Что такое филиокве?

Филио́кве (лат. filioque — «и от сына») — добавление, сделанное Западной (Римской) Церковью в Никео-Цареградский Символ веры, IV века, в догмате Троицы: об исхождении Святого Духа не только от Бога-Отца, но «и от Сына».

Исхождение Св. Духа от Бога-Отца и Сына, согласно filioque. Неизвестный провансальский художник «Троица с заказчиком и св. Агриколой» (середина XV века). Фрагмент алтаря из Булбона, Франция. Лувр.

Первый и Второй Вселенские соборы

Проблему filioque нельзя решать только на основании Никейского символа веры, где после краткого третьего компонента формулы («Καὶ εἰς τὸ Ἅγιον Πνεῦμα», то есть «и в Духа Святаго») следовала анафема арианству. Значит, в символе веры Первого Никейского собора не разъяснялось исхождение Святого Духа. Оно было разъяснено лишь полстолетия спустя, на Первом Константинопольском соборе. Тогда третий компонент формулы был более подробно разъяснён (Никео-Цареградский Символ веры):

«Καὶ εἰς τὸ Πνεῦμα τὸ Ἅγιον, τὸ κύριον, τὸ ζωοποιόν, τὸ ἐκ τοῦ Πατρὸς ἐκπορευόμενον, τὸ σὺν Πατρὶ καὶ Υἱῷ συμπροσκυνούμενον καὶ συνδοξαζόμενον, τὸ λαλῆσαν διὰ τῶν προφητῶν»
(«И в Духа Святаго, Господа животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки»).

Св. Афанасий и борьба с арианами

Первое свидетельство о появлении filioque в Западной церкви восходит к Афанасьевскому Символу веры (Symbolum Quicumque) начала V века, который, как считается, был написан св. Афанасием Александрийским. Поскольку св. Афанасий умер в 373 году, а документ получил хождение лишь в начале V столетия, существует точка зрения, что Symbolum Quicumque был написан св. Амвросием Медиоланским, Августином Блаженным или Викентием Леринским, то есть западными Отцами. В частности в Symbolum Quicumque говорится:

«Spiritus Sanctus a Patre et Filio: non factus, nec creatus, nec genitus, sed procedens» (Святой Дух от Отца и Сына, не создан, не сотворен, не рождён, но исходит).

В Испании, где христианской Церкви приходилось активно бороться с арианами-вестготами, Symbolum Quicumque был провозглашен в VI в., и, видимо, позднее filioque было интерполировано по аналогии с Афанасьевским символом, который никогда не признавался еретическим, в том числе и Восточной Церковью. В целях упомянутой выше борьбы с арианами filioque также было зафиксировано на третьем Толедском поместном Соборе 589 года.

Империя Каролингов и германское богословие

Вплоть до XI столетия тезис о filioque считался положением так называемого германского богословия. Из Испании он проник в государство Каролингов, где император Карл Великий активно пытался навязать это добавление папам. При его правлении совет Франкфурта в 794 году принял формулу «и от Сына» и осудил константинопольского патриарха Тарасия за употребляемую им формулу «per Filium» («через Сына»). Именно Карл собрал собор в Ахене в 809 году, который постановил, что «Святой Дух нисходит не от одного Бога-Отца, но и от Сына».

Карл созвал два собора в 796 году в Чиведале и в 809 г. в Ахене и на основании их решений требовал от папы Льва III включение в догмат веры слов «и от Сына», однако, безуспешно..

Патриарх Фотий. Первым обвинил Запад в ереси из-за filioque

Неоднозначное отношение Рима. IX—X вв

Однако ещё в IX—X вв. отношение Рима к filioque было, по меньшей мере, неоднозначным. Так, к примеру, за год до Ахенского собора папа Лев III получил послание от Иерусалимского патриарха, в котором тот жаловался, что французские монахи-бенедиктинцы на горе Елеонской добавляют к символу веры filioque. Поскольку монахов содержал Карл Великий, папа переслал жалобу к нему, причём, что важно, сам он заметил, что, хотя он сам считает данное добавление с богословской точки зрения бесспорным и, несомненно, более соответствующим западной традиции, неверно отступать от того состава символа веры, который принят во всем христианском мире. Также когда папа Лев III велел начертать символ веры на серебряных пластинах в соборе Св. Петра, он опустил это слово. В течение IX века filioque было принято церквами Германии и Лотарингии, а также многими церквами Франции. Германские деятели церкви привнесли в тот период это добавление и в Рим, где Формоз в числе прочих принял его. В свою очередь Формоз ввёл добавление в Болгарии, что было замечено Патриархом Фотием, сразу же заявившим протест.

На Большом Свято-Софийском соборе было осуждено внесение всякой добавки в Символ веры. Тогдашний папа римский Иоанн VIII, признал решения собора. Однако, возможно, занимал примерно ту же позицию, что и Лев III.

Папа Христофор (903—904), позднее признанный антипапой, якобы поддержал тезис filioque в дискуссии с константинопольским патриархом, однако документ с данным утверждением содержит анахронизмы.

При владычестве в Риме византийского патрицианского рода Феофилактов в X веке вопрос о filioque закономерно не поднимался. Лишь после того, как в 962 году Оттон I Саксонский принудил папу Иоанна XII короновать его императором, вновь стало усиливаться германское влияние (в том числе и германского богословия) в Риме. В течение последующих сорока лет Рим был ареной борьбы германской знати во главе с родом Кресцентиев и местной знати во главе с Феофилактами, которая завершилась победой германской партии.

Впервые filioque было присоединено к символу веры в Риме во время торжественного пения Credo на коронации германского императора Генриха II в 1014 году, при папе Бенедикте VIII, что принято считать окончательным его введением в Римской Церкви.

Трансформация представлений о filioque. XI век

Ещё предыдущий папа Сергий IV, занимавший папский престол c 1009 по 1012 год, послал окружное послание в Константинополь, однако, вследствие того, что его исповедание веры содержало filioque, Патриарх, которого также звали Сергий, отказался включить имя нового папы в диптих, то есть в списки имён, поминаемых во время литургии. Впоследствии имя папы длительное время отсутствовало в Константинопольском диптихе, продолжая тем не менее поминаться в других поместных церквах, о чем указывает патр. Петр Антиохийский в письме к патр. Фотию. Таким образом, filioque возникшее на Западе как дополнительный аргумент против готов-ариан, к XI столетию окончательно превратилось в единственно верный, с точки зрения Римской Церкви, богословский тезис, соответственно непринятие filioque трансформировалось из допустимой практики древних церквей (как то было ещё в начале IX века) в заблуждение. Это заложило основы для дальнейшего трагического развития событий в середине XI столетия, то есть стало одним из поводов раскола церкви.

Точка зрения Католической церкви

Католическая церковь подчёркивает, что, с её точки зрения, вопрос filioque представляет собой семантическую проблему, поскольку, чтение Символа Веры как с филиокве (в латинском обряде), так и без него (некоторые восточнокатолические церкви) выражает одну и ту же вероисповедную истину: Бог-Отец — единственный источник Святого Духа, но подаётся Святой Дух и от Сына. Иоанн Дамаскин характеризовал это в своём «Точном изложении православной веры» как «от Отца исходящего, чрез Сына подаваемого».

Интересные факты

6 августа 2000 года Католической церковью была опубликована декларация «Dominus Iesus» («Господь Иисус»). Автором этой декларации был кардинал Йозеф Ратцингер, ныне папа Бенедикт XVI. В этом документе во втором абзаце первой части приводится текст Символа Веры в редакции без филиокве:

«Et in Spiritum Sanctum, Dominum et vivificantem, qui ex Patre procedit, qui cum Patre et Filio simul adoratur et conglorificatur, qui locutus est per prophetas». («И в Духа Святого, Господа животворящего, от Отца исходящего, которому вместе с Отцом и Сыном подобает поклонение и слава, который вещал через пророков»).

Это вызвало множество комментариев в православной среде, что странно, учитывая тот факт, что некоторые католики восточного обряда могут читать Символ Веры без filioque; так, в греческой католической церкви вариант без филиокве принят как основной.

Примечания

Ссылки

  • Глава о «филиокве» из книги папы Иоанна Павла II «Верую в Святого Духа, Господа животворящего»
  • Булла папы Евгения IV «LAETENTUR COELI» 1439 г.
  • Пастырское наставление греческого католического епископата 31 мая 1973 г.
  • В. Н. Лосский Исхождение Святого Духа в православном учении о Троице
  • Диак. А.Кураев Конспект лекции «О Филиокве»
  • Прот.И.Мейендорф Византийское богословие. гл. Раскол между Востоком и Западом.»Филиокве»
  • Ю. Табак. Православие и Католичество. Основные догматические и обрядовые расхождения. Гл.5 «Филиокве»
  • (патр. Фотий, папа Иоанн VIII, Марк Эфесский, Болотов, Иоанн Павел II, А.Мень, В.Лосский, Эриугена, Палама и др.)

Давайте же обратим наше внимание на основные положения ереси Filioque, чтобы выявить большую важность этого вопроса.

а) Согласно решению III Вселенского собора нельзя прибавлять или удалять ни одного слова из употребляемого Символа веры. И конечно Символ Никео-Константинопольский признается, потому что каждый Собор признал решения предшествующего Собора.

б) Вопрос о Святой Троице является тайной, которую невозможно понять человеческой логикой. Только догмат о таинстве Святой Троице мы можем понять, но не таинство. Это означает, что находимся в состоянии доверия богооткровенным словам Христа, не подвергая их исследованию рассудком.

в) Христос нам открыл связь Лиц Святой Троицы. Апостолы достигли личностного ведения в день святой Пятидесятницы. Таким образом таинство Святой Троицы является вопросом откровения Самого Бога а не откровения человека. Это откровение человек получил «однажды» в день святой Пятидесятницы (посл. Иуды, 3). Святые на протяжении веков участвуют в этом откровении, которое они унаследовали от Апостолов в день Пятидесятницы. Об этом говорится потому, что латиняне развили любопытную теорию, что с течением веков мы лучше начинаем понимать и углубляться в Откровение. Это имеет непосредственную связь со схоластикой. В Православии говорится, что догмат таинства Святой Троицы переживают те, которые постигают Откровение и его выражают соответственно нуждам каждой эпохи.

г) Христос открыл, что Бог Слово родился и Святой Дух исходит от Отца. Таким образом, Отец является нерождённым, Сын является рождённым и Святой Дух является исходящим. Лица Святой Троицы обладают общей сущностью, или природой, а не общими личными свойствами, которые суть – нерождённость, рождённость и исхождение. Путаница между свойствами разрушает связи Лиц Святой Троицы. Если бы Святой Дух исходил и от Отца и от Сына, тогда произошло бы следующее:

Сын должен родиться от Отца и Святого Духа, в противном случае Святой Дух был бы ниже, поскольку была бы составлена диада (Отец-Сын). Если бы было так, то для того, чтобы и Святой Дух был равнозначен другим лицам, необходимо, чтобы и из Него происходило нечто, но в таком случае исчез бы Троичный Бог, поскольку вводится четвёртое лицо.

д) Оставаясь верными слову Христову, мы говорим, что Бог Слово рождается от Отца и Святой Дух исходит от Отца (Ин. 15, 26). Однако, мы не можем понять, как Он рождается и почему так происходит. К этому вопросу мы подходим апофатически. В данном случае мы нуждаемся в так называемом апофатическом богословии. Что относится к Богу, то мы признаем, » что Он есть», то есть что Он существует, но мы не понимаем насколько » Он есть» сущность, настолько и » кто есть» личность. Ипостасные свойства, нерождённость Отца, рождённость Сына, исхождение Святого Духа, являются образом существования, то есть является образом способом с помощью которого существуют Лица.

Таким образом Святой Дух исходит от Отца и посылается через (διὰ τοῦ Ὑιοῦ) Сына. На греческом языке иным является исхождение и иным ниспослание. Ниспослание не является ипостасным свойством, не является образом существования, но миссией. Исхождение же является ипостасным свойством, образом существования Святого Духа, в то время как ниспослание является миссией и явлением в мире, которое происходит через Сына, как и Сын воплощается через Святого Духа. Как вочеловечение Бога Слова посредством (διὰ) Святого Духа не отождествляется с причиной рождения Бога Слова от Отца, так точно и ниспослание Святого Духа через (διὰ) Христа не отождествляется с исхождением Святого Духа от Отца.

е) Свт. Григорий Палама и свт. Марк Эфесский понимают миссию и ниспослание Святого Духа через Сына как это становится очевидным при знакомстве с некоторыми древними святоотеческими текстами, в смысле явления Святого Духа в мире по энергии и во времени. То есть, иным является предвечное по сущности исхождение Святого Духа, которое совершается только от Отца, и иным является явление по энергии во времени Святого Духа, которое совершается от Отца через Сына, или даже от Отца и от Сына. Это незначительное отличие, которое является существенным, не поняли латиняне и перетолковывают соответствующие тексты.

ж) Самое основное отличие между Православием и Папизмом обнаруживается в вопросе о сущности и энергии Бога. Мы, православные, верим, что поскольку сущность Божия является нетварной, то и энергия Его является нетварной. Сущность не существует без энергии-действия. Если сущность является нетварной, то нетварной является и ее действие-энергия, и если сущность является тварной, то тварной является и её действие-энергия. Фома Аквинский и современные папские богословы верят в actus purus. (чистое действие). То есть он считает, что нетварная энергия-действие абсолютно ассоциируется с чистым действием Бога и человек не может прийти к общению и связи с Богом с помощью actus purum, но с помощью тварной энергии Бога. Таким образом в Божество латиняне вводят тварные энергии, что в действительности делает невозможным спасение человека, поскольку оно не может быть достигнуто с помощью тварных энергий.

Если кто-либо проявит внимательность, то он убедиться в том, что обсуждение вопроса об исхождении и ниспослании Святого Духа имеет отношение к вопросу о сущности и энергиях-действиях Бога. Характерно то, что диалог между свт. Григорием Паламой и схоластом Варлаамом начался с filioque и сразу же перешел к вопросу о том, является ли энергия-действие Бога нетварным или тварным.

з) История введения filioque весьма интересна. Исследования, которые были сделаны профессором протопресвитером Иоанном Романидисом, излили свет на исторические события. Он считал, что filioque использовалось франками против римлян, как западной, так и восточной частей единой Римской империи. Римские православные папы героически сопротивлялись введению filioque в Символ веры . В конечном итоге оно было внесено, когда в первый раз на кафедру Ветхого Рима взошел итало-франкский папа Бенедикт VIII (1009–1014). Западные и восточные римляне в IX в. были православными и боролись с франками как инославными. Схизма произошла не между Римскими Папами и Римскими Патриархами, но между Римскими Папами-Римскими Патриархами с одной стороны и франками еретиками – с другой.

и) На Ферраро-Флорентийском соборе свт. Марком Евгеником были доказаны православные взгляды. Подписание унии присутствующими православными за исключением свт. Марка Евгеника и некоторых других, было продуктом и результатом давления и трудных обстоятельств той эпохи. В итоге уния не восторжествовала по двум причинам. Первая, потому что последующие соборы её осудили, а во-вторых, потому что народ оказал сопротивление, но не потому, что он был богословски неосведомленным, но потому, что был достаточно просвёщен относительно предательства, которое было совершено. Это показывает, что собеседования необходимо проводить в духе взаимного уважения, а не с помощью политических давлений и тенденций.

к) В итоге использование различных терминов, которые возникли в западном богословии, становится средством для того, чтобы понять с помощью точного слова вопросы, относящиеся к богооткровенному богословию. Это является выражением схоластики, которая не может различить ограниченные термины рассудка, и термины, которые будут рождаются как катафатическим, так и апофатическим богословием. Но даже различные термины создали в западном богословии некий целый образ мышления, которые лишь порождает настоящий проблематизм. Поэтому различная догматическая терминология в действительности связана с отрицанием или переоценкой православного исихазма, согласно анализу свт. Григория Паламы, который является основанием православного богословия и духовной жизни.

Следовательно, истолкование терминов, которые ипспользовались с течением времени не является только темой научного анализа, но условиями для открытия истинного исихазма и жизнью им.

Впервые же вставка появляется на III-м Толедском Поместном Соборе 589г в Испании и была принята против ереси арианства (на этом Соборе присоединяли ариан к Православной Церкви).

Эта вставка, об исхождении Св.Духа от Отца и Сына, была обусловлена трудами почитаемого всей Церковью блаженного Августина (в частности в его трактате «О Троице», которое в то время, был безусловным авторитетом в КЦ. XV Толедский собор 688г. прямо указал, на чем основывается догмат Филиокве: «Мы принимаем учение великого учителя Августина и следуем ему». При этом подразумевалось, что «Отца и Сына», как единого источника (чему противится до сих пор Православная Церковь).

Есть предположение (в частности о.Иоанна Романидиса), что Св.Августин Блаженный сам сознавал несовершенство своей триадологии и желал ее исправить (стр.40), но несмотря на это, его ученики издали его трактат «О Троице», без его ведома и авторских правок. Так это или нет, ересь филиоквизма постепенно охватывало всю КЦ. Вначале вставка была принята только Испанской Церковью, и встречала неприятие в других Церквях.

Все источники ссылаются также на Папу Льва III, который был противником внесения изменения в Символ Веры, именно в связи с запретом Вселенских Соборов . Многие источники говорят, что Папа Лев III противился к Филиокве, как к добавке, но не как к вероучению, но некоторые историки, опровергают это (стр.38),] указывая на то, что Папы не могли открыто осудить Филиокве, как ересь из-за оккупации франков, которые и использовали в дальнейшем филиокве, как инструмент давление на Византию, так у укрепления своей власти на папском престоле.

Византия, в лице Св.Патриарха Фотия противилась франкийским миссионерам и попыткам навязать Восточной Церкви филиокве. Уже в XIX веке намечался раскол между Церквями. На Константинопольском Соборе 867г, был предан анафеме Папа Николай, за свои притязания и вмешивание в дела Константинопольской Церкви и за отступления в вере и обрядах. Это также был ответ на его анафематствование на Римском Соборе 863г Патриарха Фотия. (К сожалению, Константинопольском Соборе 867г весьма малоизвестен и малоизучен в виду того, что были сожжены все решения Собора, как католической, так и православной стороной). (см.прим. 45). После этого, при поддержки императора Василия, который искал пути для сближения с Западом, был смещен и предан анафеме Патриарх Фотий, который вновь был восстановлен в сане и с которого были сняты все анафемы, на упомянутом уже выше Софийском Соборе 879г, где была соборно также осуждена любая добавка к Символу Веры (данное решение было принято именно против вставки «филиокве) и Папа Иоанн VIII не раз письменно подтверждал неприятие им Филиокве и признание решений Софийского Собора .

После великой схизмы (1054), как следствие раскола, филиоквизм окончательно утвердился во всей КЦ.

Софийский Собор 879-880г

(прим.: в виду, превышения объема материала, будет дана лишь краткая информация)

Данный Собор признается Греческой Церковью, как Вселенский (каким он и был по составу и количеству представителей), который признал Вселенским предыдущий седьмой. Удивительно, что ссылок в русскоязычном пространстве на данный Собор весьма мало и весьма мало фундаментальных по нему трудов (упомянутый выше труд А.Лебедева издан в неоконченном варианте) . Возможно это связанно с отсутствием переводов стенографий и решений по нему, может опубликованный в сети перевод статьи о.Георгия , является одной из первых ласточек.

Решения принятые на Соборе:

«Однако если кто-то дерзает заново переписать и переименовывать «Правило Веры» некоем ином изложении, кроме разве этого священного Символа, который повсюду свыше распространялся благословенными и святыми Отцами нашими и чтобы похитить авторитет исповедания этих богоносных мужей и внедрить их собственные изобретения и чтобы их представить в виде общего учения верующим или тем, которые обращаются от какой-либо ереси, и они проявляют нахальство в том, чтобы всецело искажать это древнейшее священное и уважаемое определение с помощью поддельных слов, добавления, убавлений. Тогда того, согласно гласу святых и Вселенских соборов, который уже признан перед нами, его следует отлучать совсем, если он является клириком, или предать анафеме, если он является мирянином».

Также из деяний заседания Собора: после прочтения Ороса епископы воскликнули:

«Там мы считаем, так веруем, мы крестились в этом исповедании и удостоились войти в клир. Итак, мы считаем за врагов Божиих и Истины тех, которые думают иначе в отношении этого. Если кто-то будет дерзать составлять кроме этого Символа веры иной, или прибавлять в него, или убавлять что-либо из него, или проявлять дерзость его объявлять «правилом», то да будет осужден и да будет изгнан из христианства. Поскольку он тем самым удаляет или же прибавляет что-либо в Святой и Единосущной и Нераздельной Троице, и этим заявляется, что исповедание, которые у нас было до сего дня является несовершенным (Другими словами, проблема, которая подразумевается здесь, но не называется, имеет отношение в Троичному догмату) и осуждает Апостольское Предание и учение Отцов. Итак кто бы то ни был если он доходя до такой степени пренебрежения, дерзает делаеть такое, о чем мы говорила прежде и предложил некий иной Символ веры и его объявляет «правилом» , или добавляет в него или что-либо убавляет в Символе, который нам передан Первым, Великим, Святым и Вселенским Собором в Никее, тому да будет Анафема!»

Как видим, соборно было весьма однозначно было осужденно любое добавление к Символу Веры, и католики также приняли эти решения (в последствии, они отказались признавать этот Собор). Некоторые богословы, к примеру, о.Даниил Сысоев, считают, что Вселенский Собор, к которому готовится уже более 50 лет Православная Церковь, на самом деле будет неVIII-м, как считают многие, а IX-м, на котором Софийский Собор признают Вселенским VIII-м. Отец Даниил Сысоев также выразил желание(в лекциях по «Догматическому богословию»), что может Церковь наконец-то призовет на Собор Папу, где официально уже будет дана оценка Католической Церкви – или они отказываются от своих ересей и входят в лоно Единой Церкви, или будут официально преданны анафеме.

Дополнительные аспекты, возникающие в современной полемике католиков и православных

В целом, основная полемика католиков сводится к тому, чтобы показать, что они верили всегда, согласно изначальному вероучению Церкви, а последнее время, с подачи Иоанна Павла II (на проповеди 29 июня 1995 года он выразил желание, чтобы учение о Филиокве было разъяснено согласно Вселенскому Собору 381г (стр.103),) происходит попытка привести, а точнее сделать видимость (иногда просто путем умалчивания), что католическое учение соответствует православному (что на практике не является таким, см. стр.134-135). Рассмотрим характерные аспекты, которые возникают при этом:

1. Католики: «Филиокве» это вставка, призванная пояснить вероучение.

· Это одно из самых, можно сказать, древних оправданий католиков, призванных ввести в заблуждение большинство верующих. Если не изучить их богословие, и тщательно опросить их по всем вопросам (как сделал Св.Марк Ефесский на Флорентийском Соборе ( стр.190) при совместном изучении известного письма Св.Максима Исповедника диакону Марину о «филиокве»), то выглядит весьма правдоподобно. Но как мы показали выше, даже простая вставка в Символ Веры является каноническим преступлением. Св.Отцы не ввели из-за этого даже термин «Богородица» в Символ Веры ;

· Но почему-то, только из-за двух вставленных слов, приходится добавлять еще сотни и сотни слов, писать целые труды и трактаты, это маленькое «несущественное» добавление является одним из непреодолимых препятствий для воссоединения Церквей;

2. Католики: они не отходили от первоначального вероисповедания Церкви и выражают ее по-прежнему в полноте Истины.

· Православные богословы не раз показывали, что православное и католическое понимание филиокве не соответствуют друг другу. Возникает вопрос, если Православная Церковь не впадала в ересь (что признают это католики, считая православных максимум схизматиками и не более), при этом ничего не вводив дополнительно в вероучение и в частности в Символ Веры; ни Католическая Церковь не впадала якобы в ересь — а в итоге все-таки имеем расхождение в вероучении и при этом КЦ ввела какие-то вроде бы несущественные дополнения, то где тогда загвоздка?

3. Католики: Дополнение весьма важно для вероучения.

· Если это дополнение так важно, то почему на последнем II-м Ватиканском Соборе приходам разрешено использовать филиокве по усмотрению прихода, в греческой католической Церкви, Символ Веры вообще принят без филиокве? И католические богословы, к примеру, кардинал Йозеф Ратцингер, ныне папа Бенедикт XVI в своих трудах ссылаются на неискаженный Символ Веры?

· Почему Церковь, которая непогрешима, Она то вводит, то отказывается от каких-то догматов?

4. Католики: Филиокве находит свое подтверждение во многих святоотеческих трудах.

(прим. на это, к примеру, ссылается Папа Иоанн Павел II в своей книге «ВЕРУЮ В ДУХА СВЯТОГО ГОСПОДА ЖИВОТВОРЯЩЕГО» глава «К ВОПРОСУ О «ФИЛИОКВЕ»»

· Это явная и недобросовестная ложь или заблуждения, т.к. все цитаты вырываются из контекста. Упоминание филиокве мы можем найти только у Св.Августина Блаженного и Тертулиана (, стр.111). Более подробное опровержение можно найти в трудах , и других.

5. Католики: Филиоквизм никогда не присутствовал в католическом вероучении.

· Это наглая ложь, ибо решения Толедского Собора 589г, Латеранского Собора 1215г, Лионского Собора 1274г говорят явно совсем об обратном:

SECOND COUNCIL OF LYONS (1274):

Twelfth Ecumenical Council: Lateran IV 1215: Canon 1

Итог: к сожалению, как показывает анализ современного католического богословия относительно филиокве, проделанный о.Саввы в своем труде (стр.134-135), уже просто невозможно привести догмат филиокве к православному вероучению, как пытаются современные католики (и это исказило тотально понимание Троицы, ч то сказывается и на самом духовном опыте) и остается только одно – отказаться от ереси.

Литература

митрополит Филарет «Пространный христианский катихизис Православной Кафолической Восточной Церкви составлен митрополитом Филаретом (Дроздовым)»;

Преподобный Амвросий Оптинский «Ответ благосклонным к Латинской Церкви о несправедливом величании папистов мнимым достоинством их Церкви».

Святитель Марк, митрополит Ефесский «Латинянин, или о прибавлении в Символе». (включено в : «Небольшой отрывок этого сочинения был напечатан J. Hergenroether’ом в 160 томе греческой серии Патрологии Миня. Иасон, монах, опубликовал это сочинение в журнале «Σωτήρ»(Афины 1889 г.).

Mgr. L. Petit приводит текст согласно Парижской рукописи 1218, фол. 133-137, и поместил его в 17-м томе «Patrologia Orientalis» стр. 415-21, с издания которого мы и сделали перевод на русский язык»).

Архиепископ Аверкий (Таушев) «Значение Вселенских соборов».

Св.Игнатий Брянчанинов. «Понятие о ереси и расколе».

Официальный сайт Русской Православной Церкви. Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси. Отчет о посещении Патриарха РПЦ Кирилла г.Тутаева 11 сентября 2010 (http://www.patriarchia.ru/db/text/1272366.html)

о.Козлов Максим, доцент МДАиС «Курс лекций по Сравнительному богословию», ГЛАВА 8. ФЕРРАРО — ФЛОРЕНТИЙСКИЙ СОБОР И ФЛОРЕНТИЙСКАЯ УНИЯ. ИСТОРИЯ «ФИЛИОКВЕ».

А. П. Лебедев «История разделения Церквей в IX, X и XI вв.» Глава: «Собор 879-880 гг., называемый Собором в храме Св. Софии»

Что такое филиокве? Это учение Римо-католической Церкви об исхождении Святого Духа не только от Отца, но и от Сына, явилось одной из основных догматических причин разделения Церквей и до сих пор остается важнейшим вероучительным заблуждением католичества, которое препятствует любому возможному единению.

Филиокве

В качестве богословского мнения учение о filioque возникло задолго до разделения Церквей. Оно исходит из своеобразного толкования ряда евангельских отрывков, в которых можно усмотреть указания на такое исхождение. Например, в Евангелии от Иоанна (15:26) Спаситель говорит: «Когда же приидет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины. Который от Отца исходит», и в Его словах усматривается прямое доказательство исхождения от Него Св.Духа, Которого Иисус обещает послать от Себя. Очень часто используются стих из Ин.20:22, когда Иисус «сказав это, дунул, и говорит им: приимите Духа Святаго» и слова ап. Павла в Послании к Галатам «Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего» (Гал. 4:6), а также ряд других отрывков.

Следует учитывать, что евангельское представление о Третьем Лице Св. Троицы не отличается такой же полнотой и определенностью как ветхозаветное учение о Боге-Отце и новозаветное учение о Боге-Сыне. Почти все, известное нам о Третьем Лице Св.Троицы, содержится в прощальной беседе Господа с учениками на Тайной Вечери в изложении Евангелия от Иоанна. Парадоксальным образом мы больше знаем о благодатном участии Св.Духа в жизни мира, чем о его Троическом бытии. Принципиальная ограниченность земных представлений в описании троических отношений, о которой писал св. Григорий Богослов: «Объясни … мне нерожденность Отца, тогда и я отважусь естествословить о рождении Сына и об исхождении Духа» более всего коснулась образа исхождения Св.Духа. Достаточно рано односторонние воззрения на Второе Лицо Св.Троицы проявились в савеллианской и македонианской ересях.
Значительное развитие это учение получило на II Вселенском Соборе, отцы которого вместо краткой никейской формулы «веруем и во Святаго Духа» дали развернутое определение «и в Духа Святаго, Господа Животворящего, Иже от Отца исходящего», которое достаточно определенно свидетельствует о способе исхождения Св. Духа и не дает оснований для разномыслий, впоследствии утвердившихся в западном богословии в учении об исхождении Его «и от Сына».

Распространение на Западе учения о filioque связывают с именем блж.Августина, который учил о Св.Духе как «о самом общении Отца и Сына и, … той самой божественности, под которой разумеется … взаимная любовь между собою Того и Другого». На его авторитет прямо ссылается Толедский собор 688 г.: «Мы принимаем учение великого учителя Августина и следуем ему».

Действительно, именно блж.Августин впервые авторитетно заявил об исхождении Св.Духа «и от Сына» в толковании эпизода из Евангелия от Иоанна (20:22), когда Иисус «сказав это, дунул, и говорит им: приимите Духа Святаго». По мысли блж.Августина «почему нам не веровать, что Св.Дух исходит и от Сына, когда Он есть Дух также Сына? Ибо если бы Он не исходил от Него, то, явившись ученикам после Своего Воскресения, Он — Сын — не дунул бы на них, говоря: приимите Духа Святаго, ибо что другое означало оное, если не то, что Св.Дух исходил и от Него».

Однако, многие исследователи справедливо обращают внимание на то, что «Августин в различных смыслах понимал исхождение Духа от Отца и исхождение от Сына … под исхождением Духа от Отца он разумел исхождение Его … по началу Своего бытия», тогда как «под исхождением Духа от Сына он разумел … совечное с Его исхождением от Отца пребывание в Сыне». Блж.Августин, несомненно, стоял у истоков учения о filioque, но он не придавал этим словам того значения, которое оно приобрело в позднейшем развитии и отнюдь не считал его догматической истиной.

Тем не менее, богословские мнения об участии Сына в изведении Св.Духа получили распространение в Западной Церкви, например, в лице папы Льва Великого, Проспера Аквитанского, Павлина Ноланского, а позднее, — папы Гормизда и Исидора Севильского. Впервые filioque получило церковное признание в Испании, на Толедском соборе 589 г., причем, скорее по практическим чем догматическим соображениям. На этом соборе Православие приняли вестготы-ариане и для того, чтобы догматически восполнить арианское умаление троического достоинства Второго Лица Св.Троицы оно было усилено дополнительным троическим качеством изведения Св. Духа. Равночестное со Отцем участие Сына в изведении Третьего Лица Св. Троицы должно было утвердить в глазах ариан равное троическое достоинство Сына и Отца.
Учение о filioque, очевидно, не было известно за пределами латинского мира вплоть до VII в., когда внимание восточного богословия привлекло исповедание веры папы Феодора I, содержавшее filioque. Разрешением этого недоумения занялся св.Максим Исповедник, и, по изучении дела, он пришел к выводу о том, что «многочисленными свидетельствами они доказали, что они не делают из Сына причину Св.Духа, ибо они знают, что единое начало и Сына и Духа есть Отец — Одного через рождение, Другого — через исхождение. Но их формулировка имеет целью показать, что Дух исходит через Сына и, таким образом, установить единство и тождество сущности.» В этом определении св. Максима мы встречаем несколько двусмысленную формулировку «через Сына», об истинном значении которой будет сказано позже.
Послание св. Максима Исповедника умиротворило Восток, пока в 808 г. не произошел второй случай с франкскими монахами-паломниками, прибывшими в с Иерусалим. Во время совершения литургии они пели Символ веры с filioque, что не ускользнуло от внимания местных иноков и послужило поводом для нового разбирательства. Заслуживает внимания то, что прещений на франков Иерусалимская Церковь не наложила.

Первая попытка добиться общего признания filioque Западной Церковью произошла на Аахенском соборе 809 г. Причины вновь были более историческими чем собственно церковными. Решение об исхождении Духа Святаго от Отца и Сына было принято под влиянием франкского императора Карла Великого, который участием в догматических делах Церкви стремился утвердить свое не только государственное, но и церковное равноправие с византийскими императорами.
Следует сказать, что признание filioque в Западной Церкви было далеко не всеобщим. Попытки догматизировать это учение послужили причиной серьезных догматических споров в конце VII-VIII вв. Против изменения соборно утвержденного Символа веры высказывались многие видные западные богословы, например, Алкуин. Папа Лев III не мог заставить Карла отказаться от filioque, но сам решительно отказался принять эту вставку, потому что «незаконно писать или петь ее там, где она была запрещена Вселенскими Соборами».
Критическое богословское рассмотрение западного учения об исхождении Св.Духа предпринял в IX столетии патриарх Константинопольский Фотий, который изложил четыре группы доводов против такого образа мыслей в сочинении «Тайноводство о исхождении Духа Святаго». На Свято-Софийском соборе 879-80 г. было запрещено изменять Никео-Цареградский Символ веры и Западная Церковь в лице папы Иоанна VIII подтвердила это фактическое осуждение filioque.
Однако решения Свято-Софийского собора лишь на время приостановили догматизацию учения об исхождении Св. Духа «и от Сына». В 1014 г. папа Бенедикт VIII включил filioque в западный символ веры и ускорил этим назревавшее разделение Церквей. Многие исследователи соглашаются в том, что истинной причиной раскола 1054 г. была не столько догматическая сторона учения об исхождении Св. Духа от Отца и Сына, сколько сам факт «посягательства епархиального мнения на вселенское единоверие». Как частное богословское мнение Запада и даже как теологумен оно было известно Востоку как минимум в течение нескольких столетий, но «многие западные отцы древней Церкви, проповедавшие filioque жили и умирали в общении с Восточной Церковью, которая равно чтит их память. Патриарх Фотий, боровшийся с этим учением, тем не менее имел общение с Западной Церковью» . Решительное осуждение вызвало, скорее, не само учение о filioque, а попытка его догматизации. Восточная Церковь восстала против открытого попрания правил целого ряда соборных постановлений, в частности, 7 правила III Вселенского Собора, которое категорически запрещало любое изменение Никео-Цареградского Символа веры.

После Великого раскола учение об исхождении Св. Духа неизменно оказывалось в центре любой полемики или унии Востока с Западом. Обоснованию этого догматического мнения посвящали свои труды выдающиеся схоластики Запада, прежде всего Фома Аквинский. Окончательное догматическое утверждение в Римо-католической Церкви оно приобрело как раз на объединительных соборах: Лионском (1274 г.) и Ферраро-Флорентийском (1431-39 гг.). На Востоке тема filioque получила основательную богословскую разработку, в частности, в трудах Константинопольского патриарха Григория Кипрского и святителя Григория Паламы.
Осуждение учения о filioque было подтверждено «Окружным посланием восточных патриархов» 1848 г., где прямо говорится о том, что «учение … об исхождении Святаго Духа есть и именуется ересью, а умствующие так еретиками, по определению святейшего Дамаса, папы Римского, который говорил так «кто об Отце и Сыне мыслит право, а о Духе Святом неправо, тот еретик».

В конце XIX — начале XX вв. значительное участие в изучении проблемы filioque принимали русские православные богословы. Обостренный интерес к ней был вызван попытками воссоединения с Православной Церковью старокатолического движения, вероисповедание которого унаследовало римо-католическое учение об исхождении Св.Духа. В русской богословской науке сложилось два основных мнения о подлинной природе этого учения.
Одно из них представлено, в частности, В.Болотовым в его знаменитых тезисах о filioque. Вместе с рядом других богословов он считал, что учение о filioque можно признать теологуменом, имеющим право на существование и получившим еще в древности косвенное признание Восточной Церкви.

Другое мнение, которого придерживался, ряд современников В.Болотова, а затем, в частности, В.Лосский отстаивало глубокую догматическую разницу между православным пониманием исхождения Св.Духа и римо-католическим учением, усматривая в нем причину различного понимания триадологии.

Если историческая роль filioque представляется достаточно ясной, то его богословская оценка затрудняется тем, что некоторые восточные отцы, в частности, св. Максим Исповедник, чьи слова были приведены выше, св. Василий Великий, св. Григорий Нисский и св. Григорий Богослов, а также св.Иоанн Дамаскин допускали выражения, предполагавшие исхождение Св.Духа от Отца чрез Сына. Например, св. Иоанн Дамаскин писал «Бог … всегда был Отцом, имея из Себя Самого Свое Слово и чрез Свое Слово исходящего из Него Своего Духа». В «Определении православия … патриарха Тарасия», одобренном VII Вселенским Собором и папой Адрианом, говорится: «Верую во Единого Бога Отца Вседержителя, и во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия … и в Духа Святаго, Господа животворящего, от Отца чрез Сына исходящего».
Догматический смысл формулировки «чрез Сына» состоит в том, что такого рода исхождение Св. Духа «от Отца чрез Сына» отличается по своей природе от Его вневременного исхождения «от Отца», в котором Он обретает Свое троическое бытие. Исхождение от Отца есть исхождение от Первопричины в пределах Св. Троицы, тогда как исхождение «чрез Сына» понимается православным богословием как «энергийное сияние», исхождение Св. Духа из пределов Св. Троицы для благодатного освящения мира.

Константинопольский патриарх Григорий Кипрский в XIII столетии весьма поэтично изъяснил догматическое значение исхождения Св.Духа «чрез Сына»: «Дух имеет Свое бытие от Отца, Который есть единственная Причина, из Которой Он исходит вместе с Сыном Своим, свойственным Ему способом, являясь одновременно через Сына, через Него и при Нем возсиявая — так же как свет исходит от солнца вместе с лучом, сияет и является через него и при нем и даже от него. … ведь и вода, которую черпают из реки существует из нее; так и свет существует из луча. Но ни тот, ни другая не имеют причиной своего бытия эти две вещи» .
В своем богомыслии как Запад так и Восток исходил из тех наименований и ипостасного порядка Лиц Св.Троицы, которые были указаны Самим Господом в заповеди «идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Св.Духа» (Мф.28:19)

С другой стороны, человеческий разум невольно пытался постичь тайну небесного бытия Лиц Св.Троицы, прилагая к Ним смысловую окраску, которую Их имена имели в земных представлениях. При этом общее представление о Третьем Лице Св.Троицы во многом определялось Его наименованием в Евангелии, т.к. более полного знания о Нем Откровение нам не дает.

Рассматривая filioque как соблазн человекоуподобления в представлениях о божественном бытии Св.Троицы мы видим как искажающее воздействие человеческого сознания проникает чрез наименование Лиц Св.Троицы в образ постижения Их неизреченного бытия. Слово Божие — Вторая Ипостась Св.Троицы — имеет вечное бытие с Богом-Отцом, временное Его воплощение превосходило пределы нашего постижения, поэтому, если Родителю усвояется имя — Отец, а Родившемуся — Сын, то только в их явлении человеку. Наименование Третьего Лица Духом Святым также не что иное как снисхождение к человеческим понятиям. Неизбежность такого снисхождения остается единственной причиной того, что Первая, Вторая и Третья Ипостаси Св.Троицы умопредставляются как Отец, Сын и Св.Дух. Суждение об их внутренней жизни не может быть основано на этом человеческом умопредставлении. Нам известно только, что Первое Лицо Св. Троицы является причиной бытия Сына и Св. Духа, внутренняя же жизнь Божества недоступна человеческому определению. Другими словами, богословие может только утверждать, что в Боге Три Ипостаси одинаковой совечности, и что Одна из Них — причина бытия Двух Других. Об остальном блж. Августин говорил, что «это не может изъяснить язык даже ангельский, а не то человеческий» .

Два первых Лица Св.Троицы обладают совершенно определенными собственными чертами, которые позволяют различать род Их троического бытия без всякого смешения. Логическая связь Отца и Сына есть связь непосредственная … Оба понятия немыслимы одно без другого, ибо когда мы произносим слово «Отец», то мы тем самым мыслим эту личность обладающей свойствами отца, то есть имеющим Сына. Логическая связь Отца и Духа Святаго уже не имеет такой силы, ибо между словами «Отец» и «Дух» нет столь же непосредственной связи как между «Отец» и «Сын». У нас нет и Господь не открыл нам какого-либо особого наименования третьей Ипостаси, которое связывало бы ее с именем первой столь же необратимо как последняя связана со второй. «Отец» и для Духа Святаго является прежде всего как Отец Сына . В этом и заключается логический соблазн рассудочного восприятия откровения о Св. Троице как идущего от Отца к Сыну и чрез Сына ко Св.Духу.

Кроме того сама историческая последовательность откровения Лиц Св. Троицы в Св. Писании, повествующем вначале о Боге-Отце и прикровенно — о Боге-Сыне, затем — о Боге-Сыне и прикровенно — о Св. Духе может восприниматься рациональной богословской мыслью как обоснование того неравноценного рода троического бытия Св.Духа, который утвердился на Западе с принятием filioque.
Св. Дух в учении о Св. Троице отличает, по словам В.Лосского «характерная безымянность». По мысли Фомы Аквинского у Третьего Лица Св.Троицы нет собственного имени и имя «Дух Святый» дано ему согласно обычаю Священного Писания. Наименование Святаго Духа указывает черты бытия, приложимые, в известной степени, и к Отцу и к Сыну, Которым присуща и духовная природа и святость. Таким образом, определяющие бытие Св.Духа признаки могут более выражать содержание всей троичной жизни, нежели собственное ипостасное бытие Третьего Лица или, по словам В.Лосского, «наименование «Дух Святой» как таковое можно было бы также относить не к личностному различению, а к общей природе Трех» . С известной долей уверенности, мы можем говорить, что в этом же русле развивалась и мысль блж.Августина, когда он говорил Св.Духе как «о самом общении Отца и Сына и, … той самой божественности, под которой разумеется … взаимная любовь между собою Того и Другого». В данном случае мы опять-таки видим указание на личное, ипостасное свойство Третьего Лица Св.Троицы, соотнесенное с бытием двух первых Лиц и Св.Дух становится как бы зависимым, служебным Лицом Св.Троицы, Его собственное ипостасное бытие угнетено.

Подобная же неопределенность отличает наше человеческое представление об образе обретения
Св.Духом Своего Троического бытия, ибо «термин «исхождение» можно принимать за выражение, относящееся не к одному только Третьему Лицу». Оно не имеет той силы единосущия Отцу, которую предполагает рождение Сына.

Соблазн filioque состоит, прежде всего в том, что вносится разделение в единую Первопричину бытия лиц Св.Троицы, Которой является Бог-Отец. Появляются два источника троической жизни, некий намек на двоицу: Отец, рождающий Сына и Отец вместе с Сыном, изводящие Св.Духа. Становится непонятным, как можно мыслить Бога-Отца — Единой причиной видимого и невидимого мира, если рядом с Ним будет существовать сопричина, хотя бы и в лице Сына.

Учение об исхождении Св.Духа «и от Сына» укрепляет преобладание усийного начала в троической природе, «превосходство природного единства над личностной троичностью» . Сохранить ипостасное различение Лиц Св. Троицы возможно только в пределах православного богословия, которое укрепляет это различение двумя особыми способами происхождения — рождением Сына и ничем не умаленным по сравнению в Ним исхождением Св. Духа.

Принимая во внимание трудности богословского осмысления образа троического бытия Третьего Лица Св.Троицы, православное сознание в любом случае не может согласиться с фактом произвольного изменения соборно утвержденного Символа веры, которое послужило основной причиной Великого раскола и несомненно остается на совести духовных вождей Запада.

Библиография

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *