Патриаршество в России было ликвидировано с целью

Синод. В лице патриарха Никона Церковь в XVII в. предприняла последнюю неудавшуюся попытку утвердить свою независимость от государства, опираясь на теорию параллелизма духовной и светской властей, «солнца и месяца» – солнце выше месяца, и священство выше царства. В правление Петра I Церковь из фактической служанки государства была превращена в орудие государственного управления, получившее конкретное юридическое оформление, а огромные церковные доходы были обращены на государственные нужды.

После кончины в конце 1700 г. патриарха Андриана Петр отказался от выборов нового главы Церкви и «временно» назначил местоблюстителя патриаршего престола, ограничив его функции строго духовными делами, при этом важнейшие решения подлежали монаршему утверждению, а с 1711 г. – Сенату. Управление церковными землями и казной сосредоточилось в восстановленном в 1701 г. Монастырском приказе, являвшемся светским учреждением. Все доходы Церкви поступали в кассу приказа и шли на удовлетворение государственных потребностей. На содержание церковных учреждений выдавались суммы согласно установленным по приказу царя монастырским и приходским штатам, штатные монахи и священники получали от государства определенные оклады.

Церковные земли были обложены тяглом наравне с остальными, включая и чрезвычайные. Кроме того, на церковные учреждения распространялись различные повинности – строительство и содержание дорог и мостов, работы в адмиралтействе, содержание отставных военных чинов, поставка лошадей для драгун и т.д.

В 1721 г. был окончательно установлен новый порядок церковного управления по образцу остальных коллегий. Согласно Духовному Регламенту от 25 января 1721 г., высшим органом церковного управления становился Духовный Коллегиум, позже названный Священным Правительствующим Синодом. Он был организован по образцу европейских духовных консисторий (синодов), которые возникли в XVI в. в эпоху Реформации. Консистория, состоявшая из пасторов и чиновников, была органом, через который тот или иной германский князь управлял церковью своего государства.

Духовный Регламент определял сугубо государственный характер образованной Духовной коллегии. Его члены должны были приносить присягу монарху и «споспешествовать… его царского величества верной службе и пользе». В качестве главной причины создания Синода Регламент указывал предотвращение возможности церковной оппозиции абсолютной власти монарха.

Синод состоял из выборных духовных лиц – архиереев (не менее трех), архимандритов и протопопов, председатель и вице-председатель назначались императором. Синод был лишен права самостоятельного назначения лиц для замещения вакантных церковных должностей и мог только рекомендовать кандидатов императору.

Административно-хозяйственное управление Синода, согласно Регламенту, находилось под строгим контролем синодального обер-прокурора, являвшегося светским чиновником, как правило, военным. Как и обер-прокурор Сената, он обязан был «смотреть накрепко, дабы Синод свою должность хранил… истинно, ревностно и порядочно».

В случае упущений в работе или нарушений указов и регламентов он обязан был предложить Синоду «дабы исправили», в противном случае – остановить дело, доложив императору. Через обер-прокурора Синод получал все правительственные указы и распоряжения. В 1722 г. Синод был подчинен Сенату.

Реформы Никона привели к тому, что церковь уже не могла больше соперничать с государством. Для полного торжества светской власти оставалось лишь упразднить патриаршество. Это и осуществил Петр I в 1721 г. Вместо патриаршества он учредил Духовную Коллегию, или Синод, которому вручил управление церковными делами.

Синод действовал на основании «Духовного регламента», составленного Феофаном Прокоповичем и отредактированного самим царем. В первую очередь от Синода требовалось пресекать всякие «нестроения” в церкви, «еже есть желание Апостола или паче самого Бога благоволение”. В числе таких «нестроений” выступало и «единоличное правительство” патриарха, которое объявлялось нетерпимым «в государстве монархическом, яковое есть наше Российское”. В «Духовном регламенте» так объяснялась необходимость упразднения патриаршества: «Ибо простой народ не ведает, како разнствует власть духовная от самодержавной, но великою высочайшего пастыря честию и славою удивляемый помышляет, что таковый правитель есть то вторый государь самодержцу равносильный или больше его, и что духовный чин есть другое и лучшее государство и се сам собою народ умствовати обыкл. Что же егда еще и плевелныя властолюбивых духовных разговоры приложатся и сухому хврастию огнь подложат. Тако простые сердца мнением сим развращаются, что не так и на самодержца своего, яко на верховного пастыря в коем-либо деле смотрят”.

В пользу «коллегиального правления” выставлялись следующие «вины”, или доводы: во-первых, «известнее взыскуется истинна соборным сословием, нежели единым лицем”; во-вторых, «вящше ко уверению и повиновению преклоняет приговор соборный, нежели единоличный указ”; в-третьих, «в коллегиуме таковом не обретается место пристрастию, коварству, лихоимному суду”. Гарантом дееспособности коллегиального правления признавалось то, что оно «под державным монархом есть и от монарха уставлено”.

Отныне священнослужители обязывались: а) вести метрические книги, учитывающие рождение и смерть младенцев; б) исповедовать и соборовать больных только в присутствии родственников и церковных людей во избежание сокрытия чего-либо опасного для государства; в) не совершать богослужений нигде, кроме церкви, особенно в домах «богатых человек”, ибо это лишь вносит «разнствие” между прихожанами, вызывает «раздражение убогой братии”.

Значительный раздел составили статьи, касающиеся монашества. Отныне запрещалось принимать в монахи лиц, не достигших тридцатилетнего возраста. Солдат же и крестьян разрешалось постригать лишь при условии строжайшего соблюдения необходимых формальностей, дабы не нанести вред государству «преслушанием повеления верховный власти”. Безоговорочно запрещался старинный обычай, когда «родители малых сынов своих, еще прежде доволного их раз- суждения, обещевают в монахи, а потом возрастных увещевают или и понуждают стрищися в монашество, вспоминая им обещание свое и не попуская женити- ся”. Кроме того, в монастырях должны были заводиться разного рода промыслы: «например, дело столярное, и иконное, и протчее, что не противно монашеству; а монахиням пряжу, шитье и плетения кружев и протчего”. Оставлялись монастыри и без такого привлекательного для них установления, как сохранение сокровищ мирян: теперь это вменялось в обязанность самому государству.

Таким образом, «Духовный регламент» полностью лишал церковь всякой самостоятельности, превращая ее в служебный орган государственной машины. Вместе с тем синодальное православие удержало все плоды никоновских реформ, что еще более отчуждало его от народного христианства.

Восстановление патриаршества.

Патриаршество было восстановлено лишь в советский период (1918), но это мало изменило сущность современной церковной жизни: она как была, так и осталась порождением синодальной системы.

  • Духовный регламент// Законодательство Петра I. М., 1997.С. 545, 543-544. 591,595. 597. 602. Другими законодательными актами Петр I разрешил иноверцам, проживающим на территории России, иметь свои церкви, а также позволил старообрядцам открытоисповедовать свое православие, правда, с наложением на них двойной подати. В 1716 г. вышла инструкция, обязывающая священнослужителей никого не проклинать и не отлучать от церкви, кроме преступников, но и тех единолично, а не семейно.

5.5. ОТМЕНА ПАТРИАРШЕСТВА ПЕТРОМ I

Начало церковных реформ Петра. После прихода к власти (1689) Пётр не проявлял открыто своего отношения к Русской церкви. Все изменилось после смерти авторитетного патриарха Иоакима (1690), а затем матери (1694). С патриархом Адрианом (1690—1700) Пётр мало считался. Никем не сдерживаемый, юный царь кощунствовал — устроил пародию на конклав — «всеплутейший, сумасброднейший и всепьянейший собор князя Иоанникиты, патриарха Пресбургского, Яузского и всего Кукуя», где участников благословляли скрещенными табачными чубуками, а сам царь играл роль дьякона. Пётр отказался участвовать в шествии па осляти в Вербное воскресенье, когда патриарх въезжает в город на осле, которого под узду ведет царь. Мистерию о въезде Христа в Иерусалим он посчитал умалением царского достоинства. Огромное значение для Петра имела поездка в Европу в 1697—1698 гг. Пётр увидел, что в протестантских странах церковь подчиняется светской власти. Он беседовал с королем Георгом и с Вильгельмом Оранским, последний, ссылаясь на пример родной ему Голландии и той же Англии, советовал Петру, оставаясь царем, сделаться «главой религии» Московского государства.

Тогда у Петра сложилось убеждение в необходимости полного подчинения церкви царю. Впрочем, действовал он осторожно, ограничиваясь поначалу повторением законов Уложения. Указом от января 1701 г. был восстановлен Монастырский приказ со светскими судами. Управление церковными людьми и землями, печатание духовных книг, руководство духовными школами поступило в ведение Монастырского приказа. Указом от декабря 1701 г. царь отнял у монастырей право распоряжаться доходами, поручив их сбор Монастырскому приказу. Пётр стремился ограничить численность духовенства, в первую очередь монахов. Велено было устроить их перепись, запретить переходы из одной обители в другую и не совершать новых пострижений без разрешения государя.

Украинизация церкви. Важнейшим шагом по секуляризации церкви было назначение патриаршего местоблюстителя после смерти Адриана в 1700 г. Царь благосклонно отнесся к предложениям отложить избрание нового патриарха. Междупатриаршие случалось и в XVII в., но прежде местоблюстителя патриаршего престола выбирал Освященный собор под главенством двух-трех архиереев, а теперь Пётр сам его выбрал. В декабре 1700 г. он назначил местоблюстителем митрополита Стефана Яворского. Ему были поручены дела о вере — «о расколе, о противностях церкви, о ересях»; прочие дела были распределены по приказам. Царь также приказал вести делопроизводство патриарших учреждений на царской гербовой бумаге, т.е. сделал ещё один шаг по введению контроля над церковным управлением.

С Яворского Пётр начинает передачу церковной власти в России в руки малороссийских иерархов — по-западному образованных и оторванных от Русской церкви. Правда, опыт со Стефаном был неудачным — он оказался противником протестантских реформ Петра. Со временем Пётр нашел другого киевского книжника, который, несмотря на католическое образование, разделял его взгляды на подчинение церкви государству. Им был преподаватель Киево-Могилянской академии Феофан Прокопович. Он стал главным идеологом Петра по церковным вопросам. Пётр сделал Прокоповича ректором академии, в 1716 г. вызвал в Петербург проповедником и в 1718 г. назначил Псковским епископом. Прокопович подготовил Петру богословское обоснование церковной реформы.

Свобода веры. Пётр с детства не любил старообрядцев (и стрельцов), ведь стрельцы-старообрядцы на глазах мальчика убивали его близких. Но Пётр был меньше всего религиозный фанатик и постоянно нуждался в деньгах. Он прекратил действие принятых Софьей статей, запрещавших старообрядчество и отправлявших на костры упорствующих в старой вере. В 1716 г. царь издал указ об обложении раскольников двойным налогом. Старообрядцам было позволено исповедовать свою веру при условии признания власти царя и уплаты налогов в двойном размере. Теперь их преследовали лишь за уклонение от двойного налога. Полная свобода веры была предоставлена иностранцам-христианам, приезжавшим в Россию. Были разрешены их браки с православными.

Дело царевича Алексея. Чёрным пятном на Петре лежит дело царевича Алексея, бежавшею в 1716 г. за границу, откуда Пётр выманил его в Россию (1718). Здесь, вопреки царским обещаниям, началось расследование «преступлений» Алексея, сопровождавшееся пытками царевича. В ходе следствия были выявлены его сношения с духовными лицами; были казнены епископ Ростовский Досифей, духовник царевича протопоп Яков Игнатьев, ключарь собора в Суздале Фсодор Пустынный; митрополит Иоасаф был лишен кафедры и скончался едучи на допрос. Умер и приговоренный к смертной казни царевич Алексей, не то запытанный при допросах, не то тайно удушенный по указанию отца, не желавшего его публичной казни.

Установление Святейшего Синода. С 1717 г. Феофан Прокопович под присмотром Петра тайно готовил «Духовный регламент», предусматривающий отмену патриаршества. За образец была взята Швеция, где духовенство полностью подчинено светской власти.

В феврале 1720 г. проект был готов, и Пётр послал его в Сенат для ознакомления. Сенат в свою очередь издал Указ «О собирании подписей епископов и архимандритов Московской губернии…». Покорные московские архиереи подписали «регламент». В январе 1721 г. проект был принят. Пётр указал, что дает год срока, чтобы «регламент» подписали архиереи всей России; через семь месяцев он имел их подписи. Документ получил название «Регламент или устав духовной коллегии». Теперь Российской церковью правил Духовный Коллегиум, состоящий из президента, двух вице-президентов, трех советников из архимандритов и четырех асессоров из протопопов.

14 февраля 1721 г. состоялось первое заседание Коллегии, оказавшееся последним. В ходе его «Духовная Коллегия» по предложению Петра была переименована в «Святейший Правительственный Синод». Пётр юридически поставил Синод на одну ступень с Сенатом; коллегия, подчинявшаяся Сенату, превратилась в учреждение, формально ему равное. Подобное решение примирило духовенство с новой организацией церкви. Пётр сумел добиться одобрения Восточных патриархов. Константинопольский и Антиохийский патриархи прислали грамоты, приравнивающие Святейший Синод к патриархам. Для наблюдения за течением дел и дисциплиной в Синоде указом Петра от 11 мая 1722 г. был назначен светский чиновник — обер-прокурор Синода, лично докладывающий императору о состоянии дел.

Пётр I смотрел на духовенство утилитарно. Ограничив численность монахов, он желал их приобщить к трудовой деятельности. В 1724 г. вышел указ Петра «Объявление», в котором он изложил требования к жизни монахов в монастырях. Простых, неучёных монахов он предлагал занять земледелием и ремеслами, а монахинь рукоделиями; одарённых — учить в монастырских школах и готовить к высшим церковным должностям. При монастырях создать богадельни, больницы и воспитательные дома. Не менее утилитарно царь относился к белому духовенству. В 1717 г. он вводит институт армейских священников. В 1722—1725 гг. проводит унификацию чинов духовенства. Были определены штаты священников: один на 100—150 дворов прихожан. Не нашедших вакантных мест переводили в податное сословие. В Постановлении Синода от 17 мая 1722 г. священников обязали нарушать тайну исповеди, если они узнали важные для государства сведения. В результате реформ Петра церковь превратилась в часть государственного аппарата.

Последствия раскола и отмены патриаршества. Раскол Русской церкви в XVII в. в глазах большинства историков и литераторов меркнет на фоне преобразований Петра I. Его последствия равно недооценивают почитатели великого императора, «поднявшего Россию на дыбы», и поклонники Московской Руси, клянущие во всех бедах «Робеспьера на троне». Между тем «Никоновская» реформа повлияла на преобразования Петра. Без трагедии раскола, падения религиозности, утраты уважения к церкви, моральной деградации духовенства Пётр не смог бы превратить церковь в одну из коллегий бюрократической машины империи. Мягче прошла бы вестернизация. Подлинная церковь не допустила бы глумления над обрядами и насильственного бритья бород.

Были и глубинные последствия раскола. Гонения на раскольников привели к нарастанию жестокости, сравнимой со Смутным временем. Да и в годы Смуты людей не сжигали живьем и казнили пленных, а не мирных жителей (лишь «лисовчики» и запорожцы выделялись изуверством). При Алексее Михайловиче, и особенно при Фёдоре и Софье, Россия по количеству огненных смертей впервые приблизилось к странам Европы. Жестокость Петра, даже казнь 2000 стрельцов, уже не могла удивить ко всему привыкшее население. Изменился самый характер народа: в борьбе с расколом и сопутствующими бунтами погибло много пассионариев, особенно из среды непокорного духовенства. Их место в церквях и монастырях заняли приспособленцы («гармоники», по Л.Н. Гумилёву), на всё готовые ради места под солнцем. Они влияли на прихожан, причем не только на их веру, но на мораль. «Каков поп, таков и приход» — гласит пословица, возникшая из опыта предков. Многие плохие черты русских завязались, а хорошие исчезли в конце XVII в.

О том, что мы потеряли, можно судить по староверам XIX — начала XX в. Все путешественники, бывавшие в их деревнях, отмечали, что у староверов господствует культ чистоты — чистоты усадьбы, дома, одежды, тела и духа. В их селениях не было обмана и воровства, не знали замков. Давший слово исполнял обещанное. Старших почитали. Семьи были крепкие. Молодежь до 20 лет не пила, а старшие выпивали по праздникам, очень умеренно. Никто не курил. Староверы были великие труженики и жили зажиточно, лучше окружающих нововеров. Из староверов вышло большинство купеческих династий — Боткины, Громовы, Гучковы, Кокоревы, Коноваловы, Кузнецовы, Мамонтовы, Морозовы, Рябушинские, Третьяковы. Староверы щедро, даже самоотверженно, делились богатством с народом — строили приюты, больницы и богадельни, основывали театры и картинные галереи.

Через 250 лет после собора 1666—1667 гг., обвинившего Русскую церковь в «простоте и невежестве» и проклявшего несогласных, и через 204 года после превращения Церкви в госучреждение пришла расплата. Пала династия Романовых, и к власти пришли воинствующие атеисты, гонители Церкви. Произошло это в стране, народ которой всегда был известен набожностью и верностью государю. Вклад церковной реформы XVII в. тут бесспорен, хотя недооценён до сих пор.

Символично, что сразу после свержения монархии Церковь вернулась к патриаршеству. 21 ноября (4 декабря) 1917 г. Всероссийский поместный собор избрал патриархом Российской православной церкви митрополита Тихона. Позже Тихон был арестован большевиками, покаялся, был выпущен и скончался в 1925 г. при неясных обстоятельствах. В 1989 г. он был канонизирован в лике новомучеников и исповедников Собором Русской православной церкви. Пришел черед и староверам: 23(10) апреля 1929 г. Синод Московской Патриархии под управлением митрополита Сергия, будущего патриарха, признал старые обряды «спасительными», а клятвенные запреты соборов 1656 и 1667 гг. «отменил, яко не бывшие». Постановления Синода были утверждены Поместным собором Русской православной церкви 2 июня 1971 г. Справедливость восторжествовала, но мы до сих пор платим цену за дела далёкого прошлого.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.
Читать книгу целиком
Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *