Палеолит, что это?

Вопрос: найдены ли большие дубины, с которыми часто изображают пещерных людей?

Ответ: А я не знаю! (смеется) Думаю, что нет. Дубины большие не найдены, но найдены орудия из дерева. Есть орудия из дерева, я имею в виду средний палеолит, из классических памятников это немецкие торфяники, вот недавно в Италии в одной из пещер были найдены такие изделия. Но это не дубины! Размеры разные: вот в торфяниках Германии, до 2-2,5 метров — это рогатины. Рогатины, прекрасно сохранившиеся в торфяниках. Это стоянки Шенниген, Леринген. А в Италии, по-моему, найдены какие-то палки, которые реконструируются авторами как палки-копалки. Но надо знакомиться дополнительно с этими вещами. Дубин нет. Пока. Будут — оповестим.

Вопрос: были ли у них игры с мячом и другим инвентарем?

Ответ: Честно сказать, насчет мяча cказать ничего не могу, по крайней мере, до Мезоамерики игры в мяч не были известны. Но это надо у специалистов спрашивать, не могу быть уверенным. Опять же, у кого у них? Обучение в процессе игры известно и у приматов. Поэтому игра всегда сопутствовала человеку и его предковым формам. Играли все: и дети, и взрослые. Что такое игра? Это фантазия! А фантазия — это двигатель прогресса. Безусловно, они играли. В свидетельства об изделиях для игры маленького размера и сделанных кривыми детскими ручонками я не особенно верю. Но дело в том, что у нас есть свидетельства из верхнего палеолита — найдены совершенно не утилитарные вещи. Можно предположить, что эти вещи носили какой-то исповедальный характер, но можно с той же степенью уверенности сказать, что это были и игрушки. Вот, например, знаменитые так называемые «шахматные фигурки» из Костенок. У нас нет прямых свидетельств игры, но у нас есть множество косвенных данных, которые говорят о том что да, такое было. Безусловно, любой образовательный процесс немыслим без игры. Вот и все. Так, чтобы мы нашли какой-то конструктор «собери сам копье» из нескольких составных частей, да еще с инструкцией — такого, конечно, нет, но, тем не менее, есть некоторые свидетельства, которые могут говорить об этом.

Вопрос: как быстро надо съесть мамонта, пока он не испортился при отсутствии холодильника?

Ответ: Если отвечать на этот вопрос серьезно — то существуют разные технологии сохранения пищи длительное время. Если на вас каким-то образом сваливается туша мамонта или шерстистого носорога, которого сразу вы один не съедите, вся семья ваша не съест, и все племя ваше не съест, то надо это все дело сохранить. Существуют технологии по сохранению: можно мясо вялить, можно солить, можно ферментировать, и оно тоже дольше сохраняется. Правда, это уже не мясо в привычном смысле слова, но тем не менее. Так что пролонгировать использование пищевого ресурса они умели, это важно понимать. Безусловно, у них были времена, когда они подвергались какому-то воздействию голода, это не золотой век, где с неба виноград сыпется круглосуточно. Какие-то технологии по пролонгации пищевого ресурса были. Кроме того, нельзя забывать довольно активную собирательскую деятельность. Потому что существует все больше и больше свидетельств того, что довольно активно использовались растения, содержащие крахмал. Причем они перетирались, из них что-то готовилось, может быть, они их как-то сохраняли на более длительный срок. Вот, кстати, Александр Николаевич Рогачев, наш отечественный исследователь, автор первой хроностратиграфии Костенковско-Борщевского региона, как раз и сформулировал идею о том, что это собирательство позволяло человеку длительное время не подвергать себя угрозе голодной смерти. Потому что они умели собирать пищевые ресурсы, умели их специальным образом готовить, и умели таким образом выживать. Сейчас все эти идеи проверяются с помощью современной трасологии на современном уровне, и в большинстве случаев находят свое подтверждение. То есть, не было так: мамонта забили, побежали, съели, то что не доели — бросили, дальше бегаем, ищем второго мамонта, потом третьего, нет мамонтов — умерли с голода. Нет. Была стратегия поведения, направленная на выживание. А раз это стратегия — значит, она многосоставна, значит, люди понимают: если я не сделаю этого, то будет то, значит, я должен сделать это. Здесь масса причинно-следственных связей, система, которая работает вот в этом биоценозе, в этом климате и с этими технологиями. И если что-то из сделанного неадекватно конкретной системе — наступает либо поломка, либо полный крах.

Вопрос: существовали ли каменные сковородки?

Ответ: Каменные сковородки, наверное, существовали. А может, и нет. Есть очень известная вещь — пицца итальянская. Итальянские пастухи, плоский камень, разводится огонь, и на этом камне что-то жарится. Это элементарный пример использования плоского камня для приготовления очень простой еды. Есть так называемые «нагревательные камни», которые использовались первобытным человеком для нагрева воды: они раскалялись и помещались в воду. Это одна из возможных реконструкций тех манупортов, которые мы имеем. Манупорт — камень из совершенно иного сырья, принесенный совершенно со стороны, на какую-то стоянку. Вот там, на стоянке, некая структура нами найдена, и в этой структуре у нас какие-то камни, происхождение которых нам не понятно. Но эти камни, они такой галечной формы, красивенькие-аккуратненькие, можно предположить что с их помощью происходил нагрев. А может быть, и нет. Дело в том, что у нас есть этнографические свидетельства, которые говорят, что в кожах это реально сделать. Или реконструкции археологические: реконструкция сейчас развита очень сильно, и реконструкторы это делают совершенно спокойно. Реконструкторами их называть несколько сложно, точнее это экспериментаторы археологические. Это действительно археологический эксперимент, который позволяет нам предположить, что технология такого процесса возможна. Осуществить его можно, но получить конкретное свидетельство того, что на этой стоянке этот конкретный камень использовали потому, что надо было нагреть воду до определенной температуры, довольно сложно. Но такие технологии, конечно, реальны, и они их, скорее всего, использовали. После того как выяснилось, что они варили смолу для закрепления копий в древках, предположить можно многие вещи, потому что эти люди были способны на очень на многое, поверьте. И сковородки — не самая сложная вещь, которую можно было придумать и использовать.

Вопрос: палеолетические венеры делались с натуры с женщин со стеатопигией или это просто символ плодовитости?

Ответ: Хороший вопрос. Я не знаю. И никто не знает, понимаете. Но, конечно, не с больных несчастных женщин. Вы понимаете, это на самом деле серьезная вещь. Это, безусловно, знаковая деятельность первобытных людей, в данном случае верхнепалеолитических охотников граветтской эпохи. Безусловно, так как это знаковая деятельность, к ней нужно подходить с точки зрения науки, занимающейся изучением знаковой деятельности — семиотики. Можно без нее, тогда это будет детальное описание внешнего вида этих статуэток. Может быть замечательный искусствоведческий анализ, примеры этому в большом количестве уже существуют. Технологии изготовления этих статуэток существуют, они изучены, например, Марианна Давыдовна Гвоздовер в отечественной литературе этим занималась. Есть специалисты, которые занимаются этим профессионально. Из ныне живущих отечественных специалистов можно назвать Геннадия Адольфовича Хлопачева, Марию Николаевну Желтову и еще нескольких исследователей. Но понимаете, изучение технологий их изготовления не будет ответом на вопрос: «зачем они делались?». Чтобы выяснить, зачем они делались, нужно подходить с другой стороны, а это уже совершенно другая наука, в этом надо разбираться. Можно фантазировать до бесконечности: говорить, что это были амулеты, которые они носили с собой со стоянки на стоянку, что это были портреты любимых женщин каждого конкретного охотника. Стилистически у них приблизительно одинаковая конструкция, но все-таки разница есть. Разница эта бросается в глаза: например, мальтинские статуэтки не похожи на виллендорфские, виллендорфские не вполне похожи на гагаринские статуэтки, гагаринские не похожи на хотылевские и так далее. Это вопрос к специалисту, а я таковым не являюсь. Я статуэтками никогда не занимался и, наверное, не буду. Но, еще раз повторюсь, я бы ставил вопрос иначе. Эти вещи нужно изучать в контексте изучения символической деятельности, искусствоведческим анализом и анализом технологий тут не обойдешься. Это совсем другая, фундаментальная история. Это мое личное мнение, я никому его не навязываю.

Вопрос: Пещерные люди носили обувь или ходили босиком?

Ответ: Никаких свидетельств того, что они ходили в обуви нет, к сожалению… Есть свидетельства того, что они ходили босиком: следы в большом количестве. Но в последнее время возникло большое количество находок швейных принадлежностей, таких, как иглы. Возраст которых, например, по денисовой пещере, около 50 тысяч лет, на секундочку. Тут, конечно, можно предполагать всякое… Обувь не сохраняется с палеолитических времен. Как в принципе и 99 процентов органики. Ждем. Иглы есть, что будет дальше, не знаю. Безусловно, они до игл использовали всякие проколки в огромном количестве. Проколки известны — это такой универсальный типорудия, который известен еще с нижнего палеолита. В качестве проколок может использоваться любая заостренная часть из любого сырья. Но с развитием технологий палеолитических возникали специальные технологии по получению тонких заготовок. Которые потом можно было, слегка подретушировав, слегка преобразовав, использовать в качестве проколок. Это известно с ашельской эпохи. После ашельской эпохи – мустьерская эпоха, средний палеолит так называемый, где эти проколки уже оформляются в отдельный тип, в отдельную категорию изделий, дальше там они могут членится по типу, и так далее. Верхний палеолит, можно сказать, «расцвет» проколок. Предполагать, что проколки делались просто «от нечего делать», чтобы можно было тыкать кожу, смешно. Это все-таки крайне функциональная вещь, к тому же есть такая наука, как трасология, которая реконструирует использование этих проколок. Специалисты — трасологи могут это подтвердить и прокомментировать довольно подробно. Существуют целые наборы следов, которые остаются на проколках от специфического использования: прокалывание каких-то кож, структур мягких, но не дерева. От использования по дереву остаются свои следы, от использования по камню — свои. Это уже другой вопрос. Это касается обуви, собственно как и одежды.

В дополнение можно отметить, что в погребениях существует значительное количество, по которым можно реконструировать одежду этих людей. Как это выглядит? Вот, например, сунгирское погребение, их там три, вернее два. Одно парное и одиночное (мужчина). Они знамениты тем, что их на костяках огромное количество бисера, очень маленького бисера, сделанного из мамонтового бивня. То есть были специальные технологии изготовления этого бивня, сверление этого бивня и так далее, это тоже отдельный вопрос. И вот по расположению этого бисера на скелетах, безусловно, можно реконструировать одежду полностью, вплоть до обуви. Там вот обувь реконструируется. Но это уже верхний палеолит. Что касается среднего палеолита, таких примеров у нас пока нет. Что касается нижнего палеолита, тем более. Будем смотреть, ждать дальше.

Вопрос: Когда начали жарить мясо?

Ответ: Мясо начали жарить, тогда, когда, видимо, осознано стали использовать огонь. Хотя тут нет прямой закономерности, понимаете? Значит, использовать огонь и жарить мясо можно в любых подходящих условиях. Горит саванна, погибла антилопа, прожарилась, они ее съели. Жарили они мясо? Нет, не жарили. Они воспользовались тем, что им дала мать-природа. А вот уже осознанное использование огня — это памятники Южно-Французские, Терра-Амата, например, это такой вот хороший ашель порядка 400 тысяч лет, по-моему где-то 350 – это уже первые находки кострищ, первые находки зольников, каких-то объектов археологических в культурном слое, которые носят совершенно явное искусственное происхождение, антропогенное происхождение. В среднем палеолите это уже очень широко распространяется. Кострища уже получают объектное оформление, если можно так сказать, часто выкладываются какими-то дополнительными валунами. Иногда на границе среднего и верхнего палеолита, например, появляются первые ямки для кострищ. В верхнем палеолите ямы уже появляются для кострищ, уже появляются какие-то обкладки, например, очарных участков в Забайкалье, замечательные такие вещи на Титовской сопке известны, ну и так далее. Поэтому, собственно говоря, можно сказать, что с ашеля (с ашельской эпохи нижнего палеолита) человек уже осознанно начал как-то модернизировать охотничью добычу. Модифицировать ее для лучшей усваиваемости, по всей видимости. Это вопрос к палеодиетологом, их сейчас очень много, это популярное направление. Можно еще добавить, что использование огня в качестве, например, составляющей технологического процесса, разных технологических процессов — тоже довольно интересная вещь. Это замечательное направление, например, по разным технологиям обработки кремня. Дело в том, что кремень слегка меняет свои свойства, которые способствуют улучшению его пластичности в результате нагрева, если этот нагрев постепенный, но для разных видов кремния — это все по-разному, конечно, и потом постепенное остывание делает некоторые виды кремния более пластичными при расщеплении в дальнейшем. Первобытный человек это очень хорошо знал и активно использовал, начиная со среднего палеолита. Дальше, безусловно, использование огня достоверное — среднепалеолитические смолы всякие, которые должны были фиксировать, например, наконечник древки. Сейчас уже есть достаточное количество находок, которые подтверждают наличие этих смол, и химия этих смол реконструирована и известна. Например, замечательный памятник Кёнигзауэ в Германии, в Саксонии, который нам предоставил впервые эти виды смол, сделанные из берёзовой коры специальным методом, называется, по-моему, методом сухой возгонки: там целый химический процесс, который реконструировали немецкие специалисты, причём неоднократно, недавно вышла ещё одна публикация. Без доступа воздуха берёзовая кора складывается, потом обсыпается грунтом, и без доступа воздуха поджигается, и вот этот процесс даёт варианты такой вот смолы. Но, опять же, рецепты могут быть разными, но сам факт того, что огонь присутствовал не просто как средство, чтобы как-то что-то поджарить или сварить, или согреться, но и как составляющая сложных, извините, химических (в полном смысле этого слова) технологических процессов, — это уже говорит о том, что уровень развития этих людей был очень высок.

Вопрос: Стригли ли бороды неандертальцы?

Ответ: Я не знаю, стригли бороды неандертальцы или нет. Могу сказать, что сколами, которые получали неандертальцы, вполне можно и стричься, и, при определённом навыке, бриться. В известном фильме «Чапаев», Василий Иванович брился топором, насколько я помню. Соответственно, если человек бреется топором, почему нельзя бриться пластиной кремневой? Я думаю, что можно вполне. Так что проблем тут нет. Могли бриться, а могли и нет, не знаю.

Вопрос: Были ли у них имена?

Ответ: У кого у них? Понимаете, в палеолите у кого у них? У австралопитеков, у хомо сапиенсов? Всё это я бы связывал с зарождением символического мышления. Что такое имя? Имя — это тот же символ, собственно говоря, начало использования наименования в качестве знака, обозначающего что-то. Вот когда у человека (или у человекообразных, гоминид, — сейчас не будем говорить о нижней границе) возникла необходимость именовать, называть, указывать, обозначать в целом, вот тогда и возникли имена. И не важно, возникло имя у какого-то предмета или у конкретного индивида. Важно, что возник прецедент называния. Вот и всё. Надо выяснять, когда. До появления письменной истории мы проверить это практически не можем, только с помощью мифологии: этот родил этого, этот родил этого, этот родил этого. Паспортов у них не было. Но выяснить это можно с помощью вот таких методов.

Есть ещё одно знаменитое наименование из Дордони (кроме Фуа-Гра и Трюфелей) которое на слуху у всех с детства. Кро-Маньон. Кроманьонец, он же «пещерный человек», он же Хомо-Сапиенс. Наш с вами прямой предок. 30 000 лет назад гулял по этим благословенным местам, рисовал картинки в пещерах
физически был полностью нам идентичен, изготавливал орудия труда, сшивал шкуры в одежду, разговаривал и наверное пел, любил и ненавидел.
вот на снимке деревенька КроМаньон. Доступ в Ту Самую Пещеру закрыт, потому что от посетителей она начала разрушаться. У входа в пещеру построили музей Древней истории и национальный институт того же самого.
Самому пра-пра-(в периоде)человеку установлена статуя
широкоплеч, слегка сутул, на голове шкура саблезубого тигра.
Вот вы наверное спросите: Как же так? И Кроманьон, и фуа-гра, и бастиды, и замки, и трюфеля, и вина, и подсолнухи, и сплавы на каноэ, и много чего ещё в Дордони есть, а мы про неё до сих пор и слыхом не слыхивали?
И слава богу, что не слыхивали! — отвечу я. Зато здесь нет толп туристов с белыми глазами, здесь не живут олигархические жёны в изгнании, здесь нет самих олигархов, здесь нет соответствующей им инфраструктуры с надменными халдеями, здесь нет диких цен, здесь нет косматых немытых блогеров в зимних ботинках на сорокоградусной жаре…
Зато здесь есть всё остальное, что бы всё время приятно удивляться, как удобно и приветливо устроен мир, как всё вкусно и красиво.
можно и молча полюбоваться пейзажами…
Рокамадур
Ричард Первый — «Львиное Сердце» понимал что на такую красоту найдётся много охотников. Строил здесь Донжоны — это такие ещё недокрепости, просто сильно укреплённое укрытие. Пото-оо-ом уже придумали рвы, зубцы, башни и получились замки, а донжоны стали внутри них цитаделлями.
вот так вот по-рыцарски по-львиносердски уютненько внутри.
За любым поворотом в Перигоре может открытся такая картинка
ухоженое лесное озеро с песочным пляжем, с парковкой, ну и пивко прохладненькое рядом продаётся.
Куда же я еду то? Ага! В Гофр де Падирак. Природное чудо. Это такой стометровый провал в земле
откуда уже есть доступ в подземные пещеры. По подземным пещерам текут бирюзовые подземные речки, впадают в подземные голубые озёра, всё это природа украсила гигантскими красивейшими сталактитами и сталагмитами. Всё это люди красиво подсветили. Прямо декорации к «Семь Подземных Королей». Вот к сожалению снимать там нельзя поэтому вам придётся самим там побывать, что бы своими, такссать, глазами.
очередь где-то на часик, но оно того стоит. Потом полтора часа кататься на лодочке в прохладной пещере.
снизу звёзд не видать, зато люди в очереди очень маленькие и им жарко, а мне внизу хорошо.
Поехали обратно.
Здесь так живут не на показ, а для себя.
вот кто-то себе лестницу вырастил
А еду я ужинать в гродишко Сарла
как и все городки тут, этот уютный, приветливый средневековый, симпатичный
галерея для Эмо есть, а самих представителей не видел
Может этот? Но он не грустит, просто никуда не торопится, сидит-отдыхает.
Где то наверное есть ПТУ которое выпускае уличных актёров. И типажи и репертуар от города к городу по всей Европе не отличаются, как будто клонированые. Не любитель я.
И гуси
и гуси
Тем кто дотерпел-дочитал до этого местарасскажу про Фуа-Гра. Буквальный перевод «Печень-Жирная». Бывает гусиная, бывает утиная. Считается что у гусиной более тонкий вкус. Я ещё не настолько разбираюсь что бы отличать приготовленную на вкус. Цена раза в два разнится это да.
Настоящая Фуа-Гра — это нежнейший и вкуснейший продукт. Настоящая Фуа-Гра только свежая.
Всё что морженое, охлаждённое для длительного хранения, в вакуумных упаковках, консервированное, подмаринованое и т.д. — всё это к сожалению не Фуа-Гра.
Изначальный продукт настолько нежен, что любые действия с ним сильно влияют на его вкус. Так что все эти «Блок де фуа-гра», «марго де фуа-гра» и прочие консервы — это всё варианты печёночного паштета и не имеют ничего общего со вкусом Фуа-Гра.
Запаянная в полиэтилен масса, продающаяся в Москве по 700 руб/100 гр. тоже не фуа-гра уже ни разу. Не верьте этикеткам, а на сэкономленные деньги лучше съездите и попробуйте. Здесь это не дорого совсем.
Идеальна тёплая Фуа-Гра с Сотерном (это вино). Кусочки приготовленной фуа-гра (просто 30 сек обжаривают в сильно нагретом оливковом масле) можно класть на хлеб. Но никогда не намазывайте фуа-гра на кусок! Почему то это считается верхом неприличия.

Про то что птичек бедных мучают, что бы печень увеличилась — враньё. Птица не страдает. Она конечно страдает уже потом во время забоя, но окончательно и не более чем любые другие животные которых мы едим.
Гуси-утки, как известно, пищу не жуют, а заглатывают после еды мелкие камушки, которые проталкивают пищу по горлу и помогают ещё перемалывать-переваривать в желудке. Так вот во время «гаважа» — это трёхнедельный интенсивный откорм птицы во время которого печень увеличивается в десять раз, фермеры насильно впихивают кукурузу в глотку и массируют шею. Со стороны наверное смотрится ужасно, но на самом деле птице не больно. В этот период уткам-гусям не позволяют есть камушки и их метаболизм работает на увеличение печени. О как! А так вкусно очень, да.
ну всё уже 7 часов вечера. Надо занимать место в ресторане, а то тут все сидят вечером в ресторанах.
Пока!
Ч.1 Версаль
Ч.2 Париж
Ч.3 Замки Луары
Ч.4 город Тур
Ч.5 Коньяк
Ч.6 Аркашон-Атлантика
Ч.7 виноградники Бордо. Сен Эмильон
Ч.8 Перигор и Бастиды
фотосессия «В подсолнухах»
Ч.9 Замок Бейнак.
Ч.10 КроМаньон, Фау-Гра
Ч.11 Лимож, Орлеан

ПАЛЕОЛИТ — древ­ний ка­мен­ный век, пер­вая эпо­ха ка­мен­но­го ве­ка и ис­то­рии че­ло­ве­че­ст­ва в це­лом.

От па­лео… и греческого λίθος — ка­мень. Хро­но­ло­гические рам­ки палеолита по ре­зуль­та­там в основном ра­дио­изо­топ­ных ме­то­дов да­ти­ро­ва­ния: около 2,6 млн. — около 12-10 тыс. лет на­зад.

Тер­мин вве­дён Дж. Леб­бо­ком в 1865 году. Па­мят­ни­ки на тер­ри­то­рии Западной Ев­ро­пы из­вест­ны с 1820-х годов. В ши­ро­ком при­зна­нии существования эпо­хи, ко­гда лю­ди из­го­тав­ли­ва­ли ка­мен­ные ору­дия и бы­ли со­вре­мен­ни­ка­ми ря­да вы­мер­ших жи­вот­ных, важ­ней­шую роль сыг­ра­ла дея­тель­ность Ж. Бу­ше де Пер­та, Э. Лар­те и др. Лар­те соз­дал пер­вую пе­рио­ди­за­цию палеолита (1861 год), вы­де­лив эпо­хи: пе­щер­но­го мед­ве­дя; ма­мон­та и шер­сти­сто­го но­со­ро­га; се­вер­но­го оле­ня; зуб­ра и би­зо­на. Французский ис­сле­до­ва­тель Ф. Гар­ри­гу до­ба­вил к ним древ­ней­ший пе­ри­од — древ­не­го сло­на, но­со­ро­га Мер­ка и гип­по­по­та­ма.

Ос­но­ву ар­хео­ло­гической пе­рио­ди­за­ции палеолита за­ло­жил уче­ник Лар­те — Г. де Мор­ти­лье, пред­ло­жив­ший клас­си­фи­ци­ро­вать ка­мен­ные ору­дия по тех­ни­ке из­го­тов­ле­ния и фор­ме, вы­де­лив по на­бо­ру наи­бо­лее ха­рак­тер­ных форм на­хо­док (1869 год, позд­нее сис­те­ма до­ра­ба­ты­валсь) ниж­ний палеолит, с эпо­ха­ми Шелль, Ашель, Му­стье, Со­лют­ре, и верх­ний палеолит, со­от­вет­ст­вую­щий эпо­хе Мад­лен. К 1906 году А. Брёйль вы­делил ме­ж­ду Му­стье и Со­лют­ре эпо­ху Оринь­як, ко­то­рую под­раз­де­лил на ран­нюю (Ша­тель­пер­рон), сред­нюю и позд­нюю (Гра­ветт) ста­дии. Д. Пей­ро­ни в 1933 году объ­е­ди­нил Ша­тель­пер­рон и Гра­ветт в еди­ную куль­ту­ру — Пе­ри­гор­, а Оринь­як рас­смат­ри­вал как иную куль­ту­ру, су­ще­ст­во­вав­шую в это же вре­мя, что бы­ло важ­но ме­то­до­ло­ги­че­ски, как от­ход от «ли­ней­но­го» эво­лю­цио­низ­ма в по­ни­ма­нии куль­тур палеолита, хо­тя ны­не Ша­тель­пер­рон рас­смат­ри­ва­ет­ся как са­мо­сто­ятельная ин­ду­ст­рия, пред­ше­ст­вую­щая Оринь­я­ку и Пе­ри­гор­дь­е­ну. В 1950-1970-е годы в ре­зуль­та­те ис­сле­до­ва­ний Ли­ки и др. бы­ла от­кры­та древ­ней­шая эпо­ха — ол­ду­вай­ская (ол­до­ван, смотрите в статье Ол­ду­вай­ская куль­ту­ра).

Современная пе­рио­ди­за­ция и вы­де­ле­ние ло­каль­ных групп в рам­ках палеолита ос­но­вы­ва­ют­ся на за­ко­но­мер­но­стях раз­ви­тия тех­но­ло­гии рас­ка­лы­ва­ния кам­ня и вто­рич­ной об­ра­бот­ки за­го­то­вок (об­бив­ка, ре­тушь, под­тёс­ка, уп­ло­щаю­щие ско­лы, рез­цо­вые ско­лы), а так­же на ти­по­ло­гической ха­рак­те­ри­сти­ке ка­мен­ных ин­ду­ст­рий, пре­ж­де все­го — мор­фо­ло­ги­че­ски вы­ра­жен­ных ору­дий. Боль­шин­ст­во ис­сле­до­ва­те­лей де­лят палеолит Ев­ра­зии на ран­ний (ниж­ний; с под­раз­де­ле­ни­ем на ол­до­ван и Ашель, по но­вей­шим раз­ра­бот­кам да­ти­ро­ван­ный около 1,6 млн. — 250 тыс. лет на­зад), сред­ний (др. название — эпо­ха Му­стье, от около 250 до 40 — 29/27 тыс. лет на­зад), позд­ний па­лео­лит (с бо­лее дроб­ным чле­не­ни­ем на пе­рио­ды и куль­ту­ры).

Не­ко­то­рые спе­циа­ли­сты при­дер­жи­ва­ют­ся 2-член­ной схе­мы, объ­е­ди­няя ран­ний и сред­ний палеолит в один пе­ри­од — ран­не­го (ниж­не­го) палеолита. Для Аф­ри­ки ча­ще ис­поль­зу­ют др. пе­рио­ди­за­ции, в ко­то­рых палеолит со­от­вет­ст­ву­ют ран­ний и час­тич­но сред­ний пе­рио­ды ка­мен­но­го ве­ка. Для Аме­ри­ки вы­де­ля­ют па­лео­ин­дей­ский пе­ри­од, на­ча­ло ко­то­ро­го ста­ди­аль­но со­от­но­сит­ся с не­ран­ней ча­стью верх­не­го палеолита (смотрите в статье Ин­дей­цы). В Ав­ст­ра­лии древ­ней­шие па­мят­ни­ки ка­мен­но­го ве­ка по вре­ме­ни со­пос­та­ви­мы с кон­цом сред­не­го и верх­ним П. Ев­ра­зии.

По гео­ло­гической пе­рио­ди­за­ции на­ход­ки палеолита при­уро­че­ны к эо­п­лей­сто­це­ну и плей­сто­це­ну, ко­гда кли­мат, рас­ти­тель­ный и жи­вот­ный мир, осо­бен­но в бо­лее се­вер­ных ши­ро­тах, за­мет­но от­ли­ча­лись от со­вре­мен­ных . Палеолит — вре­мя су­ще­ст­вова­ния древ­ней­ших ви­дов Homo (смотрите в статье Ан­тро­по­ге­нез).

Ос­нов­ные осо­бен­но­сти куль­ту­ры. Спо­со­бы до­бы­чи пи­щи в палеолите бы­ли ог­ра­ни­че­ны со­би­ра­тель­ст­вом и охо­той, фор­мы и удель­ный вес ко­то­рых су­ще­ст­вен­но раз­ли­ча­лись в за­ви­си­мо­сти от при­род­ных ус­ло­вий и на­рас­таю­щих воз­мож­но­стей че­ло­ве­че­ских со­об­ществ. В позд­нем палеолите бы­ла одо­маш­не­на со­ба­ка.

Важ­ней­шим ма­те­риа­лом для из­го­тов­ле­ния ору­дий был ка­мень. Про­гресс в об­ра­бот­ке ка­мен­но­го сы­рья ха­рак­те­ри­зу­ет ус­лож­не­ние тех­но­ло­гии рас­ка­лы­ва­ния: от про­стой об­бив­ки до ис­поль­зо­ва­ния ста­ди­аль­ной ути­ли­за­ции спе­ци­аль­но под­го­тов­лен­ных нук­ле­усов, что­бы по­лу­чить мак­си­маль­но стан­дар­ти­зи­рованной за­го­тов­ки нуж­ных раз­ме­ров и очер­та­ний. Раз­ви­тие тех­ни­ки вто­рич­ной об­ра­бот­ки про­яв­ля­лось в уве­ли­че­нии раз­но­об­ра­зия её приё­мов (мак­си­маль­ное в Му­стье, ран­ней и сред­ней по­ре верх­не­го палеолита) в за­ви­си­мо­сти от ти­па об­ра­ба­ты­вае­мой за­го­тов­ки: ре­ту­ши­ро­ва­ние, под­тёс­ка, утонь­ше­ние за­го­тов­ки, тех­ни­ки крае­во­го и рез­цо­во­го ско­ла и др. С верх­не­го палеолита за­фик­си­ро­ва­на по­ли­ров­ка кам­ня. Оп­ре­де­лён­ная стан­дар­ти­за­ция вто­рич­ной об­ра­бот­ки в позд­нюю по­ру верх­не­го палеолита свя­за­на с воз­рос­шей стан­дар­ти­за­ци­ей са­мих за­го­то­вок.

До­воль­но ши­ро­ко при­ме­ня­лись кость, рог, в ря­де куль­тур — бив­ни ма­мон­тов. Объ­ек­тив­ную кар­ти­ну ис­поль­зо­ва­ния де­ре­ва и др. ор­га­нических ма­те­риа­лов труд­но пред­ста­вить из-за их пло­хой со­хра­няе­мо­сти в сло­ях боль­шин­ст­ва ар­хео­ло­гических па­мят­ни­ков. По­лу­ча­ют раз­ви­тие слож­ные ви­ды ору­жия: к Му­стье от­но­сят­ся древ­ней­шие сви­де­тель­ст­ва о бо­ла; в позд­нем палеолите бы­ли изо­бре­те­ны копь­е­ме­тал­ка, лук. С позд­не­го палеолита за­фик­си­ро­ва­но ис­поль­зо­ва­ние рас­тительных во­ло­кон, пле­те­ние, вя­за­ние, тка­че­ст­во. В позд­нем палеолите в не­ко­то­рых рай­онах Даль­не­го Вос­то­ка по­яви­лась ке­ра­ми­ка. Пред­ме­ты из обож­жён­ной гли­ны, в т. ч. про­из­ве­де­ния искусства, бы­ли об­на­ру­же­ны на сто­ян­ках Восточного Гра­вет­та на тер­ри­то­рии Мо­ра­вии.

Важ­ней­шие по­след­ст­вия в боль­шин­ст­ве об­лас­тей че­ло­ве­че­ской жиз­ни име­ло ос­вое­ние ог­ня. Воз­мож­но­сти рас­се­ле­ния че­ло­ве­ка на различных тер­ри­то­ри­ях по­вы­си­ло строи­тель­ст­во ис­кус­ст­вен­ных жи­лищ, появление сши­той оде­ж­ды; их ти­пы, сло­жив­шие­ся в палеолит, со­хра­ня­ют­ся в тра­диционной куль­ту­ре ря­да на­ро­дов.

С Му­стье из­вест­ны дос­то­вер­но за­фик­си­ро­ван­ные по­гре­бе­ния лю­дей (Спи, Ла-Ша­пель-о-Сен, Ле-Му­стье, Ла-Фер­ра­си, Ре­гур­ду, Ки­ик-Ко­ба, Мез­май, Те­шик-Таш, Ша­ни­дар, Ке­ба­ра, Схул, Каф­зех и др.), что яв­ля­ет­ся не­со­мнен­ным сви­де­тель­ст­вом слож­ных пред­став­ле­ний о за­гроб­ной жиз­ни (смотрите так­же По­гре­бе­ние). С позд­не­го палеолита из­вест­ны и по­гре­бе­ния с бо­га­тым ин­вен­та­рём (например, Сун­гирь, Кос­тён­ки 15). Ряд па­мят­ни­ков Му­стье (Дра­хен­лох) и верх­не­го палеолита (например, Мон­тес­пан) обос­но­ван­но рас­смат­ри­ва­ют как сле­ды слож­ных куль­тов. С об­ря­до­вой прак­ти­кой свя­зы­ва­ют изо­бра­же­ния в пе­ще­рах и ряд др. па­мят­ни­ков пер­во­быт­но­го ис­кус­ст­ва.

Древ­ней­шие ук­ра­ше­ния и зна­ки от­но­сят­ся к Аше­лю, в т. ч.: рит­мич­ная гра­ви­ров­ка на фраг­мен­те кос­ти из Биль­цин­гс­ле­бе­на (Гер­ма­ния); бу­си­ны из фраг­мен­тов ока­ме­не­лых гу­бок (Бид­ден­хем, Анг­лия) и др. С конца Аше­ля из­вест­ны еди­нич­ные ан­тро­по­морф­ные изо­бра­же­ния из кам­ня . С Му­стье из­вест­ны музыкальные ин­ст­ру­мен­ты, например кос­тя­ные флей­ты в Мо­ло­до­ве. Дру­гая ран­няя флей­та бы­ла най­де­на при рас­коп­ках пе­ще­ры Хо­ле-Фельс (Гер­ма­ния, ран­ний верх­ний палеолит, около 35 тыс. лет на­зад). Раз­ви­тое изо­бра­зи­тель­ное искусство фик­си­ру­ет­ся с Оринь­я­ка, в верх­нем палеолите оно пред­став­ле­но на­скаль­ной жи­во­пи­сью, ба­рель­е­фа­ми (Лос­сель, Рок-де-Сер, Кап-Блан, Англь-сюр-л’Ан­глен, Ла- Ма­гда­лен во Фран­ции), мел­кой пла­сти­кой (в т. ч. «Ве­не­ры па­лео­ли­та»), гра­ви­ров­ка­ми на кам­не и кос­ти, в т. ч. изо­бра­же­ния лю­дей, жи­вот­ных, рас­те­ний, ор­на­мен­таль­ные мо­ти­вы (например, Кос­тён­ки I, Ав­дее­во, Ме­зин, Ели­сее­ви­чи в Восточной Ев­ро­пе; Ла-Фер­ра­си, Лез-Эзи, Ис­тю­риц, на тер­ри­то­рии Фран­ции). Реа­ли­стич­ные изо­бра­же­ния, пред­став­лен­ные в жи­во­пи­си пе­щер на тер­ри­то­рии Южной Фран­ции и Северной Ис­па­нии (Шо­ве, Аль­та­ми­ра, Ком­ба­рель, Лас­ко, Ньо, Трёх Брать­ев пе­ще­ра, Пеш-Мерль, Фон-де-Гом и др.), Южного Ура­ла (Ка­по­ва пе­ще­ра, Иг­нать­ев­ская пе­ще­ра), счи­та­ют­ся од­ной из вер­шин ми­ро­во­го искусства.

Содержание

Я.А. Шер. Археология изнутри. Научно-популярные очерки

Вы находитесь: Археология.PУ => Библиотека => Научно-популярная литература

Введение, или «тайны» и «загадки» археологии» | Археологические памятники | Пещеры без тайн

Пещеры без тайн. Пеш-Мерль, Куньяк и Труа Фрер

Предисловие и Альтамира | Комбарелль и Ляско | Пеш-Мерль, Куньяк и Труа Фрер | Нио и Руффиньяк | Шове и Коске

Пеш-Мерль и Куньяк

После ночлега в очень живописном городке Марсильяк с его многочисленными старинными домами, шатле и средневековой церковью, мы отправились дальше на юг в соседнюю долину р. Ло (одноименный департамент). На восточном склоне холма Пеш-Мерль находится одноименная пещера, открытая в 1922 году двумя подростками Андрэ Давидом и Анри Дютертром. Она представляет собой основную часть системы ближайших друг к другу пещер. Сейчас здесь создан музей-заповедник (рис. 3.51).

Рис. 3.51. Пещера Пеш-Мерль, юг Франции, департамент Ло. На холме у входа в пещеру находится Музей Амедео Лемози, созданный в 1934 году аббатом Лемози. В то время он находился в местечке Кабрере, в 2,5 км от Пеш-Мерль, в средневековом замке, принадлежавшем М. Лебоди, меценату, с чьей помощью был организован музей. В 1964 году владелец продал замок, а музейные коллекции передал в дар коммуне Кабрере для нового музея. Через семнадцать лет, 5 апреля 1981 года, было открыто новое здание, построенное по современному конструктивистскому проекту. Желтая извилистая линия обозначает приблизительные контуры пещеры (по: Lorblanchet, 1982/83)

Рис. 3.52. Мишель Лорбланше – французский археолог, крупный специалист по искусству эпохи палеолита, автор многих публикаций, в том числе книги «Рождение искусства» (Lorblanchet, 1999), хранитель музея и пещеры Пеш-Мерль

Коллекции музея в полной мере отражают деятельность древнего человека, его обыденную жизнь, его отношение к смерти и творчество. Экспозиционные залы по периметру окружают небольшой, уютный кинозал, где демонстрируются кино-, видео- и слайдфильмы научно-популярного характера. Рядом с музеем по специально построенной лестнице можно спуститься к пещере. Вместе с пещерой музей образует Центр изучения первобытной культуры Пеш-Мерль. Научным хранителем музея и пещеры является Мишель Лорбланше, крупный специалист по первобытному искусству (рис. 3.52), автор двух фундаментальной монографий, ряда популярных книг и статей по этой тематике. Количество подобных центров, где бы сочеталась успешная музеефикация реального памятника первобытности с высокопрофессиональным научным учреждением постепенно растет в Европе, да и в мире в целом, но пока еще их немного. Можно вспомнить небольшой, но замечательный музей у пещеры Альтамира; заповедник Монбего в Долине Чудес на юге Франции, Валь камоника на севере Италии, Альто в Норвегии, национальный парк «Какаду» в Австралии и др.

Соединив в одно целое памятник первобытного искусства и музей такого уровня, можно решить сразу две задачи: научный персонал живет и работает в непосредственной близости от памятника, а посетители музея могут наиболее полно представить себе жизнь древнего человека во всем ее многообразии.

Рис. 3.53. Пещера Пеш-Мерль. Изображения мамонта можно считать бесспорным доказательством их принадлежности к эпохе верхнего палеолита. Но они встречаются не во всех пещерах. Например, в Альтамире их нет, и отчасти, поэтому поначалу было столько споров о древности этой живописи. В Пеш-Мерль теперь уже есть и датировки по радиоуглероду (23610 ± 350; 22750 ± 390; 25120 ± 390; 19300 ± 270), свидетельствующие как о самом возрасте живописи, так и о том, что между созданием разных изображений иногда проходило много времени (по: Lorblanchet, 1988)

Рис. 3.54. Лошади «в яблоках» – одна из самых популярных фресок из Пеш-Мерль, которая многократно издавалась. Выше лошадей и перед левой лошадью видны отпечатки кистей рук, сделанные способом, который французы называют «суффляж», т.е. набрызгивание краски на плотно приложенную к плоскости кисть руки. Самое простое набрызгивание в данном случае это – набрать в рот жидкую краску и дунуть, как это иногда делают хозяйки при глажении белья. Краска черная. Анализ показал, что черную краску готовили либо из древесного угля, либо из растертых комьев окиси марганца. Если набрать в рот краску, сделанную на основе угля, никаких последствий не будет. Если же – окись марганца, человек мог умереть. Есть пища для размышлений о ритуале, который мог иметь и смертельный исход

Ширина галерей пещеры Пеш-Мерль в среднем равна 10 м., а высота сводов часто достигает от 5 до 10 м общая протяженность более 700 м. В пещере два яруса, но изображения видны только на нижнем «этаже». Протяженность занимаемых ими плоскостей примерно равна 300 м. Это живописные и графические изображения мамонтов (рис. 3.53), лошадей в «яблоках» (рис. 3.54), контуры ладоней и различные знаки. В отдельных пещерах, в том числе и в Пеш-Мерль, нам разрешали фотографировать, чем я немедленно воспользовался.

Кроме рисунков животных, здесь можно увидеть и антропоморфные изображения, некоторые из них довольно реалистичны. Всего на стенах пещеры насчитывается около 700 изображений. Первобытные люди оставили свой след не только на стенах пещеры: на ее полу видны отпечатки детских ног, кусочки древесного угля, остатки оленьей лопатки и три кремневых предмета: резец, лампа и обтесанный камень. Все эти находки относятся ко времени верхнего палеолита. Редкие следы, оставленные человеком на полу пещеры говорят о том, что она не была обитаема. Пещера Пеш-Мерль, по-видимому, была лишь свидетелем коротких визитов древних людей.

Рис. 3.55. Примерно так выглядел способ «суффляж» по реконструкции, представленной на рекламе грота «Газель» (Дордонь, www.rocdecazelle.com)

Рис. 3.56–57. Пещера Куньяк. Недалеко от Пеш-Мерль, примерно в 40 км на северо-запад, находится не менее интересная пещера Куньяк. Здесь есть большой фриз с изображениями вымерших оленей-мегацеросов. Два крайних левых оленя считались единой композицией (первый с рогами – самец и безрогая самка). Но радиоуглеродные датировки показали их разновременность, а также позднейшие подновления в некоторых местах

Одна из загадок Пеш-Мерль пока не получила объяснения. На ее стенах, как и в других пещерах, встречаются отпечатки ладоней. Некоторые из них сделаны способом набрызгивания выдуванием жидкой краски изо рта через полую тростинку, как на рис. 3.55 слева. Такие черные ореолы брызг вокруг ладони могут быть сделаны путем размешивания в воде мелко толченого древесного угля или оксида марганца. Лорбланше взял крошечный соскоб краски с одного из черных отпечатков и отдал на химический анализ. Оказался оксид марганца. Водная суспензия из угля безвредна для человека. Но использование таким образом оксида марганца может иметь смертельный исход.

Датировка росписей из Пеш-Мерль: 23.610±350, 22.750±390, 25.120±390 л. н. В 1984 г. были получены даты образцов из шурфов перед «лошадью в яблоках» (11.380±390 л. н. и перед «черным фризом» 11200±800 л. н.), а недавно было датировано изображение лошади – 19.300±270, метаподия оленя – 18.400±350 и другие образцы: 11.380±390, 11.200±800.

Недалеко от Пеш-Мерль, примерно в 40 км на северо-запад, находится не менее интересная пещера Куньяк. Здесь есть большой фриз с изображениями вымерших оленей-мегацеросов (рис. 3.56). Два крайних левых оленя считались единой композицией (первый с рогами – самец и безрогая самка). Но радиоуглеродные датировки показали их разновременность, а также позднейшие подновления в некотороых местах (рис. 3.57).

В начало страницы

Труа-Фрер (пещера Трех Братьев) и Тюк д’Одубер

Рис. 3.58. Братья Бегуэны – открыватели пещер Тюк д’Одубер и Труа Фрер: слева направо Макс, Жак и Луи, 1913 г.

Рис. 3.59–59а. Вход в пещеру Тюк д’Одубер в 1913 г. То же в 1990 г. Ручей заметно обмелел

Рис.3.60–60а. Тюк д’Одубер. Горельеф – два бизона. Глина, наибольшие размеры 61 и 63 см. Телеграмма графа Бегуэна Эмилю Картальяку «Мадленцы моделировали из глины. Бегуэн»

На следующий день мы продолжили наше путешествие на юг и примерно через 160 км оказались в департаменте Арьеж. Некоторое время пришлось искать имение Пижоль, которое оказалось в стороне от дороги, в лесу. Наконец мы подъехали к скромному небольшому замку, сложенному из известняка. К нему примыкают, некоторые надворные постройки. Стены замка густо увиты плющом, а сам он стоит в густом то ли лесу, то ли в саду, среди деревьев и поэтому не очень заметен с дороги. Пижоль – фамильное имение Бегуэнов. У графа Анри Бегуэна – известного историка-археолога было три сына Макс, Жак и Луи (рис. 3.58). В 1912 г. они открыли пещеру Тюк д’Одубер (рис. 3.59 – 3.59а), а в 1914 – Труа Фрер. Отсюда и название – «Пещера Трех Братьев».

Нас приветливо, с истинно графским достоинством, которое прекрасно сочетается с интеллигентной простотой и учтивостью, встретил Робер Бегуэн – внук Анри и сын Луи Бегуэна. Вежливо осведомившись о том, как мы доехали и долго ли искали, он повел нас в небольшой музей, устроенный в одной из пристроек к замку. Робер не только наследственный владелец имения с расположенными здесь пещерами, но и, в переводе на нашу номенклатуру научных должностей, старший научный сотрудник SNRS, хранитель и исследователь пещерной живописи и музея, автор ряда книг и статей по первобытной культуре.

В музее, кроме археологических находок, можно было увидеть фотографии представителей старших поколений Бегуэнов, образцы газет тех времен и телеграмму Бегуэна-старшего Эмилю Картальяку о находке знаменитых бизонов в Тюк д’Одубер (рис. 3.60). Картальяк немедленно ответил, что приедет в ближайшее воскресенье. За ним последовал Брейль. Помещение музея сохраняет облик старины: старые витрины, мебель начала века, внутренняя отделка под «сарай» и т. п. Здесь же был представлен кабинет Бегуэна-старшего. Все в этом помещении создавало ощутимую ауру начала ХХ века. Здесь постоянно бывал А. Брейль, П. Тейяр де Шарден, Э. Картальяк и другие известные археологи.

В обеих пещерах обнаружен культурный слой толщиной от 10 до 60 см (для верхнего палеолита это немало). В витринах выставлены муляжи найденных здесь предметов мелкой пластики, включая глиняных бизонов. Оригиналы этих изделий хранятся в Музее Человека в Париже (рис. 3.61). Очень интересна фотограмметрическая копия пары бизонов, передающая мельчайшие подробности рельефа поверхности.

После музея мы зашли в помещение, где хранились комбинезоны, резиновые сапоги и каски с шахтерскими лампами на них. Облачившись в эту «спецодежду», мы отправились в пещеру Труа Фрер. Сейчас, вспоминая эту поездку 17-летней давности, я могу уверенно сказать, что самое глубокое впечатление у меня осталось от Труа Фрер. Даже Ляско-оригинал не выдерживает сравнения. Дело в том, что Робер Бегуэн – владелец пещеры и профессиональный исследователь первобытного искусства – оказался категорическим противником «облагораживания» внутреннего пространства пещеры.

В этом состоит основное отличие пещер Труа Фрер и Тюк д’Одубер от большинства остальных. В Руффиньяк проложена узкоколейка, в Пеш-Мерль, Куньяк, Виллар и во многих других пещерах проложены мостки с перилами, работает автоматическое освещение, которое как бы сопровождает вас при переходе из одной части пещеры в другую и т. п. Все это создает комфортные условия для туристов, но при этом исчезает едва ли не самое главное – впечатление от непосредственного прикосновения к культуре ушедших десятков тысячелетий.

Пещеры Труа Фрер и Тюк д’Одубер сохраняются такими же, какими они были десятки тысяч лет тому назад, если не считать стальной решетки на входе. Редкие специалисты, которым разрешен доступ в пещеру, облаченные в «спецодежду» отправляются в ее глубину. В некоторых местах нам приходилось проползать сквозь узкие проходы на четвереньках через лужи. Единственный современный предмет во всей пещере это – старый стул с продавленным сидением в зале «колдуна», на котором сидел аббат Брейль, копируя изображения.

Рис. 3.63-64. Труа Фрер. В одной из полостей пещеры, которая считается «святилищем», большое панно с крупными изображениями (бизон – более 2 м), а над ним широко известное изображение «рогатого бога» или «колдуна», сочетающее гравировку и раскраску. Высота около 90 см (64 – фото; 65 – прорисовка Брейля). Другой «колдун» (рис. 63), или охотник, замаскированный под бизона (по: по: Leroi-Gourhan, 1995; Елинек, 1983)

В этом месте Робер рассказал нам забавную историю. Оказавшись в пещере, Брейль настолько увлекался работой, что обо всем забывал. Братья помогали ему, освещая росписи ацетиленовой лампой. Бабушка посылала кого-либо из братьев отнести Брейлю что-нибудь из еды. Его помощники сменялись, а он подолгу не выходил из пещеры. Однажды, проголодавшись, он вспомнил о судке с едой, которую ему принесли несколько часов тому назад и с удовольствием съел пуле (жареного цыпленка). Но, взглянув на часы, он понял, что наступила пятница и сокрушался от допущенного прегрешения, поскольку пятница – постный день.

Я спросил у Робера, можно ли в пещере фотографировать. Немного смущенно он ответил, что очень сожалеет, но нельзя, таковы общие правила. В целом в Труа Фрер не так уж много изображений, как в некоторых других пещерах. Но зато некоторые из них уникальны и больше нигде не встречаются. Наряду с традиционными для палеолитической живописи отпечатками ладоней, мамонтами, бизонами, оленями и т. д., здесь есть гравированное изображение пары сов (рис. 3.62), а также две уникальных фигуры мифических существ или ряженых людей, которых иногда в литературе называют «колдунами» или «шаманами» (рис. 3.63, рис. 3.64, 3.65).

Рис. 3.65. Труа Фрер. В одной из полостей пещеры, которая считается «святилищем», большое панно с крупными изображениями (бизон – более 2 м), а над ним широко известное изображение «рогатого бога» или «колдуна», сочетающее гравировку и раскраску. Высота около 90 см (64 – фото; 65 – прорисовка Брейля). Другой «колдун» (рис. 63), или охотник, замаскированный под бизона (по: по: Leroi-Gourhan, 1995; Елинек, 1983)

Рис. 3.66. Усталые и переполненные впечатлениями мы вышли из пещеры. Слева направо А.-П.Франкфор, Р. Бегуэн, автор и помощники Бегуэна. По нашим комбинезонам видно, как мы кое-где ползли на четвереньках по узким проходам в пещере

Рис. 3.67. После нелегкой экскурсии по пещере Труа Фрер и короткой передышки с переодеванием в нашу повседневную одежду, Робер Бегуэн устроил нам импровизированный коктейль в своем саду. Слева направо: помощник Робера, автор, Р. Бегуэн, Идрисс Абдурусул, А.-П. Франкфор

Когда мы вышли из пещеры, уже вечерело, вид у нас был слегка помятый, но воодушевленный (рис. 3.66). Впечатлений хватило на годы вперед. После того, как мы сняли пещерную амуницию и привели себя в порядок, Робер принес огромную и толстую Livre d’or («Золотую Книгу») или, по-нашему – книгу почетных посетителей, и мы с Франкфором и Абдурусулом вписали туда свои впечатления и благодарность. Эта книга ведется с 1919 г. В ней есть рисунки и записи А. Брейля, П. Тейяра де Шардена, А. Леруа Гурана и других известных людей. С большим интересом я обнаружил запись, сделанную моей коллегой из Санкт-Петербурга З. А. Абрамовой. Тогда это была единственная запись на русском языке. После непродолжительной приятной беседы за коктейлем (рис. 3.67), мы двинулись дальше. Наш путь лежал в город Фуа – центр департамента Арьеж. Здесь живет и работает один из крупнейших европейских специалистов по первобытному искусству, в то время глава местной службы охраны исторических памятников и президент ICOMOSa, профессор Жан Клотт. Он показал нам свое учреждение, познакомил с сотрудниками, подарил мне несколько выпусков «Доисторического Арьежа», а затем мы поехали смотреть пещеру Нио.

В начало страницы

По вопросам, связанным с размещением информации на сайте, обращайтесь по адресу: info@archaeology.ru
Все тексты статей и монографий, опубликованные на сайте, присланы их авторами или получены в Сети в открытом доступе.
Если владельцы авторских прав на некоторые из текстов будут возражать против их нахождения на сайте, я готов удалить их
Коммерческое использование опубликованных материалов возможно только с разрешения владельцев авторских прав
При использовании материалов, опубликованных на сайте, ссылка обязательна
© Я.А. Шер 2009 (текст), В.Е. Еременко (оформление) 2009
Оптимизировано для Internet Explorer 1280х1024 Страница обновлена 12.03.13

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *