Логика и жизнь

Логика является одной из древнейших наук. Точно установить, кто, когда и где впервые обратился к тем аспектам мышления, которые составляют предмет логики, в настоящее время не представляется возможным. Отдельные истоки логического учения можно обнаружить еще в Индии, в конце второго тысячелетия до нашей эры. Однако, если говорить о возникновении логики как науки, т.е. о более или менее систематизированной совокупности знаний, то справедливо будет считать родиной логики Древнюю Грецию. Именно здесь в V — IV вв. до н. э. в период бурного развития демократии и связанного с этим небывалого оживления общественно-политической жизни трудами Демокрита, Сократа и Платона были заложены основы этой науки. Родоначальником же логики по праву считается величайший мыслитель древности, ученик Платона – Аристотель (384 – 322 гг. до н.э.). Именно он в трудах, объединенных общим названием «Органон» (орудие познания), впервые обстоятельно проанализировал и описал основные логические формы и правила рассуждений: формы выводов из категорических суждений – категорический силлогизм («Первая аналитика»), сформулировал основные принципы научных доказательств («Вторая аналитика»), дал анализ смысла некоторых высказываний («Об истолковании»), наметил основные подходы к разработке учения о понятии («Категории»). Серьезное внимание Аристотель уделял также разоблачению различного рода логических ошибок и софистических приемов в спорах («О софистических опровержениях»).

Важнейшее обстоятельство, способствовавшее выделению логики в самостоятельную отрасль знания, носило ярко выраженный практический характер, поскольку развитие логики в то время во многом определялось потребностями ораторского искусства, т.е. логика была частью практической риторики. Искусство публичной речи, умение вести полемику, убеждать людей ценилось у древних греков исключительно высоко и стало предметом специального анализа в школах так называемых софистов. Первоначально к софистам относили мудрецов, чьи суждения в различных областях знания считались авторитетными. Затем так стали называть людей, за плату обучавших искусству красноречия, умению убедительно защищать свою точку зрения и опровергать мнение оппонентов. Такого рода навыки предполагают не только умение красиво говорить, но и владение сложными механизмами мышления и, прежде всего, различными способами построения умозаключений, доказательств, опровержений, т.е. того, что и составляет основное содержание логики.

Фундаментальный характер логических изысканий Аристотеля проявляется в том, что его логическое учение, усовершенствованное в некоторых аспектах, а иногда и искаженное, просуществовало без особых принципиальных изменений до середины XIX века и получило название традиционной логики.

Вместе с тем неверно было бы считать, что развитие традиционной логики не сопровождалось появлением новых идей, стимулирующих развитие ее теоретического и практического содержания. Некоторые существенные добавления к работам Аристотеля в различных формах выводов были сделаны представителями философской школы стоиков (II — III вв.). К сожалению, они не были известны до недавнего времени. Немало внимания уделяли проблемам логики философы средних веков. Многие их разработки в области данной науки связаны с логическим анализом языка и понятием модальности. В основном, однако, исследования шли по линии детализации результатов Аристотеля, в особенности его учения о категорическом силлогизме.

Выдающимся событием в истории логики в Новое время стало появление труда английского философа Ф. Бэкона «Новый органон», который, по его мнению, должен был заменить аристотелевский «Органон» в качестве орудия познания. Критически оценивая значимость форм выводов, в которых используется уже готовое знание, Ф. Бэкон стремился разработать приемы исследования самой природы. Он положил начало разработке методов установления причинно-следственных связей в объективной действительности. Его учение об этих методах приобрело относительно завершенный характер в работах Дж. Фр. Гершеля и Дж. Ст. Милля. Результаты этих разработок вошли в историю логики под названием «Индуктивные методы установления причинных связей».

Вопросами логики занимались и внесли определенный вклад в ее развитие многие видные ученые Нового времени: Р. Декарт, Г. Лейбниц, И. Кант и др. Лейбниц выдвинул ряд идей фундаментального характера, получивших интенсивное развитие в современной логике.

Начало нового этапа в развитии логики было положено трудами Дж. Буля, О. де Моргана, русского логика П.С. Порецкого. Принципиальное отличие этого этапа состояло в использовании методов математики при исследовании логических связей, что привело к созданию специального раздела логики – алгебры логики, получившей завершение в трудах Э. Шрёдера. В дальнейшем, усилиями Г. Фреге, Б. Рассела – А. Уайтхеда сложился особый метод исследования логических отношений и форм выводов – метод формализации. Суть метода состоит в употреблении для описания структур высказываний, законов логики и правил вывода специально созданного в рамках логики формализованного языка. Применение данного метода открыло новые возможности этой науки и положило начало ее интенсивному развитию под названием «символическая логика».

В настоящее время логика представляет собой весьма разветвленную и многоплановую науку, результаты и методы которой активно используются во многих областях теоретического познания, в том числе и непосредственно связанных с рядом современных направлений практической деятельности. Она находит применение в философии, математике, психологии, кибернетике, лингвистике и др. В современной логике выделяют три больших раздела: символическую (формальную) логику, логическую семиотику и методологию. Логические исследования в области методологии касаются разнообразных научных понятий и приемов познания, которые применяются в любом познавательном процессе на ступени абстрактного мышления: определение, классификация, построение и проверка гипотез, теория, доказательство и т.д.

Логическая семиотика занимается анализом естественных и искусственных языков. В этом разделе язык исследуется как средство познания действительности.

Наиболее фундаментальным разделом современной логики является символическая (формальная) логика – учение о дедукции, о многообразии форм, законов и правил выводов. Именно для этого раздела наиболее характерен метод формализации. Конечно, сегодня символическая логика отличается от традиционной логики по многим аспектам. Тем не менее по предмету познания – при его широком понимании – принципиальных различий между современной символической логикой и логикой традиционной нет. И та, и другая исследуют различные формы отражения действительности на ступени абстрактного мышления.

Каждый из разделов логики, в свою очередь, представляет разветвленную область знания. Так, символическая логика подразделяется на классическую и неклассическую. Неклассическая же логика подразделяется также на интуиционистскую, модальную, релевантную логику, логику вопросов и др.

§ 1. Мышление как объект логики

Человек, обладая сознанием, отражает действительность, приобретает, знания о природе, обществе и самом себе. Полученные знания сами по себе не имеют самостоятельной ценности. Зна­ние в основном тогда ценно, когда оно позволяет человеку правильно ориентироваться в мире, осуществляя свою жизнедеятельность в нем. Поэтому цель познания заключается в получении не любых знаний, а истинных, использование которых, при соблюдении ряда условий, приводит к верным результатам. Под истиной понимается такое знание, которое адекватно отражает в сознании человека явления и процессы действительности.

Есть знания, истинность которых видна непосредственно. Таковыми, например, являются факты сознания, прямо отражающие последствия совершенного общественно опасного деяния: телесные повреждения потерпевшего, следы действия орудия преступления (царапины на замке, оставленные отмычкой), следы ног или рук преступника, вещественные доказательства (предметы, документы) и т. п. Такого рода факты познаются в процессе непосредственного физического взаимодействия с объектом познания при помощи органов чувств. Эти факты принято называть очевидными, потому что они не нуждаются в доказательстве: их истинность самоочевидна. К числу непосредственно очевидных знаний относятся, прежде всего, те, которые являются результатом чувственного познания. Чувственное познание осуществляется и закрепляется в сознании в трех основных формах: ощущение, восприятие, представление.

Ощущение — это отражение отдельных чувственно воспринимаемых свойств предметов материального мира: цвета, формы, запаха, вкуса и т.д. Восприятие представляет собой целостный образ предмета, непосредственно воздействующего на органы чувств. Например, образ орудия преступле­ния, места совершения преступления, конкретного человека и т.д. Представление — это сохранившийся в сознании чувственный образ предмета, который воспринимался раньше. Если ощущение и восприятие возникают лишь в результате непосредственного воздействия предмета на органы чувств, то представление имеется в сознании тогда, когда такое воздействие уже отсутствует. Таково, например, представление о человеке, с которым приходилось встречаться раньше. Чувственное познание, таким образом, дает нам непосредственные знания об отдельных предметах, об их внешних свойствах. Оно эмоционально ярко, многогранно, но редко позволяет по­знать объект более глубоко, в его существенных признаках и качестве.

Кроме непосредственных знаний, есть знания, истинность которых достигается опосредованно, то есть с помощью других знаний, не всегда обращаясь к показаниям органов чувств. Эти знания являются результатом логического познания, мышления.

Мышление — это высшая по отношению к чувственной форма отражения бытия, состоящая в целенаправленном и обобщенном познании субъектом существенных связей и отношений предметов и явлений, в творческом созидании новых идей, в прогнозировании событий и действий. Обобщая имеющиеся знания, люди посредством мышления открывают законы природы, общества и познания, проникают в сущность явлений, закономерную связь между ними. Изучается то, что невозможно познать при помощи органов чувств. Кроме этого, только опосредованно могут быть познаны все те события, которые совершаются или совершались в наше отсутствие. Например, знание о том, что обнаруженные на месте кражи следы ног и отпечатки пальцев принадлежат подозреваемому, что у него на квартире была найдена часть похищенного, дают основание предположить, что это он совершил хищение. А это — знание о событии, которое следователем непосредственно не наблюдалось. При этом опосредованное знание доказывается, делается убедительным, очевидным при помощи знаний непосредственных.

Важно иметь в виду, что в реальном познавательном процессе чувственное познание и мышление находятся в неразрывном единстве. Чувственное познание содержит в себе элементы обобщения, которые свойственны не только восприятиям и представлениям, но в определенной степени и ощущениям, составляет предпосылку для перехода к логическому познанию. Как ни велико значение мышления, оно основывается на данных, полученных при помощи органов чувств. Важное место в познании занимает также интуиция, понимаемая как способность постижения истины путем прямого ее усмотрения без обоснования с помощью доказательств.

Мышление производно от бытия, от окружающей действительности; оно является продуктом деятельности человеческого мозга. В содержании нашего мышления нет ничего, чего бы не было в реальной картине мира. Даже самые фантастические образы, если их разложить на составляющие элементы, сконструированы на основании того, что есть в действительности. Вспомним, к примеру, образы Терминатора, робота-полицейского, виртуального полицейского, Киборга и т. п.

Следовательно, порядок и связь реальных вещей определяют содержа­ние, порядок и связь наших мыслей. То есть важнейшей стороной действительности является необходимость, которая существует вне и независимо от человеческого сознания и, будучи отраженной в мышлении, выступает в качестве логической необходимости. Вот почему мышление логично от природы и в своих рассуждениях человек, как правило, непроизвольно, стихийно следует законам природы.

Однако мышление, являясь производным от бытия, обладает относительной самостоятельностью. Проявление данного свойства мышления весьма разнообразно и может иметь как позитивную, так и негативную направленность. Так, например, позитивность самостоятельности мышления проявляется в его способности опережать бытие и предвидеть будущее, в творческом характере мышления, в умении обмениваться информацией, вырабатывать стратегию взаимодействия, понимать другого человека и т.п. Но иногда самостоятельность мышления достигает такой степени, что человек теряет контроль над соответствием мысли действительному содержанию отражаемого объекта, способностью мысли воспроизводить в своем строении объективную структуру действительности. Мысль как бы отрывается от своего объективного основания и начинает формулировать знания, которые искаженно отражают объект познания или совсем с ним уже не связаны. В результате мысль становится расплывчатой, противоречивой, неубедительной, непоследовательной и необоснованной. Причем это может произойти не только непроизвольно, случайно, но и преднамеренно. Например, тогда, когда подследственный, скрывая что-то, искажает реальное положе­ние дел не только чувственно, но и хитро, логически. Это одно из отрица­тельных проявлений самостоятельности мышления.

В конечном итоге самостоятельность мышления заключается в том, что оно само является объектом познания. Мышление познается человеком так же, как и любой предмет физической реальности, отражаемый мышлением. Мышление отражает мир и его процессы глубже и полнее, чем чувственное познание. Но чтобы этого добиться, надо правильно мыслить. Поэтому логику часто называют наукой о правильном мышлении. Таким образом, объ­ектом логики как науки является мышление.

Мы сделали первый шаг в выяснении того, что изучает логика. Глав­ной особенностью ее объекта является то, что он идеален. Что это означает? И чем идеальное отличается от материального? Удачное, на наш взгляд, по­яснение различия между материальным и идеальным дал русский философ А.Ф. Лосев. Он пояснял, что действительную палку можно строгать, ломать и даже совсем сжечь. Но идею палки нельзя ни строгать, ни ломать, ни жечь. Воздухом можно дышать и хлеб можно есть, но идеей воздуха нельзя дышать и идею хлеба нельзя есть.

Иначе говоря, материальное существует в пространстве и во времени, обладает атрибутивными свойствами, доступно человеку как нечто такое, что воздействует на его органы чувств. У идеального этого ничего нет. Дан­ное обстоятельство необходимо иметь в виду, рассматривая мышление как объект изучения логики.

Но мышление — сложный, многосторонний процесс. И логику в нем ин­тересует отнюдь не все. Происхождение и сущность мышления, его отноше­ние к материальному миру и познанию изучает философия. Физиология ин­тересуется тем, как зависит мышление от состояний мозга — материального субстрата мысли. Психология изучает условия нормального (в соотношении с патологией) функционирования и развития мышления, влияние на него социально-психологической среды. Генетика старается раскрыть тайны на­следования людьми способностей к какой-либо мыслительной деятельнос­ти. Языкознание интересует сущность слова и знака, языка и речи в целом как инструментов мыслительной деятельности человека. Ученые-киберне­тики изучают технические возможности моделирования мозга и человечес­кого мышления.

Кроме того, человеку присущи различные типы мышления, которые представлены на схеме.

Основное различие между теоретическим и практическим видами мыш­ления состоит в том, что они по-разному связаны с практикой. Так, практическое мышление в основном направлено на разрешение частных конкрет­ных задач жизнедеятельности людей, тогда как теоретическое мышление направлено в основном на нахождение общих закономерностей познавае­мой действительности.

Какую же сторону мышления изучает логика, в чем состоит ее предмет? Рассмотрим это более подробно.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

1. Предмет и значение логики

Логика – наука о правилах мышления, изучающая мышление как средство познания, и о законах мыслительных процессов, направленных на обнаружение и обоснование истины.

1

Слово «логика» используется для обозначения науки о мышлении, о его формах и законах. Термин «логика» происходит от греческого слова logos, которое означает «мысль», «слово», «разум», «смысл» и т. д. Для обозначения науки этот термин ввел в начале III в. до н. э. основатель стоического направления в философии Зенон из Китиона (ок. 336–264 до н. э.). Аристотель (384–322 до н. э.), подлинный создатель науки логики, использовал для ее обозначения слово «аналитика».

2

Предметом логики служат законы и формы, приемы и операции мышления, с помощью которых человек познает окружающий мир.

Значимые вопросы философии относятся к познанию действительности и связаны с мышлением, поэтому логика зародилась и развивалась как наука философская, в современности представляющая собой систему знаний, состоящую из двух самостоятельных наук: логики формальной и диалектической.

3

Сегодня понятие «логика» используется, во-первых, для обозначения последовательных связей предметов и явлений окружающего мира (например, «логика событий», «логика международных отношений»); во-вторых, для характеристики способа мышления («субъективная логика», «женская логика», «железная логика»); в-третьих, для обозначения непосредственно науки.

4

Логика как наука зародилась в Древней Греции и много столетий считалась критерием образованности. В начале XIX в. Г. В. Ф. Гегель указал на ее ограниченность и недостаточность с точки зрения отражения процесса движения мысли.

Он отметил, что такая логика отражает не движение содержания мысли, а форму мыслительного процесса. Для компенсации этого недостатка Гегель создал новую диалектическую логику, а существовавшую до нее назвал формальной.

Предметом изучения диалектической логики служат законы развития человеческого мышления и основанные на них методологические принципы (объективность, всесторонность рассмотрения предмета, принцип историзма, раздвоение единого на противоположные стороны, восхождение от абстрактного к конкретному и др.).

Диалектическая логика – это один из способов познания диалектики реальности. Формальная логика, использующая математические методы изучения реальности, в начале XX в. получила название «логистика», означающее искусство вычисления. Теперь данный термин почти вышел из употребления, уступив место терминам «математическая логика», или «символическая логика».

5

Формальная логика изучает форму как нечто отдельное, обособленное от содержания. Предметом изучения формальной логики служит форма мышления. Рассмотрим внешнюю и внутреннюю формы мышления как любого явления.

Внешняя форма явления – это способ данного явления проявиться вовне, его поверхность (например, для мышления такой формой становится речь). Внутренняя форма явления – это структурная конструкция из элементов, которые составляют данное явление. Внутренней формой мышления можно назвать процесс сочетания и взаимодействия образований, которые называются мыслями.

Структура мышления – это различные способы группировки мыслей в процессе мышления.

6

В отличие от самого мышления и тем более его структуры мы видим их внешнюю речевую форму. Невозможно сделать мышление устойчивым предметом исследования, если только оно не облекается в форму речи (устной или письменной). Очевидно, речь – это эмпирический материал, служащий истоком для формальной логики. Но речь и язык как внешняя структура мышления интересуют логику как средство для ее выражения.

Формальная логика – это наука об общих структурах правильного мышления в его языковой форме, раскрывающая лежащие в его основе закономерности.

7

Логическими формами называются различные соединения мыслей, рассматриваемые как структурные образования мышления. Логические формы состоят из мыслей, в том числе, например, из других логических форм и различных способов их связи, или так называемых связок. Три вида логических форм, таких как понятие, суждение, умозаключение, состоят из мыслей и средств их связи, связок.

Общая логика представляет собой учение о трех логических формах: понятии, суждении, умозаключении.

2. Понятие логики как научной дисциплины

По сравнению с другими науками логика изучает особенности, свойства форм мысли, отвлекаясь от их конкретного содержания. Логика изучает формы мысли, существующие самостоятельно вне зависимости как от способа их выражения, так и от предметов, отражаемых мыслью.

Особенности форм мысли определяют кажущуюся оторванность логики от действительности, ее абстрактный характер, а также трудности восприятия у начинающих знакомство с этой наукой. В изучении логики наиболее популярна и распространена среди новичков ошибка: замена мысли предметом, отражающим мысль, или словом, мысль выражающим.

Под мышлением понимается способ отражения действительности, но не сама действительность. Для отражения нужно иметь предмет отражения, самого отражающего и средства отражения.

В философии объектом называется предмет отражения, а субъектом – отражающий предмет. Процесс отражения объекта субъектом осуществляется с помощью разных способов: непосредственных, чувственных и опосредованных, мысленных, рациональных (другими словами, логическими формами).

Эмоциональные формы первичны и обусловливают рациональные, а рациональные формы, имея основой эмоциональные, диалектически их аннулируют, сохраняя в себе их существенные достоинства и свойства. Эмоциональные формы отражения (ощущения, восприятия и представления) – это не предмет логики как науки.

Принято мнение, что чувственный способ отражения завершается представлением, в то время как с понятием начинается рациональный, логический способ отражения. Отмеченный переход от представления к понятию – это скачок в качестве, поскольку понятие – отвлеченное, обобщенное отражение. Мыслью называется идеальная форма отражения, или форма деятельного отражения.

Рациональный, логический аспект отражения складывается из таких основных форм, как понятие, суждение, умозаключение, идея, принцип, закон, категория, проблема, вопрос, доказательство, опровержение, гипотеза, теория, основными атрибутами которых являются отвлеченность, обобщенность, абстрактность, идеальность.

Формы рационального отражения изучаются логикой как система со своими законами внутреннего строения. Логика исследует формы мысли (понятие, суждение и умозаключение) как идеальные образования, со своими закономерностями и структурой.

Многочисленные явления мыслятся одним способом в виде конкретной совокупности присущих им свойств, признаков. Отмечая характерные признаки одного предмета или общие – для всех предметов, образуется понятие предмета как совокупности его существенных признаков, некоторым образом связанных друг с другом.

Различные предметы отражаются в мышлении человека одинаковым способом, в виде связи их существенных признаков, т. е. в форме понятия.

В форме суждений отражаются связи между предметами и их свойствами. Эти связи утверждаются или отрицаются.

Под суждением понимается выраженный в форме утверждения или отрицания способ связи понятий.

Рассматривая умозаключение, с помощью которого из одного или нескольких суждений (посылок) выводится новое суждение (заключение), можно установить, что в умозаключениях одного вида вывод получается одинаковым способом. С помощью связи суждений можно получить вывод из суждений произвольного содержания.

Общим в умозаключениях произвольного содержания является способ связи суждений. Не зависит от содержания для всех основных форм мышления способ связи элементов мысли – признаков в понятии, понятий в суждении и суждений в умозаключении.

Исследование логических форм, безотносительно к их содержанию, составляет важнейшую задачу науки логики. К важным задачам логики относится обучение человека сознательно и эффективно применять законы и формы мышления, т. е. мыслить логично и, следовательно, адекватно познавать окружающий мир.

3. История логики как науки

Наука логика сложилась более двух тысяч лет назад, в IV в. до н. э. Основателем логики считают древнегреческого философа Аристотеля (384–322 до н. э.).

В его трудах «Органон» («Орудия познания») были сформулированы основные законы мышления, такие как закон тождества, противоречия и исключенного третьего, и определены основные логические операции. Аристотель также разработал теорию понятия и суждения, обстоятельно исследовал дедуктивное, или силлогистическое, умозаключение, что послужило основой такого направления современной математической логики, как логика предикатов.

Логика получала развитие и в Средние века, но схоластика исказила аристотелевское оригинальное учение, адаптировав его для обоснования религиозной догматики.

Успехи логической науки в Новое время характеризуются теорией индукции, разработанной английским философом Ф. Бэконом (1561–1626). Ученый критиковал искаженную схоластикой дедуктивную логику Аристотеля и предложил индукцию как метод научных открытий. Основные положения индукции Бэкон изложил в сочинении «Новый Органон».

Методы индукции Бэкона систематизировал английский философ и логик Дж. С. Милль (1806–1873). Дедуктивную логику Аристотеля и индуктивную логику Бэкона – Милля называют формальной, как возникшую и получившую развитие науку о формах мышления. Другое ее название – традиционная, или аристотелевская, логика.

Последующий прогресс в развитии логики связан с такими выдающимися мыслителями, как Р. Декарт, Г. Лейбниц, И. Кант и др. Французский философ Р. Декарт (1596–1650) критиковал средневековую схоластику, а также развил идеи дедуктивной логики, сформулировал правила научного исследования в своем сочинении «Правила для руководства ума».

Неоценимый вклад в логическую науку внесли немецкий философ Г. Лейбниц (1646–1716), который сформулировал закон достаточного основания и выдвинул идею математической логики; немецкий философ И. Кант (1724–1804) и многие другие западноевропейские ученые.

Методы исчисления, разработанные в математике во второй половине XIX в., были широко внедрены в логику в трудах Д. Буля, Б. Рассела, Г. Фреге, Ч. Пирса и других математиков и логиков. Анализ дедуктивно проводимых рассуждений с помощью методов исчисления получил название математической, или символической, логики.

Символическая логика представляет собой область логических исследований, включающую множество так называемых «логик» (например, логика высказываний, логика предикатов, вероятностная логика и т. д.).

Широкое распространение логики в России началось в XIX в., когда она стала обязательной учебной дисциплиной в высших учебных заведениях. Расцвет логики приходится на вторую половину XIX – начало XX в. и связан с именами ученых В. Н. Карпова, М. И. Владиславлева, М. И. Каринского, Н. Я. Грота, Л. В. Рутковского, А. И. Введенского, П. С. Порецкого, С. И. Поварнина и др.

Золотой период для логики продлился в России недолго. В советской России в послереволюционный период формальная логика была объявлена буржуазной наукой. Но в 1947/1948 учебном году логику восстановили в учебных программах, причем предпочтение отдавалось логике диалектической.

Математическая логика существовала в рамках математики, избежав идеологического давления. На сегодняшний день математическая логика отошла от традиционной и не получила широкого распространения в среде гуманитариев в силу ее относительной сложности и отсутствия необходимости придавать естественным языковым выражениям символический вид.

Как известно, обладателям результативных логик не свойственно вступать в длительные дискуссии и что-либо доказывать (к слову, по этой причине одну результативную логику можно легко принять за другую – в особенности 1Л может показаться как 4Л). Поскольку носителям данных логик ценно не само размышление, а знание, они полагаются больше не на свои умозаключения, а на сведения, полученные на основании своего опыта или предоставленные каким-нибудь профессионалом в своём деле.

В нашем случае для носителя 1Л в любом споре типичным будет ответ, что у него нет своего мнения по рассматриваемому вопросу, поскольку он некомпетентен в затронутой сфере. Если же обладатель Первой Логики считает, что он достаточно разбирается в теме, то свое мнение он преподнесёт не как субъективное видение, а как бесспорный факт, который не требует специальных доказательств. В результате любой спор с 1Л обречён так и не начаться, либо, начавшись, сразу закончиться.

Все типы с Первой Логикой весьма лаконичны в разговоре и не любят произносить лишних слов. Переубедить их в чем-либо не так-то просто, зато сами они склонны навязывать свое мнение и видение картины мира другим. Как и все высокие функции, 1Л слабо поддаются влиянию, поскольку свои убеждения они предпочитают формировать самостоятельно. Первые логики стремятся к стабильности во мнениях, поэтому, прежде чем принять любое новое знание, они сначала долго проверяют и осмысливают его. В принципе, ни одна 1Л не любит лишний раз менять свои убеждения.

В процессе поиска новых полезных знаний Первые логики больше склонны использовать книги, статьи и другие ресурсы, нежели получать их непосредственно от других людей. Дело в том, что информация, предоставленная человеком без соответствующего образования и опыта, априори вызывает у 1Л недоверие.

Важно подметить, что каждый обладатель Первой Логики по-своему упрям, но при этом он совершенно не хочет уделять свое внимание переубеждению других. Зачастую, если его точка зрения не принимается собеседником с первого раза, носитель 1Л предпочтёт «остаться каждый при своем мнении”, отойдя в сторону от разговора, искренне полагая, что рано или поздно жизнь сама того научит, как правильно на самом деле.

Надежда Рудницкая

Гегель Фридрих

Наука логики

Гегель Г.В.Ф.

Наука логики

ВВЕДЕНИЕ

Всеобщее понятие логики

Ни в какой другой науке не чувствуется столь сильно потребность начинать с самой сути дела, без предварительных размышлений, как в науке логики. В каждой другой науке рассматриваемый ею предмет и научный метод различаются между собой; равным образом и содержание не начинает абсолютно с самого начала, а зависит от других понятий и связано с окружающим его иным материалом. Вот почему за этими науками признается право говорить лишь при помощи лемм о почве, на которой они стоят, и о ее связи, равно как и о методе, прямо применять предполагаемые известными и принятыми формы дефиниций и т. п. и пользоваться для установления своих всеобщих понятий и основных определений обычным способом рассуждения.

Логика же, напротив, не может брать в качестве предпосылки ни одной из этих форм рефлексии или правил и законов мышления, ибо сами они составляют часть ее содержания и сначала должны получить свое обоснование внутри нее. Но в ее содержание входит не только указание научного метода, но и вообще само понятие науки, причем это понятие составляет ее конечный результат: она поэтому не может заранее сказать, что она такое, лишь все ее изложение порождает это знание о ней самой как ее итог (Letztes) и завершение. И точно так же ее предмет, мышление или, говоря определеннее, мышление, постигающее в понятиях, рассматривается по существу внутри нее; понятие этого мышления образуется в ходе ее развертывания и, стало быть, не может быть предпослано. То, что мы предпосылаем здесь в этом введении, не имеет поэтому своей целью обосновать, скажем, понятие логики или дать наперед научное обоснование ее содержания и метода, а имеет своей целью с помощью некоторых разъяснений и размышлений в рассуждающем и историческом духе растолковать представлению ту точку зрения, с которой следует рассматривать эту науку.

Если вообще логику признают наукой о мышлении, то под этим понимают, что это мышление составляет голую форму некоторого познания, что логика абстрагируется от всякого содержания, и так называемая вторая составная часть всякого познания, материя, должна быть дана откуда-то извне, что, следовательно, логика, от которой эта материя совершенно независима, может только указать формальные условия истинного познания, но не может содержать самое реальную истину, не может даже быть путем к реальной истине, так как именно суть истины, содержание, находится вне ее.

Но, во-первых, неудачно уже утверждение, что логика абстрагируется от всякого содержания, что она только учит правилам мышления, не имея возможности вдаваться в рассмотрение мыслимого и его характера. В самом деле, если, как утверждают, ее предмет — мышление и правила мышления, то она непосредственно в них имеет ‘свое, ей лишь свойственное содержание; в них она имеет также и вторую составную часть познания, некую материю, характер которой ее интересует.

Во-вторых, вообще представления, на которых до сих пор основывалось понятие логики, отчасти уже сошли со сцены, отчасти им пора полностью исчезнуть, пора, чтобы понимание этой науки исходило из более высокой точки зрения и чтобы она приобрела совершенно измененный вид.

Понятие логики, которого придерживались до сих пор, основано на раз навсегда принятом обыденным сознанием предположении о раздельности содержания познания и его формы, или, иначе сказать, истины, и достоверности. Предполагается, во-первых, что материя познавания существует сама по себе вне мышления как некий готовый мир, что мышление, взятое само по себе, пусто, что оно примыкает к этой материи как некая форма извне, наполняется ею, лишь в ней обретает некоторое содержание и благодаря этому становится реальным познанием.

Во-вторых, эти две составные части (ибо предполагается, что они находятся между собой в отношении составных частей и познание составляется из них механически или в лучшем случае химически) находятся, согласно этому воззрению, в следующей иерархии: объект есть нечто само по себе завершенное, готовое, нисколько не нуждающееся для своей действительности в мышлении, тогда как мышление есть нечто ущербное, которому еще предстоит восполнить себя в некоторой материи, и притом оно должно сделать себя адекватным своей материи в качестве мягкой неопределенной формы. Истина есть соответствие мышления предмету, и для того чтобы создать такое соответствие — ибо само по себе оно не дано как нечто наличное, — мышление должно подчиняться предмету, сообразоваться с ним.

В-третьих, так как различие материи и формы, предмета и мышления не оставляется в указанной туманной неопределенности, а берется более определенно, то каждая из них есть отделенная от другой сфера. Поэтому мышление, воспринимая и формируя материю, не выходит за сдои пределы, воспринимание ее и сообразование с ней остается видоизменением его самого, и от этого оно не становится своим иным; а сознающий себя процесс определения уж во всяком случае принадлежит лишь исключительно мышлению. Следовательно, даже в своем отношении к предмету оно не выходит из самого себя, не переходит к предмету; последний остается как вещь в себе просто чем-то потусторонним мышлению.

Эти взгляды на отношение между субъектом и объектом выражают собой те определения, которые составляют природу нашего обыденного сознания, охватывающего лишь явления. Но когда эти предрассудки переносятся в область разума, как будто и в нем имеет место то же самое отношение, как будто это отношение истинно само по себе, они представляют собой заблуждения, опровержением которых, проведенным через все части духовного и природного универсума, служит философия или, вернее, они суть заблуждения, от которых следует освободиться до того, как приступают к философии, так. как они преграждают вход в нее.

В этом отношении прежняя метафизика имела более возвышенное понятие о мышлении, чем то, которое сделалось ходячим в новейшее время. А именно она полагала в основание то, что есть действительно истинное (das wahrhaft Wahre) в вещах, это то, что познается мышлением о них и в них; следовательно, действительно истинны не вещи в своей непосредственности, а лишь вещи, возведенные в форму мышления, вещи как мыслимые. Эта метафизика, стало быть, считала, что мышление и определения мышления не нечто чуждое предметам, а скорее их сущность, иначе говоря, что вещи и мышление о них сами по себе соответствуют друг другу (как и немецкий язык выражает их сродство) » что мышление в своих имманентных определениях и истинная природа вещей составляют одно содержание.

Но философией овладел рефлектирующий рассудок. Мы должны точно знать, что означает это выражение, которое часто употребляется просто как эффектное словечко (Schlagwort). Под ним следует вообще понимать абстрагирующий и, стало быть, разделяющий рассудок, который упорствует в своих разделениях. Обращенный против разума, он ведет себя как обыкновенный здравый смысл и отстаивает свой взгляд, согласно которому истина покоится на чувственной реальности, мысли суть только мысли в том смысле, что лишь чувственное восприятие сообщает им содержательность (Gehalt) и реальность, а разум, поскольку он остается сам по себе, порождает лишь химеры16. В этом отречении разума от самого себя утрачивается понятие истины, разум ограничивают познанием только субъективной истины, только явления, только чего-то такого, чему не соответствует природа самой вещи; знание низведено до уровня мнения.

Однако это направление, принятое познанием и представляющееся потерей и шагом назад, имеет более глубокое основание, на котором вообще покоится возведение разума в более высокий дух новейшей философии. А именно основание указанного, ставшего всеобщим, представления следует искать в понимании того, что определения рассудка необходимо сталкиваются с самими собой. — Уже названная нами рефлексия заключается в том, что выходят за пределы конкретно непосредственного и определяют и разделяют его. Но равным образом она должна выходить и за пределы этих своих разделяющих определений, и прежде всего соотносить их. В стадии (auf dem Standpunkte) этого соотнесения выступает наружу их столкновение. Это осуществляемое рефлексией соотнесение само по себе есть дело разума; возвышение над указанными определениями, которое приходит к пониманию их столкновения, есть большой отрицательный шаг к истинному понятию разума. Но это не доведенное до конца понимание приводит к ошибочному взгляду, будто именно разум впадает в противоречие с собой; оно не признает, что противоречие как раз и есть возвышение разума над ограниченностью рассудка и ее устранение. Вместо того чтобы сделать отсюда последний шаг вверх, познание неудовлетворительности рассудочных определений отступает к чувственному существованию, ошибочно полагая, что в нем оно найдет устойчивость и согласие. Но так как, с другой стороны, это познание знает себя как познание только явлений, то оно тем самым соглашается, что чувственное существование неудовлетворительно, но вместе с тем предполагает, что, хотя вещи в себе и не познаются, однако внутри сферы явлений познание правильное; как будто различны только роды предметов, и один род предметов, а именно вещи в себе, не познается, другой же род предметов, а именно явления, познается. Это похоже на то, как если бы мы приписывали кому-нибудь правильное уразумение, но при этом прибавили бы, что он, однако, способен уразуметь не истинное, а только ложное. Так же как это было бы нелепо, столь же нелепо истинное познание, не познающее предмета, как он есть в себе.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *