Домонгольская архитектура Руси

Древнерусское зодчество, развивавшееся на протяжении восьми веков, прошло сложный путь от деревянных построек до монументальных белокаменных храмов. Они служили оплотом и надежным убежищем в трудные исторические эпохи. Именно древнерусская архитектура была настоящим воплощением мощи государства и его высочайшей духовной культуры.

Русь деревянная. Изба — макрокосм русского масштаба

Архитектура Древней Руси — уникальное явление в истории архитектуры. Несмотря на мощь каменных форм и зачастую крепостной характер белокаменных монолитов, она не может не восхищать своей красотой. Пожалуй, сейчас это единственные сооружения, которые дают почувствовать аромат давно ушедших веков с былинными богатырями и варварскими племенами монголо-татар. Но путь до белокаменной архитектуры был очень непростым и долгим. А начинался он с деревянной избы.

Не каждый житель современного мегаполиса был в настоящей русской избе. Большинство старых деревенек безвозвратно уходят в прошлое, некоторые же, наоборот, застраиваются особняками, иногда в неорусском стиле: многие не хотят расставаться с духом старины.

Если же говорить о конструкции настоящей русской избы, то она представляет собой деревянный сруб (или два сруба), покрытый двускатной, реже — четырехскатной крышей. Четыре бревна, сложенные в прямоугольник, соединялись по углам дома с помощью врубок, образуя венец. Существовало два типа врубок: «в обло» («в чашу»), который встречается в очень старых зданиях и деревенских избах, и «в лапу» — сложнее первого, но более экономный. Венцы накладывались друг на друга, и получался сруб. Для постройки больших зданий соединяли несколько срубов.

Рубленые дома-избы часто украшались, особенно на севере, резьбой. Наличники окон, ставни, ворота — на них в кружевной деревянный орнамент включались причудливые фигуры фантастических существ. Изба становилась очень нарядной!

Рубка углов «в обло» имеет и другое название — «в чашу». «Облый» в древности означало «круглый». Это соединение бревен считается самым древним. Основу врубки составляла вырубленная в бревне округлая чаша. Это углубление было направлено вверх. В него и вкладывалось поперечное бревно. Вариант рубки углов, когда бревна стесываются прямо с концов (без остатка), называется «в лапу».

Большая часть деревянных домов, которыми застраивались древнерусские города, мало чем отличались от крестьянской избы. Некоторые дома строились двухэтажными, многие ставились на подклет — полуподвальный этаж, служивший для хозяйственных целей. В простом одноэтажном деревянном доме помимо основного помещения — горницы — было еще дополнительное — жилое. А к срубу примыкали сени — входная часть дома. Интересно, что сейчас слово «сени» мы почти не употребляем. Зато в обиходе французский вариант — вестибюль!

В центре избы ставилась большая печь, обогревавшая всю постройку и получившая наименование русской. От нее зависело все — и тепло, и благополучие человека.

Устройство древнерусского храма

Долгое время на Руси дерево служило основным строительным материалом. Все было бы хорошо, только постоянно приходилось опасаться пожаров. Помните историю о княгине Ольге, которая послала непокорным древлянам голубей? К лапке каждого из них была привязана зажженная пакля. От поселения несчастных вмиг не осталось и следа!

С распространением христианства возникла потребность в каменном строительстве. Правда, коснулось это в основном храмового зодчества. Повсеместно возводились крестово-купольные храмы, конструкция которых была навеяна опытом византийских зодчих. В этом можно убедиться, заглянув внутрь храма.

Церковь Спаса Преображения на Ильине улице. XIV в. Новгород

Над церковным зданием сооружали главный купол. Рядом с ним могли соседствовать от четырех до двенадцати меньших куполов. Количество их не было случайным: все зависело от того, кому или чему посвящена церковь.

Если храм венчал один купол, то он означал единство Бога. Три купола символизировали Пресвятую Троицу. Встречаются храмы с четырьмя, пятью, девятью главами. А 13-главый храм напоминает об Иисусе и 12 апостолах.

Как число, так и форма куполов имеют символическое значение. Форма луковицы означала символ пламени свечи, заставляющий прихожан вспомнить слова Христа: «Вы — свет миру». Распространенной была шлемовидная форма, напоминающая о воинстве, о духовном сражении, которую ведет церковь с силами зла и тьмы

Центральную главу храма поддерживал барабан со световыми окнами, который опирался на четыре главных столба, находящихся внутри храма. Таким образом, прямоугольное в плане здание церкви как бы расчленялось крестом, перекрестье которого приходилось точно на центр храма — подкупольное пространство между четырьмя главными столбами. Все это было заимствовано из византийской архитектуры.

Главный и прочие столбы делили храм на нефы — галереи, идущие от входа к алтарю, межрядовые пространства. Нефов, как правило, было три или пять. С восточной стороны в храме располагался алтарь, где происходила наиболее важная часть христианского богослужения. Там, где находился алтарь, церковная стена выдавалась полукруглыми выступами — апсидами.

Спасский собор Андроникова монастыря

Вход в церковь был в западной части храма. Над ним русские зодчие строили хоры — верхнюю открытую галерею, балкон, где пребывали во время богослужения именитые гости: князь, его семья и приближенные.

Древнерусские храмы привлекают своим каменным убранством. Популярными элементами декора были закомары и кокошники. Закомарами называли полукруглое или килевидное завершение наружного участка стены, похожее своими очертаниями на прилегающий к ней внутренний свод. А ложная закомара, которая не повторяла внутренней формы свода, называлась кокошником

Белокаменная Русь. Золотые ворота русской истории

Каменное строительство начинает распространяться на Руси с XI века. Из камня возводят самые значимые сооружения: церкви, дворцы, богатые жилые дома.

Первыми примерами монументальной архитектуры в восточнославянских землях стали большие церкви Киевской Руси. Константинопольские строители при участии киевских мастеров построили Софийский 13-главый крестово-купольный собор в Киеве. Он стал одним из самых значительных архитектурных сооружений того времени.

В период, когда Русь состояла из большого количества княжеств, Киеву не всегда удавалось сохранять ведущую роль. В отдельных центрах появляются местные архитектурные школы. В XII–XIII веках важнейшим становится Владимиро-Суздальское княжество. Местные зодчие не просто продолжили традиции византийской архитектуры, но и значительно обогатили их западноевропейскими идеями и элементами.

Первым европейскую каменную технику начал использовать Юрий Долгорукий. При нем были возведены белокаменные постройки во Владимире, Суздале, Юрьеве-Польском, Переславле. От времени правления Андрея Боголюбского сохранились Успенский собор и Золотые ворота во Владимире. По мнению некоторых историков, Золотые ворота не похожи ни на одно сооружение в европейской архитектуре.

Золотые Ворота. XII в. Владимир

Во время строительства внезапно обрушился свод Золотых ворот. К счастью, никто при этом не погиб. Князь Андрей Боголюбский, при котором и строились ворота, заказал благодарственный молебен по этому поводу. Чувствуя недоброе, он заменил и строителей. Новыми зодчими стали итальянские мастера, присланные Андрею Фридрихом I Барбароссой. Они и закончили строительство ворот. Их работа так понравилась князю, что он оставил их у себя для строительства других каменных сооружений. Ими стали Успенский и Дмитриевский соборы, а также изящная и очень красивая церковь Покрова на Нерли в Боголюбове.

Церковь Покрова на Нерли. XII в. Боголюбово

Конец белокаменному зодчеству во Владимиро-Суздальской Руси положило татаро-монгольское нашествие.

Первые шатровые храмы были деревянными. Это связано с тем, что формы церковной архитектуры перенимались Древней Русью из Византии. Но в дереве было очень трудно передать форму купола византийского типа. Поэтому на Руси он и был заменен в деревянных храмах шатровыми завершениями. Их построить было значительно легче

Новгородско­псковская архитектура. От софийского собора до поганкиных палат

Отличительными чертами новгородской архитектуры стали монументальность, простота и отсутствие излишней декоративности. Зарождение новгородской школы относят к середине XI века, времени строительства Софийского собора в Новгороде. По приказанию князя Ярослава Мудрого началось строительство стен детинца (кремля) — укрепленной части древнерусского города. А некоторое время спустя в детинце был заложен грандиозный каменный храм, посвященный Софии (Премудрой).

Храмы Новгорода не поражают огромными размерами. Они просты и тяжеловесны. При взгляде на них создается ощущение, что они как будто вросли в землю так крепко и монолитно, что способны выдержать любую осаду.

Храмы украшались фресковой живописью. Церковь Федора Стратилата на Ручью знаменита фресками кисти Феофана Грека. На них можно полюбоваться и сейчас.

Псковская архитектура очень близка к новгородской. Здесь было построено очень много церквей, получивших любопытные названия: Николы со Усохи, Василия на Горке, Успенья на Пароменье со звонницей. На Руси любили «говорящие» названия.

Зданий светской архитектуры Новгородской и Псковской земель известно немного, среди них наиболее монументальными являются Поганкины палаты в Пскове, построенные в 1671–1679 годах торговыми людьми Поганкиными. Здание напоминает своеобразный дворец-крепость, потому что его стены, толщиной в два метра, сложены из камней.

Архитектура московского княжества XIV–XVI веков. Русский Аристотель

Архитектурные традиции Владимиро-Суздальского княжества перешли в московские земли. Один из полностью сохранившихся белокаменных московских храмов княжества — Успенский собор на Городке в Звенигороде. Он выделяется из числа других соборов того же времени изяществом пропорций и красотой богатого декора. Знаменит он и тем, что росписи в нем были созданы Андреем Рублевым и Даниилом Черным.

Расцвет московской архитектуры принято связывать с именем итальянского архитектора Аристотеля Фиораванти. Именно им был построен пятиглавый Успенский собор. При строительстве зодчий использовал белый камень в сочетании с кирпичом. Это придало сооружению монументальный, торжественный вид.

В это же время в Кремле строится ряд зданий — палат, самой известной из которых стала Грановитая палата. Свое название она получила из-за одного из фасадов, отделанного граненым «бриллиантовым» рустом. Такую отделку можно встретить в итальянской архитектуре эпохи Возрождения.

Существенно изменился облик русской архитектуры при Иване Грозном. При нем в каменное зодчество из деревянного проникла форма шатра. Самым известным шатровым храмом стала церковь Вознесения в Коломенском. Ее постройка дорого обошлась русской казне, этот храм из-за красоты и изящества так и остался единственным и неповторимым.

Но самым известным архитектурным памятником эпохи Ивана Грозного стал Храм Василия Блаженного. Он был построен в память о взятии Казани. Автором проекта, по одной из версий, стал псковский зодчий Постник Яковлев. Согласно другой легенде, зодчими собора были два архитектора — Барма и Постник, которых потом ослепили по приказу Ивана Грозного, чтобы они не смогли больше построить подобного по красоте здания.

Собор Покрова Пресвятой Богородицы на Рву (Собор Василия Блаженного). XVI в. Москва

От давних времен до нас дошло немало памятников древнерусского зодчества, но все это — лишь часть того белокаменного великолепия, которое поражало любого ступившего на русскую землю. В Новое время традиции русского зодчества не исчезли — их отголоски можно наблюдать и в современной архитектуре.

Поделиться ссылкой

По просьбе Arzamas четыре историка описывают то немногочисленное наследие, которое досталось нам от домонгольских времен, — от имен и отдельных слов до монет и древнерусских граффити

Подготовили Тимофей Гимон, Савва Михеев, Евгений Пчелов, Федор Успенский

Личные имена

Евангелист Марк. Миниатюра из Остромирова Евангелия. XI век © Wikimedia Commons

Если ограничиться сферой языка, то первое, что приходит на ум, — это личные имена, в частности те, что на Руси могли носить исключительно князья. Часть из этих имен — Игорь, Рюрик, Олег, Ольга, Глеб, Рогволод, Рогнеда или Аскольд — пришли из Скандинавии, тогда как другие — Мстислав, Всеволод, Ярослав, Святослав, Ростислав — были славянскими, о происхождении же третьих (имени Борис, например) у исследователей нет единого мнения. Некоторые из русских князей были причислены к лику святых, и их имена естественно воспринимаются нами как привычная и неотъемлемая часть христианского именослова, иные же антропонимы в большей или меньшей мере несут на себе отпечаток экзотики — мода на них в современном мире то вспыхивает, то угасает.

Слово «стяг»

Евангелист Лука. Миниатюра из Остромирова Евангелия. XI век © vk.com/manuscriptum

Если от имен перейти к обычным словам, то выяснится, что скандинавских заимствований нам осталось не так уж много, но они весьма выразительны. Так, из летописи мы знаем, что каждый сколько-нибудь значительный князь обладал собственным знаменем, по которому его опознавали в битве. В определен­ном смысле присутствие знамени олицетворяло, а порой даже как бы замещало присутствие князя. В свое время Владимир Мономах, послав военную подмогу своим молодым сыновьям, сам с войском не поехал, но отправил свое знамя, чем немало устрашил противников, решивших, что он возглавляет свои силы лично. Называлось же такое знамя хорошо нам знакомым словом «стяг», которое было заимствовано из скандинавских языков. Соответствующее слово stöng означало здесь «высокий шест, длинная жердь, древко знамени» — как мы знаем из саг, собравшись именно под таким стягом после битвы, скандинавы пересчитывали уцелевших и делили на всех военную добычу.

Слово «ябеда»

Евангелист Иоанн с учеником Прохором. Миниатюра из Остромирова Евангелия. XI век © Wikimedia Commons

Не менее любопытно слово «ябеда», в современном русском языке почти целиком ставшее принадлежностью детской речи. За долгие века существования этого слова на Руси его значение претерпело несколько сдвигов и трансформаций. Пришло же оно также из Скандинавии, где имело облик embætti и обозначало службу вообще; всяческие же производные от него могли означать человека, при какой-то службе состоящего — от священника до королевской налож­ницы. В домонгольской Руси это заим­ствование было связано, по‑видимому, с организацией княжеского управле­ния: так назывались люди, которые по службе имели дело с судом, фи­скальными и имуществен­ными делами.

Слово «задница»

Остромирово Евангелие. XI век © vk.com/manuscriptum

Есть такие слова, которые вполне употребительны и в древних источниках, и в современной речи, но при этом разница в их значении столь велика, что способна создать комический эффект. Когда в XII веке восставшие киевляне произносят «не хочем быти аки в заднице», то они имеют в виду отнюдь не известную часть человеческого тела и даже не свое скверное положение, как подумал бы современный читатель, но заявляют о нежелании превратиться в наследственное владение, передаваемое от одного князя из семьи Ольговичей к другому. Древнерусское «задница» — это не что иное, как вполне корректный юридический термин, означающий наследство или имущество, подлежащее передаче по наследству, термин, употреблявшийся не только в летописях, но и в законодательных сборниках, например в Русской Правде.

Слово «порты»

Остромирово Евангелие. XI век © vk.com/manuscriptum

Несколько более наглядна преемственность значений для слова «порты», хотя и здесь изменение смысла может вести к ошибкам в понимании древнего текста. Порты означали вовсе не штаны как таковые, но любую одежду вообще, а также кусок или лоскут ткани, покрывало и даже нить — отблески этого обширного спектра смыслов видны в современном слове «портной». В соответствии с этим исходным значением и следует понимать, например, фразу летописца о том, что князь Рюрик Ростиславич, услышав о гибели зятя-недруга, «смета с себе чернечьскые порты и седе Кыеве». Речь идет о том, что князь как бы сбрасывает с себя облачение чернеца, отказываясь тем самым от монашеского пострига, недавно навязанного ему силой, и возвращается на киевское княжение. Разумеется, весьма скромный набор приведенных здесь примеров не может дать представление о том огромном массиве слов, который мы унаследовали из домонгольского времени. Он настолько велик, что можно всерьез спорить о том, нужен ли заинтересованному читателю перевод летописей, или, руководствуясь собственной языковой интуицией и не забывая все время подглядывать в словари, он все-таки может наслаждаться ими непосредственно.

Древнерусские надписи граффити

Слово «граффито» (множественное число — граффити, с ударением на первую «и») происходит от итальянского graffiato — «поцарапанный». Этим словом называют надписи и рисунки, процарапанные на разных поверхностях. Надписи граффити, по‑видимому, были распространены во всех культурах, знакомых с письменностью. От домонгольского периода древнерусской истории до нас дошли тысячи надписей граффити на стенах церквей и сотни надписей на самых разных предметах. Больше всего надписей находится в церквях, поверхность стен которых была менее других потревожена. Кладези древнерусских надписей — это древнейшие монументальные Софийские соборы в Киеве и Новгороде и миниатюрная полоцкая Спасо-Преображенская церковь в Спасо-Евфросиниевском монастыре, основанном святой Евфросинией Полоцкой. Эти три жемчужины древнерусского искусства выделяются хорошей сохранностью древнего штукатурного слоя. Несколько уступают им в количестве древнерусских граффити стены других церквей Киева и Новгорода и стены Софийского собора в Стамбуле (Константинополе). Ниже приведены пять надписей. В них использованы две типичные формулы, которые преобладают в надписях домонгольского времени: «(имярек) писал» и «Господи, помоги рабу своему (имярек)». Вторая формула заимствована из византийской традиции.

Надпись Ивана. Софийский собор, Новгород. Середина XI — начало XII века «Иванъ пъсалъ» / «Иван писал». © Фотография А. А. Гиппиуса и С. М. Михеева

Колончатая надпись Ивана уперлась в верхний край другой надписи, поэтому последняя строка с последним слогом его автографа подскочила вверх.

Надпись Фарьмана. Софийский собор, Новгород. 1060–70-е годы «Г҃и помози рабоу своемоу Фарьманоу Глебовоу отрокоу» / «Господи, помоги рабу своему Фарьману, отроку Глеба». © Фотография А. А. Гиппиуса и С. М. Михеева

Слово «Господи» записано с надстрочным знаком сокращения. Отрок — слуга, младший член дружины, младшее должностное лицо. Глеб — новгородский князь Глеб Святославич. Фарьман — скандинавское имя.

Надпись Сандуса. Софийский собор, Новгород. Вторая половина XII века «Г҃и помози рабоу своемоу Санъдоусоу» / «Господи, помоги рабу своему Сандусу». © Фотография А. А. Гиппиуса и С. М. Михеева

Надпись сделана справа налево на углу стены. Сандус — половецкое (тюркское) имя.

Глаголическая надпись Иосифа. Софийский собор, Новгород «Г҃и раб Иосифу» / «Господи, помоги рабу своему Иосифу». © Фотография А. А. Гиппиуса и С. М. Михеева

Правый край надписи утрачен. Надпись выполнена глаголицей — древнейшим славянским алфавитом, созданным Константином–Кириллом (кириллица, по‑видимому, была разработана немного позднее). На Руси известно около 30 глаголических граффити и несколько отдельных записей в кириллических рукописях.

Надпись паломника Семка. Сен-Жиль (юг Франции), аббатство Сен‑Жиль-дю-Гар, Верхняя церковь. Конец XII — середина XIII века «Г҃и помъзи рабоу свъемоу Сьмкъви Нинославичю» / «Господи, помоги рабу своему Семку Нинославичу». © Фотография А. С. Брюн

Это самая западная из выявленных древнерусских надписей граффити. Аббатство Сен-Жиль-дю-Гар находится на паломнической дороге между Римом и Сантьяго-де-Компостела. Вероятно, Семко (Семен) Нинославич шел поклониться мощам святого апостола Иакова в Сантьяго.

Тексты и книги

Крещение Руси в конце X века привело к тому, что здесь сформировался слой грамотного духовенства, появились первые школы, а со временем — как минимум с середины XI века — письменность стала использоваться и некоторыми мирянами.

Интригует вопрос о том, существовало ли письмо на Руси ранее конца X века. К сожалению, у нас почти нет данных на этот счет. Отдельные надписи, как, например, надпись на корчаге (амфоре) из Гнездова, и упоминания источников настолько редки и туманны, что мы не можем сделать практически никаких обоснованных выводов. Большая часть того, что можно встретить на эту тему в литературе и в интернете, — в лучшем случае гипотезы, а в худшем — прямые подделки (наподобие «Велесовой книги»). Напротив, о письменной культуре Руси после рубежа X–XI веков мы знаем достаточно много. До нас дошли тексты, написанные на пергамене, бересте, воске, свинце, стенах зданий, каменных крестах, печатях, монетах, ремесленных изделиях и многом другом.

Основным материалом для письма книг в домонгольской Руси был пергамен — особым образом выделанная кожа телят и других животных. Пергамен был необыкновенно дорог (он требовал большого числа животных и сложных навыков выделки), однако был при этом красив, эластичен и долговечен. Сохранилось не так уж много домонгольских книг на пергамене — менее двух сотен. Абсолютное большинство составляют богослужебные книги, среди которых немало шедевров древнерусского книжного искусства, таких как, например, Остромирово Евангелие 1056–1057 годов.

Однако пергамен использовался не только для церковных книг: именно на нем составлялись летописи (изложение истории Руси по годам), жития святых, памятники законодательства (Русская Правда и др.) и другие тексты, наиболее интересные для историков. Большинство таких текстов не дошли до нас в рукописях домонгольского времени — а только в более поздних копиях. Так, наш главный источник по ранней истории Руси — Повесть временных лет начала XII века — сохранился исключительно как составная часть более поздних летописных сводов (древнейшая рукопись относится к 1377 году). Старейшая рукопись, содержащая Русскую Правду, относится к концу XIII века, но при этом ее краткая (и более ранняя) редакция известна только в копиях XV века.

Грамота № 109. От Жизномира к Микуле (дело о покупке краденой рабыни). Новгород, конец XI — середина 10-х годов XII века © gramoty.ru

Настоящей находкой для историков стали берестяные грамоты (открыты в Новгороде в 1951 году). Сотни документов датируются домонгольским временем. Это деловые и личные послания, различные деловые записи, учебные упражнения, ярлычки и многое другое. В отличие от пергамена береста была дешевым, но не слишком удобным материалом. Поэтому она не использовалась для книг и официальных документов, однако широко применялась в быту.

Большую ценность представляют многочисленные надписи на ремесленных изделиях, печатях, монетах, каменных крестах и других предметах.

Таким образом, древнерусская письменная культура была интересной и многообразной, однако, во-первых, далеко не всё сохранилось и, во-вторых, далеко не всё записывалось. Поэтому наши знания об истории Древней Руси чрезвычайно неравномерны. К примеру, мы очень хорошо знаем историю Новгорода, но намного хуже — историю Полоцка; детально представляем себе взаимоотношения князей Рюриковичей, но очень мало знаем о жизни других слоев населения (даже бояр); прекрасно ориентируемся в истории Киево-Печерского монастыря, но мало что можем сказать о древнерусской деревне.

Аверс златника Владимира Святославича. Конец Х — начало XI века © Heritage Images / Hulton Archive / Getty Images

Монеты и печати

К числу вещественных источников, оставшихся от домонгольского периода древнерусской истории, относятся монеты и печати. До принятия христианства собственной монетной чеканки на Руси не было. С конца VIII по конец IX века на территории формирующегося Древнерусского государства широкое хождение имели арабские серебряные монеты — дирхемы, отложившиеся в кладах преимущественно по основным торговым путям с конца VIII века. На многих дирхемах зафиксированы различные граффити, включая изображения (в том числе так называемых знаков Рюриковичей — с рубежа IX–X веков) и надписи, большинство из которых относятся к скандинавскому руническому письму. Примечательны монеты Петергофского клада начала IX века, граффити на которых представляют собой надписи, сделанные скандинавским руническим, греческим, арабским и хазарским письмом. С IX века в качестве эквивалента денег использовались также шкурки пушных зверей — куницы и белки (названия этих животных стали названиями денежных единиц — куна, веверица), ими взималась дань киевскими князьями с подвластных племен. По сообщениям арабских авторов, это были скорее даже не меховые, а кожаные деньги, то есть шкурки, очищенные от меха. Такие «деньги» использовались на Руси и позднее, в так называемый безмонетный период.

Чеканка монеты была начата Владимиром Святославичем после женитьбы на византийской принцессе и Крещения Руси. Известно несколько монетных типов времен Владимира. Монеты чеканились по образцу византийских номисм  Номисма — основная денежная единица Византии, которая в IV–XI веках стала образцом для монет Европы и Востока и долгое время была фактически международной валютой. из золота (златники) и серебра (сребреники). На аверсе златников помещалось изображение князя Владимира в регалиях на престоле в сопровождении княжеского знака и легенды на древнерусском языке. На реверсе был изображен Христос Пантократор. Количество найденных златников крайне невелико, так что непонятно, насколько эта чеканка репрезентативна. Сребреники Владимира, известные в значительно большем количестве сохранившихся экземпляров, подразделяются нумизматами на четыре монетных типа. Изображения на сребрениках I типа аналогичны изображениям на златниках; на сребрениках других, более поздних типов на реверсе помещено изображение княжеского знака. Ярослав Мудрый также чеканил сребреники — вероятно, в Новгороде в 1014–1015 и 1018 годах. На них на лицевой стороне помещено изображение Святого Георгия (патрона князя), а на оборотной — княжеский знак Ярослава. Известны также сребреники Святополка Владимировича: на них изображался сам князь с именем Святополк или апостол Петр (христианский патрон князя) и княжеский знак. С конца 1010-х годов своя монета на Руси не чеканилась. Исключение составляет так называемый тмутараканский чекан князя Олега Святославича, когда он княжил в этом городе (в 1080-х — начале 1090-х годов). Монеты этого чекана найдены в Тамани, на них помещено изображение архангела Михаила, христианского покровителя князя. В последние годы, к сожалению, появилось немало их сомнительных экземпляров.

С начала XI века на Руси начался «безмонетный период», продолжавшийся до конца XIV века. В это время, помимо меховых или кожаных денег, использовались серебряные слитки — гривны, известные с середины XI века. Исследователи выделяют гривны киевского, новгородского, черниговского типов, их вес различен. Обращение монетных гривен завершилось в XIII веке, новгородских — в XV веке.

1 / 2 Вислые свинцовые печати протопроедра Евстафия. XI век© Российская академия наук / ras.ru 2 / 2 Вислые свинцовые печати князя Владимира Мономаха раннего периода правления© Российская академия наук / ras.ru

Сохранившиеся древнерусские печати известны со второй половины X века. Это вислые свинцовые печати (так называемые буллы), которыми скрепляли документы — практика, заимствованная из Византии (первое летописное упоминание о печатях на Руси относится к 944 году). Древнейшая печать — князя Святослава Игоревича, найденная при раскопках Десятинной церкви и несущая изображение княжеского знака, — к сожалению, была утрачена в годы Великой Отечественной войны. Известны дошедшие до нас печати сыновей Владимира Святославича — Изяслава, Святополка, Ярослава, Глеба. На ранних княжеских буллах, по-видимому, с начала XI века помещались изображения князей и их святых покровителей. Начиная с рубежа XI–XII веков на княжеских печатях на аверсе помещалось изображение святого патрона самого князя, а на оборотной — патрона его отца. Эта традиция сохранялась на протяжении XII–XIII веков. Изучение булл такого типа дает большой материал для древнерусской княжеской антропонимии. Известны печати древнерусских митрополитов и епископов, начиная с митрополита Феопемпта, занявшего киевскую кафедру в 1030-х годах. На печатях духовенства помещались изображения Богоматери и святых, а также благопожелательные надписи с именем владельца на греческом языке. Дошли до нашего времени и печати древнерусских посадников, прежде всего новгородских. Особую часть сфрагистических  Сфрагистика — наука, изучающая печати. источников составляют свинцовые печати-пломбы так называемого дрогичинского типа (по месту их первой большой находки — у города Дрогичина, на пограничье Руси и Польши), сравнительно небольшого размера. Они использовались преимущественно для опечатывания товаров или меховых денег (связок шкурок пушных зверей). Благодаря археологическим исследованиям древнерусская сфрагистика представляет собой постоянно пополняемый фонд важных вещественных источников по истории средневековой Руси. 

Русская архитектура следует за традицией, корни которой были установлены ещё в Византии, а затем в Древнерусском государстве. После падения Киева русская архитектурная история продолжалась во Владимиро-Суздальском княжестве, Новгородской и Псковской республиках, Русском царстве, Российской империи, Советском Союзе и современной Российской Федерации. История строительства в России каменных крестово-купольных храмов началась с возведения в Киеве Десятинной церкви (989—996 гг) и продолжается в XXI веке в связи с активным церковным строительством по всей России (как восстановлением разрушенных за годы советской власти храмов, так и проектированием новых соборов и церквей).

Культурное влияние Древнерусского государства прослеживается в архитектурных традициях нескольких современных государств, в том числе и России. Большие церкви Киевской Руси, построенные после принятия христианства в 988 году, были первыми примерами монументальной архитектуры в восточно-славянских землях. Архитектурный стиль Киевской Руси утвердился под влиянием Архитектуры Византии. Ранние православные церкви были главным образом сделаны из дерева.

Первой каменной церковью Древнерусского государства была Десятинная церковь в Киеве, строительство которой относят к 989 году. Церковь строилась в качестве кафедрального собора неподалеку от княжеского терема. В первой половине XII в. церковь перенесла значительный ремонт. В это время был полностью перестроен юго-западный угол храма, перед западным фасадом появился мощный пилон, подпирающий стену. Эти мероприятия, вероятнее всего, являлись восстановлением храма после частичного обрушения вследствие землетрясения.

Софийский собор в Киеве, построенный в XI веке является одним из самых значительных архитектурных сооружений данного периода. Первоначально Софийский собор представлял собой пятинефный крестово-купольный храм с 13 главами. С трёх сторон он был окружён двухъярусной галереей, а снаружи — ещё более широкой одноярусной. Собор строился константинопольскими строителями при участии киевских мастеров. На рубеже XVII-XVIII веков был внешне перестроен в стиле украинского барокко. Храм внесён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

В период феодальной раздробленности роль Киева как политического центра начинает ослабевать, в феодальных центрах появляются значительные архитектурные школы. В XII—XIII веках важнейшим культурным центром становится Владимиро-Суздальское княжество. Уникальность владимиро-суздальского зодчества состоит в том, что оно не просто продолжило традиции византийской и южнорусской архитектуры, но и значительно обогатило их западноевропейскими идеями и элементами. Сохранив традиционно восточный (византийский) архитектурный тип — крестово-купольный храм, владимиро-суздальская школа впервые применяет в качестве строительного материала белый камень и украшает постройки богатой белокаменной резьбой.

Формирование новгородской архитектурной школы относят к середине XI века, времени строительства Софийского собора в Новгороде. Уже в данном памятнике заметны отличительные черты новгородской архитектуры — монументальность, простота, отсутствие излишней декоративности. Храмы Новгорода эпохи феодальной раздробленности уже не поражают огромными размерами, однако в них сохраняются основные черты данной архитектурной школы. Они отличаются простотой и некоторой тяжеловесностью форм.

Превращение Москвы в сильный политический центр привело к стремительному развитию архитектуры на территории города и княжества. Архитектурные традиции Владимиро-Суздальского княжества успешно перенимались московскими зодчими, к концу XVI века уже можно говорить о собственной московской архитектурной школе. Успенский собор на Городке в Звенигороде — один из полностью сохранившихся белокаменных московских храмов данного периода. Это небольшой крестово-купольный четырёхстолпный храм, увенчанный одним куполом.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *