Духовная любовь

О двух видах любви

Есть два вида любви, как два источника радости: теофилия – любовь к Богу, которая одухотворяет человека, преображает его, делает сопричастником ангельской радости; и космофилия – любовь к космосу, видимому миру, упоение бытием, радость и наслаждение красотой божественного творения, которое заменяет Самого Творца. Любовь к Богу по своей природе – духовная любовь, возникающая при действии благодати; а любовь к миру и того, что в мире – душевная любовь, принадлежавшая к эмоциональной сфере человека. Но надо отметить, что душевная любовь и космофилия не тождественны друг другу. Есть нравственные и благородные виды душевной любви, как семейная любовь, патриотизм, дружба и т.д. Но мы здесь говорим о космофилии, как мировосприятии и мировоззрении, как о явном или скрытом обожествлении космоса.

Теофилия это религия духа; космофилия – религия плоти. Космофилия обращена к космосу – он предмет любви человека. Эта любовь может доходить до вдохновения и экстаза. Человек ощущает себя частицей грандиозной реалии космоса, струей его энергии, лучом его света. Он может верить или не верить в Бога, но, на самом деле, в его глубоком мироощущении космос является божеством. Для него космос это чаша, кипящая жизненной силой, бесконечность во времени и пространстве, от которой захватывает дух человека, песнь, которая звучала и будет звучать вечно. Религия космоса это влюбленность в него и трепетное созерцание его феерической красоты.

Космофилия это радость и наслаждение самим бытием. Для античных космофилов Бога вне космоса не существовало; для современных – Бог является только мертвой абстракцией. Космофилия это призыв к человеку почувствовать свое единство с вселенной, ощутить ее творческие силы и энергии, почувствовать в своей груди мощное дыхание космоса, осознать, что человеческая природа часть универсума. Космос материален и телесен, поэтому в язычестве ярко проступает восхищение и поклонение человеческой плоти. В античном искусстве культ телесной красоты возведен на высокую степень. Человек – высшее проявление живого космоса, отсюда наивный антропоморфизм языческой религии и прометеевский гуманизм мифологии. Язычество являлось теологией радости и красоты, но теологией, в которой не было Бога: Его место заняли космос, в своем величии и мощи, и человек, в своих интеллектуальных взлетах и страстных чувствах. В язычестве не было учения о возрождении человека, его заменял катарсис мистерий и театральных постановок, где героизм и добродетели в столкновении с неумолимым роком получали трагическую развязку. Катарсис мог оказать только временное воздействие на душу человека – как от удара смычка по струнам возникает и тотчас исчезает звук, похожий на стон умирающего. Рецидив языческого гуманизма ярко проявился в ренессансе. Это призыв от Христа к Пану, от красоты Божества – к красоте космоса и человека, от духа – к плоти.

Язычество было религией космической красоты и человеческих наслаждений, и на этом фоне христианство представлялось античному миру фанатичной сектой, религией черни и невежд, учением, отнимающим у людей то счастье, которое дарует им жизнь, мрачным призраком смерти во время пира. Для язычников христиане были людьми, лишенными чувства красоты, ненавистниками жизни, врагами государственных устоев, чумной язвой, которая угрожает существованию самого человечества.

Христианство высветило иллюзорность языческой космофилии. Оно обнажило трагичность человека, его греховную поврежденность, внутреннее безобразие, его демоноуподобление, то, что старалось скрыть или не знать язычество.

Христианство открыло людям существование духовного, невидимого, вечного мира, и раздвинуло горизонты человеческого бытия до бесконечности, где сам космос мыслится не как божество, а скорее как подножие ног человека, рожденного для неба.

Христианство открыло в человеке его истинное богоподобие и, вместе с тем, показало глубину его падения, безобразие его страстей и путь к другой радости – радости преображения, радости богообщения, радости не только эмпирического бытия, но возвращенного рая, радости благодати – божественной силы, которая возрождает человека и делает его из сына земли сыном неба, из искры, возникающей и гаснущей во времени, причастником вечного света Божества.

Христианская нравственность имеет своим источником теофилию, а языческая – космофилию. Гностицизм, католичество, ренессанс, протестантство и теософия это отступление от теофилии в сторону космофилии. Если смотреть на атеизм как на вид религии, то его сущность – тоже космофилия. Космофилия не дает твердых нравственных устоев. Человек находится в постоянной зависимости от внешнего; он должен или приспосабливаться к нему, или же принять его как неизбежное, или стараться приспособить внешнее к себе.

Космофилия в существе своем трагична. Найти опору в космосе невозможно, там властвует тление и смерть. Человек как частица космоса обречен на уничтожение. Чрезмерная антропофилия превращается в антропофагию, в которой исчезает сам человек. Теряя чувство вечности и своего богоподобия, он теряет самого себя, свою внутреннюю самотождественность и превращается в калейдоскоп внешних, сменяющих друг друга впечатлений. Он стремится найти счастье и благополучие в приобретении внешнего, которое на самом деле чуждо человеческой душе. Космофилия не может удовлетворить высшие потребности человеческого духа, она бессильна возродить человека, уничтожить диссонансы зла и греха в нем самом и окружающей его среде. Это радость опьянения, которая может дать забвение от тягот жизни, но не сделать человека счастливым. Поэтому космофилия это драматический оптимизм.

Сделаем некоторое отступление. Как мы сказали, теофилия – духовная любовь, а космофилия – душевная. В природе человека можно различить дух, душу и тело. Дух это высшая сила души, это око, устремленное к Богу и способное созерцать невидимый метафизический мир. Другое око души устремлено на землю; собственно эту низшую часть неделимой души мы и называем душой. Тело, душа и дух имеют свои потребности. Но истинную радость человек получает только тогда, когда удовлетворяются потребности духа. Духовная радость переживается человеком как глубокий покой, как истинное счастье, которое обрел человек не в этом миру, а скорее в отречении от мира, не через удовлетворение своих страстей, а через их укрощение. Эта радость воспринимается как незримый свет, ощущается как особое тепло души – тепло пробудившейся жизни. Это радость, которая никогда не пресыщает человека, а в которой раскрываются все новые тайны бытия и глубины его собственной души. Именно ощущение этой неземной радости давало силу христианским мученикам идти на пытки, отдавать все, даже жизнь, чтобы не потерять эту радость. Ради нее преподобные уходили в монастыри, затворы и пустыни, углублялись умом в свое сердце, как бы скрывались в нем, чтобы не рассеивать эту радость другими мимолетными, эфемерными радостями мира и собственных эмоций. Духовная радость давала праведникам твердость камня во время искушений и испытаний.

Исполнение одних душевных, а тем более телесных потребностей не могут дать человеку истинной радости. Сколько богатых людей были в своей жизни глубоко несчастны. Скольким царям их корона казалась раскаленным обручем. Сколько великих полководцев было побеждено своими мелочными страстями. Сколько людей с ярким эмоциональным миром и тонким эстетическим чувством, давших вечные образцы искусства, переживали глубокий кризис и трагически кончали жизнь. В противоположность этому удовлетворение потребностей духа делают человека счастливым, в каком бы состоянии он не был, в каком бы положении не находился, какую работу бы он не исполнял.

Душевная любовь выборочна, она не может любить всех: одних она любит, как бы привязывается к ним; другие для нее безразличны, словно их не существует; к третьим душевный человек питает неприязнь. Сама душевная любовь не свободна от эгоизма. Она зависит от меняющегося настроения человека, от отношения к нему окружающих, и часто гаснет также быстро, как и возникает, и одни душевные привязанности сменяются другими. Страстная любовь может выражаться в сильных эмоциях души – как высоко вздымаются волны моря во время бури, но она полна внутреннего смятения и тревоги. Как часто человек, одержимый такой любовью, причиняет боль себе и тому, кого он любит.

Неразделенная любовь превращается в драму, а разделенная – из поэзии в прозу. Духовная любовь включает человека в вечность, а душевная любовь это нить, которая может порваться в любое мгновенье: редко, когда она достигает до кладбища и кончается у могилы. Чаще разочарование или ревность разгрызает своими зубами эту нить.

Духовная любовь думает прежде всего о вечной жизни, а душевная о земной. Душевная любовь – природное свойство человека; духовная любовь это возможность, которая осуществляется при помощи благодати. Духовная любовь это, прежде всего, любовь к Богу; ее следствием является любовь к людям, это как бы второй отраженный свет. Без лучей не может существовать солнце, а без солнца не могут существовать его лучи. Любовь к Богу проявляется через любовь к людям; любовь к людям имеет своим источником любовь к Богу.

Многие люди не могут отличить космофилию, имеющую пантеистический характер, от любви к Богу, а душевную любовь к людям от духовной любви. Как человеку узнать имеет ли он духовную любовь? Первый ее признак – желание молиться за своих обидчиков, обращение с клеветниками и соперниками, как со своими друзьями, тайная милость причиняющим зло. Второй, это чувство радости и утешения в сердце, когда человек прощает все обиды, ложь, клевету, обман и желает вечное спасение своим врагам. Третий признак, когда человек во всех несчастьях и недоразумениях винит только себя, а других оправдывает. Четвертый, когда он считает себя хуже и грешнее всех людей, как бы лежащим под ногами всех. Пятый, когда он любит одиночество больше многолюдия и предпочитает уединенную молитву беседам с людьми. Шестой, когда он благодарит Бога за страдания как за милость и возможность прикоснуться устами к той чаше, из которой пил Господь. Седьмой признак, когда он ничего не считает в этом мире своим, а только данным ему на время и ни к чему не привязывается душой. Восьмой признак, это непосредственное свидетельство самого сердца, которое обрело то, что искало и не находило в миру – глубокий покой чувств и помыслов, в котором нет смятения, тревоги и противоречий. Девятый, спокойствие, с которым человек ожидает смерть, как преддверие воскресения.

Жизнь христианина должна стать путем к стяжанию духовной любви. Здесь необходимы постоянный труд, аскеза, борьба со страстями, покаяние, послушание и смирение. Отсутствие духовной любви проявляется в тревоге и недовольстве, в непрестанной погоней за внешним, в неблагодарности тем, что имеет человек, и в нетерпеливом желании переменить обстановку, как будто от нее зависит внутреннее неустройство жизни. Обладатель духовной любви борется с двумя врагами: демоном и своими страстями. Обладатель душевной любви борется с людьми, мало обращая внимание на свои нравственные язвы и забывая о существовании демонического мира. Духовная любовь проста и скромна, она молчалива и строга. Она подобна скрытому сокровищу – золоту, завернутому в холст. Душевная любовь многоречива и красноречива; она похожа на украшенный ларец, внутри которого хранятся медяки. Духовная любовь дает человеку свободу, она сама – дыхание вечности. Страстная любовь делает человека или рабом или рабовладельцем, а иногда одновременно одним и другим.

Настоящий век это время катастрофического оскудения любви, как в общественной, семейной, так и в религиозной жизни. И, в тоже время, слово «любовь» стало модным, потеряв свой первоначальный глубокий смысл. Оно лишилось чистоты и целомудрия, и сделалась какой-то мутной, блудной, всеядной любовью, нередко превращающаяся в предмет спекуляций, которой хотят оправдать всякое беззаконие и безобразие, и эту любовь стали называть духовной, а иногда даже приписывать ее Богу.

Мы не отождествляем душевную любовь с порочной любовью, но предостерегаем, что если свойства духовной и душевной любви не будут четко и ясно определены и разграничены, а, напротив, искусственно смешаны, то душевная любовь как узурпатор займет место духовной и тогда нравственная деградация христиан и богословский хаос в Православии станут неизбежны.

Определение

С момента возникновения понятия «любовь» оно толковалось по-разному.

Попытки выразить этот вид любви в конкретных или абстрактных формах вряд ли увенчаются успехом. Нравственная любовь — самая чистая форма энергии, которую человек проецирует как духовное существо. Она свободна от привязанностей и ожидания, но полна заботы и милосердия; в ней есть целебная сила, способная изменить как «отправителя», так и «получателя».

Богословы утверждают, что это творческая энергия, которая породила нас из Источника. Сострадание, забота, уважение, прощение — те пути, идя которыми, можно почувствовать, увидеть и узнать свет любви.

Простота и сложность различных смыслов вкупе со сложностью человеческих эмоций затрудняют формулировку этого понятия. Человек должен просто принять, что духовная любовь существует и необходима ему. Важно не то, как она объясняется, а то, как она чувствуется: любой человек чувствует свое внутреннее значение любви. Философы в разные времена определяли ее как:

  • духовное состояние;
  • человеческое достижение;
  • гармонию интеллекта и света в сердце.

Эта любовь чиста, безусловна, она прощает и объединяет. Связывая партнеров, она течет между их сердцами и усиливает совместные переживания. Нравственная любовь безгранична.

Часто романтический опыт — это первый опыт духовности, хотя люди об этом не догадываются. С возникновением пристрастия у них формируется привязанность и зависимость, желание заботиться об объекте любви. Нравственная любовь — бескорыстное чувство к другому человеку. Она несет внутренний покой излучающему и принимающему ее .

Основная цель истинной любви — благополучие того, на кого она направлена. Отдача от предмета любви не так важна, как возможность отдать. Это более обособленное чувство, чем то, которое мы в своих повседневных отношениях привыкли считать любовью.

Духовная близость

Духовная близость — это состояние, при котором две или более участвующие стороны испытывают гармонию, радость, понимание и мир. В личностные отношения могут быть вовлечены люди, близкие по характеру, мировоззрению, эмоционально ощущающие глубокую связь, которая их объединяет. Это нравственный союз, в котором люди чувствуют себя комфортно на физическом, умственном и других уровнях, понимая, что внутренне связаны друг с другом.

Есть личности, связь с которыми возникает мгновенно, но есть и такие, кто вызывает резкую антипатию. Оба типа таких отношений называются духовными, потому что сущность либо привлекает, либо отталкивает — и все за пределами нашего сознательного контроля.

Крепкие дружеские отношения — еще одно проявление духовной близости, с которым мы сталкиваемся в жизни. Подобная близость очень глубока и возбуждает как положительные, так и отрицательные эмоции. Тот факт, что люди душевно родственны друг другу, не означает абсолютную безоблачность и гармонию в их отношениях.

Настоящая духовная близость там, где обе стороны чувствуют целостность и полноту своего взаимодействия. Это гармонизация мужской и женской энергии, которая создает свободу в отношениях, чтобы безоговорочно принимать и понимать друг друга. При истинной нравственной близости индивид умеет давать или принимать, ничего не спрашивая и не требуя.

Чаще всего термин «духовная близость» звучит в отношении семейных пар и становится индикатором крепости семьи. На протяжении совместно прожитых лет отношения становятся менее эгоистичными, брак превращается в более глубокое партнерство, повышается уровень доверия и безопасности. Навыки общения и разрешения конфликтов развиваются, все больше проявляется бескорыстие, становятся творческими способы выражения любви и романтики. Отношения выходят за рамки простой физической близости и превращаются в глубокую нравственную и душевную близость. Но к этому нужно стремиться. Развитие такой близости становится основой для:

  • длительного брака;
  • лучшего семейного функционирования;
  • удовлетворенности семейной жизнью.

Одним из важнейших компонентов нравственной близости становится взаимодействие с партнером, когда люди открыто обсуждают свои духовные познания, вопросы и сомнения. Открытый диалог о нравственных вопросах соотносится с более широким использованием совместных методов разрешения конфликтов.

Богословское определение

Нравственное материнство — тип материнства, проявляемый по благодати, в призыве женщин к святости, в подражание Марии — матери священников. Этот тип материнства — по духу — становится возможным благодаря участию во вселенском материнстве Марии.

Природа нравственного материнства реализуется по-разному. Многие женщины, и замужние, и не состоящие в браке, много времени уделяют уходу за людьми, независимо от того, связаны они с ними или нет. Примеры актов такого материнства — служение в какой-либо общине:

  • обучение школьников и студентов;
  • присмотр за детьми;
  • приготовление пищи для священника;
  • стирка постельного белья для мессы;
  • поддержание порядка в церкви и т. д.

Добрые дела нравственных матерей, выраженные в различных служениях, молитвах, особенно в рамках празднования Евхаристии, являются одним из величайших путей к духовному материнству, которое приносит плоды и становится эффективным. Некоторые регламентные рекомендации для духовных матерей включают в себя:

  • полное и активное участие в мессах и приношение Святого Причастия;
  • евхаристическое поклонение перед самым благословенным причастием;
  • молитва во время литургии, особенно утренняя и вечерняя молитвы;
  • молитва о святом Розарии;
  • личное взаимоотношение (в течение дня);
  • предложение работы и пожертвование;
  • совершение покаяния и возмещение за грехи людей.

Для людей важно любить и быть любимыми, достичь нравственной гармонии, душевной близости со своим партнером, чтобы развиваться и чувствовать себя комфортно в отношениях. Желаем вам добиться этого.

LiveInternetLiveInternet

С каким чувством Вы вступаете в интимную связь? С каким чувством Вы зачинали детей?
И теперь ответьте самим себе — знаете ли Вы вообще, что такое душевная любовь?
Обычно женщина еще до замужества определяет для себя цель вступления в брак — обзаведусь семьей, хорошим жильем, машиной, состоянием, тогда наступит хорошая жизнь. Мужчина старается все это женщине дать и дает, но от чрезмерной занятости у него нет ни времени, ни желания приласкать жену. Хорошо, если у него функционирует хоть половой орган, чтобы таким образом черпать любовь из биополя женщины.
Мужчины видят невидимое, но на свою беду не осознают этого и потому не доверяют себе. Они ощущают без слов жажду наживы супруги, и нежные слова, которые так ждут женщины, замирают на устах.
Говорят, что женщины любят ушами, а мужчины глазами.
Нет! От слов распаляется женская похоть, у мужчины во взоре бушует мужская страсть.
Любят сердцем.
Поэтому душевная любовь не нуждается ни в словах, ни в украшательствах тела. Любящие сердца всегда распознают друг друга. Знатоками в этом деле, которых нельзя обмануть, являются серьезные и немногословные мужчины, только они не сознают этого и не умеют выразить словами.
Разочаровавшийся в любви человек подогревает свою страсть. Мужчине это дается легче — он заглядывается на укромные места женского тела. Но поскольку женский пол все более обнажается, то у мужчины эротические чувства притупляются. Нормальное обнаженное женское тело перестает возбуждать. Ухищрения изменить внешний облик хоть и подхлестывают страсть, но уничтожают душевную любовь. Тело все более превращается в товар.
Возбудить женскую страсть становится все труднее, ибо все труднее выжать из мужчины фальшивые слова. Мужчина знает, из-за чего его ценит жена. Если замужние женщины украшали бы свое тело на манер проституток секс-бельем и побрякушками, то у мужей развязались бы языки — хватить красивую вещь легко. Но поскольку замужние женщины всем своим поведением требуют, чтобы муж и в постели выполнял свой долг, то муж выполняет требуемое — работу — и в интимных отношениях. Здесь не помогла бы даже эротическая атрибутика. Оба не умеют разобраться в своих истинных потребностях, что тут говорить о супруге.
На игру муж отвечает игрой. На любовь — любовью. На обязанность — обязанностью. Сделает в постели свое «дело» и поворачивается на другой бок, чтобы поскорее заснуть, так как завтра предстоит много работы — нужно набить кошелек потуже. В связи с этим возникло представление, будто половая жизнь утомляет, изнуряет, опасна для больных и т. д.
Лишь в том случае, если муж ощущает себя виноватым перед женой, поскольку не сумел доказать ей делами свою любовь, у него во время полового акта может случиться инфаркт. Такой мужчина даже во время соития злится на себя за свою несостоятельность. Сердечные заболевания возникают из-за чувства вины. Наиболее метко поражает самобичевание.
Здесь мне хотелось бы вновь подчеркнуть важность закона причины и следствия.
Мир больше видит ошибки мужчин и обвиняет мужчин. Женщина — пострадавшая сторона?
Поступок мужчины есть зеркальное отражение мыслей женщины. Изначально мужчинам негативность не свойственна.
Хорошая мысль женщины проявляется в хорошем поступке мужчины.
Плохая мысль женщины проявляется в плохом поступке мужчины.
Если женщина умеет любить прежде всего мужа, то он не станет делать плохого. Но если жена относится к мужу как к собственности, то он начинает бороться за свою жизнь с безрассудным смертельным страхом пленника. Так возникает злоба. Источником рассудительности и счастья служит любовь, движителем которой является женщина.
Человеческая любовь к ближнему не может стать разрушительной силой.
Такое превращение может произойти только с собственнической любовью, при которой использованную вещь швыряют в угол за ненадобностью. Душевная любовь, созидающая семью, с годами растет. А эмоция, которую считали любовью и которая послужила основой создания семьи, гибнет. Эмоции хоть и необходимы с человеческой точки зрения, но они вызывают стрессы и губят любовь.
Женщина, освободись от эгоизма, тогда тебе откроется правильное понимание жизни! Откажись от мнения, будто женщина всегда права! Твой ребенок хочет жить и быть счастливым…
Труднее всего сейчас приходится детям, ибо их чистой душе грозит уничтожение. Потребительский культ человеческого тела стал для подростков мерилом ценности человека. Только в том доме, где родители любят друг друга, дети подсознательно чувствуют, что такое душевная любовь, и умеют ценить это чувство превыше всего, даже если случится им поддаться искушению и навлечь на себя болезненный урок.

Любовь душевная и духовная

Я вам скажу нечто необычное, — как — то начал Старец. — Часто мы своим беспокойством причиняем зло другим людям…

Часто мы своим беспокойством, своими страхами и плохим душевным состоянием, сами того не желая и не понимая этого, причиняем зло другим людям, даже если их сильно любим, как, например, мать любит своего ребенка. Мать передает ребенку весь свой страх за его жизнь, за его здоровье, за его успех, даже если и не говорит с ним, даже если не выражает того, что у нее внутри.

Эта душевная любовь, то есть естественная любовь (фисики агапи), может иногда приносить вред. Но такого не бывает с любовью Христовой, которая сочетается с молитвой и святостью жизни. Эта любовь делает человека святым, умиротворяет его, потому что Бог есть любовь.

Любовь да будет лишь во Христе!!! — закончил Старец. — Чтобы принести пользу другим, нужно жить в любви Божией, иначе ближнему не можешь помочь. Нельзя насиловать другого человека. Настанет его час, придет тот момент, нужно лишь молиться за него.

Молчанием, терпением и прежде всего молитвой мы таинственно приносим пользу другим людям. Благодать Божия очищает горизонт его ума и убеждает его в любви Божией. Здесь есть одна тонкость. Если человек согласится с тем, что Бог есть любовь, тогда ослепительный свет осенит его, такой свет, которого он не видел никогда в жизни. Так он обретет спасение.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *