своего племени и множеством рабов и слуг — вероятно, многие из них были арамеями) в Ханаане и стал кочевать по землям Ханаана (тогда Египта), он решил выбрать Ханаан (часть Египта) в качестве своей новой Родины. Казалось бы, что его сын Исаак должен был взять в жены хананеянку. Но нет. Даже и сын Авраама предпочел взять себе в жены только дочь арамея Лавана, то есть арамейку:
20. Исаак был сорока лет, когда он взял себе в жену Ревекку, дочь Вафуила Арамеянина из Месопотамии, сестру Лавана Арамеянина.
(Книга Бытие 25:20)
Что же говорит Библия о том, кем же были Лаван и Ревекка для Авраама?
Этот отрывок из Библии открывает нам эту тайну о происхождении Ревекки:
15. Еще не перестал он говорить, и вот, вышла Ревекка, которая родилась от Вафуила, сына Милки, жены Нахора, брата Авраамова, и кувшин ее на плече ее…
(Книга Бытие 24:15)
Ревекка была близкой родственницей Авраама, а именно дочерью его племянника Вафуила. Да, отцом Лавана и Ревекки является Вафуил, который является племянником Авраама, то есть сыном родного брата Авраама, Нахора.
Итак, сын арамея Авраама и, вероятно, арамейки Сарры, Исаак, берет себе в жены арамейку Ревекку и у них рождаются два сына арамея: Исав и Иаков (Израиль). Кого же берет в жены этот арамей Иаков (Израиль)? Он тоже берет себе в жены аж двух арамеек:
5. И отпустил Исаак Иакова, и он пошел в Месопотамию к Лавану, сыну Вафуила Арамеянина, к брату Ревекки, матери Иакова и Исава.
(Книга Бытие 28:5)
Итак, арамей Исаак настоял на том, чтобы и его сын, тоже арамей, Иаков (Израиль), взял себе в жены дочь арамея Лавана, брата его матери, и тоже арамейку. Исаак прибыл в дальние края к своему дяде Лавану арамею и пожил там несколько лет, женившись сразу на двух дочерях своего дяди по матери по имени Лаван. Все мы помним, что его дочерей звали Лия и Рахиль. Эти две жены Иакова и их арамейские служанки (стали наложницами Иакова) родили Иакову аж 12 сыновей. Так и появилось 12 колен Израиля — это первоначально 12 арамейских колен. Надо отметить, что 12 сыновей Иакова, будучи армеями и евреями одновременно, начали активно перемешиваться с хананеями, так как брали себе в жены именно хананеек. До переселения евреев-арамеев из Ханаана непосредственно в Египет они ещё были в генетическом плане обычными чистокровными арамеями, чьи дети уже были лишь частично арамеями (так как жены некоторых из 12 сыновей Иакова были, вероятно, уже и хананейками или даже египтянками). Что было в Египте и перемешивались ли евреи-арамеи с египтянами и прочими народами Египта? Об этом можно лишь догадываться и предполагать. Думаю, кто-то легко мог бы предположить, что без смешанных браков дело точно не обошлось, так как за 400 лет совместного проживания всех этих людей в Египте это, скорее всего, могло быть именно так. Но думаю, такое было очень редко. К тому же, в Египте в той области, где жили евреи, в том период истории Египта жило ещё и множество гиксосов (семитский или частично семитский народ, родственный евреям). Хотя этнический состав гиксосов был явно неоднородным, но большая часть их была именно семитами — об этом говорят имена всех царей гиксосов в Египте, которые были семитскими. Надо отметить, что гиксосы правили этой страной более 150 или 200 лет и у них были свои египетские династии. Когда 12 Колен Израиля переехало из Ханаана в Египет, в Египте господствовали гиксосы, а фараоном был именно гиксос. Поэтому один из сыновей Иакова, Йосеф так легко стал визирем при гиксосском фараоне. Ведь евреи тогда были скотоводами и кочевниками. Стал бы египтянин фараон доверять инородцу и кочевнику всё огромное хозяйство и всю власть Египта? А гиксос фараон легко мог бы еврею доверить такую должность, так как гиксосам нужны были союзники из семитов для упрочения своей власти над египтянами.
Так почему же Авраам назван Библией в одном случае арамеев, а в другом случае Иврим?
Возможно, Иврим (Евреи) — это первоначально не название народа или национальности, а название, указывающее на принадлежность людей к новой вере?
Предлагаю вам такую теорию образования евреев от арамейского этноса:
Авраам, будучи сыном весьма знатного вождя одного из арамейских племен земли Халдея (в районе города Ур), отделился с частью своих одноплеменников от общей массы арамеев того региона, и затем отправился в Ханаан (Египет) во главе со своим престарелым отцом и любимым племянником Лотом (тоже арамеем). Вскоре его отец умирает и Авраам становится вождем этого небольшого, но богатого племени. Но в его планы не входило допустить ассимиляцию этого племени (или хотя бы своих прямых потомков) различными народами Ханаана. Поэтому он, вероятно, дает строгий наказ своему сыну Исааку: ты, твои сыновья и внуки должны непременно брать в жены только знатных арамеек из семьи моего родственника в Уре Халдейском.
Теперь о численности израильтян, когда они пришли в Египет и поселились в нём. Считается, что их было лишь 12 человек с семьями (максимум около 100-150 человек, вероятно) — так написано в Библии. Думаю, в реальности их было больше тысячи или даже 2-3 тысячи человек. Почему я так думаю? Нижеуказанный отрывок из той же Библии явно доказывает нам, что вместе с Авраамом из Ура ушел не только Лот с семьей его, а ещё и сотни человек из его же арамейского племени — тут они названы рабами Авраама, но имеются в виду просто подчиненные Аврааму обычные его соплеменники:
14. Аврам, услышав, что сродник его взят в плен, вооружил рабов своих, рожденных в доме его, триста восемнадцать, и преследовал неприятелей до Дана…
(Книга Бытие 14:14)
Итак, четко говорится, что Авраам собрал почти что целую армию из тех же людей, которые родились у него на Родине (в Уре).
Если при Аврааме в Ханаане жило вместе с ним 318 не старых мужчин, способных держать в руках оружие, то всего из Ура вышло около тысячи арамеев и огромные стада их животных.
Даже и без Лота (и людей с ним) уже получается очень много евреев. Через 100-150 лет, еще до переселения в Египет, их стало, вероятно, уже примерно 2500-3000 человек во главе с 12 сыновьями Иакова вместе с их семьями. Можно смело сделать вывод, что до переселения в Египет евреев было примерно 3000 человек, но знатными из них считались 12 семей, которые и возглавляли их — каждое колено состояло из нескольких знатных лидеров, которые объединяли вокруг себя примерно 200-250 человек. В Ханаане они были большой силой и очень богатым народом. Думаю, в Египет они прибыли для того, чтобы ещё более обогатиться, то есть для умножения своих богатств. Почему они были уверены, что им там легко удастся обогатиться ещё более? Они знали, что в Египте на тот момент главным народом был народ гиксосов (тех же арамеев), а их брат Йосеф был у власти в Египте и обладал огромными полномочиями при слабом и ленивом, глупом фараоне, который тоже был гиксосом (арамеем). Даже если не соглашаться с тем, что гиксосы — это те же арамеи, нельзя поспорить с тем, что гиксосы были точно родственным для арамеев и евреев семитским народом. Евреи пришли в Египет по приглашению тех, кто правил Египтом, этой богатейшей страной. Вероятно, евреи за 430 лет перемешивались с гиксосами (и очень отчасти и с египтянами тоже) и стали одним, преимущественно семитским народом. В последние десятилетия их пребывания в Египте благопрятные времена для семитов закончились и у власти находились фараоны, которые очень плохо относились к семитам (гиксосам-евреям). Поэтому их всех вместе вывел из Египта Моисей. И при Исходе их было, как я думаю, примерно миллион или полтора миллиона. Это очень много по тем временам.
Итак, ещё 3800-3600 (или даже 3400) лет назад еврей — это было то же самое, что и арамей. Это был один народ. Для чего же называть некоторых арамеев евреями (Иврим)? Иври — это на Иврите обозначает перешедший на другую сторону (реки). Кто-то почему-то считает, что из-за того, что они переселились в Ханаан — перешли через Иордан. Но на мой взгляд, это связано не с тем, что они перешли на другую сторону реки — это связано с тем, что они перешли в другую веру — обратились от язычества к монотеизму. Перешедшие на другую сторону реки — это образное указание на поменявших старую веру на новую. В этом всё дело. Поэтому они и отделились от остальных арамеев. Один народ разделила вера. При Аврааме, Исааке и Иакове эти две части одного народа, хоть и были разделены, но продолжали контакты между собой и даже дружили между собой. Евреи не хотели перемешиваться с прочими язычниками, но предпочитали находить себе жен среди арамейского народа. Однако ещё и при сыновьях Иакова по неведомой причине эти две части одного народа прекратили всякие контакты между собой — так сложилась Судьба. И это привело к тому, что уже 3000 лет назад вместо одного единого народа арамеев точно существовали два разных, но родственных и близких народа: арамеи-язычники и Иврим-монотеисты. Они говорили почти на одном языке, который со временем у Иврим стал еврейским диалектом арамейского, а 3000 лет назад уже превратился в отдельный, хоть и похожий на арамейский, язык Иврит.
Кстати, у армянского народа с самых древних времен всегда было очень популярно имя Арам. И это нельзя ничем иным объяснить, кроме того, что на образование армянского народа очень сильно повлиял арамейский народ. Армянский народ начал образовываться после крушения государство Урарту с 6 века до н.э. и окончательно образовался уже примерно к 2 веку до н.э. Я предполагаю, что в процессе образования армянского этноса приняли участие не только индо-европейские народы, но ещё и арамеи, которые приняли самое активное участие в этом процессе. Более того, и Иврим, как я думаю, тоже влияли на этот процесс. Ведь, на мой взгляд, есть очень большая вероятность того, что часть из переселенных из Израиля царем Ассирии евреев 10 колен Израиля в 8-7веках до н.э. могли поселиться на севере Ассирии — это пограничные земли Урарту. Там позднее образовалась историческая и большая Армения. Удивительно, но элита армянского народа до 5 века н.э. в совершенстве владела арамейским языком, который использовала, вероятно, в качестве государственного языка и в качестве письменного языка. Армянской письменности, как таковой, до 5 века до н.э. вообще не существовало — армяне, которые не очень хорошо знали арамейский язык, но были немного образованы, использовали арамейский алфавит для написания армянских слов. Вероятно, арамеи (сирийцы) евреи и армяне — это родственные народы — их предками был один арамейский народ. Арамейский язык — это язык, на котором говорил еврей Йешуа Машиах и Апостолы. Это язык израильтян и армян 2000 лет назад. Хорошо известно, что царь Великой Армении Тигран, покорив Сирию и Иудею, примерно за 60 лет до рождения Мессии переселил часть Иудеев (десятки тысяч евреев) из Иудеи в Армению. Думаю, это было не случайно — Тигран делал это потому, что знал точно — Иудеи являются близким и родственным народом для армян. Хорошо известно, что к 4 веку н.э. в Армении жло очень много евреев (в некоторых городах евреев даже было больше, чем армян). Думаю, до принятия армянами Христианства (4-5 век н.э.), армяне и евреи были двумя братскими родственными народами. Сегодня и уже давно эти народы очень не дружны, но, как я предполагаю, эти народы разделило Христианство греческого типа, которое несло народами, принявшим его своего рода некий антисемитизм.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *