Египет древний

12 3 4 5 6 7 …11

Б. А. Тураев

ДРЕВНИЙ ЕГИПЕТ

Введение

Один из наиболее замечательных памятников египетской письменности, приобретённый и разработанный нашим соотечественником, В. С. Голенищевым, влагает в уста князя финикийского города Библа следующие слова: «Амон устроил все земли, устроенные им, но землю Египетскую — раньше других. И искусство вышло из неё, и учение вышло из неё, чтобы дойти до места, где я пребываю». Этот князь конца XII в., указывавший тщательно египетскому путнику на свою независимость, открыто признаёт в эту эпоху политического упадка Египта его культурное и духовное первенство и свидетельствует о великой роли Нильской долины в истории цивилизации. В этом отношении классические писатели, возводившие к Египту и свою науку, и философию, и религию, считавшие его седалищем высшей премудрости, где учились их мудрецы и государственные деятели, не сказали ничего нового — они повторили то, что выразил финикийский царёк. И новая Европа, ещё не получив доступа к иероглифическим памятникам и жадно стремясь получить его, предвкушала вычитать в них разрешение волновавших её вопросов и новое откровение. Действительность как будто обманула это ожидание: вместо великих богословских и философских откровений оказались трескучие царские надписи, монотонные гимны богам, бесконечные и бесчисленные, притом бессмысленные магические формулы, эмпирические и весьма приблизительные научные выкладки, да сказки иногда довольно легкомысленного содержания. Разочарование было велико, особенно когда со стороны раздался лозунг «Babel und Bibel» и когда болезнь панвавилонизма грозила свести великую нильскую цивилизацию на одну из областей излучения азиатской двуречной. Но египтология выдержала это испытание. Новые находки и более тщательное изучение памятников ведут к реабилитации Египта, и великому народу берегов священной реки снова усвояется великая роль в создании нашей цивилизации. Действительно, какую бы сторону нашей жизни мы ни взяли, исследование её истории нас по большей части в конце концов приводит в Египет, который был отцом европейской государственности, европейского искусства, многих явлений нашей религиозной жизни и быта. Египет — родина архитектурных форм колонны, базилики; он же создал наши иконы и монашество, к его иллюстрированным папирусам приходится восходить, чтобы объяснить происхождение наших книг с рисунками, в нём следует искать исходный пункт распространения многих сюжетов и мотивов наших сказок. Росписи стен, выродившиеся в наши обои, флаги, выкидываемые на мачтах в праздники, весы на изображениях страшного суда, представления апокрифического характера о загробных чудовищах и вратах, различные средства народной медицины и многое иное, разнообразное и иногда неуловимое, может быть объяснено только как наследие великой культуры, накоплявшей и развивавшей своё духовное достояние в течение тысячелетий.

Географические условия, среди которых возникла и развилась эта цивилизация, представляют интересное взаимодействие африканского материка и двух океанов. Узкая вытянутая долина Нила окружена с трёх сторон пустынями; она как бы погребена между Сахарой и близкой к ней географически Аравией, что в связи с подтропическим положением должно было бы обусловить исключительно знойный климат. Но истоки Нила лежат на высоком обширном плоскогории экваториальной Африки, покрытом сетью больших озёр, где пары Индийского, отчасти и Атлантического океана, сгущаясь на прохладных лесистых и водных поверхностях, дают обильные периодические дожди на Абиссинском плоскогории и постоянные в области экватора. Последние питают могучий Белый Нил, первые, вместе с тающими снегами, переносят чрез Собат и Атбару с её притоками и бурный Голубой Нил огромные массы воды, дробящей гранитные скалы и несущей строительный материал, который отлагается в течение тысячелетий в Нильской долине. У Хартума воды эти смешиваются с Белым Нилом, который несёт в Египет огромное количество продуктов гниения растительных элементов из болот экваториальной Африки. Из соединения пластического материала, приносимого с абиссинских гор, с этими растительными частицами и получается тот ил, который создал Египет и даёт ему плодородие, в то время как масса воды, приносимая Белым Нилом, не даёт ему иссякнуть и растеряться в песках пустыни. Шесть порогов в Нубии и пять в верхнем течении Белого Нила являются важными регуляторами вод могучей реки — без них разливы были бы слишком быстры и кратковременны. И роль пустыни, как фактора географической среды, также должна быть отмечена. «Действуя большую часть года как гигантский огненный костёр, песчаная пустыня устанавливает летом грандиозную тягу вертикального воздушного столба, образуя над собою обширнейшую площадь низкого давления, куда устремляется со всех сторон воздух соседних районов атмосферы с высоким давлением (Средиземное море) и, в силу этого, летом же устанавливается господствующий ток на Египет со стороны Средиземного моря… а так как ветры северных румбов дуют в году приблизительно около 300 дней, то ими, главным образом северным ветром, и определяется характер местного климата; он отличается в общем умеренностью температуры, умеренною влажностью необыкновенно прозрачного воздуха, безоблачным, тёмно-синим небом. Только весной устанавливается в Сахаре постоянный ток с юга, и чрез это в Египте дует почти около двух месяцев, начиная с марта и по конец апреля, горячий южный и юго-восточный ветер, перемежаясь иногда северным и восточным. С этого же времени начинает, также с перерывами, тянуть знойный пыльный юго-западный хамсин. Воздух в это время бывает пресыщен электричеством, по всей вероятности, существенно влияющим на накопление озона и окисей азота в атмосфере, увлекаемых затем обильными росами в верхние слои почвы. Начиная с июня и до конца февраля снова дуют или чисто северные, или, вообще, ветры северных румбов. Летом, осенью и зимой всё время продолжается разлив Нила, который начинается с июля, достигает максимума в сентябре и медленно опадает в продолжение всей зимы, с тем, чтобы достигнуть самого низкого уровня в апреле, мае и июне. Благодаря особенно большим массам воды, заливающим во второй половине лета и осенью всю орошаемую площадь, в воздухе скопляется много паров, и они, при господствующих прохладных северных ветрах, легко сгущаются в туманы по вечерам… Они нисколько не вредят растениям, наоборот, обогащают их аммониакальными солями… Во время преобладания ветров пустыни или смены ветров северных румбов восточными и южными уничтожаются все вредные для здоровья людей и животных последствия пресыщения почвы влагой и истребляются все малярийные скопления… Жаркие ветры пустыни, способствуя усиленному испарению, при условии свойств нильской почвы, весьма богатой железом и алюминием, принимать, вследствие испарения, порозное состояние, служат косвенной причиной усиленной нитрификации почвы и её быстрейшего физического и химического выспевания. Господство северных ветров спасает также Египет от занесения песком, под которым он был бы бесследно схоронен, если бы господствующие ветры дули с пустыни. Наибольшая сила свежих, северных, умеренно-влажных ветров совпадает с максимальным периодом разлива и с частыми ночными туманами, чем широкая пелена воды защищается от чрезмерных потерь чрез испарение. Стоило бы только ветрам пустыни дуть с такой же силой и постоянством, и тогда даже могучий Нил не в силах был бы дать и половины той влаги, какую он доставляет в настоящее время. Если бы направление ветров не было идеально благоприятно, как оно есть в действительности, то Египет, как страна культуры, был бы немыслим… между тем едва ли многим приходит в голову, что своим торжеством Нил обязан именно той страшной пустыне, которая, казалось, готова поглотить его…» (Клинген. «Среди патриархов земледелия»). Роль ветров в жизни страны сознавалась и самими египтянами. Не говоря уже о постоянном пожелании «сладостного дуновения северного ветра» в сей жизни и будущей, мы находим у одного пророка, предвещавшего всякие беды: «южный ветер сблизится с северным, небо не будет с одним ветром».

Геологами уже написана история образования Нильской долины. Было время, когда её ещё не было, когда течение великой реки, встретив гранитные массы у Ассуана, пошло западнее по Ливийской пустыне, а морской залив доходил, вероятно, до Эсне. Чермное море образовалось только в начале четверичного периода и лишь к началу современного геологического периода Нил вступил в свою культурную роль. Климат в это время в Египте был тропический; леса, растения и животные жарких стран изобиловали, но и в доисторическое время, судя по первобытным рисункам и остаткам, в Египте ещё водились львы, жирафы, слоны, носороги, произрастали многие растения, свойственные ныне только странам верхнего Нила.

Архаический Египет охватывает период до IV тыс. до н.э. и состоит из 2 периодов: 1) додинастический (IV тыс. до н.э) и 2) династический, или период Раннего царства (31-28 в. д н.э.).Первый характеризуется разложением родовых отношений, появлением социальной дифференциации, созданием элементов ирригационной системы, появлением первых номовых государственных образований. На втором этапе образуется первое единое общеегипетское государство.

Долина Нила начала заселяться человеком 20—10 тыс. лет до н. э. Древние обитатели изготовляли простейшие орудия, добывали рыбу, собирали моллюсков и съедобные растения, охотились на диких зверей и птиц. Плодо­родные почвы нильской долины, наличие дикорастущих злаков, диких животных, поддающихся одомашниванию, благоприятствовали переходу древних лю­дей на рубеже VI—V тысячеле­тий до н. э. к земледелию и скотоводству. Племена скотоводов-земле­дельцев возделывали пшеницу и ячмень, разводили мелкий и крупный рогатый скот, свиней, умели изготовлять глиняную посуду, об­рабатывали слоновую кость. Землю рыхлили мотыгой с кремневым наконечником. Для задержания воды нильских разливов и оро­шения полей стали строить небольшие каналы. Орудиями охоты были стрелы с кремневыми нако­нечниками и деревянные бумеранги. Приручили кошку.

Постепенно количество населения увеличивалось. Появились поселения, укрепленные стенами. Воз­росло число медных изделий, из металла изготовлялись иголки, булавки, гар­пуны и рыболовные крючки. Появляются первые золотые украшения. В V— первой половине IV тысячелетия до н. э.происходит разложение первобытнообщинных отноше­ний

Во второй половине IV тысячелетия до н. э., в так называемый герзейский пе­риод (от названия современной деревни Герзе), больших успехов достигло земледелие, ос­нованное на системе искусственного оро­шения. Ремесла отделя­ются от земледелия. Происходит социальная дифференциация общества. Скотоводство способствовало накаплению прибавочного продукта, попадавший в соб­ственность племенной верхушки, вождей. Возникает институт рабства. Скорее всего рабами становились пленники которых, вместо того чтобы уничто­жать, теперь оставляли в живых. Древние египтяне называли таких пленников выра­зительным термином «убитый-живой». Но в условиях первобытного строя, низкого уровня производи­тельных сил было невыгодно брать людей в плен, так как это лишь увеличивало чис­ло едоков. До_уровня__рабов могли опуститься бывшие общинники. Следовательно формирующийся класс рабов мог о пополняться из источников как внешних, так и внутренних.

Во второй половине IV тысячелетия до н. э. в Египте наметились контуры трех основных прослоек, прообразы трех основ­ных классов древнеегипетского общества: господствующий слой, куда входили потом­ки родоплеменной знати, жречество, зажи­точные общинники; члены земледельческих общин, основные производители материаль­ных благ древнеегипетского общества; — прослойка рабов, пока весьма незначитель­ная, но постоянно увеличивающаяся. Наи­более многочисленной была вторая прослойка, т. е. члены земледельческих общин, все более теряющих родовой характер, превращающихся в территориальные или соседские общины.

Образование социальных прослоек и формирование классов привели к появле­нию государства, которое должно было ре­гулировать отношения между новыми со­циальными группами и рождающимися классами в интересах господствующего слоя. В Древнем Египте государство выс­тупало и как организатор работ по созда­нию и поддержанию ирригационной сети, без которой невозможно существование продуктивного земледельческого хозяйства. Первые государства возникали в пределах небольших областей (номов), которые охватывали несколько поселений, объеди­ненных вокруг городского центра, где нахо­дились резиденция вождя и святилище почитаемого здесь главного божества. На территории Верхнего Египта в период Нового царства насчитывалось 22 таких нома, в Нижнем Египте — 20 номов. В силу особенностей природных условий номы — древнейшие самостоятельные государст­венные образования, расположенные в до­лине и дельте Нила,— тяготели к объеди­нению, что привело к созданию более крупных царств. Скорее всего объединение номов Верхнего Египта в одно царство и номов Нижнего Египта в другое крупное царство произошло в конце IV тысячеле­тия до н. э. Правитель Верхнего Египта стал носить корону белого цвета, а Нижнего Египта — красного цвета. Столицей первого был город Энхаб (Нехен), а северного царства — Буто. Два древнеегипетских крупных государства некоторое время су­ществовали рядом друг с другом, вели между собой войны. Но тенденция к объе­динению продолжала действовать и привела в конечном счете к объединению нижне­египетского и верхнеегипетского царств в единое древнеегипетское государство, охватывающее всю долину Нила от первого порога до Средиземноморского побережья.

Объединение нижнеегипетскога и верх­неегипетского царств было революцион­ным по своему значению в истории Древ­него Египта. В рамках одного государства были сосредоточены ресурсы всей долины и Дельты Нила, появились благоприятные условия для создания общеегипетской ир­ригационной сети. На смену постоянным внутриегипетским войнам, ослаблявшим страну, пришло политическое единство.

Объединение Египта было достигнуто в результате многих войн между верхне­египетским и нижнеегипетским царствами. Правитель верхнеегипетского царства Мина стал родо­начальником I общеегипетской династии. На стыке Дельты и долины основал столицу объединенного царства город Мемфис, один из крупнейших городов Египта. При Мине была построена система каналов и плотин, благодаря которой оказалась освоенной значительная территория вокруг Мемфиса. В столице был возведен храм богу Птаху. Фараоны I династии начали строить себе внушительные по размерам гробницы

Фараон Джер был удачливым завоева­телем, осуществлял успешне походы за пределы Египта.

При II династии опять становится неспокойным Нижний Египет, одной из главных задач остается окончательное вос­соединение страны, решительное подавле­ние нижнеегипетского сепаратизма, что удалось сделать фараону Хасехемуи. Видимо, при фараонах II династии была успешно решена задача окончатель­ного объединения Египта в одно сильное централизованное государство.

Дата добавления: 2016-10-06; просмотров: 870 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов

Введение к работе

Тема исследования и ее актуальность. Характер и направление контактов Египта с его африканскими соседями недостаточно полно раскрыты в существующей литературе.

Долгое время основным соперником Египта в Африке было царство, сформировавшееся на юге, за третьим нильским порогом, позже получившее название Куш. Однако, вдоль Нила, в оазисах западной пустыни и в вади восточной лежало много других земель (вождеств), которые образовывали сложную структуру содружества, взаимоотношения между ними носили то мирный, то военный характер.

Во времена Раннего царства интересы египетских фараонов были сконцентрированы на Дельте и западных оазисах. Набеги на эти земли вынудили вождей ливийских племен платить дань Египту. Египтянам часто приходилось сталкиваться с племенами ааму и нехсиу, жившими к югу и востоку от Египта, причем последние уже с тех времен продемонстрировали высокую военную организацию. Уже давно познакомившись с выгодами южной торговли, египтяне, с одной стороны, пытались обогнуть зону повышенной опасности как по Красному морю с выходом к Пунту, так и по череде западных оазисов с выходом к Дарфуру, а с другой стороны, установили дипломатические отношения с землями Нижней Нубии (Вават, Сачу, Ирчет) и некоторыми ливийскими (Иам), используя их как посредников в торговле с югом.

В конце Древнего царства египтяне, согласно союзническим обязательствам, отражали набеги на дружественные им земли Ливии со стороны еще одной группы ливийских народов — чемеху. Сложная ситуация, существовавшая на юге — вожди нехсиу вплотную подошли

к границам Египта — не позволила египтянам удержать в руках оазисы западной пустыни, результатом чего явился раскол Иама: в одном из западных оазисов обосновались вожди чемеху.

Со времени Среднего царства фараоны перешли к целенаправленной политике подавления и подчинения соседей. Наибольшие успехи были достигнуты в Нижней Нубии и оазисах, которые были колонизованы и регулярно платили дань Египту. В то же время кушитские цари, создав довольно сильное государственное объединение на юге, начали борьбу с египтянами за Нижнюю Нубию, постоянно угрожая границам Египта. С постройкой системы египетских крепостей на территории Нижней Нубии, которые сменили находившиеся там ранее посты, последняя стала плацдармом для борьбы с Кушем. Начиная со времени правления Сенусерта I военные кампании в Куш начинались от Еухена, крепости в районе второго порога. Покорить кушитских царей тем не менее не удалось и даже экспедиции в Пунт проходили под флагом военных кампаний. Все же южная торговля и дань южных стран, поступавшая в казну, позволили Египту вести выгодную торговлю со странами Восточного Средиземноморья. Таким образом, Египет выступал в роли торгового посредника.

Гиксосы, захватившие власть в Нижнем Египте, нашли союзника в царстве Куш. Союз был крепок из-за поддержки, которую оказывали (под давлением или без него) правители ливийских земель, расположенных в западных оазисах. Возможно, именно тогда ливийцы стали всерьез вынашивать планы захвата власти в Египте.

Фараонами Нового царства, вновь объединившими Египет, постепенно была созДана могущественная империя. Нижняя Нубия и оазисы были присоединены к Египту и стали его провинциями. Египетские чиновники возглавляли и контролировали управление этими землями. Со временем позиции южного царства были сведены на нет: противники частично покорены, частично — оттеснены. Налаженная торговля с Пунтом носила мирный характер. При Хатшепсут египтяне познакомились со странами, лежавшими на пути к Пунту. За третьим порогом, где испокон веку безраздельно властвовали кушиты, лежали ранее неизвестные египтянам земли: Немиу, Ам и т.д. Однако, интенсивная эксплуатация ресурсов юга, приведшая к их истощению, вместе с увеличившейся опасностью со стороны земель, расположенных к северо-западу и северо-востоку от Египта, первым признаком которой было гиксосское нашествие, привели к 2

тому, что этот регион становится предметом основного интереса в египетской внешней политике. Коалиция ливийских племен: чемеху, чехену, ребу и мешуш действовала заодно, и часто — в союзе с «народами моря» и вождями земель Восточного Средиземноморья. Рамсес II намеренно основал новую столицу в восточной Дельте, подчеркнув, таким образом, направление внешнеполитических забот. При Рамсес IX в результате неоднократных побед египтян над ливийскими племенами и уничтожения средств существования египтяне сжигали посевы, вырубали фруктовые деревья, угоняли скот — многие из них устремились в Египет и основали там колонии.

Так менялись и усложнялись взаимоотношения Египта с соседними африканскими землями, эти процессы были тесно связаны с миграциями племен, происходившими на африканском континенте. Борьба фараонов времени Раннего царства за объединение египетских земель привела к столкновениям с царьками Дельты, которые вынуждены были мигрировать к западу от Египта и заселили оазисы. Продолжавшаяся со времени Древнего царства политика давления вынудила чехену спуститься в южные оазисы. Ливийцы дали им название Нам, близкое к названию их родных поселений в Дельте. Племена же Нижней Нубии откочевали под защиту возникшего на юге довольно мощного государственного объединения. Не удивительно, что в период ослабления и раздробленности Египта (Первый переходный) правители южных земель вновь вторглись на территорию Нижней Нубии, заселив ее вплоть до Асуана (культура группы С) и частично расселившись в южных западных оазисах (Иам нехсиу), а также в восточной пустыне вплоть до Вади эль Худи. Появление нехсиу в оазисах способствовало разделению единой ранее земли (время Среднего царства).

Племена восточной пустыни (маджаи) под давлением племен нехсиу перешли под покровительство Египта, о чем свидетельствует прибытие к египетскому двору дипломатической миссии. Часть племен маджаев перешла на службу в египетские войска и охотно служила в египетских крепостях Нубии, неподалеку от их родины, и таким образом отыгрываясь в какой-то степени за притеснения, чинимые племенами нехсиу.

Начиная с Древнего царства отмечен приток других этнических групп в Египет: здесь были основаны колонии ливийцев, азиатов. Со своей стороны, египтяне образовывали колонии в оазисах (Айн

эль Асил); в Нижней (крепости) и Верхней (Керма) Нубии, в восточной пустыне .(Вади эль Худи). И, если из-за недостатка эпиграфического и археологического материала довольно трудно проследить, чем завершился этот процесс в восточной и западной пустынях, то вполне отчетливо он виден на юге — в Нижней Нубии, где образовалась этно-культурная нубийско-египетская группа, а собственно Нижняя Нубия к середине Нового царства стала египетской провинцией. Черты этого же процесса прослеживаются антропологически и по обрядам захоронений в восточной и западной пустынях: погребения, обнаруженные в оазисах, практически неотличимы от египетских. В период Нового царства на службе у египтян в качестве охранников на границах служили представители смешанных этно-культурных групп: в западной пустыне — чекатана (египетско-ливийская), в восточной — маджаи (египетско-азиатская), на юге — «лучники» (египетско-нубийская). Часто наемники разных категорий осуществляли полицейские функции в других землях: маджаи — в Нубии; «лучники» — в землях Восточного Средиземноморья.

Процессы постепенного смешения этносов имели глубокие последствия. Представляется, что в их результате так «легко» прижились на египетской почве гиксосы, позже — ливийцы, затем нубийцы.

Миграционные процессы были тесно связаны с существованием многочисленных земель на африканском континенте, названия и. границы которых часто менялись. Вдоль Нила и его притоков (часто — вади), в оазисах западной пустыни следует локализовать земли, упоминавшиеся в эпиграфических источниках, начиная с первых египетских династий.

Чем интенсивнее проникали египтяне вглубь африканского континента, чем больше земель они узнавали, тем настоятельнее требовалась их фиксация. Появлялись все более длинные списки географических названий, качественно новые их варианты, пусть несовершенные и нелогичные с точки зрения современного человека, но весьма убедительно свидетельствовавшие о главных направлениях египетской внешней политики в то или иное время.

Степень изученности проблематики. В египтологической литературе при всем многообразии затрагиваемых ею проблем не освещен тем не менее во всем объеме взаимоотношения Египта с его ближайшими соседями, землями, расположенными на африканском 4

континенте .

Так, несколько трудов посвящено какому-либо определенному направлению политических притязаний египетских властей, чаще -южному, но и в этом случае рамки работ ограничены изучением земель, хорошо известных по источникам, как правило, это — Куш и Вават (Т.Севе-Седерберг, Б.Триггер, Б.Б.Пиотровский и т.д.).

С другой стороны, в ряде публикаций исследователи намеревались полностью восстановить древнюю карту восточной Африки, но, поскольку эти попытки базировались в основном лишь на созвучии древних и более поздних или даже современных тому или иному автору географических названий, сопоставление выглядело убедительным лишь тогда, когда целая группа древних топонимов одновременно оживала в поздних, то есть древняя карта хотя бы отчасти совпадала с современной (Э.Цголарц, Г.Томкинс и т.д.). Аналогии же, предложение для отдельных терминов, вызывают большие сомнения.

Были также предприняты попытки идентификации и локализации некоторых топонимов как в специальных публикациях, так и в экскурсах (Д.О’Коннор, Э.Эдель, Г.Гедике и т.д.). Затрагивались эти вопросы и при составлении каталогов всех известных древних египетских географических названий или названий земель, расположенных на ограниченной территории, а также при публикации составленных еще в древности вариантов списков африканских стран (Г.Готье, К.Цибелиус и т.д.).

Таким образом, исследования касались либо определенных направлений египетской политики, либо локализации отдельных стран, но ни те, ни другие не давали целостной картины ближайшего окружения Египта и взаимоотношений, царивших между владыками земель.

Источники и хронологические рамки исследования. Основной базой для исследования являются эпиграфические памятники, весьма разнообразные по форме и отличные по содержанию. Степень их значимости трудно свести к какой-то схеме. Краткие граффити, сохранившие и дату, и титулатуру фараонов или вельмож, и топонимы, а также в нескольких словах раскрывающие цель того или иного деяния, бывают порой более ценным источником для раскрытия темы, чем пространные жизнеописания, в которых автор ставит акцент на личных заслугах перед фараоном. Иногда надписи, детально описывающие походы в чужеземные страны, в том числе и

политическую ситуацию, существовавшую там, тем не менее нуждаются в привлечении таких, казалось бы, малоинформативных источников, как списки чужеземных стран, поскольку только с их помощью можно локализовать единственный сохранившийся в надписи топоним. Часто, чтобы правильно интерпретировать факты, содержащиеся в отдельных надписях, необходимо привлечь всю совокупность имеющихся надписей этого периода, буквально по крупинкам собирать сведения для воссоздания более или менее полной картины взаимоотношений.

Хронологические рамки исследования: от Раннего царства, когда по письменным источникам удается проследить характер сложившихся между африканскими землями отношений до конца эпохи Ра-мессидов, т.е. до Третьего переходного периода, когда Египет погрузился в пучину гражданской войны, в результате чего египетский престол стал переходить из рук одних иноземных владык в другие.

Цель и задачи исследования:

собрать и проанализировать все доступные по возможности источники, касающиеся взаимоотношений Египта и сопредельных стран;

выявить характер и направление контактов Египта с его африканскими соседями;

исследовать и проанализировать миграционные процессы, происходившие в африканских землях;

восстановить карту древних африканских земель, соседей Египта.

Методология исследования. Только изучение проблемы в целом: политических притязаний тогдашних правителей; связей, существовавших между Египтом и землями южного, восточного и западного регионов и определение местонахождения этих земель может пролить свет на внешнеполитическую историю Египта того или иного периода. Комплексный подход к проблеме позволяет внести коррективы как в степень распространения египетского влияния, так и в определение границ отдельных стран.

Важно отметить, что собранные, казалось бы, разрозненные свидетельства, как частички богатой мозаики, часто «сами собой» складываясь в единое целое, приоткрывали реальную картину сложных взаимоотношений тогдашнего мира. Такой метод работы с эпиграфическим материалом, несмотря на его некоторую «громозд-6

кость», позволил оценить источники с точки зрения тогдашних ценностей, свести почти на нет зависимость культуры исследующей на культуру исследуемую.

Однако нельзя сказать, что эпиграфический материал дает богатые возможности для понимания проблем взаимоотношений между тогдашними землями. Во многих случаях только с помощью археологического и антропологического материала можно прояснить картину.

Только такой — комплексный — подход к изучаемой проблеме может дать хороший результат при восстановлении исторических процессов, помогает выявить их характер и глубину, показать взаимоотношения между странами в их многообразии, и в то же время в целостности. Становится ясным, что в истории взаимоотношений Египта с его африканскими соседями не было одной, четко выраженной линии или определенного перевеса сил. Например, земли Нижней Нубии и оазисов, до сего дня рассматривавшиеся в египтологической литературе как субъекты египетской политики, порой играли ведущую роль и могли диктовать Египту свои «правила игры». При этом, иногда эти земли выступали заодно, а иногда — порознь, но и в том, и в другом случаях могли, как выяснилось, оказывать’ довольно сильное политическое давление на Египет.

Важно также отметить, что в источниках социально-экономические, политические, культурные и религиозные проблемы сливаются в такой плотный конгломерат, что их невозможно и, скорее всего, не надо разделять, а исследовать во всем богатстве предложенных историей вариантов.

В представленной работе политические взаимоотношения Египта с сопредельными африканскими странами рассматриваются как целостная система, не только с точки зрения политических взаимоотношений и экономических связей, но и с точки зрения внутреннего развития каждой из этих земель.

Новизна исследования. Материал, на основании которого египтологи прошлых лет, включая даже работы 90-х годов, делали выводы, как показали современные раскопки, не был полным и часто приводил к искажениям или даже неправильным объяснениям того или иного явления.

Сейчас, в результате интенсивных археологических исследований, ведущихся в Египте, Судане и оазисах, накоплен огромный эпиграфический, археологический, антропологический материал, с

одной стороны, не только дополняющий прежний, но и настоятельно требующий осмысления и введения в научный оборот новых памятников, а с другой — привлечения всего комплекса имеющихся свидетельств.

Поставленная задача чрезвычайно трудна, иногда невыполнима: списки географических названий, составленные по приказу фараонов, не преследовали цели обозначить границы земель, в лучшем случае соотносили их с определенным регионом, да и то в копиях различных лет жители одной и той же земли могли быть причислены к различным этно-культурным группам. Иногда топонимы, упоминавшиеся в надписях времени Древнего царства, всплывали после многих сотен лет забвения в источниках, например, времени правления XXV-ой династии или птолемеевского периода. Тем не менее письменные свидетельства иной раз дают достаточный материал для локализации земель, а в некоторых случаях местонахождения древних стран можно подтвердить не только эпиграфическим, но и археологическим материалом.

Взаимоотношения Египта с окружавшими его африканскими странами были весьма многогранными, но чтобы правильно оценить политическую ситуацию, существовавшую в Африке, безусловно, необходимо уделить хотя бы минимальное внимание взаимоотношениям Египта со странами Восточного Средиземноморья, ибо только тогда становятся понятными чередования периодов спада и активности в отношении африканских земель.

Внешнеполитические стремления фараонов в какой-то степени отражались в их титулатуре Конечно, титулы не всегда соответствовала реальным политическим шагам, предпринимавшимся египетскими владыками, однако, если ничем не примечательные годы правления не влекли изменений в титулатуре, то успешное царствование расцвечивало ее дополнительными эпитетами. Поэтому целесообразно, на наш взгляд, излагать события по времени правления фараонов, благодаря такому расположению материала четче вырисовывается и степень проявления интересов к различным землям и их последовательность.

Освещение внешнеполитических амбиций фараонов, выраженных в их титулатуре, наряду с их реальными деяниями на фоне многочисленных и находившихся на разных ступенях развития земель,окружавших Египет, с попыткой локализации некоторых из них и есть оригинальное решение проблемы взаимоотношений африканских земель. 8

Теоретическое значение работы определяется актуальностью

«рмы, т.к. впервые в отечественной н зарубежной египтологии систематически и комплексно изучаются взаимоотношения между Египтом и соседними африканскими землями. Совокупность сформулированных в диссертации научных выводов открывает новые перспективные пути более глубокого изучения египетской истории, теории этнокультурных взаимодействий, воссоздания картин древней Африки. Методы и приемы, использованные в работе, могут быть применены в исторических исследованиях.

Практическое применение результаты работы могут найти в создании более іь-:шой картины истории внешней политики Египта, в усовершенствовании методики исторических исследований при написании соответствующих обобщающих и специальных трудов, учебных пособий, спецкурсов, чтении лекций и в семинарских занятиях.

Апробация_р_а5о_ты. Работа выполнена в Отделе истории и культуры Древнего Востока Института востоковедения РАН, здесь же обсуждена и рекомендована к защите. Некоторые положения диссертации прошли апробацию в форме публикаций и докладов на всесоюзных и международных конференциях, в т.ч.: VIII Всесоюзной конференции по Древнему Востоку, посвященной памяти акад. В.В.Струве (6-9 февраля 1979 г.); Сергеевских чтениях, Москва, 1992; Мероитских конференциях, Москва; международных конференциях по компьютерным исследованиям (Женева, 1993), лекциях в университетах Сорбонна (Франция, 1989) и Карловом университете (Чехия, 1992, 1994).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *