Бианки рассказы читать

  • Аришка-Трусишка
  • Аскыр
  • Где раки зимуют
  • Как муравьишка домой спешил
  • Красная горка
  • Кто чем поет?
  • Латка
  • Лесная газета
  • Лесные домишки
  • Лис и Мышонок
  • Лупленый бочок
  • Музыкант
  • Мурзук
  • Мышонок Пик
  • Неслышимка
  • Одинец
  • Оранжевое горлышко
  • Паучок пилот
  • Первая охота
  • Плавунчик
  • Почему чайки белые?
  • Приключения муравьишки
  • Синичкин календарь
  • Снежная книга
  • Сова
  • Тайна ночного леса
  • Теремок
  • Хвосты
  • Чей нос лучше

Виталий Валентинович знаменитый детский писать СССР. Его рассказы очень интригуют и заставляют задуматься о скрытом в них смысле. Хоть рассказы и предназначены для молодого поколения, все же и людям возрасте, есть что почерпнуть. Каждый рассказ Виталия Валентиновича имеет свой глубокий, но зачастую он завуалирован и не сразу поддается разуму.

Родился писатель 30 января 1894 г. в полной семье. В ранние годы Отец Виталия Анатольевича стал замечать, что у сына прорезается талант. Не сразу было понятно в какое русло будут направлены его начинания, но факт оставался фактом — ребенок достаточно одарен. Благодаря семейной поддержке и вере в свои силы, Виталий Валентинович смог раскрыть свой потенциал полностью и донести хранящиеся внутри него чувства и эмоции. Происхождение фамилии писателя тоже имеет свою историю. Прадед Виталия Валентиновича был итальянцем, благодаря этому он имел такую звучную фамилию — Бианки. Стоит отметить, что фамилия не настоящая, ему пришлось ее поменять, настоящая фамилия была — Вайс.

Благодаря тому, что семейство Бианки регулярно проводило время на природе, многие рассказы Виталия Валентиновича связаны с природой. Писатель всегда утверждал, что именно детство проведенное на открытом воздухе дало огромный толчок к проявлению своих талантов. Действительно большинство повестей и рассказов Виталия Анатольевича, так или иначе раскрывают тему природы и единения с ней.

Виталий Бианки – знаменитый писатель, посвятивший свою жизнь изучению природы и ее описанию в своих рассказах. Его произведения очень познавательны и увлекательны. Книжка написано очень просто и доступна абсолютно каждому, даже самому юному читателю. В ней рассказывается о том, как устроена жизнь в дикой природе, как происходит смена времен года, какие повадки характерны для тех или иных животных. Книгу Бианки, в определенном смысле, можно считать учебником по природоведению для детей младшего и среднего возраста.

Литературное чтение. 2 класс. Часть 1

Белка и Ворон

— Дедушка Ворон, сколько будет дважды два?

— А зачем тебе знать, рыжий ты хвост?

— Я два раза по два гриба нашла. Положила сушиться на пенёк. Хочу знать, какой будет запас.

— Будет четыре.

— Дедушка Ворон, а трижды три — сколько?

— Опять ты здесь, торопыга!

— Я уже три раза по три гриба на пенёк снесла. Каков теперь будет запас?

— Будет девять.

— Хны-хны… Дедушка Ворон, а сколько будет одиножды один?

— Тьфу, привязалась… И будет один!

— Хны-хны… И неправда! Одиножды один будет — ничего…

— Как неправда? Как ничего?

— А так… пришёл один Медведь и за один раз все мои грибы съел. И ничего теперь не осталось!

1. Подумай, что это — рассказ или сказка. Объясни свой ответ.

2. Какими ты представляешь Белочку и Ворона? Расскажи.

3. Как герои обращаются друг к другу? Прочитай.

4. Подготовь выразительное чтение диалога Ворона и Белочки.

Диалог — это разговор двух или нескольких героев произведения.

5*. Рассмотри иллюстрацию. Придумай историю о героях этой сказки.

В сказке рассказывается про старый дуб. Сначала в нем небольшое дупло продолбил дятел, затем там жил скворец. Дуб старился, дупло становилось все больше, и все более крупные жители стали в нем селится: сыч, белка, куница, пчелиный рой. Но, как и в народной сказке, пришел медведь и разрушил теремок.

Теремок читать

Стоял в лесу дуб. Толстый-претолстый, старый-престарый. Прилетел Дятел пестрый, шапка красная, нос вострый.

По стволу скок-поскок, носом стук-постук — выстукал, выслушал и давай дырку долбить. Долбил-долбил, долбил-долбил — выдолбил глубокое дупло. Лето в нем пожил, детей вывел и улетел.
Миновала зима, опять лето пришло.
Узнал про то дупло Скворец. Прилетел. Видит — дуб, в дубу — дырка. Чем Скворцу не теремок?

Спрашивает:

— Терем-теремок, кто в тереме живет?
Никто из дупла не отвечает, пустой стоит терем.
Натаскал Скворец в дупло сена да соломы, стал в дупле жить, детей выводить.
Год живет, другой живет — сохнет старый дуб, крошится: больше дупло — шире дыра.

На третий год узнал про то дупло желтоглазый Сыч. Прилетел. Видит — дуб, в дубу — дырка с кошачью голову. Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, теперь я живу — Скворец, первый в роще певец. А ты кто?
— Я Сыч. Попадешь мне в когти — не хнычь. Ночью прилечу — цоп! — и проглочу. Ступай-ка из терема вон, пока цел!
Испугался Скворец Сыча, улетел.

Ничего не натаскал Сыч, стал так в дупле жить: на своих перышках. Год живет, другой живет — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнала про дупло Белка. Прискакала. Видит — дуб, в дубу — дырка с собачью голову. Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, теперь я живу — Сыч. Попадешь мне в когти — не хнычь. А ты кто?
— Я Белка — по веткам скакалка, по дуплам сиделка. У меня зубы долги, востры, как иголки. Ступай из терема вон, пока цел!

Испугался Сыч Белки, улетел.
Натаскала Белка мох, стала в дупле жить.
Год живет, другой живет — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнала про то дупло Куница.

Прибежала, видит — дуб, в дубу — дыра с человечью голову. Спрашивает:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, жил Сыч — попадешь ему в когти — не хнычь, теперь я живу — Белка — по веткам скакалка, по дуплам сиделка. А ты кто?
— Я Куница — всех малых зверей убийца. Я страшней Хоря, со мной не спорь зря. Ступай-ка из терема вон, пока цела!
Испугалась Белка Куницы, ускакала.
Ничего не натаскала Куница, стала так в дупле жить: на своей шерстке.

Год живет, другой живет — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнали про то дупло пчелы. Прилетели. Видят — дуб, в дубу — дыра с лошадиную голову. Кружат, жужжат, спрашивают:
— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, жил Сыч — попадешь ему в когти — не хнычь, жила Белка — по веткам скакалка, по дуплам сиделка, теперь я живу — Куница — всех малых зверей убийца. А вы кто?
— Мы пчелиный рой — друг за дружку горой. Кружим, жужжим, жалим, грозим большим и малым. Ступай-ка из терема вон, пока цела!

Испугалась Куница пчел, убежала.
Натаскали пчелы воску, стали в дупле жить. Год живут, другой живут — крошится старый дуб, шире дупло.
На третий год узнал про то дупло Медведь. Пришел. Видит — дуб, в дубу — дырища с целое окнище. Спрашивает:

— Терем-теремок, кто в тереме живет?
— Жил Дятел пестрый — нос вострый, жил Скворец — первый в роще певец, жил Сыч — попадешь ему в когти — не хнычь, жила Белка — по веткам скакалка, по дуплам сиделка, жила Куница — всех малых зверей убийца, теперь мы живем — пчелиный рой — друг за дружку горой. А ты кто?
— А я Медведь, Мишка, — вашему терему крышка!
Влез на дуб, просунул голову в дупло да как нажал!

Дуб-то пополам и расселся, а из него — считай-ка, сколько лет копилось:

шерсти,
да сена,
да воску,
да моху,

да пуху,
да перьев,
да пыли —

да пх-х-х!..

Теремка-то и не стало.

(Илл. И.Цыганкова)

Прилетела красавица Весна на лебединых крыльях, — и вот стало шумно в лесу! Снег рушится, бегут-журчат ручьи, льдинки в них позванивают, в ветвях ветер насвистывает. И птицы, птицы щебечут, поют-заливаются, ни днём, ни ночью покоя не знают!

А Дед Мороз недалёко ушёл, — он всё слышит.

«То ли дело, — думает, — при мне было. Тишина в лесу, только деревья покряхтывают. Поди, всем надоел весенний-то гам. Будут рады теперь, коли вернусь».

Пробрался ночью в лес, схоронился под тёмной елью.

Вот зорька занялась. И слышит Дед Мороз: бежит по лесу Заяц, притоптывает, в голос кричит.

«Плохо пришлось Заиньке, — думает Дед Мороз. — Снег-то, почитай, весь сошёл, земля серая, а он беленький, — всяк его видит-ловит. Совсем ополоумел косой со страху».

Глядь — выскочил Заяц на тропочку. Только он уж не белый: серый Заяц.

За ним товарищи — такие же серые зайцы. Кричат, притоптывают, один через другого скачут.

Дед Мороз и рукава развёл:

— Что такое Весна делает! Заяц товарищей со всего леса созвал. Верещит. Чехарду затеял — совсем страх потерял!

Проскакали мимо весёлые зайцы.

Зорька ярче.

И видит Дед Мороз: сидит на лугу у опушки Косач-Тетерев, чёрный, как уголь.

«Вот кому беда припала, — думает Дед Мороз. — Ведь он у меня под снегом ночевал. Теперь снегу нет, а лес ещё голый стоит. Негде Косачу спрятаться, покой найти — ни на земле, ни на дереве».

А Косач и не думает прятаться: к нему тетёрочки на опушку слетаются, а он-то перед ними красуется, звонким голосом бормочет:

— Чуф-ши! Чуф-ши! Красны брови хороши! Хвост-косицы подниму, круты крылья разверну!

К нему товарищи на луг слетаются. А он их задирает:

— Чуф-шу! Чуф-шу! Выходите на левшу! Я вам перья причешу! Подпрыгнул, — сшиблись, — только пух летит!

«Что Весна делает-то! — Мороз думает. — Мирная птица в драчку полезла. О покое и забыла».

Разгорелся день, — улетели тетерева с луга.

Идёт по лесу Медведь. Тощий.

«Каково-то тебе, косолапый? — думает Дед Мороз. — Небось плачешь по берлоге своей? Спал бы да спал в ней — и голода бы не знал».

А Медведь остановился, когтями из земли какие-то корешки выкопал — жуёт, похрюкивает от удовольствия: видать, сладкие на вкус корешки-то.

Дед Мороз пятернёй под шапку полез:

— Что ты скажешь, — и этот Весне рад! Никто по мне не тужит. . Пойти спросить у неё, чем она всех с ума свела?

Вылез из-под ели, пошёл по лесу Весну разыскивать.

А красавица Весна сама ему навстречу идёт, вся в цветах разноцветных, вся в солнечном золоте. Говорит ему свирельным голосом:

— Что, старый? На пляски да песни наши пришёл поглядеть? Или напугать кого задумал?

— Напугаешь их!.. — кряхтит Дед Мороз. — Заяц и тот нынче страх потерял. И что ты сделала им такое, что все тебя славят, с ума посходили?

Улыбнулась красавица Весна:

— А ты сам их спроси, чему они радуются.

Заиграла песню и с песней полетела над лесом, над лесом в зелёной дымке.

Отыскал Дед Мороз Зайца:

— Ты чему рад?

— Весне, Дедушка. Рад теплу, солнцу рад, травке шёлковой.

Ведь всю зиму зелёного росточка не видел, все осинки ободрал, горькую кору глодал. А травка-то сладенькая. Отыскал Дед Мороз Косача:

— Ты чему рад?

— Рад я крылья поразмять, удаль-силу показать. Чуф-ши! Чу ерши! Красны брови горячи, круты крылья хороши.

Отыскал Дед Мороз Медведя:

— А ты чему рад?

Медведь застыдился, лапой закрылся, шепчет:

— Цветочкам я, Дедушка, рад…

— Ох-ох, насмешил, ох, распотешил! Красным девушкам впору цветам радоваться, не тебе, косолапому. Веночки из них, что ли, плести будешь? Я тебе — хочешь? — мешок цветов накидаю, всю землю ими покрою. Все беленькие — один к одному.

И ну трясти рукавом. А из рукава у него снежинки, снежинки, снежинки, — и закрутилась метелица хлопьями.

Медведь говорит:

— Нет, старик! Твои цветы мёртвые. Не пахнут они и глаз не радуют. А у Весны-красавицы каждый малый цветочек — радость светлая, каждый счастье сулит. Ты придёшь — зиму лютую с собой приведёшь. Заяц, косач, медведь и веснаА Весна идёт — красно лето за собой ведёт. Каждый малый цветочек её мёд в себе копит, каждый летом ягоду нам обещает.

Помолчал Медведь и опять лапой закрылся.

— А мы, — шепчет, — медведи-то, ба-альшие сластёны! Я зимой в берлоге сплю, снег да лёд надо мной, а сны мне всё про сладкое снятся, про мёд да про ягоды.

— Ну, — сказал Дед Мороз, — коли уж ты, лохматый, о сладком мечтаешь, так мне и впрямь у вас делать нечего.

Рассердился и ушёл так далеко, что скоро Заяц, Косач да Медведь и совсем о нём забыли.

В густом лесу на горе было темно, как под крышей. Но вот вышла луна из-за тучи, и сейчас же засверкали, заблестели снежинки на ветках, на елях, на соснах и засеребрился гладкий ствол старой осины. У вершины её чернела дыра — дупло.

Вот по снегу мягкими, неслышными прыжками подбежал к осине тёмный длинный зверёк. Остановился, понюхал, поднял кверху острую мордочку. Верхняя губа приподнялась, — мелькнули острые, хищные зубы.

Это куница — убийца всех мелких лесных зверей. И вот она, чуть шурша когтями, бежит уже вверх по осине.

Вверху из дупла высунулась усатая круглая головка. Через миг голубой зверёк уже бежал по суку, осыпая снег на ходу, и легко прыгнул на ветку соседней сосны.

Но как ни легко прыгнул голубой зверёк, ветка качнулась, — куница заметила. Она согнулась в дугу, как натянутый лук, потом выпрямилась — и стрелой перелетела на качавшуюся ещё ветку. Куница понеслась вверх по сосне — догонять зверька.

Нет никого в лесу проворней куницы. От неё не уйти даже белке.

Голубой зверёк слышит погоню, ему некогда оглянуться: надо скорее, скорее спасаться. С сосны он прыгнул на ель. Напрасно зверёк хитрит, бежит по другой стороне ели, — куница скачет по пятам. Зверёк забежал на самый конец еловой лапы, а куница уже рядом — хвать зубами! Но зверёк успел спрыгнуть.

С дерева на дерево неслись голубой зверёк с куницей, как две птицы среди густых веток.

Прыгнет голубой зверёк, нагнётся ветка, а куница за ним, — ни на миг не даёт передышки.

И вот уже не хватает у голубого зверька сил, уже слабеют лапки; вот прыгнул и не удержался — падает вниз. Нет, не упал, уцепился по дороге за нижнюю ветку — и вперёд, вперёд из последних сил.

А куница бежит уже поверху и высматривает с верхних ветвей, как удобнее броситься вниз и схватить.

И вот на миг голубой зверёк остановился: лес прервался пропастью. Куница тоже на всём скаку остановилась над зверьком. И вдруг кинулась вниз.

Прыжок её был точно рассчитан. Она всеми четырьмя лапами упала на то место, где остановился голубой зверёк, но он уже прыгнул прямо в воздух и полетел, — медленно, плавно полетел по воздуху над пропастью, как во сне. Но всё было наяву, при яркой луне.

Это была полетуха, летяга — летучая белка: у неё между передними и задними лапками натянулась свободная кожа, которая парашютиком держала её в воздухе.

Куница не прыгнула вслед: она не может летать, она упала бы в пропасть.

Летяга повернула хвост и, красиво закруглив полёт, спустилась на ёлку по ту сторону пропасти.

Куница щёлкнула зубами со злости и стала спускаться с дерева.

Голубой зверёк ускользнул.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *