Матрона анемнясевская

Жиз­не­опи­са­ние по­движ­ни­цы бы­ло со­став­ле­но при ее жиз­ни свя­щен­ни­ком Ни­ко­ла­ем Ана­то­лье­ви­чем Прав­до­лю­бо­вым и его бра­том Вла­ди­ми­ром Ана­то­лье­ви­чем Прав­до­лю­бо­вым. За эту ру­ко­пис­ную кни­гу ее ав­то­ры бы­ли аре­сто­ва­ны и осуж­де­ны на дол­гие го­ды ла­ге­рей. Ав­тор­скую ру­ко­пись об­на­ру­жил в на­ши дни в Ар­хи­ве ФСБ про­то­и­е­рей Сер­гий Прав­до­лю­бов, на­сто­я­тель мос­ков­ско­го хра­ма Жи­во­на­чаль­ной Тро­и­цы в Тро­иц­ком-Го­ле­ни­ще­ве.
Здесь мы при­во­дим со­кра­щен­ное жи­тие бла­жен­ной Мат­ро­ны, со­став­лен­ное по ма­те­ри­а­лам кни­ги свя­щен­ни­ка Ни­ко­лая и Вла­ди­ми­ра Прав­до­лю­бо­вых, под ре­дак­ци­ей про­то­и­е­рея Сер­гия Прав­до­лю­бо­ва (Жи­тие Свя­той Бла­жен­ной Мат­ро­ны Ане­мня­сев­ской/Сост. Свя­щен­ник Ни­ко­лай Прав­до­лю­бов, Вла­ди­мир Прав­до­лю­бов. Из­да­ние прот. Сер­гия Прав­до­лю­бо­ва. – М.: Свя­ти­тель Ки­при­ан, 1999. – 72 с.).
Мат­рё­на Гри­горь­ев­на Бе­ля­ко­ва ро­ди­лась 6 но­яб­ря 1864 го­да в де­ревне Ане­мня­се­во Ка­си­мов­ско­го уез­да Ря­зан­ской гу­бер­нии. Ро­ди­те­ли ее, Гри­го­рий и Ев­до­кия, бы­ли ед­ва ли не са­мы­ми бед­ны­ми людь­ми в де­ревне и кое-как ве­ли свое кре­стьян­ское хо­зяй­ство. По внеш­не­му сво­е­му ви­ду они бы­ли хи­лы­ми, тще­душ­ны­ми людь­ми и ка­за­лись ка­ки­ми-то недо­раз­ви­ты­ми. Отец мно­го пил и слыл в де­ревне пья­ни­цей. У них бы­ло боль­шое се­мей­ство – шесть до­че­рей и два сы­на. Три де­воч­ки умер­ли в дет­стве; Мат­рё­ша бы­ла чет­вер­тою по сче­ту.
До се­ми лет Мат­ре­ша бы­ла обыч­ным ре­бен­ком; как и все де­ти ее воз­рас­та, гу­ля­ла и иг­ра­ла со сво­и­ми сверст­ни­ца­ми и по­друж­ка­ми. Ро­ди­те­ли по­че­му-то невзлю­би­ли ее с са­мо­го ран­не­го дет­ства. Нера­дост­на бы­ла жизнь ре­бен­ка в род­ной се­мье, где ей, боль­ше чем ко­му-ни­будь из бра­тьев и се­стер, при­хо­ди­лось тер­петь оби­ды, ру­гань, по­бои; но еще боль­шие стра­да­ния жда­ли де­воч­ку в даль­ней­шем.
В се­ми­лет­нем воз­расте Мат­ре­ша за­бо­ле­ла ос­пой. По­сле этой бо­лез­ни де­воч­ка на­все­гда оста­лась сле­пой. Ее обя­зан­но­стью бы­ло нян­чить сво­их млад­ших сест­ре­нок и бра­тьев, и сле­пой де­воч­ке бы­ло тя­же­ло справ­лять­ся с этим де­лом. Од­на­жды де­ся­ти­лет­няя Мат­ре­ша неча­ян­но уро­ни­ла сест­рен­ку с крыль­ца на зем­лю. Уви­дев это, мать схва­ти­ла Мат­ре­шу и на­ча­ла же­сто­ко бить. В этот мо­мент ду­хов­но­му взо­ру де­воч­ки пред­ста­ла Ца­ри­ца Небес­ная. Мат­ре­ша ска­за­ла об этом ма­те­ри, но та про­дол­жа­ла бить де­воч­ку еще силь­нее. Ви­де­ние по­вто­ри­лось три ра­за. Во вре­мя по­след­не­го ви­де­ния Пре­свя­тая Бо­го­ро­ди­ца да­ла Мат­ре­ше уте­ши­тель­ную за­пи­соч­ку. О том, что это за за­пи­соч­ка и что в ней бы­ло на­пи­са­но, бла­жен­ная Мат­ро­на ни­ко­гда не рас­ска­зы­ва­ла.
На сле­ду­ю­щее утро изу­ве­чен­ная де­воч­ка не смог­ла под­нять­ся с пе­чи. С это­го вре­ме­ни на­ча­лась для Мат­ре­ши жизнь му­че­ни­цы, при­гвож­ден­ной к од­ру. Она на­все­гда ли­ши­лась воз­мож­но­сти хо­дить и что-ли­бо де­лать и уже не вста­ва­ла с кро­ва­ти всю свою даль­ней­шую жизнь.
Так ле­жа­ла Мат­ре­ша в ро­ди­тель­ском до­ме до 17 лет, тер­пе­ли­во пе­ре­но­ся вся­кие скор­би и оби­ды, и толь­ко в мо­лит­ве на­хо­дя се­бе уте­ше­ние и от­ра­ду. Од­но­сель­чане зна­ли о стра­даль­че­ской жиз­ни де­вуш­ки и от­но­си­лись к ней с чув­ством бла­го­го­вей­но­го ува­же­ния. С сем­на­дца­ти лет к Мат­ре­ше стал хо­дить на­род. Пер­вым за по­мо­щью при­шел кре­стья­нин ее же де­рев­ни, по спе­ци­аль­но­сти пиль­щик.
– Мат­ре­ша, – ска­зал он, – вот уж как ты ле­жишь несколь­ко лет, ты, небось, Бо­гу-то угод­на. У ме­ня спи­на бо­лит, и я пи­лить не мо­гу. По­тро­гай-ка спи­ну, мо­жет быть и прой­дет от те­бя. Че­го мне де­лать, ле­чил­ся – док­то­ра не по­мо­га­ют.
Мат­ре­ша ис­пол­ни­ла его прось­бу – бо­ли в спине, дей­стви­тель­но, пре­кра­ти­лись, и он встал на ра­бо­ту.
Кре­стья­нин этот рас­ска­зал о сво­ем ис­це­ле­нии од­но­му из сво­их со­се­дей, и тот го­во­рит:
– Пой­ду и я к ней: нас за­му­чи­ли де­ти, ско­ро две­на­дца­тый ро­дит­ся; по­про­шу ее по­мо­лить­ся, чтобы Гос­подь пре­кра­тил у нас де­тей.
При­шел он к Мат­ре­ше и по­про­сил по­мо­лить­ся. Мат­ре­ша по­мо­ли­лась, и де­тей у них боль­ше не бы­ло.
С тех пор все боль­ше и боль­ше ста­ли хо­дить к Мат­ре­ше лю­ди со сво­и­ми нуж­да­ми, скор­бя­ми и бо­лез­ня­ми. С те­че­ни­ем вре­ме­ни эти по­се­ще­ния при­ня­ли ха­рак­тер на­сто­я­ще­го па­лом­ни­че­ства: к Мат­ре­ше шли не толь­ко жи­те­ли окрест­ных се­ле­ний, но и даль­них, ино­гда и са­мых от­да­лен­ных мест на­ше­го Оте­че­ства. При­чем, шли они бес­пре­рыв­ным по­то­ком на про­тя­же­нии бо­лее чем пя­ти­де­ся­ти лет в ко­ли­че­стве несколь­ких де­сят­ков, а ино­гда и со­тен еже­днев­но.
Ко­гда Мат­ре­ша ле­жа­ла у ро­ди­те­лей и по­се­ти­те­ли при­но­си­ли ей раз­лич­ные по­жерт­во­ва­ния за ее мо­лит­вы, то отец обыч­но все это от­би­рал на та­бак или вод­ку, и тя­же­ло бы­ло Мат­ре­ше, что по­жерт­во­ва­ния эти шли не на доб­рое де­ло. Мат­ре­ша лю­би­ла по­де­лить­ся всем с людь­ми, но при дан­ных усло­ви­ях она ли­ше­на бы­ла этой воз­мож­но­сти.
По­сле смер­ти ро­ди­те­лей мно­го скор­бей при­шлось пре­тер­петь Мат­ре­ше от бра­та и сест­ры, смот­рев­ших на нее ис­клю­чи­тель­но как на сред­ство до­хо­да. Сест­ра впо­след­ствии от­су­ди­ла у Мат­ро­ны до­мик, по­стро­ен­ный по­чи­та­те­ля­ми бла­жен­ной.
От сест­ры Мат­ре­ша пе­ре­шла на жи­тель­ство к пле­мян­ни­ку Мат­вею Сер­ге­е­ви­чу, че­ло­ве­ку доб­ро­му и ре­ли­ги­оз­но­му. Но здесь огор­че­ния жда­ли Мат­ре­шу с дру­гой сто­ро­ны. У Мат­вея Сер­ге­е­ви­ча под­рос­ли де­ти, од­но­сель­чане ста­ли сме­ять­ся над ни­ми, драз­нить их. Эти на­смеш­ки тя­же­ло пе­ре­жи­ва­лись мо­ло­ды­ми людь­ми. Но осо­бен­но тя­же­ло это бы­ло для са­мой Мат­ре­ши. Она му­чи­лась и глу­бо­ко скор­бе­ла, что за нее эти ни в чем не по­вин­ные лю­ди долж­ны бы­ли пе­ре­но­сить ино­гда очень тя­же­лые для них на­смеш­ки и оскорб­ле­ния. Осо­бен­но на­смеш­ки эти уси­ли­лись в ре­во­лю­ци­он­ные го­ды в свя­зи с ан­ти­ре­ли­ги­оз­ным дви­же­ни­ем.
Мат­ре­ша обыч­но ле­жа­ла в неболь­шой от­дель­ной ком­нат­ке кре­стьян­ской из­бы, в ма­лень­кой дет­ской кро­ват­ке, ко­то­рая все­гда за­ве­ши­ва­лась по­ло­гом. Ле­том, ко­гда в из­бе ста­но­ви­лось душ­но, ее обыч­но вы­но­си­ли в се­ни, и там ле­жа­ла она до зи­мы. Са­ма она ни­ко­гда не про­си­ла, чтобы ее пе­ре­нес­ли в из­бу, и тер­пе­ли­во пе­ре­но­си­ла осен­нюю сту­жу и хо­лод. Род­ные же, за ис­клю­че­ни­ем пле­мян­ни­ка, не об­ра­ща­ли на нее вни­ма­ния и пе­ре­но­си­ли ее в из­бу толь­ко то­гда, ко­гда уже ви­де­ли, что в се­нях ле­жать бо­лее бы­ло невоз­мож­но.
– Од­на­жды, – вспо­ми­на­ет Мат­ре­ша, – в ок­тяб­ре ме­ся­це я ле­жа­ла в се­нях, но­чью был силь­ный дож­дик. Во­да через кры­шу по­ли­лась на ме­ня, и я про­мок­ла. К утру слу­чил­ся мо­роз, я страш­но озяб­ла, и одеж­да вся на мне оле­де­не­ла. Утром сест­ра уви­де­ла это, сжа­ли­лась и пе­ре­нес­ла ме­ня в из­бу, за что я ей бла­го­дар­на.
Ча­сто в осен­ние хо­ло­да при­хо­дя­щие удив­ля­лись ее тер­пе­нию и спра­ши­ва­ли:
– Мат­ре­ша, да те­бе хо­лод­но?
– Да нет, теп­ло, – обыч­но от­ве­ча­ла она в та­ких слу­ча­ях, – по­смот­ри, вот ка­кая я го­ря­чая.
При этом она да­ва­ла свою ру­ку, и ру­ка бы­ла дей­стви­тель­но го­ря­чая.
По внеш­не­му сво­е­му ви­ду Мат­ре­ша бы­ла на­столь­ко ма­ла, что ка­за­лась де­ся­ти­лет­ним ре­бен­ком. Ее пла­тьи­це, по­да­рок од­ной из по­чи­та­тель­ниц, за­кры­вав­шее бла­жен­ную со­всем с но­га­ми, бы­ло все­го 90 сан­ти­мет­ров в дли­ну. Оче­вид­но, с де­ся­ти­лет­не­го воз­рас­та, с тех пор, ко­гда она ли­ши­лась воз­мож­но­сти хо­дить, те­ло ее не рос­ло и на­все­гда оста­лось та­ким, ка­ким бы­ло у де­ся­ти­лет­ней де­воч­ки. Она име­ла воз­мож­ность пе­ре­во­ра­чи­вать­ся с бо­ка на бок, ше­ве­лить руч­ка­ми и брать неболь­шие пред­ме­ты. Она лег­ко и сво­бод­но раз­го­ва­ри­ва­ла и пе­ла свя­щен­ные пес­но­пе­ния уди­ви­тель­но чи­стым и звон­ким дет­ским го­ло­сом.
Ни­кто не зна­ет, как она мо­ли­лась Бо­гу. Из­вест­но толь­ко лишь то, что Мат­ро­на зна­ла на­изусть очень мно­го мо­литв, мно­гие ака­фи­сты и цер­ков­ные пес­но­пе­ния.
Во вре­мя бе­сед со сво­и­ми по­се­ти­те­ля­ми она ча­сто чи­та­ла вслух раз­лич­ные мо­лит­вы, под­хо­дя­щие по сво­е­му со­дер­жа­нию к дан­но­му слу­чаю. Ино­гда чи­та­ла це­лые ака­фи­сты, чи­та­ла быст­ро, уве­рен­но, гром­ким го­ло­сом. Пе­ла цер­ков­ные пес­но­пе­ния, со­вер­шен­но пра­виль­но вы­дер­жи­вая осо­бен­но­сти гла­сов и рас­пе­вов.
На во­прос од­но­го из удив­лен­ных по­се­ти­те­лей, спро­сив­ше­го, как это она, бу­дучи сле­пой, зна­ет на­изусть да­же це­лые ака­фи­сты, Мат­ре­ша от­ве­ти­ла: «При­дет доб­рый че­ло­век и про­чи­та­ет что-ни­будь, а я и за­пом­ню с Бо­жи­ей по­мо­щью».
Мат­ре­ша ча­сто при­ча­ща­лась Свя­тых Хри­сто­вых Та­ин, каж­дый ме­сяц обя­за­тель­но. С этой це­лью она при­гла­ша­ла к се­бе сво­е­го ду­хов­ни­ка – при­ход­ско­го свя­щен­ни­ка, и день при­ня­тия Св. Та­ин бы­вал для нее са­мым ра­дост­ным днем. Пять раз в те­че­ние сво­ей жиз­ни она со­бо­ро­ва­лась.
Осо­бен­но стро­го со­блю­да­ла Мат­ре­ша по­сты. С сем­на­дца­ти лет она не ела мя­са. Кро­ме сре­ды и пят­ни­цы со­блю­да­ла та­кой же пост по по­не­дель­ни­кам. В цер­ков­ные по­сты по­чти ни­че­го не ела или ела очень ма­ло. Кро­ме по­дви­гов по­ста и мо­лит­вы, бла­жен­ная, как уже бы­ло ска­за­но, доб­ро­воль­но тер­пе­ла хо­лод, а так­же пе­ре­би­ра­ла и пе­ре­кла­ды­ва­ла кам­ни, при­не­сен­ные ее по­чи­та­те­ля­ми из раз­ных свя­тых мест.
Очень ува­жа­ла Мат­ре­ша ду­хо­вен­ство и к каж­до­му свя­щен­ни­ку все­гда и неиз­мен­но от­но­си­лась с глу­бо­ким бла­го­го­ве­ни­ем. Но к рас­коль­ни­кам об­нов­лен­цам, в ка­ком бы сане они не бы­ли, на­обо­рот от­но­си­лась очень стро­го. Од­но­го из сво­их при­ход­ских свя­щен­ни­ков, пе­ре­шед­ше­го в об­нов­лен­че­ство, на­зы­ва­ла «наш Пет­ру­ша».
На­сколь­ко рев­ни­во от­но­си­лась Мат­ре­ша к Пра­во­сла­вию, го­во­рит факт, пе­ре­дан­ный од­ной из ее по­чи­та­тель­ниц, жи­тель­ни­цей го­ро­да Ка­си­мо­ва Ма­ри­ей Ива­нов­ной Пу­ти­ли­ной. Умер­ла тет­ка Ма­рии Ива­нов­ны. Сын тет­ки был ста­ро­стой в Ка­си­мов­ском со­бо­ре, а в со­бо­ре в то вре­мя слу­жил об­нов­лен­че­ский ар­хи­ерей. Сын, со­глас­но же­ла­нию по­кой­ной, хо­тел вы­не­сти ее из до­ма не в со­бор, а в клад­би­щен­скую цер­ковь. Дру­гой сын по­кой­ной на­хо­дил­ся в то вре­мя в за­клю­че­нии. Он об­ра­тил­ся к на­чаль­ству с прось­бой, чтобы его от­пу­сти­ли про­стить­ся с ма­те­рью. Его от­пу­сти­ли на три дня с усло­ви­ем, чтобы по­кой­ную хо­ро­нил об­нов­лен­че­ский ар­хи­ерей в со­бо­ре, на что род­ные и со­гла­си­лись.
Псал­тирь по по­кой­ной чи­та­ли мо­наш­ки. Ко­гда они узна­ли, что хо­ро­нить бу­дет об­нов­лен­че­ский ар­хи­ерей, они взя­ли псал­тирь и ушли. К ве­че­ру при­шли сын по­кой­ной и Ма­рия Ива­нов­на. Сын по­про­сил Ма­рию Ива­нов­ну чи­тать псал­тирь. Она на­ча­ла чи­тать и чи­та­ла око­ло ча­са, по­ка не при­шел ар­хи­ерей слу­жить все­нощ­ную. Ма­рия Ива­нов­на тут же ушла и да­же не ви­де­ла ар­хи­ерея. Но­чью она вер­ну­лась с од­ной мо­на­хи­ней Аки­ли­ной, и они вме­сте чи­та­ли псал­тирь всю ночь до вы­но­са те­ла. На вы­но­се Ма­рия Ива­нов­на с мо­на­хи­ней Аки­ли­ной не бы­ли, по­кой­ную по­хо­ро­ни­ли без них.
Мо­на­хи­ня Аки­ли­на по­лу­чи­ла от сво­е­го на­сто­я­те­ля епи­ти­мью. Ма­рия Ива­нов­на же неде­лю спу­стя по­шла к Мат­ре­ше и все ей рас­ска­за­ла. Мат­ре­ша по­жа­ле­ла тет­ку:
– Что ж, ведь по­кой­ни­ца не ви­но­ва­та, что так схо­ро­ни­ли ее.
В это вре­мя у Мат­ре­ши си­де­ли три мо­на­хи­ни из Вла­ди­мир­ской пу­сты­ни. Вдруг Мат­ре­ша и го­во­рит мо­на­хи­ням:
– Вы что так уж хо­ро­шо очень с Ма­ри­ей Ива­нов­ной-то раз­го­ва­ри­ва­е­те?
– Мы ее дав­но не ви­да­ли, на­го­во­рить­ся хо­тим.
– Да ведь она об­нов­лен­ка!
«Бо­же мой, ес­ли бы вы мог­ли се­бе пред­ста­вить, – го­во­ри­ла Ма­рия Ива­нов­на, – как они в од­ну се­кун­ду вста­ли и ушли от ме­ня в дру­гую ком­на­ту, и я оста­лась од­на! На­сту­пи­ла мерт­вая ти­ши­на. Я не мо­гу пе­ре­дать то со­сто­я­ние, оно бы­ло ужас­но. Гля­жу я на Рас­пя­тие и ду­маю: – Гос­по­ди! Все от ме­ня от­сту­пи­лись, не от­сту­пись Ты от ме­ня!»
Ма­рия Ива­нов­на страш­но за­пла­ка­ла. Она мо­ли­лась и ка­я­лась в ду­ше, и так пла­ка­ла дол­го. На­ко­нец Мат­ре­ша по­жа­ле­ла ее:
– Ну вот, по­пла­ка­ла, по­ка­я­лась пред Гос­по­дом Бо­гом, по­го­вей, при­ча­стишь­ся, на ду­ху свя­щен­ни­ку ска­жешь, вот и все.
– Как же мне нуж­но бы­ло по­сту­пить, не на­до бы­ло бы со­всем мне чи­тать?
– Да, не на­до бы­ло те­бе чи­тать.
– А ты-то бу­дешь ме­ня при­ни­мать?
– Да я-то что, вот по­ка­я­лась пе­ред Бо­гом, вот и все!
По­сле этих слов Ма­рии Ива­новне сде­ла­лось ве­се­ло и ра­дост­но, и мо­на­шен­ки опять по-преж­не­му с ней за­го­во­ри­ли.
Осо­бен­но Мат­ре­ша лю­би­ла мо­на­хинь и во­об­ще де­виц. Мо­на­хинь ста­ви­ла вы­ше мир­ских, все им про­ща­ла, бы­ва­ла с ни­ми, как ре­бе­нок.
Из свя­тых мест с наи­боль­шим бла­го­го­ве­ни­ем Мат­ре­ша от­но­си­лась к Иеру­са­ли­му, к мо­на­сты­рям Ди­ве­ев­ско­му и Са­ров­ско­му. Она го­во­ри­ла о них с осо­бен­ным уми­ле­ни­ем и лю­бо­вью. Сво­им бла­го­че­сти­вым по­се­ти­те­лям она по­сто­ян­но со­ве­то­ва­ла схо­дить в Ди­ве­е­во и Са­ров, счи­тая их ме­ста­ми осо­бен­но­го при­сут­ствия бла­го­да­ти Бо­жи­ей. И ра­до­ва­лась, ко­гда ис­пол­ня­лись эти ее со­ве­ты.
На­хо­дясь без­вы­ход­но в сво­ей ком­нат­ке, Мат­ре­ша зна­ла мно­гих свя­тых и бла­го­че­сти­вых лю­дей, рас­се­ян­ных по ли­цу зем­ли рус­ской, и на­хо­ди­лась с ни­ми во внут­рен­нем бла­го­дат­ном об­ще­нии, хо­тя она ни­ко­гда их не ви­де­ла и не го­во­ри­ла с ни­ми.
Мат­ре­ша сво­им внут­рен­ним, ду­хов­ным взо­ром как бы на­сквозь ви­де­ла каж­до­го из сво­их по­се­ти­те­лей и каж­до­му да­ва­ла то, что для него нуж­но, по­лез­но, необ­хо­ди­мо в за­ви­си­мо­сти от его на­стро­ен­но­сти, его ду­хов­ных немо­щей и нужд, в за­ви­си­мо­сти от усло­вий и об­сто­я­тельств, сре­ди ко­то­рых ему при­хо­ди­лось жить.
Од­них она учи­ла и на­став­ля­ла; дру­гих об­ли­ча­ла и рас­кры­ва­ла им их гре­хи и по­ро­ки; тре­тьих обод­ря­ла и уте­ша­ла в тя­же­лых об­сто­я­тель­ствах жиз­ни; чет­вер­тых пре­ду­пре­жда­ла, ука­зы­вая по­след­ствия их оши­боч­но­го пу­ти, стрем­ле­ний и на­ме­ре­ний; пя­тых ис­це­ля­ла от бо­лез­ней, – и всех вме­сте ста­ра­лась на­пра­вить на путь ис­тин­ной, бо­го­угод­ной хри­сти­ан­ской жиз­ни. Этим объ­яс­ня­ет­ся и раз­но­об­ра­зие ее от­но­ше­ний к по­се­ти­те­лям. Од­них она при­ни­ма­ла чрез­вы­чай­но лас­ко­во, с ра­до­стью и уча­сти­ем, как до­ро­гих и близ­ких сво­их лю­дей. Дру­гих она про­го­ня­ла от се­бя, что бы­ло все же очень ред­ко. Все это бы­ва­ло, как го­во­ри­ли ее по­се­ти­те­ли, или в тех слу­ча­ях, ко­гда че­ло­век за­хо­дил к бла­жен­ной из празд­но­го лю­бо­пыт­ства, или то­гда, ко­гда это нуж­но бы­ло для ис­прав­ле­ния че­ло­ве­ка. Ко­гда та­кой че­ло­век пой­дет от Мат­ре­ши, он по­ду­ма­ет о се­бе и со­зна­ет гре­хи свои. Ес­ли он по­сле это­го опять при­хо­дил к Мат­ре­ше, то она с ра­до­стью при­ни­ма­ла его.
По мо­лит­вам бла­жен­ной Мат­ро­ны со­вер­ша­лись ис­це­ле­ния от мно­же­ства тя­же­лых неду­гов, ко­гда да­же вра­чи не ве­ри­ли вы­здо­ров­ле­нию, так как со­всем недав­но ви­де­ли небла­го­при­ят­ный ис­ход. Ис­це­ля­лись и от пьян­ства, и от бес­но­ва­ния. Ан­на, мо­ло­дая де­вуш­ка 19 лет из со­сед­не­го се­ла всту­пи­ла в пар­тию про­тив во­ли ро­ди­те­лей, лю­дей ре­ли­ги­оз­ных и доб­рых. Вско­ре по­сле это­го у Ан­ны от­ня­лись ру­ка и но­га. Шесть недель по­ле­жа­ла де­вуш­ка до­ма непо­движ­но, и вра­чи не мог­ли ей по­мочь. Мать от­вез­ла Ан­ну на ло­ша­ди к Мат­ре­ше. Мат­ре­ша по­ма­за­ла де­вуш­ку мас­ли­цем из сво­ей лам­пад­ки, и Ан­на ста­ла по­сте­пен­но по­прав­лять­ся и на­ча­ла хо­дить, но пол­но­го вы­здо­ров­ле­ния не бы­ло. Через два го­да Мат­ро­на бла­го­сло­ви­ла Ан­ну съез­дить в Са­ров и Ди­ве­е­во. По пу­ти в Са­ров мать с Ан­ной но­че­ва­ли до­ма у бла­го­че­сти­вой жен­щи­ны, имев­шей до­ма свя­ты­ню из Иеру­са­ли­ма. То­гда об­на­ру­жи­лось, что де­вуш­ка одер­жи­ма бе­сом – она ис­пу­га­лась свя­ты­ни, за­кри­ча­ла и бро­си­лась бе­жать. В Ди­ве­е­ве, по­се­тив бла­жен­ную Ма­рию Ива­нов­ну и ис­ку­пав­шись в ис­точ­ни­ке пре­по­доб­но­го Се­ра­фи­ма, Ан­на ис­це­ли­лась ду­шев­но. По­сле это­го слу­чая Ан­на ста­ла глу­бо­ко ве­ру­ю­щим че­ло­ве­ком и очень по­чи­та­ла Мат­ро­ну.
На­чи­ная с Ве­ли­ко­го по­ста 1933 го­да, Мат­ре­ша за­мет­но пе­ре­ме­ни­лась. Ес­ли рань­ше она со все­ми дер­жа­лась очень про­сто, всех жа­ле­ла, вни­ка­ла в го­ре каж­до­го че­ло­ве­ка, бе­се­до­ва­ла по­дол­гу и охот­но, об­суж­дая вся­кие де­ла жи­тей­ские, то те­перь бла­жен­ная как буд­то со­всем пе­ре­ста­ла ин­те­ре­со­вать­ся зем­ной жиз­нью. О жи­тей­ских де­лах она ста­ла го­во­рить ред­ко и неохот­но, толь­ко в ис­клю­чи­тель­ных слу­ча­ях. За­то о жиз­ни ду­хов­ной, тем бо­лее о бу­ду­щей жиз­ни она го­то­ва бы­ла го­во­рить день и ночь. Очень охот­но, с лю­бо­вью при­ни­ма­ла она та­ких лю­дей, ко­то­рые шли к ней с во­про­са­ми ду­хов­но­го по­ряд­ка.
– Я ведь те­перь не Мат­ре­на, – ска­за­ла она то­гда од­ной из по­чи­та­тель­ниц, – а Мар­да­рия… О бла­жен­ной го­во­ри­ли, что она бы­ла тай­но по­стри­же­на в ино­че­ский чин са­ров­ски­ми стар­ца­ми, но на­сколь­ко эти раз­го­во­ры бы­ли до­сто­вер­ны, мы те­перь не мо­жем су­дить.
В кон­це июня 1933 го­да Мат­ре­шу по­се­тил ее жиз­не­опи­са­тель, на­сто­я­тель Ка­си­мов­ско­го Ка­зан­ско­го мо­на­сты­ря свя­щен­ник Ни­ко­лай Прав­до­лю­бов со сво­ей ма­туш­кой Пе­ла­ги­ей Ива­нов­ной. Мат­ре­ша бе­се­до­ва­ла с ни­ми дол­го и охот­но. Она мно­го го­во­ри­ла о тя­же­сти жиз­ни, о стра­да­ни­ях, о необ­хо­ди­мо­сти тер­петь все, что по­сы­ла­ет Гос­подь. В под­твер­жде­ние сво­их слов и мыс­лей при­во­ди­ла тек­сты из Свя­щен­но­го Пи­са­ния, фак­ты и со­бы­тия из жиз­ни свя­тых, про­чи­та­ла мо­лит­ву, при­слан­ную ей с Афо­на. Од­на­ко от раз­го­во­ров о се­бе Мат­ре­ша укло­ня­лась, от­ве­ча­ла об­щи­ми фра­за­ми, хо­тя отец Ни­ко­лай с ма­туш­кой очень этим ин­те­ре­со­ва­лись и рас­спра­ши­ва­ли ее.
О по­след­них днях и кон­чине бла­жен­ной Мат­ро­ны из­вест­но сле­ду­ю­щее.
Ле­том 1935 го­да в Бель­ко­ве бы­ло за­ве­де­но де­ло «по­пов Прав­до­лю­бо­вых и боль­но­го вы­род­ка Мат­ре­ны Бе­ля­ко­вой». На­ча­лось оно с до­но­са од­но­го жи­те­ля го­ро­да Ка­си­мо­ва на свя­щен­ни­ка Ни­ко­лая Прав­до­лю­бо­ва в свя­зи с ру­ко­пис­ной кни­гой, со­бран­ной и под­пи­сан­ной им и его бра­том, и при­го­тов­лен­ной к пе­ча­ти. Бы­ли аре­сто­ва­ны 10 че­ло­век (хо­тя долж­ны бы­ли быть аре­сто­ва­ны 12). Од­на жен­щи­на умер­ла, по­лу­чив по­вест­ку с тре­бо­ва­ни­ем явить­ся в От­де­ле­ние НКВД г. Ка­си­мо­ва. По спис­ку долж­на бы­ла быть аре­сто­ва­на и бла­жен­ная Мат­ро­на. Все аре­сто­ван­ные бы­ли уже от­прав­ле­ны в Ря­зань и Моск­ву, а Мат­ро­ну бо­я­лись тро­гать.
На­ко­нец бы­ло со­бра­но кол­хоз­ное со­бра­ние, на ко­то­ром по­ста­но­ви­ли «изъ­ять» Мат­ро­ну Гри­горь­ев­ну Бе­ля­ко­ву как «вред­но­го эле­мен­та». Из 300 жи­те­лей се­ла под­пи­са­лись 24 ак­ти­ви­ста. Сель­со­вет дал ха­рак­те­ри­сти­ку «на Бе­ля­ко­ву М.Г.», в ко­то­рой она пря­мо и от­кры­то на­зва­на свя­той без вся­ких ка­вы­чек и иро­нии. «Дан­ная гр. яв­ля­ет­ся вред­ным эле­мен­том в де­ревне, она сво­ей свя­то­стью силь­но вли­я­ет на тем­ную мас­су… Вви­ду это­го по с/с за­дер­жи­ва­ет­ся ход кол­лек­ти­ви­за­ции».
По­сле от­прав­ки за­клю­чен­ных в Ря­зань бы­ла по­сла­на ма­ши­на и за бла­жен­ной Мат­ро­ной. Подъ­е­ха­ли к ее до­му днем, не та­ясь. Во­шли. Тут их охва­тил страх, по­дой­ти бо­я­лись. По дол­гу служ­бы по­до­шел пред­се­да­тель сель­со­ве­та и, пре­одоле­вая страх, под­нял Мат­ре­нуш­ку с ее до­ща­той по­сте­ли. Мат­ро­на за­кри­ча­ла то­нень­ким го­лос­ком. На­род оце­пе­нел. Пред­се­да­тель стал вы­но­сить. В две­рях ска­зал: «Ой, ка­кая лег­кая!» Мат­ро­на от­ве­ти­ла: «И твои дет­ки та­ки­ми лег­ки­ми бу­дут».
Несколь­ко лет на­зад про­то­и­е­рей Тро­иц­ко­го хра­ма по­сел­ка Гусь-Же­лез­ный отец Се­ра­фим хо­ро­нил од­но­го из сы­но­вей то­гдаш­не­го пред­се­да­те­ля. Он был очень ма­лень­ко­го ро­ста. Все де­ти пред­се­да­те­ля пе­ре­ста­ли рас­ти по­сле аре­ста бла­жен­ной Мат­ро­ны.
Ма­ши­на два­жды ло­ма­лась по до­ро­ге в Ка­си­мов. Кто-то дер­жал на ру­ках бла­жен­ную Мат­ро­ну, по­ка ма­ши­ну ре­мон­ти­ро­ва­ли. Из Ка­си­мо­ва ее быст­ро увез­ли в Ря­зань и за­тем в Моск­ву.
Пред­се­да­тель, «изы­мав­ший» бла­жен­ную Мат­ро­ну, несколь­ко лет спу­стя очень тя­же­ло уми­рал. Де­ло бы­ло ле­том. Дом сто­ял с от­кры­ты­ми ок­на­ми из-за жа­ры. Он кри­чал так гром­ко от бо­ли, что слы­ша­ло пол­де­рев­ни. В на­ро­де го­во­ри­ли: «Это те­бе не Мат­ре­шень­ку под­ни­мать!» Но он по­звал свя­щен­ни­ка и ис­кренне и го­ря­чо ка­ял­ся в сво­их гре­хах, умер в ми­ре с Цер­ко­вью.
Про мос­ков­ский пе­ри­од жиз­ни бла­жен­ной Мат­ро­ны име­ют­ся скуд­ные све­де­ния. В Москве она про­жи­ла по­чти год. Пред­по­ло­жи­тель­но, она бы­ла за­клю­че­на в Бу­тыр­скую тюрь­му. Но про­бы­ла она там недол­го, по­то­му что сде­ла­лась объ­ек­том по­чи­та­ния по­чти всех за­клю­чен­ных, ко­то­рые на­ча­ли петь ака­фи­сты и мо­лить­ся. Ее долж­ны бы­ли ку­да-то деть. Убить бо­я­лись, а от­пра­вить в ла­герь не поз­во­лял при­мер тю­рем­но­го мо­лит­вен­но­го подъ­ема за­клю­чен­ных.
По дру­гим дан­ным, без­на­деж­но болев­шая мать сле­до­ва­те­ля, ве­ду­ще­го де­ло бла­жен­ной Мат­ро­ны, по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние от Мат­ро­ны, и сле­до­ва­тель су­мел осво­бо­дить ее как боль­ную и уми­ра­ю­щую. Он по­ме­стил ее в дом пре­ста­ре­лых и увеч­ных боль­ных.
До­ку­мен­таль­но за­сви­де­тель­ство­ва­но, что бла­жен­ная Мат­ро­на умер­ла от сер­деч­ной недо­ста­точ­но­сти 16/29 июля 1936 го­да в До­ме хро­ни­ков име­ни Ра­ди­ще­ва в Москве, неда­ле­ко от хра­ма Рож­де­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы во Вла­ды­кине. Так как ря­дом с До­мом хро­ни­ков бы­ло боль­шое Вла­ды­кин­ское клад­би­ще, ча­стич­но со­хра­нив­ше­е­ся до на­ше­го вре­ме­ни, то мож­но сде­лать пред­по­ло­же­ние, что бла­жен­ная Мат­ро­на бы­ла по­хо­ро­не­на здесь же на мест­ном ста­ром клад­би­ще.

По бла­го­сло­ве­нию Свя­тей­ше­го Пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и всея Ру­си Алек­сия, про­слав­ле­ние свя­той бла­жен­ной Мат­ро­ны Ане­мня­сев­ской бы­ло со­вер­ше­но в го­ро­де Ка­си­мо­ве Ря­зан­ской епар­хии в чет­верг Фо­ми­ной неде­ли 9/22 ап­ре­ля 1999 го­да ар­хи­епи­ско­пом Ря­зан­ским и Ка­си­мов­ским Си­мо­ном с со­бо­ром ду­хо­вен­ства Ря­зан­ской епар­хии. Бла­жен­ная Мат­ро­на Ане­мня­сев­ская сна­ча­ла бы­ла про­слав­ле­на как мест­но­чти­мая свя­тая Ря­зан­ской епар­хии, а на Юби­лей­ном Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре она бы­ла ка­но­ни­зи­ро­ва­на в ли­ке но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских для об­ще­цер­ков­но­го по­чи­та­ния. По­двиг ее свя­то­сти со­че­та­ет в се­бе как при­мер необы­чай­но­го тер­пе­ния, по­ста и мо­лит­вы, так и об­раз ис­по­вед­ни­че­ства.

Поистине, дар Божий — желание человека помогать другим людям. Редко встретишь целителя, пережившего насилие, искалеченного болезнью и собственными родителями до потери зрения и возможности передвигаться, но при этом обладающего терпением, смирением и огромной любовью к обездоленным и больным, недаром в миру их называют юродивыми или блаженными.

Матрона Анемнясевская Касимовская — святая, блаженная, пережившая издевательства матери, в результате этого ослепшая и неходячая, обладала уникальным даром видеть болезнь, исцелять и предупреждать о надвигающихся опасностях, до конца жизни сохранившая смирение и покорность.

Святая блаженная Матрона Анемнясевская

Рождение и издевательства в семье

Появление в бедной семье Беляковых, в которой уже было трое детей, еще одной девочки 18 ноября 1864 года не вызвало радости. Вся деревня Анемнясево в Рязанской губернии знала, что отец семейства — беспробудный пьяница, а мать «славилась» жестокостью, порой впадая в буйство.

Маленькая Матреша росла в издевательствах собственных родителей, а оспа, поразившая девчушку в семилетнем возрасте, лишила ее зрения, но не смогла забрать жизнерадостности наперекор всем невзгодам.

После Матреши на свет появилось еще пятеро малышей, и задачей слепой девочки был уход за ними. Ей было 10 лет, но на вид девочка выглядела семилетней. Однажды, неся младшую сестру, Матреша споткнулась и уронила малышку, на крик которой прибежала разъяренная мать. Прости, Господи, но сложно этим святым именем назвать буйную женщину, которая принялась за расправу над девочкой.

Трудно представить, какой бес сидел в буйствующей женщине, которая не переставила наносить сильнейшие удары даже после того, как малышка трижды теряла сознание.

Интересно! Находясь в бессознательном состоянии, Матронушка увидела Богородицу, утешающая девчушку, а в третий раз, когда девочка потеряла сознание, Божья Матерь передала ей записку. Ее содержание будущая блаженная унесла с собой в могилу, ни одного раза не раскрыв содержания Божьего послания.

После побоев оказалось, что у Матреши отнялись ноги, и она постоянно лежала на печи, проводя время в молитвах. Искалеченная девушка едва двигала руками, с трудом переворачиваясь на печи, но ее инвалидность не стала поводом для раскаяния матери, родные обозлились еще больше, ведь Матронушка стала обузой.

Еще читайте о блаженных:

  • Житие блаженной старицы Матроны Московской
  • Житие Андрея, Христа ради юродивого
  • Мощи святой блаженной Ксении Петербуржской

Дар исцеления

По мере усиливающейся немощи росло духовное состояние девушки, которая в 17 лет славилась в округе своей набожностью. Соблюдая все посты, Матрона каждый месяц просила привести к ней священника для исповеди и Причастия.

О своем даре исцеления больная девушка узнала совершенно случайно. Их соседа скрутил радикулит, да так, что тот не мог распрямиться. Зная о святости и великой вере Матреши, к которой в селении относились с сочувствием, мужчина пришел к немощной и попросил помолиться. Девушка положила на него руку и попросила Бога об исцелении, которое мгновенно наступило.

Вскоре все окружные села знали о чудесном даре, к дому Беляковых потянулись страждущие, каждый нес какое-то подношение, которое забирали родственники.

После смерти родителей больную, слепую Матронушку переселяют к племяннику Матвею, который отличался добротой и богобоязненностью. Соседи, слышавшие о даре слепой калеки, не боясь Бога, в пылу антирелигиозного движения начали издеваться над детьми Матвея, унижать и оскорблять их, что очень ранило в первую очередь святую блаженную целительницу.

Икона святой Матроны Анемнясевской

Матрона после побоев матери перестала расти, рост женщины был не более метра. Осень и зиму ее кроватка стояла в крестьянской избе, отгороженная пологом, а весной и летом — в сенях. Никому, кроме доброго Матвея, не было дела до состояния слепой. Только после того, как маленькое тельце после капающего с крыши дождя полностью покрывалось льдом, блаженную переносили в дом, боясь потерять доход. Никто никогда не слышал нареканий со стороны больной.

Терпением, смирением и безропотностью заслужила святая Матронушка дар от Бога:

  • дерзновенную молитву;
  • прозорливость;
  • чудотворение.

К открытой и непосредственной целительнице толпами шел народ. Некоторые часами могли выговариваться перед смиренно слушающей девушкой, облегчая свою душу. Получив напутствие после искреннего покаяния, люди совершенно другими возвращались в мир. Помогала Матреша и больным, от которых отказалась официальная медицина.

Великий пост 1933 года заметно переменил Матронушку. Ранее всех жалеющая и помогающая каждому, святая перестала вникать в каждое горе и вести беседы, выслушивая жалобы, после Воскресения Господнего земная жизнь перестала ее интересовать.

О духовных же вопросах блаженная Анемнясевская вела многочасовые беседы, при этом от нее как бы исходил Божественный свет.

Интересно! По легенде именно в это время состоялось тайное пострижение Матроны в монахини саровскими монахами с именем Мардария, но исторических записей, кроме слов самой блаженной, нет.

Отец Николай Правдолюбов и матушка Пелагея Ивановна постоянно посещали лежачую провидицу, вели с ней беседы о тяжести жизни и необходимости со смирением и терпением все переносить. Матрона очень любила чтение Святого Писания, знала многие тексты наизусть, но уклонялась от рассказов о личной жизни, несмотря на того, что отец Николай взялся описать ее жизнь.

Уголовное дело и арест

Братья Правдолюбовы, священники, взялись за составление жизнеописания святой Матроны, записывая случаи исцелений, видений.

Чем не угодила блаженная Матронушка одному из горожан Касимова, история не сохранила, но по его доносу в 1935 году «больной выродок Матрона Белякова и попы Правдолюбовы» были арестованы, им инкриминировали антисоветскую и антиколхозную деятельность. Вина «вредного элемента» Беляковой состояла в том, что ее святость плохо влияла на темные массы, препятствовала процессу коллективизации.

Икона Матроны Анемнясевской в Троицком храме

Слепую провидицу, о силе которой составлялись легенды, большевики не решились тронуть, но был приказ доставить больную через Рязань в Москву. Для этого из столицы была отправлена специальная машина.

Вынести блаженную взялся председатель местного сельского совета, при этом удивившегося легкости женщины, на что та сказала, что скоро и его дети станут легкими. Удивительно, но после ареста юродивой, председательские дети перестали расти, а сам он заболел, долго мучился сильнейшими болями, покаялся и умер.

Год, проведенный в Бутырской тюрьме, подарил многим заключенным знакомство с истинной верой, акафистами и молитвами, полученными при знакомстве с блаженной Матреной Беляковой. Закрыть ей рот надзиратели не могли, убить побоялись, поэтому отправили в психбольницу, признав психически больной.

Смерть и канонизация

16 июля 1936 года сердце святой, кроткой, смиренной Матроны Анемнясевской перестало биться.

Она была похоронена на кладбище во Владыкино. В 1970 году строительство автострады по плану должно было пройти через кладбище, поэтому мощи блаженной перезахоронили на Долгопрудненском некрополе, но место захоронения оставалось неизвестным. Точно установить место святой помогла простая случайность.

Могила Матроны Анемнясевской

Священника Бориса Кондратьева, отпевавшего инокиню в 1936 году, дедушку одной москвички перезахоронили одновременно с исповедницей. Их могилы оказались рядом, о чем женщина и сообщила администрации Долгопрудненского кладбища в 2000 году. Над могилой провидицы соорудили часовню.

Важно! В 2000 году Лик всероссийских святых пополнился новомучениками исповедниками — блаженной Матроной и братьями Правдолюбовыми, Николаем и Владимиром, составителями жизнеописания блаженной.

О чем просят Матрону Анемнясевскую

Святой образ Матроны Анемнясевской является святыней храма Живоначальной Троицы. К ней часто в качестве подарка благодарные прихожане приносят фигурки бабочек, ибо в детстве святая очень любила ими играть, пока не ослепла.

Любила Матронушка принимать в дар камни со святых мест, насобирала их целый мешок и перебирала своими слабыми ручонками, порой кладя на грудь.

Слабая, слепая и неподвижно лежащая женщина никогда не жаловалась на жизнь, смиренно принимала все испытания и поругания, оставаясь примером духовного подвига для будущих поколений, для нас, сильных и здоровых, всегда чем-то недовольных.

Храм в честь святой блаженной Матроны Анемнясевской

Кротостью и смирением, которым можно поучиться у Матроны Анемнясевской, можно самый тяжелый жизненный камень превратить в легкое бремя Христа. Житие Матроны Анемнясевской было наполнено болезнями, пренебрежением родных, издевательством властей и любовью тех, кому святая помогла преодолеть боль, выйти из сложной ситуации.

Тропарь блаженной Матроне Анемнясевской Касимовской читают:

  • женщины, мечтающие о ребенке;
  • беременные женщины;
  • матери, дети которых попали в сложные жизненные ситуации.

Яко зарница небеснаго огня возсия в рязанстей стране блаженная старица святая Матрона, еяже память днесь творяще, воспоим Христа Бога, моляще Его даровати нам тоя предстательством в болезнех, бедах и скорбех терпение, и душам нашим велию милость.

Помогает блаженная Матронушка и неизлечимо больным, часто перечеркивая все вердикты знаменитых врачей.

Важно! Православные верующие воздают дань памяти святой Матронушки Анемнясевской 9 февраля, в день Собора новомучеников и исповедников Церкви русской и 23 июня — В Соборе Рязанских святых.

Посмертные помощь и чудеса

Протоиерей Сергей Правдолюбов, ставший настоятелем храма Святой Троицы в Троицком-Голенищеве, утверждает, что от материнской молитвы пространство вокруг расширяется, и чувствуются особые волны. Людская молва распространяется быстрее всех сообщений СМИ, так и до рабы Божьей Евгении дошли свидетельства о помощи блаженной Матронушки Касимовской.

Читайте о чудесах:

  • Чудеса и помощь Божьей Матери
  • Чудеса святителя Николая в наши дни
  • Чудо схождения Благодатного огня

Дело в том, что сын Евгении занялся воровским делом, попал под суд. Мать есть мать, она пошла в храм и долго молилась, прося матушку Матрону помочь и наставить сына на путь истинный. Сын получил срок, кстати, вдвое меньший, чем просил прокурор, отсидел, вышел на свободу и, несмотря на угрозы подельников, встал на путь нормальной жизни.

Интересно! В записках братьев Правдолюбовых имеется множество свидетельств, как прижизненных, так и после смертных случаев исцелений и чудес, происходящих с людьми после молитв блаженной.

Некая женщина страдала радикулитом, да так, что не могла встать с постели. Наполненная желанием пойти в храм на богослужение, больная стала искренне молиться Матроне Анемнясевской, в один момент почувствовала жар во всем теле и огромное облегчение. Она легко встала с постели и пошла в церковь.

Священнослужители церкви Живоначальной Троицы восемь лет были женаты, но детей не имели. После молитвы у иконы блаженной у Анатолия и Иванны родилась прекрасная дочурка.

Матрона Анемнясевская

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *