Христианский рай описание

Значение термина «Рай»

Рай (Быт 2:8, 15:3, Иоиль 2:3, Лк 23:42,43, 2Кор 12:4) — это слово Персидского происхождения и означает сад. Так названо прекрасное жилище первого человека, описанное в кн. Бытия. Рай, в котором пребывали первые человеки, был для тела вещественный, как видимое блаженное жилище, а для души — духовный, как состояние благодатного общения с Богом и духовного созерцания тварей. Раем называется и то блаженное жилище небожителей и праведников, которое наследуют они после Страшного Суда Божия.

Рай в Священном писании

О рае в Новом Завете говорится в трех местах. Первым местом является обещание Христа, данное разбойнику, распятому вместе с Ним: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю” (Лк. 23, 43). Рай, о котором говорит Христос, — это Царство Божие. Царство Божие и рай, что весьма характерно, отождествляются. Разбойник просит Христа: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!” (Лк. 23, 42), — а Христос обещает ему вход в рай. Примечательно толкование блаженного Феофилакта на это место: «Ибо разбойник хотя уже в раю, или в царствии, и не только он, но и все исчисленные Павлом, однако же он не наслаждается всецелым обладанием благ”.

Второй отрывок, в котором говорится о рае, содержится в Послании апостола Павла; он связан с его личным опытом: «И знаю о таком человеке (только не знаю — в теле, или вне тела: Бог знает), что он был восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать” (2 Кор. 12, 3-4).

Толкуя это место, преподобный Никодим Святогорец говорит, что «рай — это персидское слово, означающее сад, насажденный различными деревьями…” В то же время он говорит, что «восхищение” апостола Павла в рай, согласно некоторым толкователям, означает, что «он был посвящен в таинственные и неизреченные слова о рае, которые до сего дня сокрыты от нас”. Как говорит преподобный Максим Исповедник, во время созерцания апостол Павел поднялся до третьего неба, то есть прошел «три неба” — деятельное любомудрие, естественное созерцание и тайнозрительное богословие, которое и является третьим небом, — и оттуда был восхищен в рай. Так он был посвящен в тайну того, что представляли собой два древа — древо жизни, которое произрастало посреди рая, и древо познания, в тайну того, кем был херувим и чем являлся огненный меч, с помощью которого он охранял вход в Эдем, а также во все остальные великие истины, представленные Ветхим Заветом.

Третье место находится в Откровении Иоанна. Епископу Ефеса кроме прочего говорится: «Побеждающему дам вкушать от древа жизни, которое посреди рая Божия” (Откр. 2, 7). Согласно преподобному Андрею Кесарийскому, под древом жизни иносказательно подразумевается вечная жизнь. То есть Бог дает обетование «приобщиться благ будущего века”. И по толкованию Арефы Кесарийского, «рай — это блаженная и вечная жизнь”.

Следовательно, рай, вечная жизнь и Царство Небесное — это одна и та же реальность. Мы не будем сейчас углубляться в анализ соотношения понятия «рай” с понятиями «Царство Божие” и «Царство Небесное”. Очевидно главное: рай — это вечная жизнь в общении и единстве с Троичным Богом.

Святые отцы о рае

Основной чертой учения святых отцов о творении мира было, по мнению протоиерея Александра Салтыкова, внимание к действию Святого Духа. Дух Божий пребывал в сотворенном мире с самого начала его сотворения, и Писание (в древнееврейской версии) уподобляет это действие птице, высиживающей яйцо — именно так переводит древнееврейский текст святой Ефрем Сирин. Мир воспринимался как тварный космос, изначально и непрерывно наполненный жизнью. Эта изначальная наполненность жизнью делает первозданный космос иным, отличным от того, что мы видим сейчас.

Преподобный Исаак Сирин

Рассуждая о рае, Исаак Сирин говорит, что рай — это любовь Божия. Естественно, когда мы говорим о любви, то главным образом имеем в виду нетварную энергию Божию. Преподобный Исаак пишет:

Рай есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами”. Но рассуждая об аде, он говорит почти то же самое: ад — это бич божественной любви. Он пишет: «Говорю же, что мучимые в геенне поражаются бичом любви. И как горько и жестоко это мучение любви!

Опыт переживания Бога у людей различен. Каждому будет дано от Владыки Христа «по достоинству”, «по мере доблестей его”. Будет упразднены чины учащих и учащихся, и в каждом будет обнаружена «острота всяческого устремления”. Один и Тот же Бог будет всем в равной мере подавать Свою благодать, но люди будут воспринимать ее в соответствии со своей «вместительностью”. Любовь Божия будет распространяться на всех людей, но действовать будет двояким образом: грешников она будет мучить, а праведников — радовать. Выражая православное Предание, преподобный Исаак Сирин пишет: «Любовь своею силою действует двояко: она мучит грешников, как и здесь случается другу терпеть от друга, и веселит собою соблюдших долг свой”.

Стало быть, одна и та же любовь Божия, одно и то же действие будет распространяться на всех людей, но восприниматься будет по-разному.

Как выглядит рай?

Прежде всего, рай — место будущего пребывания праведников. Вопрос о рае — один из важнейших. Без его решения мы не можем продвинуться в таком понимании Шестоднева, которое было бы адекватным современному мировоззрению. Во многих апологетических работах, начиная с середины XIX века, в основном изучался параллелизм в достижениях естественных наук и данных Шестоднева. Но мы видим, что из внимания этих работ нередко выпадает рассказ о рае. Ученые обычно говорят, что это не относится к науке.

Вот что говорит о рае святой Андрей (X в.): «Я увидел себя в раю прекрасном и удивительном, и, восхищаясь духом, размышлял: «что это?.. как я очутился здесь?..» Я видел себя облеченным в самое светлое одеяние, как бы истканное из молний; венец был на главе моей, сплетенный из великих цветов, и я был опоясан поясом царским. Радуясь этой красоте, дивясь умом и сердцем несказанному боголепию Божия рая, я ходил по нему и веселился. Там были многие сады с высокими деревьями: они колебались вершинами своими и увеселяли зрение, от ветвей их исходило великое благоухание… Невозможно те деревья уподобить ни одному земному дереву: Божия рука, а не человеческая посадила их. Птиц в этих садах было бесчисленное множество… Увидел я реку великую, текущую посреди (садов) и их наполняющую. На другом берегу реки был виноградник… Дышали там с четырех сторон ветры тихие и благоухающие; от их дыхания колебались сады и производили дивный шум листьями своими… После этого мы вошли в чудный пламень, который нас не опалял, но только просвещал. Я начал ужасаться, и опять руководивший меня (ангел) обратился ко мне и подал мне руку, говоря: «Нам должно взойти и еще выше». С этим словом мы очутились выше третьего неба, где я увидел и услышал множество небесных сил, поющих и славословящих Бога… (Взойдя еще выше), я увидел Господа моего, как некогда Исаия-пророк, сидящего на престоле высоком и превознесенном, окруженного серафимами. Он был облечен в багряную одежду, лицо Его сияло неизреченным светом, и Он с любовью обратил ко мне Свои очи. Увидев Его, я пал перед Ним на лицо мое… Какая же тогда от видения лица Его объяла меня радость, того невозможно выразить, так что и ныне, поминая это видение, исполняюсь неизреченной сладости» Преподобная Феодора видела в раю «прекрасные селения и многочисленные обители, уготованные любящим Бога», и слышала «голос радости и веселия духовного».

Во всех описаниях рая подчеркивается, что земные слова могут лишь в малой степени изобразить небесную красоту, так как она «несказанна» и превосходит человеческое постижение. Говорится также о «многих обителях» рая (Ин. 14:2), то есть о разных степенях блаженства. «Одних (Бог) почтит большими почестями, других меньшими, — говорит святитель Василий Великий, — потому что «звезда от звезды разнится в славе» (1 Кор. 15:41). И поскольку «многи обители» у Отца, то одних упокоит в состоянии более превосходном и высоком, а других в низшем».3 Впрочем, для каждого его «обитель» будет наивысшей доступной ему полнотой блаженства — в соответствии с тем, насколько он приблизился к Богу в земной жизни. Все святые, находящиеся в раю, будут видеть и знать один другого, а Христос будет видеть и наполнять всех, говорит преподобный Симеон Новый Богослов. В Царстве Небесном «праведники просветятся, как солнце» (Мф. 13:43), уподобятся Богу (1 Ин. 3:2) и познают Его (1 Кор. 13:12). По сравнению с красотой и светозарностью рая наша земля есть «мрачная темница», и свет солнца по сравнению с Триипостасным Светом подобен маленькой свечке. Даже те высоты богосозерцания, на которые восходил преподобный Симеон при жизни, по сравнению с будущим блаженством людей в раю — все равно, что небо, нарисованное карандашом на бумаге, в сравнении с настоящим небом.

По учению преподобного Симеона, все образы рая, встречающиеся в житийной литературе, — поля, леса, реки, дворцы, птицы, цветы и т.д., — лишь символы того блаженства, которое заключается в непрестанном созерцании Христа:

Церковь учит о рае как о высшем творении Божием в земной природе. Рай — это место особое, святое, туда сходил Господь. Когда он еще не был отделен, из него вытекала река и орошала землю, разделяясь на четыре рукава. Как говорят святые отцы, рай был на горе, имел большую территорию, а река соединяла землю и рай. Таким образом, земной мир имел своим центром на востоке вершину, на которой находился рай. Алтарь православного храма есть символ рая, а храм — символ мироздания.

Земля же была подобна раю. Об этом говорила еще дохристианская Книга Юбилеев, а затем св. Ефрем Сирин и другие святые отцы. Святитель Иоанн Златоуст говорит о том, что Адам был создан из эдемской земли, говорит о ее девственной чистоте, о том, что на ней не было зла, она была невинной и чистой. Его мыслям соответствуют мысли святых Симеона Нового Богослова, Никиты Стифата.

Посреди рая было Древо Жизни. Из него вытекала река, обтекавшая всю землю. Все это важно иметь в виду, потому что достаточно оснований думать, что та земля, которую напояла райская вода, была не совсем такой, как та, по которой мы с вами ходим. Вернее, земля та же самая, однако теперь она проклята, и райской реки нет. Не следует игнорировать это и стараться преуменьшить. Проклята она «в делах Адама», по слову Божию, но важнейшая часть этого проклятия в том, что от нее отделен рай со всеми последствиями такого события.

Как попасть в рай?

Господь ясно говорит о том, кто именно войдет в Царство Небесное. Прежде всего, Он говорит о том, что человек, желающий войти в это Царство, должен иметь веру в Него, истинную веру. Господь Сам говорит: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет, а кто не будет веровать, осужден будет». Господь предрекает осуждение людей на муки. Он не желает этого, Господь милосерден, но Он, в то же самое время, говорит о том, что людей, не соответствующих высокому духовному и нравственному идеалу, ожидает плач и зубовный скрежет. Мы не знаем, каким будет рай, мы не знаем, каким будет ад, но очевидно, что люди, которые свободно выбрали жизнь без Бога, жизнь, противоречащую Его заповедям, не останутся без грозного воздаяния, прежде всего связанного с внутренним душевным состоянием этих людей. Я знаю, что есть ад, я знал людей, которые покинули этот мир в состоянии уже готовых жителей ада. Некоторые из них, кстати, покончили жизнь самоубийством, чему я не удивляюсь. Им можно было говорить о том, что этого делать не нужно, потому что человека ждет вечная жизнь, но они не хотели вечной жизни, они хотели вечной смерти. Люди, разуверившиеся в других людях и в Боге, по смерти встретившись с Богом, не изменились бы. Думаю, что Господь предложил бы им Свою милость и любовь. Но они скажут Ему: «Нам этого не надо». Таких людей много уже в нашем земном мире, и я не думаю, что они смогут измениться после перехода границы, отделяющей земной мир от мира вечности.

Почему вера должна быть истинной? Когда человек хочет общаться с Богом, он должен понимать Его таким, каков Он есть, он должен обращаться именно к тому, к кому он обращается, не представляя себе Бога чем-то или кем-то, чем и кем Он не является.

Сейчас модно говорить, что Бог один, но пути к нему разные, и какая разница, каким та или иная религия или конфессия либо философская школа представляет себе Бога ─ все равно Бог один. Да, Бог один. Нет многих богов. Но этот единый Бог, как веруют христиане, ─ именно тот Бог, который открыл Себя в Иисусе Христе и в Своем Откровении, в Священном Писании. И, обращаясь вместо этого Бога, к кому-то другому, к существу с другими характеристиками или к существу, не обладающему личностью, или вообще к не-существу, мы не обращаемся к Богу. Мы обращаемся, в лучшем случае, к чему-то или кому-то, кого мы сами себе придумали, например, к «богу в душе». А иногда мы можем обращаться и к существам, которые от Бога отличны и Богом не являются. Это могут быть ангелы, люди, силы природы, темные силы.

Итак, для того, чтобы войти в Царство Божие, нужно иметь веру и быть готовым ко встрече именно с тем Богом, который в этом Царствии является Царем. Чтобы ты Его узнал и Он узнал тебя, чтобы ты был готов ко встрече именно с Ним.

Далее. Для спасения важно внутреннее нравственное состояние человека. Понимание «этики», как исключительно сферы межчеловеческих отношений, особенно ─ в прагматическом измерении человеческой жизни: бизнеса, политики, семейных, корпоративных отношений ─ это очень усеченное понимание этики. Нравственность имеет прямое отношение к тому, что происходит внутри тебя, и именно такое измерение нравственности задает Нагорная проповедь Христа Спасителя.

Господь говорит не только о тех внешних нормах, формальных нормах ветхозаветного закона, которые были даны древним. Он говорит о состоянии человеческой души. «Блаженны чистые сердцем» ─ блаженны именно те, кто внутри себя не имеют грязи, не имеют побуждений к пороку, не имеют стремления творить грех. И это состояние души Он оценивает так же строго, не менее строго, как и внешние поступки человека. Богочеловек Господь Иисус Христос дает новые заповеди, никак не вместимые в рамки житейской морали. Он дает их как совершенно непреложные указания, не подлежащие релятивизации, то есть объявлению их относительными. Это безусловный императив, из которого следует безусловное требование совершенно нового уровня нравственной чистоты от тех, кто станет достойным войти в Его Царство.

Спаситель однозначно, решительно объявляет недопустимым злословие по отношению к ближним, блудные помыслы, развод и вступление в брак с разведенной, клятву небом или землею, противление злу, совершенному против тебя самого, показное творение милостыни, молитвы и поста, получение соответствующей моральной награды от людей ─ все те вещи, которые с точки зрения светской этики нормальны и естественны.

Христос осуждает и удовлетворенность человека своим нравственным состоянием, своими нравственными заслугами. Очевидно, что такие нравственные мерки не применимы для обывательской морали, примиряющейся с определенной мерой зла. Ни с какой мерой зла не может смириться истинный христианин, и Господь запрещает это делать. Он говорит о том, что любое греховное движение души ─ это путь в сторону от Царства Небесного.

Господь говорит и о том, что вера, нравственное состояние человека не может не выражаться в том, что он делает. Мы знаем слова апостола Иакова: «Вера без дел мертва». Точно так же и порочное состояние человека выражается в злых делах. Мы не приобретаем себе неотменимых заслуг своими добрыми делами, как об этом говорит католический юридизм. Формально сделанное доброе дело, имеющее выражение в долларах, рублях, количестве оказанных услуг и так далее, не обеспечивает человеку спасение само по себе. Важно, с каким намерением ты делаешь это дело. Но человек, по-настоящему верующий, не может отказываться от помощи ближнему, не может пройти мимо страданий человека, нуждающегося в помощи. И Господь говорит о том, что стандарты, заданные Им в области, в том числе, добрых дел, должны многократно превосходить стандарты, данные для ветхозаветного мира. Вот Его слова: «Говорю вам, что если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство небесное». Что такое праведность книжников и фарисеев? Это праведность лучших людей общества, живущего без Божией благодати, общества, живущего по житейским законам, по законам компромисса со злом, по законам падшего человеческого естества. Книжники и фарисеи ─ это не исчадия ада, это нравственные авторитеты общества, жившего по законам ветхозаветной морали. Это люди умные, просвещенные, религиозно очень активные, не склонные к порокам, считающие себя вправе обличать отступников от той самой житейской морали народа или семьи. Это не мытари, которые собирали оккупационный налог, это не блудницы ─ проститутки, не пьяницы, не бродяги. Это, говоря современным языком, классические «приличные люди». Фарисеи ─ это те моральные авторитеты мира сего, которые на нашем телеэкране подаются как самые достойные люди. Именно их праведность должен превзойти христианин, потому что эта праведность недостаточна для спасения.

Очевидно, что Господь не считает большинством людей, входящих в Божие царство. Он говорит: «Широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их». Мы веруем и всегда будем веровать в милосердие Божие к каждому человеку, даже к грешнику, даже к преступнику, даже к не раскаивающемуся. Недавно Святейший Патриарх сказал о том, что мы будем обсуждать в Церкви возможные формы молитв о самоубийцах. Это не будут те самые формулы молитв, которые идут при обычном отпевании или при обычной панихиде, когда мы поем: «Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих». Это будет особая молитва. Может быть, мы будем просить о том, чтобы Господь принял душу человека, проявил к нему милосердие. И мы веруем в милость Божию к каждому человеку: неверующему, грешнику, преступнику. Но вхождение в Его Царство ─ это особый дар, который, как совершенно ясно говорит Господь, не принадлежит большинству людей.

Господь Иисус Христос предостерегает людей от увлечения обывательским образом жизни, Он предлагает Своим апостолам, Своим последователям образ жизни иной, говоря при этом, что не всякий может его вместить, но об опасности обывательского существования Он явно предостерегает. Это не значит, что Господь объявляет Своих учеников некой общественной или моральной элитой. Царствие Божие открыто любому человеку, вне зависимости от образовательного или интеллектуального уровня. Но уровень нравственности, необходимый для спасения, радикально отличается от праведности книжников и фарисеев, почитавшейся в мирской среде или в ветхозаветной среде как наивысшее достижение.

Нравственный идеал, который дан нам Господом Иисусом Христом, очень радикален. Он не исполним человеческими силами. После того, как Господь отвечает человеку, что легче верблюду войти в игольное ушко, чем богатому войти в Царство Божие, апостолы Его спрашивают: «Кто же может спастись?». Он отвечает, что человеку это невозможно, Богу же все возможно. Высокая нравственная планка, заданная в Нагорной проповеди, недостижима человеческими силами. Нравственные требования в Евангелии представляют собой не просто систему запретов, исполнить которые может человеческая воля. Они настолько высоки, что никакая воля не способна их исполнить.

Да, воспитание и внешние ограничения важны, но они одни не способны привести человека к достижению нравственного идеала, а, значит, и к спасению. Скорее, важен свободный выбор личности, позволяющей Богу действовать в ней, в душе, в сердце человека. Христианская этика говорит, прежде всего, не об укреплении воли, не о самосовершенствовании, не о принуждении к деланию добра, а о действии на человека благодати Божией, преображающей человека настолько, что сами мысли о грехе становятся невозможны. Без действия Божия, без Таинств Церкви человек не может стать нравственным в том смысле, который заложен в Нагорной проповеди. Да, мы должны в синергии с Богом трудиться над собой, делать добрые дела, противостоять греху. Но решающим в нравственном совершенствовании личности является действие не человека, но Бога. И понимание этого радикально отличает христианскую этику от других этических систем.

Фрагмент лекции в Политехническом музее в рамках программы Православных молодежных курсов, организованных Свято-Даниловым ставропигиальным мужским монастырем и храмом святой мученицы Татианы при МГУ им. М.В. Ломоносова.

О рае на Правмире:

  • Что будет в раю?
  • Реальность рая — личный опыт
  • Архимандрит Арсений (Папачок): Желаю, чтобы вы знали, как правильно воскресать каждый день!
  • Рай. Как попасть в рай?
  • Образ рая в христианстве и исламе
  • Христианский Рай — тема христианской мысли
  • Боязнь рая
  • В раю нет вечеринок
  • Дверь в первозданный Рай – картины Елены Черкасовой
  • Предвосхищение рая
  • Священник из Рая
  • Разбойник в раю
  • Адам покидал Рай…
  • Мы будем жить в Раю
  • Рай и скорбь
  • Рай, ад и терроризм
  • В одном шаге от рая

Но где искать этот рай? И может ли человек вообще когда-нибудь по-настоящему быть счастлив — навсегда?

В раннем детстве любой ребенок, огражденный от сурового мира любовью родителей, живет словно бы в раю. Его любят, он любит в ответ, и перед ним — вся жизнь, все горизонты земных радостей.

Но рано или поздно детские мечты сталкиваются с реальностью — и образ вечного счастья начинает тускнеть. Оказывается, и райские поля со временем выцветают. Год за годом человек делает открытия: птицы бросают своих птенцов, самые сильные животные убивают тех, кто послабее, — а люди не любят друг друга. И, наконец, рано или поздно мы сталкиваемся с тем, что уже навсегда разбивает образ рая на осколки, — смертью, по сравнению с реальностью которой любые мечты о рае представляются лишь наивным побегом от реальности.

Но что-то внутри продолжает твердить: счастье — есть. И пусть уже никто не помнит и не знает, что же такое рай, — но кое о чем мы можем догадываться. Ведь не может же быть, чтобы человек был создан не для радости…

Слово на всех языках

Начиная разговор о том, существовал ли когда-нибудь и где-нибудь потерянный человеком рай, следует сразу сказать (хотя многим это и покажется странным), что идея о нем — не собственно христианская. О существовании места и времени, где люди когда-то давно были счастливы, можно прочесть в мифах и сказаниях практически любого народа Земли. Даже в древнейшей шумерской мифологии за три тысячи лет до Рождества Христова встречаются упоминания о том, что когда-то «всякая вещь была совершенна» («Эпос о Гильгамеше»), и в этом прекрасном раю, в котором жили люди, «никакой лев не убивает, никакой сторож не уносит ягненка» (миф о Дильмуне). Подобные представления можно встретить практически везде — многие древние цивилизации оставили нам похожие воспоминания об утраченном рае. Можно даже сказать, что не обращать внимания на эти воспоминания — это значит просто игнорировать хоть сколько-нибудь известную нам культурную действительность. Да, никто точно не знает, каким был этот рай — но о том, что он точно был, можно услышать в любом уголке Земли. Или же придется предположить, что все древние поголовно были оторванными от реальности фантазерами.

К примеру, в славянской традиции рай — это некое чудесное и светлое место за пределами известного мира, почти что потустороннее. Да и сама память о нем — отблеск какой-то иной реальности, и в этом сиянии по ту сторону жизни места для ада — нет. Антонимом потерянному раю служит не ад после смерти, а просто обычная человеческая жизнь, полная болезней и трудов. Ведь она сама по себе уже почти мучительна для тех, кто помнит о рае. А преисподняя — это уже некое «дополнение» к земле, обычному месту страданий, и место обитания подземных богов, связанных со смертью.

Кстати, слова «ад» и «геенна» были прямо заимствованы славянами из греческой и еврейской культуры (соответственно, имеется в виду Аид из мифов Эллады и долина Енном близ Иерусалима, в которой когда-то приносились огненные человеческие жертвоприношения). Слова «преисподняя» и «пекло» — тоже производные от этих же понятий; причем все подобные термины понадобились впервые лишь тогда, когда начался перевод Библии на славянский язык.

А само по себе русское слово «рай» индоиранского происхождения — и буквально означает «счастье». Сходные слова в других языках могут нести различный смысл — «сокровище», «богатство», «дар, владение»… Образ понятен. Рай — это счастье во всей полноте, бесценный дар, который был вручен людям. Но кто вручил этот дар и кто забрал его у людей? И можно ли его вернуть?

Любовь дает имена

Если попытаться найти ответ в Библии, то можно сделать один очень важный вывод: рай не только был потерян, но и может быть обретен вновь. Причем обретенный рай — это нечто более высокое, чем рай потерянный; даже описать будущее блаженство человека в раю толком невозможно, поскольку в языках людей попросту нет для этого подходящих слов.

Но, к сожалению, иногда люди считают, что раз библейские представления о рае перекликаются с древнейшей на земле шумерской мифологией, то и Библия — это лишь сборник мифов, «христианская мифология». Именно из-за подобного отношения к тексту Священного Писания один из самых непонятых сюжетов Библии — это именно рассказ о рае и первых людях, Адаме и Еве. Как ни парадоксально, его так часто цитировали в мировой литературе и так сильно упрощали в попытке объяснить его смысл — что почти совершенно перестали понимать.

Итак, если говорить о Библии, то в ней написано: насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал (Быт 2:8). Интересно, что упомянутое здесь некое место «Едем», которое книга Бытия условно располагает между Тигром и Евфратом, в районе верхней Месопотамии, похоже, имеет соответствие в «соседнем» шумерском языке, в котором слово eden означает «равнина, степь». А слово גּ ן «ган» в еврейском тексте Библии, которое перевели понятным для всех славянских народов словом «рай», обозначает просто «сад». Кстати, при переводе книги Бытия на греческий слово גּ ן было передано как «парадейос» (отсюда «парадиз») — что тоже означает «отовсюду огражденное место, сад» и является заимствованием еще из древнеиранского.

Иными словами — о том, что рай, родина человека — место, специально отделенное от мира, освященное, говорят сами термины, которые имеются во многих языках. Из смысла этих слов мы можем сделать вывод, что, по представлениям древних, хотя человеку и был вручен весь мир, но особую часть этого мира Бог выделил для него как своеобразный сад — что полностью перекликается с библейским текстом.

И самое главное, что происходило в этом раю с первыми людьми, — это постоянное общение с Отцом. Они могли слышать голос Господа Бога, ходящего в раю во время прохлады дня (Быт 3:8). Он был рядом, говорил с ними Сам, а они могли Его слышать! Можно лишь догадываться, как были счастливы Адам и Ева на заре человеческой истории, в мире, в котором все хорошо весьма (Быт 1:31)… Это была еще не религия — ведь религией мы называем поиски Бога, попытки восстановить с Ним утраченную связь (religare). Нет — это была сама жизнь с Богом. А еще в дар Своим юным созданиям Бог вручил весь мир, заповедав владычествовать над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле (Быт 1:28).

Но что значит «владычествовать» и как человек должен был возделывать и хранить (см. Быт 2:15) сад Эдема? Тут воображение порой рисует идиллическую картинку, на которой первые люди вдохновенно пашут землю и пропалывают грядки, а в перерывах праздно возлегают в кругу львов и диких зайцев. Но вряд ли вскапывание огорода или игры с животными — это предел того радостного творчества, что было доступно людям в раю. На самом деле можно предположить, что служение Адама и Евы заключалось совсем в другом.

Книга Бытия говорит нам, что человек дал имена всему живому, всем животным и птицам, которых привел к нему Бог. «Это делает Бог, чтобы показать нам великую мудрость Адама… Впрочем, это делается не для того только, чтобы мы видели мудрость его, но и для того еще, чтобы в наречении имен виден был знак владычества», — пишет святитель Иоанн Златоуст. А преподобный Ефрем Сирин замечает, что наречение имен всему живому показывает еще и «тот мир, какой был между животными и человеком, пока человек не преступил заповеди. Ибо они собрались к человеку как к исполненному любви пастырю… Так, Адам приял власть над землею и соделался владыкою всего в тот же день, в который приял благословение».

Мы и сейчас даем имена самым дорогим и любимым домашним питомцам, но в раю каждая птица, каждый маленький звереныш были для людей особенными, уникальными. Так что Библия просто напоминает нам: отношения человека и мира были задуманы как отношения любви, а не только власти. Для Адама и Евы все живое вокруг носило личные имена потому, что их любовь наделяла сотворенный мир смыслом.

Но почему сейчас представить себе меру любви первых людей, описанную в Библии, мы можем лишь умозрительно? Возможно, наши самые счастливые и безмятежные детские воспоминания как бы «напоминают» нам о той бесконечной радости, которую знали первые люди. А потом, как мы ни ищем эту радость в своей жизни, найти ее не удается… Вот, счастье уже близко — но вдруг все словно рассыпается, и поиски потерянного рая начинаются сначала. Возможно, люди просто ищут не там?..

Книга Бытия свидетельствует, что и любовь, радость, счастье, и вообще друг друга Адам и Ева приняли в дар от Бога, от любящего Отца. Что же случилось? Почему люди оказались вдруг изгнаны из Эдема?

Зло в теории и на практике

В книге Бытия сказано, что Бог повелел людям в раю исполнять одну-единственную заповедь — от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь (Быт 2:16-17). Соблюдая ее, они учились бы безусловной любви к Нему — даже если смысл заповеди и не был им ясен до конца. Как объяснила смысл подобного запрета Королева, героиня фантастической повести «Переландра » К. С. Льюиса, — «Как же можно не слушаться Того, Кого любишь?». А в Новом Завете Христос говорит об этом предельно ясно: кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое (Ин 14:23).

В этом послушании должна была проявляться сыновняя любовь человека к Богу — и так оно и было до поры до времени. Но человек по своей природе полностью нравственно свободен. Никакие моральные законы не имеют над ним силы, если он сам не захочет их соблюдать, — но, конечно, тогда ему приходится принимать и последствия своих поступков. И, как сказано в Библии, однажды Адам и Ева, соблазненные падшим духом злобы, решили нарушить заповедь.

Желая обмануть человека и оклеветать Бога, дьявол спросил Еву: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю? (Быт 3:1).

Здесь сатана, как всегда, откровенно солгал. Ведь на самом деле Бог как раз разрешил людям есть от всякого дерева в раю, кроме одного дерева познания добра и зла, так что слова дьявола фактически означают — «правда ли, что Бог столь жаден и властолюбив, что все вам запрещает?». Ева, еще не понимая, в чем подвох, уточняет содержание заповеди, — но змей в ответ снова обвиняет Бога во лжи! Он говорит ей: нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло (Быт 3:4-5).

И Ева поверила, и ела плод с дерева, и дала Адаму. Люди усомнились в Боге, перестали Ему верить и нарушили единственную Его просьбу. Любовь была предана. Счастье закончилось, и в мир, в котором все хорошо весьма, проникли зло и смерть, изменив его до неузнаваемости.

А называется дерево познания добра и зла так странно вовсе не потому, что оно действительно научило человека «различению добра и зла». Адам и Ева прекрасно понимали с самого начала, что нарушение заповеди — это и есть зло. Только вот до грехопадения они знали добро на практике, а зло в теории, — а после совсем наоборот: добро стало призрачно, а зло — реально. Дальнейшая библейская история подтверждает этот тезис, причем зло в человеке явно прогрессировало от поколения к поколению — ведь уже сын Адама, Каин, бросил вызов самому Богу и решился даже на убийство родного брата.

Неся в себе самом зло, человек явно не мог бы и дальше «жить как в раю». Ведь даже если забыть, что отныне весь Божий мир, подчиняющийся человеку и следующий за ним, тоже сделался враждебным, — то как заглушить голос собственной совести, как изгладить из памяти былое предательство? Вся природа человека, созданного для счастья, оказалась искажена грехом. И даже если в один момент вселенная исцелится от зла, человек даже не заметит этого, потому что сам все еще смотрит на мир глазами, в которых остается осколок ледяного зеркала Снежной Королевы. А такая жизнь — это уже не рай, и невозможно, даже бессмысленно его создавать, не исцелив вначале человека, который будет в нем жить.

Папа, забери меня домой

Вся древняя история мира, известная нам далеко не только из Библии, — это история поисков утраченного счастья. Человек решает в жизни тысячи вопросов, но одного вопроса он никак не может решить — как снова и навсегда стать счастливым? Можно ли вернуться в рай?

Но Эдемского сада давно уже нет, а все попытки искусственно создать «рай на земле» наталкиваются на человеческое несовершенство. И даже если все вокруг хорошо, то человеку все равно может быть плохо — казалось бы, совершенно безо всяких причин. Блаженный Августин в своей «Исповеди», обращенной к Богу, так объяснял причину этой тоски: «Ты создал нас для Себя, и не знает покоя сердце наше, пока не успокоится в Тебе».

Поэтому с точки зрения христианства вся история построения человеческих государств, создания различных религий, попыток воссоздать «рай на земле» свидетельствует об одном — на самом деле человеку нужен вовсе не рай в смысле душевного благополучия и полноты материальных благ — человеку нужно общение с Богом. Иными словами, рай — это не географическое место, а состояние человеческой природы. И с рождения каждый человек снова и снова во все времена упрямо проверяет эту истину на себе.

Но без желания вернуться к Небесному Отцу нет никакого смысла желать возвращения в тот райский сад, который был когда-то утрачен. Ребенок, который много лет назад сбежал из дома, не сможет восстановить нормальные отношения с родителями, если все, что ему нужно от родителей, — это деньги и прочие материальные блага. Нужно просто вернуться домой и помириться, ведь любовь не бывает неискренней или корыстной — иначе это не любовь. А без любви принимать подарки — совесть замучает.

Но как примириться с Богом, да и примет ли Он людей обратно? Тревогу человека о своем будущем можно понять — ведь о существовании какого-то нового будущего счастья догадывались, но ничего не знали твердо ни шумеры, ни древние египтяне, ни индейцы, ни евреи, ни славяне. А блаженство великих героев греческой мифологии, испытывающих после смерти вечное блаженство на Елисейских полях, вообще напоминает пир во время чумы. Славные воители и дети богов счастливы, в то время как люди на земле продолжают страдать точно так же, как и раньше, и никакие Геракловы подвиги не приносят надежды на исцеление мира.

Но надежда на счастье явно базируется на чем-то довольно прочном — ведь мечты о том, что когда-нибудь все зло мира будет каким-то образом исправлено, все равно хотя бы мельком упоминаются в самых различных мифологиях. Однако нигде не уточняется, как это будет сделано, кем и когда — да и сами герои эпосов совершенно не надеются на такой исход. Они знают, что впереди у них ничего хорошего нет, и поэтому все хорошее предстоит воплотить, по возможности, им самим — во время короткой жизни на земле. Но самое главное — они стараются жить в согласии с совестью не потому, что надеются на вознаграждение за праведность. Эта философия так называемого «северного мужества» встречается, к примеру, во многих скандинавских сагах, и, по сути, довольно близка христианской этике. А в Ветхом Завете по принципу такой бескорыстной праведности стараются жить все люди от Адама до Авраама, которому Бог первому в ответ на настоящую верность дал твердое обещание будущих благ. Только с этих пор люди уже не просто надеялись, а на самом деле знали, что Бог хочет их спасти.

И именно поэтому, хотя библейский рассказ о существовании райского сада и об изгнании оттуда людей не является уникальным, только христиане знают особенное продолжение этого рассказа, его итог. И это — вера в Спасителя. По своей сути христианство — это и есть вера в то, что Бог Сам пришел на землю во плоти. Пришел не просто так, а ради человека — чтобы спасти его от смерти и ввести в новый рай, который будет существовать вечно. Кстати, другой религии, утверждающей, что Бог любит нас настолько, что спустился не только на Землю, но даже в ад именно за нами, а не по каким-то своим личным причинам, — попросту нет на свете.

Надежда на счастье

Но если новый рай возможен, то каким он будет? Об этом нигде не сказано наверняка, и все догадки на эту тему лишь продолжают общую логику Библии; к тому же их не так уж и много. Однако отсутствие у святых отцов четкого определения рая вовсе не означает, что человек не вправе пытаться представить, что это такое. Наоборот, думать о спасении и будущей жизни — это нормально, и страшно это лишь тогда, когда душа слишком занята сиюминутными заботами или опутана тяжкими грехами. В нормальном же случае даже самые мимолетные мысли о будущем счастье вселяют надежду на Бога — и, наконец, простую человеческую радость. И наоборот — людям, верующим в Бога и Богу, радостно думать о Нем. Однако, пытаясь логически догадаться, что нас ждет в будущем, можно предположить, что «рай номер два» не будет похож на первый. Апостол Павел, размышляя о будущем человечества, просто пишет — не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор 2:9). Без желания вернуться к Небесному Отцу нет никакого смысла желать возвращения в тот райский сад, который был когда-то утрачен.

В единственной пророческой книге Нового Завета, которая называется Апокалипсис, или Откровение Иоанна Богослова, — тоже нигде не конкретизируется, какое будущее ждет примирившихся с Богом людей. Вообще, как пошутил однажды американский писатель-юморист Амброз Бирс, «Откровение — знаменитая книга, в которой Иоанн Богослов сокрыл все, что знал». Но, как бы то ни было, будущее блаженство передается там не описанием райских кущ, а только через отношения Бога и человека: Он будет обитать с ними; они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло. И сказал Сидящий на престоле: се, творю все новое (Откр 21:3-5).

Из книги Апокалипсис становится совершенно ясно,что общее между первым и вторым раем — это Сам Бог. Только в Новом Завете перед человеком открываетсяобраз будущего мира, в котором Бог снова среди людей, можно услышать Его голос, увидеть Его воочию, быть с Ним воедино: И узрят лице Его, и имя Его будет на челах их. И ночи не будет там, и не будут иметь нужды ни в светильнике, ни в свете солнечном, ибо Господь Бог освещает их; и будут царствовать во веки веков (Откр 22:4-5). Никакая другая религия в мире, кроме христианства, не обещает человеку такого общения с Творцом. Более того, начало этого будущего рая доступно человеку уже на земле, в Церкви — в общении христиан с воскресшим Христом и друг с другом.

А что касается судьбы людей, не пожелавших вернуться к Богу… Никто из задававшихся этим вопросом до сих пор так и не нашел ответа, как вообще возможен рай, если в нем окажутся не все люди, если кто-то будет мучаться в аду. Остается только надеяться на Бога, Который всеведущ, всесилен и милосерден, — и мы вправе иметь такую надежду. Но ведь вопрос еще и в том, сможем ли мы сами простить себя в присутствии Того, Кого мы предали. Возможно, ад — это и есть вечные муки совести, когда уже ничего нельзя исправить, а от стыда невозможно даже взглянуть своему Небесному Отцу в глаза.

Но, несмотря на все кажущиеся противоречия, логическую неспособность человека доказать самому себе возможность рая и полную неизвестность впереди, счастье все же можно найти — в словах Христа и в Нем самом, в Его Воскресении. Тайну обретенного рая принесло в мир именно христианство, и христиане верят, что когда история мира завершится и будет Бог все во всем (1 Кор 15:28), то никакое горе уже не будет властно над людьми.

Но тут уже все будет зависеть от самого человека: хочет ли Он вообще встретиться с Богом лицом к лицу, будет ли радостной эта Встреча. И речь не о какой-то психологической экзальтации; все глубже. Подлинная радость — это покаяние, искреннее обращение человека к Богу; это слезы счастья больного, который начал выздоравливать.

Благодаря покаянию Бог может исцелить в нас все дурное, помочь нам стать лучше. Но и учитывая помощь Отца, быть счастливыми мы все равно должны учиться самостоятельно, — как ребенок сам делает первый вздох при появлении на свет. Рождение, вздох — и слезы… Слезы радости от возвращения домой — туда, где отныне всё и всегда уже будет хорошо:

…вы теперь имеете печаль; но Я увижу вас опять, и возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет у вас; и в тот день вы не спросите Меня ни о чем (Ин 16:21-23).

Картины Микалоюса Чюрлениса

Раем люди называют высшее блаженство, которое может испытать человек. Библия дает описание рая в православии на различных уровнях: духовном, душевном и физическом. Очень часто христиане Царство Небесное называют раем, местом, дарованным Создателем для счастливой жизни во славу Творца.

Эдем — рай на земле

Внимательно читая Библию, видим, что впервые слово «рай» описано в Бытие 2:8.

Перед этим Всевышний сотворил Небо и землю, светила, растения и животный мир, а только потом на востоке основал райский уголок Эдем, место нахождения которого можно определить по географической карте. В Библии говорится о том, что из Эдема вытекала одна река, которая разделилась на четыре: Фисон, Гихон, Тигр и Евфрат.

Эдемский сад

Если первые две реки канули в небытие, то Тигр и Евфрат существуют и поныне, что служит для атеистов неоспоримым доказательством существования Эдема. Современные христиане отождествляют понятия рай и Эдем, хотя Эдем — это название местности, а рай — место пребывания Божественной сущности. Удивительна милость Господня и Его забота о Своих детях. Любящий Отец вначале подготовил все для блаженства первых людей, а потом создал их самих.

Адам с Евой были выгнаны из места блаженства, но первая земная пара не потеряла любви Божьей. Адам и Ева могли пребывать в непосредственном общении с Создателем, они видели Его и наполнялись Его милостью. Трудно представить чувства людей, которые были «окутаны» любовью Творца.

В устройстве эдемского сада богословы мира проследили три составляющих, соединенных воедино:

  • рай;
  • Эдем;
  • внешний мир.

Эдем стал прообразом для создания скинии, шатра, созданного по описаниям, данным Создателем. Скиния служила для евреев местом храмовых служений во время передвижения по пустыне и состояла из Святая Святых — рай, Святилища — Эдем, наружного двора — внешний мир.

Скиния и служение в ней

В устройстве современных храмов также можно провести параллель с местом обитания первых людей. Алтарь — символ небесного уголка, трапеза ассоциируется с Эдемом, а притвор — символ внешнего мира.

Не стоит искать место нахождения райского сада на современных картах, ведь он был создан еще до потопа, после которого земная кора изменилась.

Для православных верующих Эдемский сад стал местом, дарованным Творцом, где нет страданий, болезней, нет самой смерти. Велико обетование Всевышнего, данное в Откровении Иоанна. Оно говорит том, что на земле небесный уголок будет восстановлен. (Откр. 21:1)

Важно! Описание рая в православии подразумевает не только географическое расположение Эдемского сада, а блаженство пребывания в любви Создателя духом и душой как ныне, так и в вечности.

Царство Божие — небесный Эдем

Великим утешением для людей, потерявших своих близких, является возможная встреча на небесах. Царство небесное, обещанное Иисусом Христом, находится на небе и на земле, в сердцах христиан.

Целью земной жизни, наполненной страданиями, войнами, катаклизмами, волнение за завтрашний день и своих потомков, является переход в Небесный Иерусалим.

В евангелии от Матвея 25:34 звучит обетование о наследовании приготовленного эдемского уголка на Небесах, Иисус обещает пить вино со своими учениками в царстве Отца. (Матв. 26:29)

В Откровении Иоанна описан рай на небе, который пророк видел своими глазами.

Видение Иоанна Богослова

По свидетельствам преподобных Феодоры, Ефросиньи, святого Андрея Юродивого (каждый из них в свое время был поднят в небеса до третьего неба), небесный уголок существует.

Свидетельство Андрея Юродивого

Я видел себя облеченным в самое светлое одеяние, как бы истканное из молний; венец был на главе моей, сплетенный из великих цветов, и я был опоясан поясом царским.

Радуясь этой красоте, дивясь умом и сердцем несказанному боголепию Божия рая, я ходил по нему и веселился. Там были многие сады с высокими деревьями: они колебались вершинами своими и увеселяли зрение, от ветвей их исходило великое благоухание… Невозможно те деревья уподобить ни одному земному дереву: Божия рука, а не человеческая посадила их. Птиц в этих садах было бесчисленное множество…

Увидел я реку великую, текущую посреди (садов) и их наполняющую. На другом берегу реки был виноградник… Дышали там с четырех сторон ветры тихие и благоухающие; от их дыхания колебались сады и производили дивный шум листьями своими… После этого мы вошли в чудный пламень, который нас не опалял, но только просвещал.

Я начал ужасаться, и опять руководивший меня (ангел) обратился ко мне и подал мне руку, говоря: «Нам должно взойти и еще выше». С этим словом мы очутились выше третьего неба, где я увидел и услышал множество небесных сил, поющих и славословящих Бога… (Взойдя еще выше), я увидел Господа моего, как некогда Исаия-пророк, сидящего на престоле высоком и превознесенном, окруженного серафимами.

Он был облечен в багряную одежду, лицо Его сияло неизреченным светом, и Он с любовью обратил ко мне Свои очи. Увидев Его, я пал перед Ним на лицо мое… Какая же тогда от видения лица Его объяла меня радость, того невозможно выразить, так что и ныне, поминая это видение, исполняюсь неизреченной сладости» Преподобная Феодора видела в раю «прекрасные селения и многочисленные обители, уготованные любящим Бога», и слышала «голос радости и веселия духовного».

Царство Божье внутри человека

Красной нитью через весь Новый Завет проходит весть о Царстве Божьем, дарованном Иисусом Христом. Творец есть любовь, наполняясь этим чувством к другим людям, человек наполняет свое сердце особым блаженством, Небесным раем.

Иисус Христос посылал Своих учеников нести людям Благую весть о будущей жизни в вечности. (Луки 9:2)

Понимая истинность существования уголка блаженства на небесах, человек перестает бояться смерти, он старается прожить свой земной, очень короткий путь так, чтобы вечную жизнь провести не в аду, а в окружении ангелов и свете Святой Троицы. Воцерковленный человек, наполняясь любовью, царящей в Православной Церкви, своей земной жизнью совершает подвиг подготовки к переходу в Небесный Иерусалим.

Прощение грехов от Бога

Одним из путей, которым православные могут попасть в окружение ангелов на небе, является прощение. На протяжении своей земной жизни человек вольно или невольно обижает людей, и сам обижается на них. Святая Церковь по великой Милости Создателя даровала верующим людям таинства Причастия и Исповеди.

Читайте об исповеди и причастии:

  • Таинство Исповеди
  • О Таинстве Причастия
  • Какие молитвы принято читать перед исповедью и причащением?

Поражает ответ истинно православных на слова «Прости меня», после чего звучит «Бог простит». Люди имеют великое доверие к Богу, если человек простил от чистого сердца, то Всевышний обязательно простит, это Его обетование. «Бог простит» — не просто отговорка, это вера в любовь Отца, Сына и Святого Духа.

Очень часто православный человек, слабый духом, смотрит на грехи другого и сравнивает свою жизнь с чужой. Самое страшное, что в Судный день каждому верующему и неверующему придется встретиться с Богом лицом к лицу, и рядом не будет близких, родных, соседей и друзей. Каждый даст ответ самостоятельно, почему не принял Иисуса Христа в свое сердце, не получил «входной билет» в небесный рай.

Сын Божий сказал, что только Он является дорогой, ведущей к Богу Отцу. ( Иоан. 14:1-6) Только имею веру во Христа, через Его откровения человек преобразуется изнутри, наполняя свое сердце Царством Божьим.

По слова митрополита Илариона рай является состоянием души человека, блаженством, которое дается почувствовать только православным, наполнившимся любовью Творца. Высказывания митрополита вторят словам евангелиста Луки, который написал, что Царство Божье находится внутри христиан. (Лук. 17:20)

Научиться служить Богу через любовь к людям, стать руками Иисуса на земле, наполнять мир христианской любовью — вот пути к наполнению присутствием Божьим в сердцах православных.

Возвращение рая на землю

Псалом 37:29 утверждает, что истинно праведные станут наследниками новой земли, которую Бог сотворит на нашей планете. Исходя из молитвы «Отче наш», можно проследить мысль, что Христос указал христианам на приход Царства Божьего на землю.

Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе Новое небо и новая земля в Библии

О мировом правительстве на земле во главе с Христом писал пророк Даниил (Дан. 2:44), когда Божье правление соберет народы и воцарится новый рай.

Новое время проповедовал и пророк Исайя, обещая, что старые времена будут казаться страшным сном. На новой горе Сион будет радость и веселье, а печаль и горе удалятся.

Скажите робким душею: будьте тверды, не бойтесь; вот Бог ваш, придет отмщение, воздаяние Божие; Он придет и спасет вас.

Тогда откроются глаза слепых, и уши глухих отверзутся.

Тогда хромой вскочит, как олень, и язык немого будет петь; ибо пробьются воды в пустыне, и в степи — потоки.

И превратится призрак вод в озеро, и жаждущая земля — в источники вод; в жилище шакалов, где они покоятся, будет место для тростника и камыша.

И будет там большая дорога, и путь по ней назовется путем святым: нечистый не будет ходить по нему, но он будет для них одних. Идущие этим путем, даже и неопытные, не заблудятся.

Льва не будет там, и хищный зверь не взойдет на него; его не найдется там, а будут ходить искупленные.

И возвратятся избавленные Господом, придут на Сион с радостным восклицанием; и радость вечная будет над головою их; они найдут радость и веселье, а печаль и воздыхание удалятся.

Пророк Иоанн получил указание сообщить людям благую весть о том, что Бог обещает вернуть рай на землю таким, каким он был в Эдеме без боли, скорби и проблем. Новый Иерусалим, царство радости, любви и блаженства описано в 21 главе Откровения, апостол подчеркивает, что в это время люди снова получать дар видеть и общаться с Творцом.

Для того чтобы встретиться с Богом в будущем, по словам протоиерея Чаплина, нужно наполниться верой в Бога так, чтобы знать Его на земном уровне и быть уверенным в том, что узнаешь Создателя на небе, и Он узнает тебя.

Бог предлагает людям Свою любовь взамен на верность, послушание, и тогда Он наполнит верующих мудростью при одном условии — они не будут самостоятельно искать истину, вкушая плод Добра и Зла, вкушая грех.

Важно! Человек, пытающийся сам, без познания Божьих наставлений, разобраться с грехами и праведностью, обязательно будет ослеплен дьяволом через деньги, секс, власть, гордыню и непрощение. Только слово Божье открывает истинный рай — блаженство пребывания в Божьем присутствии. Что такое рай в православии и как туда попасть

На них отвечает кандидат богословия преподаватель СПбДАиС иеромонах Кирилл (Зинковский)

— 90 процентов всех верующих представляют ад и рай именно такими, как их описывал Данте: совершенно материальными. Подобные представления нередко можно встретить и в православной литературе, предназначенной «для широкого читателя». До какой степени такие представления допустимы?

— Прежде всего нужно сказать, что грубые представления средневекового католического Запада ни в коей мере не соответствуют святоотеческому православному Преданию. Святые Отцы Церкви, размышляя о рае и аде, всегда основывали свои рассуждения на безмерной благости Божией и никогда не смаковали в подробностях (как это мы находим у Данте) ни мучения ада, ни блаженства рая. Рай и ад никогда не представлялись им грубо материальными. Не случайно прп. Симеон Новый Богослов говорит: «Ад и тамошние муки всяк представляет так, как желает, но каковы они, никто решительно не знает». Точно так же, по мысли прп. Ефрема Сирина, «сокровенное лоно рая недоступно созерцанию». Рассуждая о тайнах будущего века, Отцы Церкви учат согласно с Евангелием, что геенна уготована не для людей, а для падших и укоренившихся во зле духов, а Святитель Иоанн Златоуст отмечает воспитательное значение, которое имеет ад для человека: «Мы находимся в таком бедственном положении, что, не будь страха геенны, мы, пожалуй, и не подумали бы совершить что-нибудь доброе». Современный греческий богослов митрополит Иерофей Влахос вообще говорит об отсутствии в учении Отцов понятия о тварном аде — таким образом, он решительно отрицает те грубые представления, которыми полно франко-латинское предание. Православные Отцы упоминают и о тонких, духовных, «внешних» рае и аде, но основное внимание они предлагают обратить на «внутреннее» происхождение того состояния, что ждёт человека в будущем веке. Духовные рай и ад — это не награда и наказание со стороны Бога, а, соответственно, здравие и болезнь человеческой души, особенно ясно проявляющиеся в ином бытии. Души здоровые, то есть потрудившиеся над очищением от страстей, испытывают на себе просвещающее действие Божественной благодати, а души больные, то есть не соизволившие подъять труд очищения, — действие опаляющее. С другой стороны, мы должны понимать, что, кроме Бога, никто и ничто не может претендовать на совершенную невещественность: ангелы и души, конечно, обладают качественно отличной от видимого мира природой, но всё же они достаточно грубы по сравнению с абсолютным Духом Божиим. Поэтому их блаженство или страдания нельзя представлять чисто идеальными: они увязаны с их природным строем или нестроением.

— Всё-таки есть ли какая-то разница между тем раем, куда попадают праведники после смерти, Царствием Божиим и будущей, вечной жизнью после всеобщего воскресения?

— Очевидно, разница есть, так как, по мысли Святых Отцов, и блаженство, и мучение увеличатся после всеобщего воскресения, когда души праведников и грешников воссоединятся с их восстановленными из праха телами. Согласно Писанию, полноценный человек есть Богом созданное единство души и тела, поэтому разлучение их противоестественно: оно является одним из «оброков греха» и должно быть преодолено. Святые Отцы рассуждали, что само соединение, вхождение души в воскрешённое Богом тело будет уже началом усугублённых радости или страдания. Душа, соединяясь со своими телесными членами, которыми она когда-то творила добро или зло, будет сразу испытывать особые отраду или скорбь и даже отвращение.

— Об аде. Понятно, почему его называют «вечной мукой», но встречается и такое выражение, как «вечная смерть»… Что это? Небытие? Вообще, если всякая жизнь от Бога, то как могут существовать (пусть даже в вечной муке) те, кто отвергнут Богом?

— Вообще-то в Священном Писании нет выражения «вечная смерть», встречается сочетание «вторая смерть» (Деян. 20 и 21). Зато постоянно говорится о тайне «вечной жизни», «вечной славе» спасённых. Понятие «второй» или «вечной» смерти разъясняется у Святых Отцов. Так, поясняя её тайну, свт. Игнатий Брянчанинов отмечал, что «преисподние темницы представляют странное и страшное уничтожение жизни, при сохранении жизни». Это вечное прекращение личного общения с Богом будет главным страданием осуждённых. Свт. Григорий Палама так поясняет соединение внешних и внутренних мук: «при отъятии всякой благой надежды и при отчаянии во спасении невольное обличение и грызение совести плачем будет безмерно увеличивать надлежащую муку».

Даже в аду нельзя говорить о совершенном отсутствии Бога, Который наполняет Собой весь тварный мир, в то же время не смешиваясь с ним. «Аще сниду во ад, Ты тамо еси», — возглашает богодухновенный Давид. Однако прп. Максим Исповедник говорит о различии благодати бытия и благобытия. Очевидно, что в аду бытие сохраняется, а благобытия быть не может. Происходит таинственное истощание всякого блага, что и может быть названо духовной смертью. Самого дара бытия не может отречься созданное Богом творение, а присутствие Творца становится мучительным для отрекшихся от бытия с Ним, в Нём и по Его законам.

— Почему Церковь говорит о двух судах: частном, случающемся с человеком непосредственно после смерти, и всеобщем, Страшном? Разве не достаточно одного?

— Душа, попадая в загробный мир, понимает со всей отчётливостью, что не может быть согласия между добром и злом, между Богом и сатаной. Пред лицом Божественного Света человеческая душа видит сама себя и ясно осознаёт соотношение света и тьмы в себе. Это и есть начало так называемого частного суда, в котором, можно сказать, человек сам себя судит и оценивает. А окончательный, последний, Страшный суд связан уже со Вторым пришествием Спасителя и окончательными судьбами мира и человека. Этот суд более таинственен, он учитывает как ходатайство Церкви о своих чадах, особенно через безкровную литургическую жертву, приносимую в ходе истории, так и глубинное всеведение Божие о каждом из Его творений и окончательное определение всякой свободной личности в своём отношении к Богу, когда Он явится перед лицом всех и каждого.

— В нашей жизни люди, отрицающие чью-то любовь — Божескую ли, человеческую ли, — живут очень хорошо: они, как говорится, не грузят себя лишними проблемами. Почему же после смерти, отрицая Божескую любовь, они будут мучиться? Другими словами: если человек сам, по своей воле, по своему вкусу выбрал путь противления Богу, почему он от этого будет страдать?

— Страдание человека, отвергшего Бога и Божественную любовь, отвергшего христианское самопожертвование, будет заключаться в том, что ему откроется вся бесконечная красота Бога, который есть Любовь. Откроется ему и уродство собственного эгоистического бытия. До конца осознав истинное положение вещей, человек-эгоист неизбежно ощутит страдание — так страдает уродец и предатель, оказавшийся в обществе благородных и прекрасных героев. «Мучимые в геенне поражаются бичом любви! И как горько и жёстко это мучение любви!» — так зрит адское мучение бесплодного раскаяния прп. Исаак Сирин. При этом надо подчеркнуть, что самолюбивая гордость, в которой закоснеют обитатели ада, не позволит им признать свою неправоту и уродливость выбранного ими пути, несмотря на его абсурдность. Цель и смысл всякого пути более всего очевидны в его конце, как качество плода понятно при его созревании, а так как ад есть конец и результат богоборческого выбора, то в нём и станут ясны как бытийные основы, так и горькие последствия гордого и нераскаянного противления Творцу.

— Рассуждая по-человечески, не все люди замечательно хороши и не все беспросветно злы. Святых и злодеев мало, основная масса — серая: и добрая, и злая (а может быть, вернее: ни добрая, ни злая). Такое впечатление, что мы не дотягиваем до рая, но и адские мучения — это в нашем случае слишком жестоко. Почему Церковь не говорит ни о каком промежуточном состоянии?

— Опасно мечтать о получении в будущей жизни эдакого лёгкого, среднего местечка, ради которого не нужно особо напрягать свою волю. Человек и так слишком расслаблен духовно. Святые Отцы говорят о разных обителях в раю и аду, но тем не менее ясно свидетельствуют о чётком разделе на Суде Божием, которого никому не избежать. Наверное, многие грехи земной жизни человеческой условно можно назвать «малыми», оправдать слабостью людской. Тем не менее тайна Божиего суда состоит в том, что этот суд всё-таки будет, хотя единственным желанием Бога является общее спасение. Господь «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1Тим.2:4). Строго говоря, мы должны бояться не столько наказания внешнего, сколько наказания внутреннего, не ада как окончательного осуждения, а даже малого оскорбления благости Божией. У старца Паисия Афонского есть мысль, что не многие попадут в ад, но даже если мы избежим его, каково будет нам предстать перед Лицом Божиим с неочищенной совестью? Вот в чём должна быть главная обеспокоенность христианина.

Кроме того, важно понимать, что при вступлении в духовный мир в душе человека происходит молниеносная борьба между живущими в ней тьмой и светом. И непонятно, каков будет результат этой схватки несовместимых сил, обнаживших свою суть, скрытую до смертного исхода под «завесой плоти». Само это внутреннее противостояние уже мучительно для их носителя, а насколько удушлива победа внутренней тьмы над светом, вообще трудно говорить.

— И ещё о «малом грехе». Неужели можно попасть в ад за то, что съел котлету в пост? За то, что курил? За то, что изредка позволял себе некие не вполне пристойные мысли (не дела)? Словом, за то, что не был затянут в струнку каждую секунду своей жизни, а порой позволял себе «немного расслабиться» — по человеческим меркам вполне простительно?

— Дело не в кажущейся жестокости Бога, Который якобы готов послать в геенну за малую человеческую слабость, а в таинственном накоплении силы греха в душе. Ведь «малый» грех хоть и «мал», но совершается, как правило, многократно. Как песок, состоящий из мелких песчинок, может весить не менее большого камня, так и маленький грех набирает силу и вес с течением времени и может тяготить душу не менее «большого» греха, совершённого один раз. Кроме того, очень часто в нашей жизни расслабление «в малом» незаметно подводит к большим и очень серьёзным грехам. Не случайно ведь и Господь сказал: «…верный в малом и во многом верен» (Лк.16:10). Излишние напряжённость и мелочность зачастую даже вредят нашей духовной жизни и к Богу не приближают, но требовательность в отношении к себе, к нашей духовной жизни, в нашем отношении к ближним и к Самому Господу для христианина естественны и обязательны.

Вопросы задавал Алексей Бакулин

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *