Политеизм на Руси

ЯЗЫЧЕСТВО ДРЕВНЕЙ РУСИ

Язычество Древней Руси – система дохристианских представлений о мире и человеке у древних восточных славян, официальная и доминирующая религия в Древнерусском государстве до Крещения Руси в 988 году. Вплоть до середины XIII века, несмотря на усилия правящей элиты, продолжало исповедоваться значительной частью населения Руси. После полного вытеснения христианством языческие традиции и верования продолжали оказывать значительное влияние на русскую культуру, традиции и жизненный уклад, что сохраняется по сей день.

Пантеон богов

Верования древних славян уходили корнями в религиозные воззрения древних индоевропейцев, из числа которых славяне выделились во II–I тысячелетии до н. э. Постепенно трансформируясь и усложняясь, перенимая черты других культур, прежде всего ираноязычных (скифы, сарматы, аланы), система языческих верований дошла до IX–X столетий.

В Лаврентьевской летописи упоминается, что в киевском языческом пантеоне, поставленном князем Владимиром в 980 году «на холме за теремным двором», присутствовали идолы богов Перуна, Хорса, Дажьбога, Стрибога, Симаргла (Семаргла) и Мокоши. Перун был верховным богом-громовержцем, славянским аналогом Зевса и Тора. Он считался покровителем княжеского рода, ему поклонялись в первую очередь в княжеско-дружинной среде. Хорс играл роль бога-солнца. Исследователи спорят о происхождении его имени, возможно, оно пришло к славянам от хазар или скифов и сарматов. Дажьбога, который тоже олицетворял солнце, некоторые специалисты отождествляют с Хорсом, полагая, что это два имени одного и того же бога. Стрибог был богом ветра, Семаргл, как полагают некоторые учёные, – богом растительности, земли и подземного царства. Единственной богиней в пантеоне Владимира была Мокошь, покровительница ремёсел и плодородия. «Богам Владимира» посвящён огромный массив противоречивой научной литературы: специалисты предлагают множество вариантов истолкования имён языческих божеств, рассуждают об их племенной привязке и ищут аналоги в германских, балтских, иранских, угро-финских, тюркских культах. Есть мнение, что сказание о «богах Владимира» и вовсе является поздней вставкой с известными по разным упоминаниям именами языческих идолов. Так или иначе, археологические раскопки показали – напротив княжеского двора на Старокиевской горе действительно стояло славянское капище.

Из тех славянских богов, которые не упоминаются в Лаврентьевской летописи, исследователи выделяют бога огня Сварога, особенно почитавшегося крестьянами, богиню весны и бракосочетания Ладу, а также Волоса (Велеса), бога-покровителя скотоводства. Трёх этих богов, а также Мокошь, Перуна и Дажьбога-Хорса выдающийся учёный Б. А. Рыбаков «опознал» на изображениях с каменного идола X века, в 1848 году обнаруженного в реке Збруч (современная Украина) и поэтому вошедшего в историю как «Збручский идол». Примечательно, что у разных славянских племён преобладали культы разных божеств.

Низшие божества

При достаточно бедном пантеоне богов у язычников Древней Руси была многогранная низшая сфера мифологии, что нехарактерно для большинства языческих религий. Одни низшие существа олицетворяли природу и природные явления (леший, водяной, полевой), другие были связаны с домом и хозяйством (домовой, банник), третьи – наделялись демоническими свойствами (ведьмы, вештицы, моры, колдуны, чернокнижники, а также черти и бесы). Главной ведьмой в языческой мифологии славян была Баба Яга, неизменными атрибутами которой являлись избушка на курьих ножках, костяная нога, ступа и помело. Баба Яга олицетворяла неупокоившуюся душу, ей приносили кровавые жертвы, чтобы задобрить колдунью. Своего рода «двойником» Бабы Яги было Лихо Одноглазое. Заметную роль в славянской мифологии играли и русалки. Считалось, что это утопленницы, способные заманить человека в болото и защекотать до смерти. К женским персонажам относились также богинки – умершие при родах женщины, охотящиеся на рожениц и похищающие или подменяющие младенцев, – и кикиморы, живущие за печкой или сараем и вредящие домочадцам. После принятия христианства и усвоения его широкими слоями населения Руси прежде безобидные существа, отождествлявшие природные явления, такие как леший и водяной, приобрели демоническую сущность.

Антураж и атрибуты языческого культа. Волхвы

Фольклорные данные позволяют сказать, что главными объектами культа древних славян-язычников были столб, который молящиеся обнимали, и печь, которую они целовали. Характерным древнеславянским обрядом была масленица, сопровождавшаяся катанием огненного колеса, сожжением чучела зимы, кулачными боями и ряженными. Места для молений старались выбирать на возвышенностях – холмах и горах. Там же сжигались чучела зимы и проводились обряды заклинания весны. В равнинных местностях обряды проводили на лугах. К разряду культовых мест относились также священные рощи («рошения») и священные деревья («древеса»). Особо почитаемыми деревьями были берёза и дуб, символ бога Перуна, а также деревья, расположенные вблизи родников и источников.

Календарные праздники и обряды древних славян-язычников имели сельскохозяйственную подоплёку, многие из них к тому же были связаны с культом предков. Считалось, что именно предки, покоящиеся в земле, благословляют будущий урожай, поэтому для обеспечения плодородия древние славяне стремились задобрить покойных родных: на Масленицу их поминали блинами, им посвящали разнообразные соревнования.

Местами поклонений древних славян идолам были открытые святилища – капища. В центре капища стоял идол. Эти скульптурные изображения божеств, довольно примитивные по исполнению, могли быть как деревянными, так и каменными. Ярким примером идола древних славян служит вышеупомянутый «Збручский идол». Капища были огорожены, внутри разводился костёр. Существует мнение, что в Северо-Западной Руси роль святилищ могли играть сопки – насыпи над захоронениями.

Древнерусские языческие жрецы – особая категория лиц, обслуживающих религиозную сферу – назывались волхвами. В IX–X столетиях на Руси сложилась влиятельная прослойка волхвов. Под их руководством проводились обряды, ими сохранялась мифология и разрабатывалась символика. Даже простому волхву надо было знать и помнить все обряды, ритуальные песни, заговоры, уметь вычислять календарные сроки магических действий, знать целебные свойства трав. После крещения Руси волхвы стали постепенно терять влияние, однако этот процесс не был быстрым: с одной стороны, летописи фиксировали случаи «избиения» волхвов, с другой – даже спустя сто лет после крещения Руси происходили ситуации, когда в противостоянии с князем или епископом волхвов поддерживали целые города. Так было, например, в 1071 году в Новгороде.

Вытеснение язычества на Руси христианством

Своего рода религиозный дуализм установился на Руси задолго до Владимира. В христианизации Руси была заинтересована Византия, где считалось, что любой народ, принявший христианскую веру из рук императора и константинопольского патриарха, автоматически становится вассалом империи. Контакты Руси с Византией способствовали проникновению христианства в русскую среду. На Русь был послан митрополит Михаил, крестивший, по преданию, киевского князя Аскольда. Христианство было популярно среди дружинников и купеческой прослойки при Игоре и Олеге, а княгиня Ольга и вовсе сама стала христианкой во время визита в Константинополь в 950-х годах. В период самостоятельного правления князя Святослава, с первой половины 960-х годов по 972 год, христианство стало гонимой религией, поскольку Святослав был убеждённым язычником.

По летописной легенде, крещению Владимира предшествовал осознанный выбор им веры. Князь и его окружение якобы выслушали миссионеров-представителей разных конфессий: булгар-мусульман, «немцев из Рима», хазарских иудеев и «философа-грека из Византии». Тогда Владимир разослал в разные страны своих соратников, чтобы те посмотрели и узнали, какая вера лучше, и те, возвратившись, сказали – нет веры лучше греческой. На деле, как полагают исследователи, принятие христианства было во многом продиктовано прагматическими соображениями: новая вера должна была обеспечить религиозно-идеологическое подкрепление государственности и власти киевских князей.

Крещение Владимира стало лишь отправной точкой для христианизации всей Руси: тысячелетнее язычество медленно отступало под натиском духовенства, и сам процесс растянулся на многие десятилетия. При Владимире крестились только княжеские семья и дружина, в чьих рядах и до 988 года было немало адептов христианства. Основная масса населения оставалась языческой в XI веке, да и в начале XII века, как писал один из сводчиков, вятичи ещё «творили» языческие обряды. Археологические находки показывают, что языческие обряды и празднества и прикладное искусство с языческой символикой в большей или меньшей степени котировались у жителей древнерусских городов вплоть до середины XIII века, не говоря уже о деревнях, где христианизация протекала гораздо медленнее. В полной мере отождествляли себя с христианством только представители третьего поколения после крещения Руси, жившие в эпоху Ярослава Мудрого.

Несмотря на многочисленные запреты, языческие черты проникли в православную традицию и укоренились в системе русских традиций и обычаев. К самым известным примерам относятся празднуемые и ныне Масленица, Иван Купала, Святки, Чистый четверг, проводы зимы. Огромные костры над могилами – пережитки языческих трупосожжений – в некоторых местностях фиксировались вплоть до конца XIX века. Из языческих времён в современность перекочевали многие календарные обряды и сельскохозяйственные приметы, огромный пласт фольклора.

Славянское язычество

Эту страницу предлагается объединить со страницей Славянская мифология. Пояснение причин и обсуждение — на странице Википедия:К объединению/15 июня 2015.
Обсуждение длится не менее недели (). Не удаляйте шаблон до подведения итога обсуждения.

Реконструкция славянского святилища, Радоним, ГерманияЗбручский идол, X век

Славя́нское язы́чество — реконструируемая по данным языка, фольклора, обрядов, обычаев и верований древних славян система дохристианских представлений о мире и человеке, основанная на мифологии и магии. Славянское язычество является самостоятельно развившимся в первом тысячелетии нашей эры фрагментом древней индоевропейской религии, представленной в древнеиндийских, древнеиранских, древнегреческих и древнеримских текстах.

Славянское язычество может пониматься не только как историческая стадия мировоззрения древних славян (праславян) в период до принятия ими христианства, но и как типологически особая культурная модель, чьи формы, механизмы и семантические категории продолжали существовать и после принятия христианства.

Описание

О религии древних славян почти ничего не известно: первые отрывочные сведения о славянской культуре в письменных источниках появляются лишь после их выхода к границам Византийской империи в VI веке.

Единственным убедительно реконструируемым общеславянским божеством является Перун (*Perunъ), бог грома и молнии. Судя по всему, именно его имел в виду Прокопий под «творцом молний, владыкой над всеми». Это божество сохранилось лучше всего у восточных славян и приобрело, кроме указанных, ещё и черты бога-покровителя князя и дружины.

Как показал в своём исследовании Лешек Мошинский, праславянскими являются такие понятия, как дух, душа, навь («мертвец»), рай («потусторонний мир»), волколак («оборотень»), упырь («вампир»), треба («жертвоприношение»). При этом языческое понимание души не следует смешивать с христианским. Душа была не какой-то абстрактной нематериальной сущностью, душой была сама личность человека, которая после смерти становилась навью, перейдя в иной мир, рай. При этом, как отмечает О. Н. Трубачёв, среди европейцев, принявших христианство, только у славян понятие «рай» (праслав. *rajь) было исконным, а «ад» — заимствованным.

Трубачёв же пытается восстановить некоторые более абстрактные понятия праславянской религии, находя к ним латинские параллели. Например: прасл. *gověti и лат. favēre «поститься, хранить молчание, благоприятствовать»; прасл. *mana и лат. mānēs «духи умерших, призраки, привидения»; прасл. *basъ/*ne-basъ «красивый, хороший»/»грубый, негодяй» и лат. fās/ne-fās «божественный закон»/»грех».

Вообще в распоряжении учёных крайне мало сведений о мифологии древних славян, особенно же это касается времён общеславянского единства. Это объясняется многими факторами, и прежде всего — отсутствием собственной письменности и удалённостью от основных центров городской латинской или грекоязычной письменной культуры. Одним из первых письменных описаний религии древних славян является описание византийского историка Прокопия Кесарийского (VI век):

Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим. И во всем остальном у обоих этих варварских племен вся жизнь и законы одинаковы. Они считают, что один из богов, творец молнии, является владыкой над всеми, и ему приносят в жертву быков и совершают другие священные обряды. Судьбы они не знают и вообще не признают, что она по отношению к людям имеет какую-либо силу, и когда им вот-вот грозит смерть, охваченным ли болезнью, или на войне попавшим в опасное положение, то они дают обещание, если спасутся, тотчас же принести богу жертву за свою душу; избегнув смерти, они приносят в жертву то, что обещали, и думают, что спасение ими куплено ценой этой жертвы. Они почитают реки, и нимф, и всякие другие божества, приносят жертвы всем им и при помощи этих жертв производят и гадания.

— Прокопий Кесарийский. Война с готами. Книга VII (книга III Войны с готами)

Формирование славянской религии

Славянская религия формировалась на протяжении долгого периода в процессе выделения древних славян из индоевропейской общности народов во II—I тысячелетии до н. э. и во взаимодействии с мифологией и религией соседних народов. Поэтому, естественно, в славянской религии имеется значительный индоевропейский пласт. Предполагается, что к нему относятся образы бога грозы и боевой дружины (Перун), бога скота и потустороннего мира (Велес), элементы образов близнечного божества (Ярило и Ярилиха, Иван-да-марья) и божества Неба-Отца (Стрибог). Также индоевропейскими по сути являются такие образы, как Мать Сыра-Земля, связанная с ней богиня ткачества и прядения (Мокошь), солнечное божество (Дажьбог), и некоторые другие.

В первой половине 1 тысячелетие до н. э. на мифологию и религию славян оказали значительное влияние кельты и степное ираноязычное население (скифы, сарматы и аланы). По одной из версий, под воздействием кельтов находилось язычество западных (лужицких) славян, в частности формировалась архитектура культовых построек. Некоторые исследователи предполагают кельто-славянские параллели между божествами Дагда и Дажьбог, а также Маха и Макошь. У ираноязычного населения славяне видимо заимствовали само слово «бог» (которое также имело семантику «доля», ср. «богатство», «убогий»), сменившее общеиндоевропейское обозначение для божества *divъ. Вполне возможно, однако, что слово «бог» является исконно-славянским развитием пра-и.е. *bhag- «доля», испытавшим лишь семантическое иранское влияние.

Восточные славяне имели в своём пантеоне божеств предположительно иранского происхождения — Хорс, Семаргл и другие. Данные о чешских языческих богах также весьма скудны и малодостоверны. Есть свидетельства существования Перуна и Велеса, как и соответствующие топонимические факты (например., относящихся к Мокоши). Похожая ситуация характеризует и южнославянские земли. При отсутствии первичных источников оказываются (прежде всего в топономастике) следы имён Перуна и Велеса и их культа, а также некоторых других мифологических персонажей (Мокошь, Даждьбог, Троян и т. п.). При разделении праславянской общности стали формироваться племенные верования славян, имевшие значительные региональные отличия. В частности, религия западных славян, в силу исторических обстоятельств, перед началом христианизации значительно отличалась от всех прочих.

Основные черты

Основными чертами славянского язычества как мировоззрения являются вера в одушевлённость природы (аниматизм и анимизм), культ предков и сверхъестественные силы, которые постоянно присутствуют и принимают участие на протяжении всей жизни каждого человека, развитая низшая мифология, убеждённость в возможности воздействия на положение вещей в мире средствами примитивной магии, антропоцентризм. При отсутствии оригинальных мифологических текстов судить о язычестве славян как исторической стадии общеславянской культуры можно лишь по вторичным данным — археологическим и книжно-письменным источникам (летописи, хроники и т. д.), иностранным свидетельствам, церковным поучениям против язычества (см. труды Н. М. Гальковского, Е. В. Аничкова, В. И. Мансикки, Д. К. Зеленина, Л. Нидерле, Г. Ловмяньского, А. Гейштора, С. Урбаньчика, В. Чайкановича и др.), а также на основе сопоставления славянских данных с данными других индоевропейских (балтийской, иранской, германской и др.) культурных традиций (см. прежде всего работы В. В. Иванова и В. Н. Топорова). Наиболее надёжными и богатыми источниками изучения славянского язычества как культурной модели и реконструкции древнеславянских представлений остаются «современные» (относящиеся к XIX—XX вв.) языковые, этнографические и фольклорные свидетельства славянских традиций.

Культы божеств

Данные археологии и письменных источников свидетельствуют, что у славян существовали скульптурные изображения божеств (идолы). Они могли быть как деревянными, так и каменными. Идолов восточных славян отличает простота и грубость исполнения, тогда как у западных славян идолы были более искусными и сложными. Кроме того, отличительной чертой западнославянских идолов является поликефалия (многоголовость). О внешнем виде славянских идолов можно судить по так называемому «Збручскому идолу», а также по описаниям в письменных источниках: известно, например, что идол Перуна, поставленный в Киеве князем Владимиром, был деревянным, с серебряной головой и золотыми усами.

Славяне поклонялись идолам в открытых святилищах (капищах). Обычно у славян роль храма выполнял лес. Наличие храмовых помещений у славян (за исключением западных) не зафиксировано, однако они вполне могли иметь место, не оставив после себя следов, будучи деревянными. На капище проводились обряды поклонения идолам. Капища могли быть огорожены, их обычным атрибутом был костёр, временный или постоянный. Очевидно, капище было построено князем Владимиром для его пантеона, однако оно до сих пор не обнаружено археологами. Рассуждения Б. А. Рыбакова в этом отношении, поддержавшего археологов П. П. Толочко и Я. Е. Боровского, «открывших» капище Владимира, в последнее время оспариваются. Судя по данным летописей, капище Перуна было и в Новгороде, на Перыни. Оно было предположительно обнаружено советским археологом В. В. Седовым, однако и его реконструкции на сегодняшний день вызывают большие сомнения. Из славянских святилищ, обнаруженных археологами, особо выделяют также Збручский культовый центр. В последнее время высказываются предположения о том, что функцию святилищ на Северо-Западе Руси могли выполнять сопки — сакральные памятники в виде насыпей над захоронениями. По крайне мере, сама насыпь чаще всего играла больше ритуальную функцию, чем погребальную. Остатки именно такого святилища могли быть обнаружены на Перыни.

Помимо идолов славяне (как и их соседи — балты и финно-угорские племена) поклонялись и священным камням-валунам. На восточной окраине славянского пространства, до прихода сюда славян, священным камням поклонялись, очевидно, финно-угорские племена.

В письме митрополита Макария Ивану Грозному (1534 год) сообщается о том, что «скверные мольбища идольские сохранялись и до царства великого князя Василия Ивановича», а также, что в качестве мольбищ используются «лес и камни и реки и болота, источники и горы и холмы, солнце и месяц и звезды и озера».

  • Копия Збручского идола в Кракове

  • Идол («Святовит»), найденный в 1974 году на Волине (Польша)

  • «Синий камень» близ Плещеева озера

Жречество

Подробнее по этой теме см. Волхвы.Жрец Святовита, изображённый на священном камне из Арконы

Как считает В. В. Седов, вождь (князь) у древних славян совмещал в себе административные, военные и религиозные функции, что вообще характерно для периода военной демократии.

К середине I тысячелетия н. э. славянские племена расселились на довольно большой площади, поэтому уровни общественного развития у них различались. Южные славяне очень рано попали под сильное влияние Византии и, следовательно, христианства, поэтому говорить о жречестве у них не представляется возможным. Западные славяне по уровню общественного развития обгоняли восточных, поэтому, как видно по источникам, жречество у балтийских славян достигло значительного влияния, а порой сосредоточивало в своих руках и политическую власть. Судя по всему, жречество как сословие у восточных славян находилось только в процессе формирования, который был прерван введением христианства. Тем не менее, жрецы языческих божеств у восточных славян в дохристианские времена скорее всего были. Однако их, видимо, было не так много — гораздо больше было гадателей, колдунов и знахарей. Древнерусские источники называют их следующим образом: волхвы, ведуны, обавники, зелейники, наузники, чародеи, кудесники, ворожеи, «бабы богомерзкие» и т. д. Как правило, основными их функциями были знахарство — лечение заговорами, ритуалами и естественными лекарственными средствами; бытовая магия — любовная и защитная (с помощью ритуалов, зелий, амулетов, оберегов и т. п.); предсказания и гадания — по крику птиц и животных, застыванию олова и воска и т. п.; вспоможение при родах и так далее.

Культ предков

Погребальные столбы (голубцы) на старообрядческом кладбище. Архангельская губерния, г. Кемь, 1899

Культ предков нашёл своё отражение в славянском погребальном обряде. «Повесть временных лет» так описывает этот обряд у вятичей:

И если кто умрёт, совершают над ним тризну. После неё складывают большой костёр, кладут на него мертвеца и сжигают. После этого, собрав кости, складывают их в малый сосуд и ставят на столбе у дороги. Так делают вятичи и ныне. Такому же обычаю следуют и кривичи, и прочие язычники.

Оригинальный текст (древнерусск.) И аще къто умьряще, творяху тризну надъ нимь, и посемъ сътворяху краду велику, и възложаху на краду мьртвьца, и съжьжаху, и посемь, събьравъше кости, възложаху въ судину малу, и поставляху на стълпѣ на путьхъ, еже творять Вятичи и нынѣ. Сиже творяху обычая и Кривичи и прочии прогании.

Под тризной здесь, видимо, имеются в виду состязания в память об умершем и вообще поминальные мероприятия. Обычай оставлять сосуд с костями умершего на столбах у дорог проясняется позднейшими этнографическими записями: столбы на кладбищах считались своего рода границей между живыми и мёртвыми. У этих столбиков бросалась посуда, применяемая при похоронах. Сами столбики нередко делались с подобием крыши и выемками — для удобства душ умерших, которые около них обитали. Позже кладбищенские столбики сменились православными крестами. Кроме того, погребальные столбы отсылают к архаичному обычаю захоронения на деревьях и в стволах деревьев. Столб, таким образом, может играть в погребальном ритуале космогоническую роль Мирового Древа, по которому души умерших поднимаются в небесный мир предков.

Данные о погребальном обряде можно почерпнуть и из летописного рассказа о том, как Ольга хоронила своего мужа, князя Игоря, убитого древлянами:

«Вот, уже иду к вам. Наварите много медов у города, где вы убили мужа моего, чтобы поплакать мне над могилой его и совершить тризну по мужу моему». Они, услышав это, свезли очень много мёда, и наварили. Ольга с небольшой дружиной и налегке пришла к могиле Игоря и плакала о муже своём. Затем повелела людям насыпать большой курган, и, когда насыпали, велела совершать тризну. Затем древляне сели пить, и Ольга повелела своим отрокам прислуживать им.

Оригинальный текст (древнерусск.) «Се, уже иду къ вамъ, да пристроите меды мъногы у града, идеже убиете мужа моего, да поплачюся надъ гробомъ его и сътворю тризну мужю своему». Они же, то слышавъше, съвезоша меды мъногы зѣло, и възвариша. Ольга же, поимъши мало дружины, и льгъко идущи, приде къ гробу его и плакася по мужи своемь. И повелѣ людьмъ съсути могылу велику, и яко съсъпоша, повелѣ тризну творити. Посемь сѣдоша Древляне пити, и повелѣ Ольга отрокомъ своимъ служити предъ ними.

Из данного отрывка следует, что тризна включала питие медов, что над могилами устраивались курганы (видимо, их величина зависела от статуса погребаемого) и что существовал обычай плакать над могилой усопшего. Все эти сведения подтверждаются этнографическими записями и (о курганах) данными археологии. Кроме этих обычаев в «Прологе» упоминается такой элемент погребальной обрядности, как «бъдынъ», то есть бдение, бодрствование рядом с покойником в течение ночи, которое, судя по всему, совершалось значительным количеством людей с причитаниями, песнями и играми.

Интересные сведения о погребальном обряде даёт летописный рассказ о смерти Владимира Святославича:

Ночью же разобрали помост между двумя клетями, завернули его (Владимира) в ковёр и спустили верёвками на землю; затем, возложив его на сани, отвезли и поставили в церкви святой Богородицы, которую он сам когда-то построил. Узнав об этом, сошлись люди без числа и плакали по нём…

Оригинальный текст (древнерусск.) И нощию межю клетьми проимавъше помостъ, в ковьръ обьртѣвъше и, ужи съвѣсиша и на землю, и възложьше и на сани, везъше, поставиша и въ святѣи Богородици, юже бѣ съзьдалъ самъ. Се же увѣдѣвъше людие, бес числа сънидошася, и плакашася по немъ…

В данном случае можно наблюдать древнейший обряд, который сохранился и в Древней Руси — чтобы вынести покойника, разбирают стену. Делалось это вероятно с той целью, чтобы покойник, вынесенный необычным путём, не смог вернуться и не тревожил живых. Другой древнейший обряд, описанный в данном отрывке — это использования саней для перевозки покойника, даже несмотря на летнее время. Сани использовались в похоронах как наиболее почётный, спокойный и солидный вид транспорта. К тому же сани, в силу своей архаичности, видимо имели в похоронном обряде и некое сакральное значение.

Существует также общая для всех восточных славян обрядовая еда на поминках — это кутья, блины и кисель. Почти все восточнославянские праздники связаны с культом умерших предков, которых вспоминали в рубежные моменты года — на Святках, в Чистый четверг и Радоницу, в Семик и перед Дмитриевым днём. В дни поминовения усопших для них топили баню, жгли костры (чтобы они погрелись), оставляли для них еду на праздничном столе. Святочные ряженые представляли собой в том числе и пришедших с того света предков и собирали дары. Целью всех этих действий было задабривание умерших предков, которые могли благословить семью, а могли и причинять зло — пугать, являться во сне, мучать и даже убивать тех, кто не удовлетворил их потребностей.

Весьма распространённой среди славян была вера в так называемых «заложных покойников». Считалось, что люди, умершие не своей смертью, не успокаиваются после смерти и способны вредить живым, поэтому их суеверно боялись и почитали во время общих поминок.

См. также: Чёрная могила и Русалии

Примечания

  1. Толстой, 2003, с. 10.
  2. 1 2 Толстая, 2012, с. 616.
  3. Moszyński Leszek. Die vorchristische Religion der Slaven im Lichte der Slavishen Sprachwissen schaft. Böhlau Verlag, Köln-Weimar-Wien, 1992.
  4. Трубачёв О. Н. Мысли о дохристианской религии славян в свете славянского языкознания // Вопросы языкознания. 1994. № 6. С. 8.
  5. Трубачёв. Мысли о дохристианской религии славян… С. 11-12.
  6. Ошибочный перевод «один только бог» дал повод для многочисленных спекуляций о «монотеизме» у древних славян (например: Климов Е. В. Монотеизм восточных славян Архивная копия от 12 октября 2011 на Wayback Machine // Вопросы истории. 2007. № 12.) Правильный перевод — «один из богов» (в оригинале не θεόν, а θεῶν).
  7. Об индоевропейских истоках славянской мифологии см.: Иванов Вяч. Вс., Топоров В. Н. Исследования в области славянских древностей. М.: Наука, 1974.
  8. Кузьмин А. Г. Падение Перуна: Становление христианства на Руси. М.: Молодая гвардия, 1988. С. 181—182.
  9. Иванов С. В. Рец. на: Parallels between Celtic and Slavic. Proceedings of the First International Colloquium of Societas Celto-Slavica held at the University of Ulster, Coleraine, 19-21 June 2005. (недоступная ссылка с 13-05-2013 — история)
  10. Этимологический словарь Фасмера
  11. Иранские боги в киевском пантеоне
  12. 1 2 Топоров, 1995, с. 213.
  13. Возможно, это результат влияния кельтской или античной традиции.
  14. Поликефалия в своём изначальном виде связывается исследователями с общественной организацией: Трубачев О. Н. История славянских терминов родства и некоторых древнейших терминов общественного строя. — М.: Изд-во АН СССР, 1959. — С. 8—9.
  15. Принадлежность этого идола именно восточным славянам остаётся спорной. Более вероятна западнославяенская принадлежность Збручского идола, при этом высказываются даже мнения о его принадлежности степным кочевым народам: Клейн 2004, с. 196—212. Часть современных исследователей считает идол подделкой эпохи романтизма: Комар А., Хамайко Н. Збручский идол: памятник эпохи романтизма? Архивировано 9 декабря 2012 года. // Ruthenica. — Київ, 2011. — Т. X. — C. 166—217.
  16. Изображение предположительно идола Перуна (усатого и стоящего на облаке) выгравировано на костяном гадательном жребии из Старой Ладоги: Чернов А. Перун и Один: Три языческих жребия из Старой Ладоги
  17. Слухай, Мосенкіс, 2006, с. 21.
  18. Некоторые исследователи находят изображения дохристианских храмов и идолов в русских вышивках: Динцес Л. А. Дохристианские храмы Руси в свете памятников народного искусства // Советская этнография. 1947. № 2; Денисова И. М. Образ древнеславянского храма в русском народном искусстве // Этнографическое обозрение. 1992. № 5. Возможно, реликты язычества сохранились в позднейшей традиции постройки «обыденных» (за один день) храмов и часовен: Зеленин Д. К. «Обыденные» полотенца и «обыденные» храмы // Живая старина. 1911. XX. С. 1-20.
  19. Рыбаков Б. А. Язычество Древней Руси. Глава 9. Языческая реформа Владимира.
  20. Толочко П. П., Боровский Я. Е. Язичницько капище в «городі» Володимира // Археологія Київа. Дослідження і матеріали. Київ, 1979. С. 3-10.
  21. Клейн 2004, с. 160—164.
  22. Седов В. В. Древнерусское языческое святилище в Перыни // Краткие сообщения Института истории материальной культуры. Вып. 50. С. 92-103.
  23. Нет никаких оснований считать находки В. В. Седова капищем Перуна — это, скорее всего, просто группа сопок, см. Клейн 2004, с. 152—157.
  24. Русанова И. П., Тимощук Б. А. Збручское святилище (предварительное сообщение) // Советская археология. 1986. № 4. С. 90-99.
  25. Свирин К. М. Языческие святилища Северо-Запада Древней Руси в VIII — начале XI вв. // История и археология Новгорода. 2006. Вып. 2.
  26. Например, Синие Камни считаются топонимическим маркером былого присутствия мери: Матвеев А. К. Собственно русская топонимия как источник сведений о древнем населении Севера Европейской части России
  27. Левкиевская, 2000.
  28. Седов В. В. Восточные славяне в VI—XIII вв. М.: Наука, 1982. С. 268.
  29. См. попытку реконструкции на археологическом материале: Тимощук Б. А. Языческое жречество Древней Руси (по материалам городищ-святилищ) // Российская археология. 1993. № 4. С. 110—121.
  30. См. также В. Е. Рудаков. Ведун // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  31. 1 2 Мансикка 2005, с. 197—210.
  32. В более ранних списках летописи вместо крада «погребальный костёр» стоит слово клада «колода, гроб».
  33. Цит. по: Мансикка 2005, с. 94.
  34. Мансикка 2005, с. 96-97.
  35. Белова О. В., Петрухин В. Я. «Похороны Совия»: книжный сюжет и реалии погребального обряда в свете славяно-русских параллелей // Фольклор и книжность. М.: Наука, 2008. С. 128—136.
  36. Цит. по: Мансикка 2005, с. 98.
  37. Мансикка 2005, с. 99-101. Б. А. Рыбаков, однако, считает, что бъдынь — это столб над местом захоронения или небольшая деревянная домовина. При этом Рыбаков никак не аргументирует свою точку зрения, как и не объясняет этимологию слова, которая была бы весьма интересна при таком толковании.
  38. Цит. по: Мансикка 2005, с. 101.
  39. Мансикка 2005, с. 102—103.
  40. Анучин Д. Н. Сани, ладья и кони как принадлежности похоронного обряда // Древности. Тр. моск. археол. общества. Т. XIV. М., 1890.
  41. Зеленин, 1995, с. 58—69.

Литература

  • Амельченко В. В., Глинка Г. А., Максимов С. В. Вера и верования русского народа. — М.: Воениздат, 2003. — 256 с. — (Редкая книга). — ISBN 5-203-01928-2.
  • Аничков Е. В. Язычество и древняя Русь. — СПб.: Типография М. М. Стасюлевича, 1914. — XXXIX, 386 с.
  • Афанасьев А. Н. Славянская мифология. — М.: Эксмо; Мидгард, 2008. — 1520 с. — (Гиганты мысли). — ISBN 978-5-699-27982-1.
  • Васильев М. А. Особенности формирования и развития восточнославянского язычества
  • Гаврилов Д. А., Наговицын А. Е. Боги славян. Язычество. Традиция. — М.: Рефл-бук, 2002. — 464 с. — ISBN 5-87983-054-3.
  • Гаврилов Д. А., Ермаков С. Э. Древние боги славян. — М.: Вече, 2014. — 320 с. — (Неведомая Русь). — ISBN 978-5-4444-2245-8.
  • Гальковский Н. М. Борьба христианства с остатками язычества в Древней Руси (Репринтное издание). — М.: Индрик, 2000. — 700 с. — (Памятники древней письменности. Исследования. Тексты). — ISBN 5-85759-108-2.
  • Гимбутас М. Славяне. Сыны Перуна. — М.: ЗАО «Центрполиграф», 2003. — 254 с. — (Загадки древних цивилизаций). — ISBN 5-9524-0357-3.
  • Грашина М. Н., Васильев М. С. Языческий календарь. Миф, обряд, образ. — М.: Вече, 2013. — 384 с. — (Неведомая Русь). — ISBN 978-5-4444-1031-8.
  • Зеленин Д. К. Восточнославянская этнография. — М.: Наука, Главная редакция восточной литературы, 1991. — 512 с. — (Этнографическая библиотека). — ISBN 5-02-0165700-0.
  • Зеленин Д. К. Избранные труды. Очерки русской мифологии: Умершие неестественною смертью и русалки. — М.: Индрик, 1995. — 432 с. — (Традиционная духовная культура славян. Из истории изучения). — ISBN 5-85759-018-3. Архивная копия от 23 февраля 2014 на Wayback Machine
  • Иванов В. В., Топоров В. Н. Исследования в области славянских древностей. — М.: Наука, 1974. — 344 с.
  • Клейн Л. С. Воскрешение Перуна: К реконструкции восточнославянского язычества — СПб.: Евразия, 2004. — 480 с. — (Magicum). — ISBN 978-5-8071-0153-7.
  • Левкиевская Е. Е. Мифы русского народа. — М.: Астрель, 2000. — С. 442—445. — 528 с. — (Мифы народов мира). — ISBN 5-17-002811-3.
  • Ловмянский Г. Религия славян и её упадок / Пер. с пол. М. В. Ковальковой. — СПб.: Академический проспект, 2003. — 512 с. — ISBN 5-7331-0045-1.
  • Мансикка В. Й. Религия восточных славян. — М.: Изд-во ИМЛИ им. А. М. Горького РАН, 2005. — 368 с. — ISBN 5-9208-0238-3.
  • Русанова И. П., Тимощук Б. А. Языческие святилища древних славян. — М.: Вече, 2017. — 368 с.: ил. — (Неведомая Русь). — ISBN 978-5-4444-6039-9.
  • Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. — М.: Наука, 1981. — 608 с.: ил.
  • Рыбаков Б. А. Язычество древней Руси. — М.: Наука, 1987. — 784 с.: ил.
  • Славянская мифология и религия славян // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Слухай Н. В., Мосенкіс Ю. Л. Мовна символіка і міфопоетика текстів Тараса Шевченка. — К.: Видавничий дім А + С, 2006. — 164 с. (укр.)
  • Сперанский Н. Н. Русское язычество и шаманизм. — М.: Институт общегуманитарных исследований, 2006. — 608 с. — ISBN 5-88230-195-5.
  • Язычество / Толстая С. М. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / под общ. ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Межд. отношения, 2012. — Т. 5: С (Сказка) — Я (Ящерица). — С. 616—619. — ISBN 978-5-7133-1380-7.
  • Толстой Н. И. Очерки славянского язычества. — М.: Индрик, 2003. — 624 с. — (Традиционная духовная культура славян / Современные исследования). — ISBN 5-85759-236-4.
  • Боги / Топоров В. Н. // Славянские древности: Этнолингвистический словарь : в 5 т. / под общ. ред. Н. И. Толстого; Институт славяноведения РАН. — М. : Межд. отношения, 1995. — Т. 1: А (Август) — Г (Гусь). — С. 204—215. — ISBN 5-7133-0704-2.
  • Фаминцын А. С. Божества древних славян. — СПб.: Алетейя, 1995. — 362 с. — (Славянские древности). — ISBN 5-85233-003-8.
  • Шеппинг Д. О. Мифы славянского язычества. — М.: Академический проект, 2014. — 216 с. — (Технологии культуры). — ISBN 978-5-98426-141-8.

Религия древних славян

Размещено на http://www.allbest.ru/

РЕФЕРАТ

РЕЛИГИЯ ДРЕВНИХ СЛАВЯН

Подготовила студентка ІІІ курса

группы ЗС-611

Подопригора Юлия Олеговна

Введение

1. Источники изучения религии

2. Тотемистические верования

3. Семейно-родовой культ предков

4. Погребальный культ

5. Служители древнеславянского культа

6. Боги древних славян

7. Идолы в религии древних славян

8. Жречество и жертвоприношения древних славян

9. «Бог», «бес» и «черт»

10. «Низшая мифология» славян

Заключение

Список литературы

Введение

Древняя, дохристианская религия славянских народов известна нам еще далеко не достаточно. Ученые начали интересоваться ею с конца XVIII века, когда вообще пробудилось национальное самосознание у многих славянских народов, а в европейской литературе стал сказываться интерес к народной культуре, народному творчеству. Но к этому времени все славянские народы, уже давно обращенные в христианство, успели позабыть свои древние верования, сохранились у них лишь некоторые народные обычаи и обряды, некогда связанные с этими верованиями. Поэтому в сочинениях конца XVIII и начала XIX в. о древнеславянской религии больше романтической фантазии, чем исторических фактов. Таковы «Краткое описание славянского баснословия» Михаила Попова (1768), «Словарь русских суеверий» Михаила Чулкова (1780), «Древняя религия славян» Григория Глинки (1804), «Славянская и российская мифология» Андрея Кайсарова (1804).

В славянских сказках встречается множество волшебных персонажей — то ужасных и грозных, то таинственных и непонятных, то добрых и готовых помочь. Современным людям они кажутся причудливым вымыслом, но в старину на Руси свято верили, что весь окружающий мир пронизан волшебством. Такая вера получила название язычество, т. е. «народная вера» («народ» — это одно из значений древнеславянского слова «язык»). Славянское язычество — комплекс воззрений, верований и культов древних славянских племен, мощный религиозно-культурный пласт, по времени существования предшествующий христианскому.

1. Источники изучения религии

Источниками изучения дохристианских верований славян служат, во-первых, письменные известия, относящиеся к VI—XII вв., во-вторых, археологические памятники, в-третьих, пережитки древних верований и обрядов, сохранившиеся до недавнего времени и описанные в этнографической литературе.

Древние славяне никогда не были объединены ни политически, ни экономически, и едва ли они могли иметь общих богов, общие культы. Очевидно, у каждого племени были свои предметы почитания, и даже у каждого рода свои. Но, конечно, многое было одинаковым или сходным у разных племен.

Изучение язычества представляется весьма непростым делом из-за ряда факторов:

· это огромная территория расселения славянских племен и, как следствие, разные внутренние тенденции их развития и отличное влияние внешних факторов;

· неравномерность темпа исторического развития в разных зонах расселения славянских народов;

· отсутствие достоверных мифологических и религиозных текстов;

· разрушение традиционной картины мира и мифо-религиозных представлений привнесенным христианством.

Из-за отсутствия аутентичных языческих текстов, изучение данного культурного пласта весьма затруднено. Источниками информации в такого рода исследованиях становятся тексты греческих и арабских путешественников, различный этнографические сведения и археологические памятники.

2. Тотемистические верования

Славяне имели довольно широкое распространение тотемистические верования. Характерные тотемные звери славян — лось, медведь и кабан. С течением времени восхваление животных-предков приняло форму почитания священного животного того или иного божества. Так, священным животным Перуна считался кабан, а Велеса — медведь.

У славян так же были широко распространены растительные тотемы. Наиболее часто ими становились дубы, березы, вербы. Деревья широко почитались в языческие времена не только как предки, но и как священные предметы. Подтверждением этого может служить почитание священных рощ или же отдельно стоящих деревьев, у которых проводились определенные ритуалы.

3. Семейно-родовой культ предков

Почитание «родителей» — это настоящий семейный (а прежде, очевидно, родовой) культ предков. Поминают родителей в определенные дни года, особенно в родительскую субботу (перед масленицей, а также перед троицей), на радуницу (послепасхальная неделя). К празднику старательно готовились, чистили и мыли жилище, готовили обрядовые кушанья; умерших приглашали принять Участие в трапезе, которая всегда проходила очень торжественно.

Еще один след существовавшего тогда культа предков — фантастический образ Чура или Щура. Очень вероятно, что это был почитаемый предок-родоначальник. Культ его прямо не засвидетельствован, но сохранились убедительные следы его в славянских языках. Восклицания «Чур!», «Чур меня!», «Чур, это мое!» означали, видимо, заклинание, призывание Чура на помощь; сейчас оно сохранилось в детских играх; украинское (и польское) «Цур тобі» — тоже в смысле заклинания. Глагол «чураться» — держаться в стороне, то есть как бы ограждаться Чуром. И слово «чересчур» явно происходит от понятия о Чуре, как бы охраняющем какие-то рубежи, границы родовой земли, вероятно. Что Чур-Щур был именно предок — видно из слова «пращур», прапредок. Быть может, изображения Чура делались из дерева, на что намекает русское слово «чурка» — обрубок дерева.

Наконец, последний пережиток древнего семейно-родового культа предков — это вера в домового, сохранившаяся доныне, особенно у восточных славян, где патриархально-семейный уклад держался дольше. Домовой (домовик, доможил, хозяин, суседко и пр.) — это невидимый покровитель семьи; по народным поверьям, он есть в каждом доме, живет обычно под печкой, за печкой, под порогом; человекообразен; следит за хозяйством, покровительствует трудолюбивым хозяевам, но наказывает ленивых и нерадивых; требует уважения к себе и маленьких жертвоприношений — немного хлеба, соли, каши и пр.; любит лошадей и ухаживает за ними, но только если масть их ему по нраву, иначе он может загубить лошадь. Домовой может предстать в виде старика, умершего хозяина или даже живого. В его образе как бы олицетворилось благополучие и неблагополучие семьи и хозяйства.

4. Погребальный культ

У славян очень долго держался патриархально-родовой строй. По словам Киевской летописи, «живяху кождо родом своим и на своих местех, владеюще кождо родом своим». Поэтому естественно, что у них сохранялся и семейно-родовой культ в виде почитания предков, связанного с погребальным культом.

По всей территории, на которой обитали славянские племена, встречаются многочисленные могильники и курганы с погребениями. Погребальные обычаи были сложными и разнообразными. У некоторых племен даже было принято хоронить уважаемых родичей прямо в избе, под порогом или же в красном углу. Считалось, что таким образом предок-защитник убережет своих домашних от влияния злых сил. Также обычаи кремации (особенно у восточных и частью у западных славян; у южных не засвидетельствована), трупоположение (с X—XII вв. повсеместно), часто хоронили или сжигали в лодке (пережиток водяного погребения). Над могилой обычно насыпали курган, с умершим всегда клали разные вещи, при погребении знатных убивали коня, а иногда и раба, даже жену умершего.

Все это связано с какими-то представлениями о загробной жизни. Слово «рай» — дохристианское общеславянское слово — означало прекрасный сад, каким рисовался, видимо, загробный мир; но он, вероятно, был доступен не для всех. Дохристианского происхождения, несомненно, и слово «пекло» (буквально жар, огонь), может быть, означавшее подземный мир, где горят души злых. Впоследствии христианское учение о «будущей жизни» перекрыло эти древние представления; пожалуй, только у украинцев сохранилось смутное мифологическое поверье о какой-то блаженной стране — вирий (ирий), куда улетают осенью птицы и где обитают умершие.

Зато верования, касающиеся отношений умерших к живым, удерживались поразительно прочно, и они совсем непохожи на христианские. Умершие делились очень резко на две категории. Одна категория — «чистые» покойники, умершие естественной смертью: от болезни, старости,— их называли обычно безотносительно к возрасту и полу, родителями; другая — «нечистые» умершие (мертвяки, заложные), те, кто погиб неестественной, насильственной или преждевременной смертью: убитые, самоубийцы, утопленники, опойцы (умершие от пьянства); сюда же относились дети, умершие некрещеными (влияние христианства!), и колдуны. Отношение к этим двум категориям умерших было в корне различно: «родителей» почитали, смотрели на них как на покровителей семьи, а «мертвяков» боялись и старались обезвредить.

«Нечистых» мертвецов просто боялись, и эта суеверная боязнь, очевидно, была порождена либо страхом перед этими людьми при их жизни (колдуны), либо самой необычайностью причины их смерти. В суеверных представлениях об этих нечистых мертвецах, видимо, очень мало анимистических элементов: славяне боялись не души или духа мертвеца, а его самого. Это видно из того, что до недавнего времени жили народные суеверные приемы обезвреживания такого опасного мертвеца: чтобы не дать ему вставать из могилы и вредить живым, труп пробивали осиновым колом, вбивали зуб от бороны позади ушей и пр.; словом, боялись именно самого трупа, а не души и верили в его сверхъестественную способность двигаться после смерти. Нечистым умершим приписывали и дурное влияние на погоду, например засуху; чтобы предотвратить ее, выкапывали из могилы труп самоубийцы или иного мертвяка и бросали его в болото либо заливали могилу водой. Такие нечистые умершие назывались упырями.

5. Служители древнеславянского культа

Очень неясен вопрос о древнеславянских служителях культа, исполнителях религиозных обрядов. Ритуал семейно-родового культа выполнялся, скорее всего, главами семей и родов. Общественный же культ был в руках особых профессионалов — волхвов. Само это слово удовлетворительно не разъяснено, несмотря на многочисленные попытки. Во всяком случае, несомненна связь слова «волхв» со словом «волшебный», «волшебство». Но кем же были волхвы? Простыми колдунами, шаманами или жрецами богов? На это ответить трудно. Сохранились, впрочем, и другие обозначения для исполнителей религиозно-магических обрядов: чародей, ведун, вещий, баяльник, ворожеи, кудесник и пр.

Есть известия, что после принятия на Руси христианства волхвы выступали как защитники старой веры и одновременно как руководители антикняжеских и антифеодальных восстаний (например, в 1071 г.). И это понятно, ибо христианство пришло на Русь как чисто феодально-княжеская религия. В позднейшее время у всех славянских народов сохранялись колдуны, чародеи, чернокнижники, которым приписывались тайные знания, сношения с нечистой силой. Но наряду с ними сохранились от древней эпохи и специалисты по лечебной магии, связанной с народной медициной,— знахари (шептуны, ведуны). В народных поверьях они отграничивались от колдунов и нередко сами себя противопоставляли им, утверждая, что действуют они при помощи силы божьей, а не нечистой силы.

В древнеславянской религии, несомненно, существовали священные и жертвенные места, а кое-где и настоящие святилища и храмы с изображениями богов и пр. Но известно только об очень немногих: Арконское святилище на острове Рюгене, святилище в Ретре, дохристианское святилище в Киеве (под Десятинной церковью).

6. Боги древних славян

Славяне не имели единого политеистического пантеона божеств. У каждого племени верования в богов носили значительные различия: складывался свой пантеон, одни и те же боги получали различные названия, не было единого для всех племен верховного бога. Хотя есть ряд божеств, которых исследователи признают общеславянскими. Это такие боги как Сварог, Перун, Макошь, Лада, Велес.

Сварог — бог неба и огня, отец других богов. Б.А.Рыбаков считал, что Сварог некогда был верховным божеством славян, но позднее его культ отошел на второй план по сравнению с культом Даждьбога, бога солнечного света.

Перун — бог громовержец, покровитель воинов и княжеской власти. У западных славян также известен под именем Перкунаса. Культ Перуна как верховного божества пытался установить в Киеве князь Владимир Святославович.

Макошь — богиня плодородия, покровительница рожениц, богиня судьбы. Также упоминается как богиня воды. Олицетворение женского начала. Как богиню плодородия, Макошь часто изображают с рогом, который считается символом достатка и благосостояния.

Лада и ее дочь Леля — богини «рожаницы», связанные с древним культом плодородия. Лада — богиня красоты, любви, покровительница летнего урожая. Леля — богиня весны, хранительница молодых побегов и всходов. На традиционных русских вышивках Лада и Леля изображаются стоящими рядом с «матерью урожая» Макошью.

Велес — «бог скота», покровитель купечества, бог богатства. Также упоминается как бог мертвых. Считается антагонистом Перуна, по крайней мере, в киевском пантеоне. Велес почитался и как покровитель путешественников. Сохранилось немало и других имен божеств, но они сомнительны.

7. Идолы в религии древних славян

Идолы — каменные и деревянные изваяния, передающие образ божества и служащие непременным атрибутом религиозных обрядов Древней Руси. До наших дней идолов сохранилось крайне мало, но это связано не только с гонениями на язычество, но и с тем, что славянские идолы в большинстве своем были деревянными. Вероятно, это связано с древним культом деревьев.

Чаще всего идолов ставили на пригорках, на берегах рек, по рощам. Были также маленькие домашние идолы, которых зачастую прятали от чужих глаз. Скорее всего, идолов делали по одному образцу, но они отличались оформлением. Например, идол Перуна в Киеве, как рассказывает летопись, был хоть и деревянным, но с серебряной головой и золотыми усами. Иногда идолов одевали, иногда возле них клали оружие. Некоторые идолы держали в руках рога (например, идол Макоши, с рогом, как символом достатка в руках) или чаши.

Характерно, что для славян, как и любых других язычников, идол — не просто изображение, он — само божество. Потому повредить изваяние — все равно что нанести вред самому богу. Поэтому когда в 988 г. киевлян должны были крестить, то многие из них прятали домашних идолов в киевских пещерах, спасая их от уничтожения.

Все известные сохранившиеся до наших дней каменные славянские идолы были найдены на побережье Чёрного моря и в Приднепровье.

8. Жречество и жертвоприношения древних славян

Централизованного жреческого аппарата у восточных славян не было. Обряды индивидуально-семейного значения зачастую отправлял старший мужчина семьи, а ритуалы коллективного, общинного значения выполнял ее глава, старейшина. У славян западных, которые находились под влиянием балтийских и германских племен, институт жречества был сформирован. Западные славяне возводили храмы в честь своих богов. При этом в храмах зачастую размещались идолы всего пантеона, а не какого-то отдельно взятого божества. Восточные славяне храмов не возводили и молились своим богам под открытым небом. Роль храмов у них исполняли капища, расположенные в священных рощах или же на господствующих высотах определенной местности. Капище состояло из двух основных частей: собственно «капища», где размещались идолы почитаемых богов, и «требища», где был расположен алтарь и приносились жертвы. У западных славян капище отгораживалось ширмами и занавесами, входить в него мог только жрец; у восточных славян приближаться к идолам мог любой верующий.

Роль алтаря зачастую исполняло большое кострище. Один из таких алтарей был раскопан в начале ХХ в. В.В. Хвойкой на Старокиевской горе. Алтарь представлял собой останки столба, в котором слои пережженной глины чередовались со слоями пепла и древесного угля. Вокруг столба найдено большое количество костей разных животных, что дает представление о характере жертвоприношений. Убедительных сведений о человеческих жертвоприношениях у славян нет. Хотя В «Повести временных лет» есть несколько упоминаний о человеческих жертвоприношениях: про жителей Киева сказано, что они приводили к изображениям богов, поставленных на холме, «сыны своя и дочери и жряху (приносили в жертву) бесом»; после успешного похода князя Владимира на ятвягов в Киеве было решено по старому обычаю принести богам человеческую жертву, наметив ее по жребию.

9. «Бог», «бес» и «черт»

Само слово «бог» исконно славянское, общее для всех славянских языков, а также родственное древнеиранскому baga и древнеиндийскому bhaga. Основное значение этого слова, как показывают данные языка,— счастье, удача. Отсюда, например, «богатый» (имеющий бога, счастье) и «убогий» («у» — префикс, означающий утрату или удаление от чего-то); польское zboze — урожай, лужицкое zbozo, zboze — скот, достаток. С течением времени представления об удаче, успехе, счастье, везении олицетворились в образе некоего духа, дающего удачу. Другое общеславянское обозначение сверхъестественного существа — бес. Это слово, видимо, означало вначале все сверхъестественное и страшное (сравни литовское baisas — страх, латинское foedus — ужасный, отвратительный). До сих пор сохраняются в русском языке слова «бешеный», «беситься». После принятия христианства слово «бес» стало синонимом злого духа, равнозначным с понятием дьявола, сатаны.

Такая же судьба постигла представление о черте. Но дохристианское значение этого образа неясно, как не совсем ясна и этимология слова «черт». Из разных попыток его объяснить наиболее правдоподобно старое предположение чеха Карела Эрбена: он возводит его к древнеславянскому krt, которое звучит в имени западнославянского бога Krodo, в названиях домашнего духа у чехов kret (skriter), у поляков skrzat, у латышей krat. Видимо, тот же корень и в слове «крачун» («корочун»), которое тоже известно всем славянам и некоторым их соседям. Слово «крачун» («корочун») имеет несколько значений: зимний праздник святок, обрядовый хлеб, выпекаемый в это время, а также какой-то дух или божество зимы, смерти. «Его хватил корочун» по-русски означает: он умер.

Можно думать, что древние славяне верили в некое божество зимы и смерти, быть может олицетворение зимнего мрака и холода. Есть следы и какого-то раздвоения образа krt — crt, может быть связанного с зачатками дуалистического представления о светлом и темном начале. Но корень «крт» почти исчез, а «чрт» — черт — сохранился почти во всех славянских языках как олицетворение всяческой злой сверхъестественной силы. Черт стал синонимом христианского дьявола.

10. «Низшая мифология» славян

Но образы «низшей мифологии» оказались более устойчивыми. Они дожили почти до наших дней, хотя и не всегда легко различить, что в этих образах действительно идет от древних времен, а что наслоилось на них позже. славянский народ культ жертвоприношение

У всех славянских народов отмечены поверья о духах природы. Духи — олицетворения леса известны главным образом в лесной полосе: русский леший, белорусский лешук, пущевик, польский duch lesny borowy. В них олицетворялась опасливая враждебность славянина-земледельца к дремучему лесу, у которого приходилось отвоевывать землю для пашни и в котором человеку угрожала опасность заблудиться, погибнуть от диких зверей. Дух водной стихии — русский водяной, польский topielec, wodnik (topielnica, wodnica), чешский vodnik, лужицкий wodny muz (wodna zona) и т. д.— внушал гораздо больший страх, чем сравнительно добродушный шутник леший, ибо опасность утонуть в омуте, озере куда страшнее, чем опасность заплутаться в лесу. Характерен образ полевого духа: русская полудница, польская poludnice, лужицкая pripoldnica, чешская polednice. Это женщина в белом, которая будто бы является работающим на поле в полуденный жар, когда обычай требует делать перерыв в работе: полудница наказывает нарушителя обычая, сворачивая ему голову или как-нибудь иначе. Образ полудницы — олицетворение опасности солнечного Удара. В горных областях Польши и Чехословакии есть поверье о духах гор, стерегущих сокровища либо покровительствующих горнякам: skarbnik у поляков, perkman (от немецкого Bergmann — горный человек) у чехов и словаков.

Более сложен и менее ясен образ вилы, особенно распространенный у сербов (у болгар — самовила, самодива); он встречается и в чешских и в русских источниках. Некоторые авторы считают его исконно и общеславянским; другие — все-таки лишь южнославянским. Вилы — лесные, полевые, горные, водяные или воздушные девы, которые могут вести себя и дружественно и враждебно в отношении человека, в зависимости от его собственного поведения. Кроме верований, вилы фигурируют в южнославянских эпических песнях. Происхождение образа вилы неясно, но несомненно, что в нем переплелись разные элементы: тут и олицетворение природных стихий, и, может быть, представления о душах умерших, и силы плодородия. Само слово, видимо, славянское, но этимология его спорна: от глагола «вити» — гнать, воевать, или от «вилити» — носиться в бурной пляске (чешское vilny — сластолюбивый, похотливый, польское wit — пугало, чучело, wity — глупости, сумасшедшие выходки).

Более ясен вопрос о происхождении образа русалки, хотя последний еще более сложен. Образ русалки или по крайней мере какой-то аналогичный известен у всех славян. О нем много спорили: одни считали русалку олицетворением воды, другие полагали, что русалка — это утопленница и т. д. Само слово выводили то от «русый» (светлый, ясный), то от «русло» (речное) и т. п. Теперь, однако, можно считать доказанным, что слово это не славянского, а латинского происхождения, от корня «ros».

Самое обстоятельное исследование о восточнославянских русалках принадлежит Д. К. Зеленину; он собрал огромнейший фактический материал об этих верованиях, но его взгляд на их происхождение страдает односторонностью. Уже со времени работ Миклошича (1864), Веселовского (1880) и др. стало ясно, что нельзя понять поверий о русалках и связанных с ними обрядов, если не учесть влияния античной и раннехристианской обрядности на славян. У народов Средиземноморья весенне-летний праздник троицы (пятидесятницы) назывался domenica rosarum, pascha rosata, в греческой форме povублiб. Эти греко-римские русалии были перенесены вместе с христианством к славянам и слились с местными весенне-летними земледельческими обрядами. До сих пор у болгар и македонцев известны русалии, или русалници, как летние праздники (перед троицыным днем). У русских тоже справлялась русальская неделя (перед троицей), а также проводы русалки; русалку изображала девушка либо соломенное чучело. Сам мифологический образ русалки — девушки, живущей в воде, или в поле, в лесу,— поздний: он засвидетельствован только с XVIII в.; это в значительной мере олицетворение самого праздника или обряда. Но этот образ слился, видимо, с древними чисто славянскими мифологическими представлениями, притом довольно разнообразными: тут и олицетворение водной стихии (русалка любит завлекать в воду и топить людей), и представления о погибших в воде женщинах, девушках, о некрещеных умерших детях (нечистые умершие), и верования о духах плодородия (русалки в южновеликорусских верованиях гуляют во ржи, катаются по траве и тем самым дают урожай хлеба, льна, конопли и пр.). Очевидно, этот новый и сложный образ русалки вытеснил исконно славянские древние образы берегинь, водяниц и других женских водяных духов.

У современных славянских народов сохранилось множество и других суеверных представлений о сверхъестественных существах, частью враждебных, частью благожелательных к человеку. В них олицетворились либо страх перед стихиями природы, порожденный неразвитостью материального производства, либо социальные условия. Некоторые из этих представлений восходят к дохристианской эпохе, другие возникли в сравнительно новых условиях жизни; к числу поздних принадлежат, например, украинские поверья о злыднях — мелких духах, олицетворяющих злосчастную судьбу крестьянина-бедняка. Под церковным влиянием большинство этих мифологических образов соединилось под собирательным названием нечистой силы (у белорусов, например, нечистики).

Заключение

Религия древних славян — довольно развитая система языческих верований, исповедуемся славянскими племенами до принятия христианства. Специфика славянского язычества заключается в свободном сосуществовании культа предков. Другая характерная черта религии древних славян — ее неоднородность, различие между культами у разных племен, почитание разных божеств, отличная культовая практика в разных местностях. Религия славян — это не только система культов, но и мировоззрение, мировосприятие, отразившееся в дальнейшем развитии культур славянских народов.

Список литературы

1. Большая советская энциклопедия. — М.,1990.

2. Вадченко Н.Л, Приседская И.В «Историческое досье».- М.1997.

3. Верования славян. Электронный ресурс.

4. О Богах славян. Электронный ресурс.

5. Поликарпов В.С., «История религий» — М.,1997.

6. Славянские мифы. Электронный ресурс.

Размещено на Allbest.ru

Найденные идолы

К числу славянских идолов, которым повезло, относится Святовит. Его нашли в относительной сохранности. Божество обнаружилось на реке Збруч, за что и получило название «збручский идол». Совершилось это событие в середине XIX века. Стоял 1848 год, когда у города Гусятин обнаружился этот идол. На месте города ранее находилось славянское поселение. И судя по огромному святилищу и его находкам, перед идолом совершались человеческие жертвоприношения.

Находка представляла собой высокий столб. Его длина составляла около трех метров. Сам столб был четырехгранным. На каждой его стороне имелись многочисленные изображения. Три горизонтальных яруса олицетворяли вселенную. Небо, земля и подземный мир изображены на идоле. На каждой стороне столба были высечены четыре божественные фигуры. Одна из них — богиня плодородия. В правой руке она держала рог изобилия. Справа от богини изображен Перун. По крайней мере, если судить по его внешности. Конный воин, на поясе у него сабля. Слева от богини плодородия — еще одно божество. Женщина с кольцом в руке. На тыльной стороне столба была высечена мужская фигура. Так славяне представляли небо и основных богов пантеона.

Средний ярус посвящен людям. Хоровод из мужчин и женщин, крепко держащихся за руки. Это олицетворение земли и ее обитателей.

На нижнем ярусе изображены три мужские фигуры. Все они усатые и крепкие. Подземные боги, на чьих плечах лежит земля. Они удерживают ее, не давая накрениться или упасть.

Вот такой идол славянских богов (из дерева) был найден больше ста лет назад.

Интересные факты о религии славян и идолах

Славяне не были язычниками. Так называли тех, кто отрекся от своей религии и носителей чужого языка. Наши предки считались носителями собственных убеждений. Они являлись ведическими. Слово «ведать» означает «знать, понимать».

Самый почитаемый божок славян — Перун. Его представляли стариком, очень крепким и сильным. Перун разъезжал по небу на своей колеснице. Он был владыкой неба, громовержцем. Основное оружие Перуна — стрелы, молнии и топоры.

Старый божок любил жертвоприношения. Довольствовался убитыми быками и петухами, как правило. Но в особых случаях требовал большего. Чтобы выпросить победу над врагами, Перуну приносились человеческие жертвы. Совсем юные девушки и молодые люди. Они были чистыми, а именно такая жертва и требовалась кровавому божку.

Женой Перуна была Мокошь. Единственная женщина-богиня у славян. Менее кровожадная, чем муж, она довольствовалась медом и житом в качестве жертвоприношений.

Мокошь требовала от женщин почтения. Ей посвятили пятничный день, когда запрещались какие-либо дела. В пятницу женщины воздерживались от своих хлопот. Нарушительницу устава ждала кара. Разгневанная богиня могла заставить ее прясть по ночам. Или просто поколотить веретеном.

Славяне трепетно относились к своим божествам. Это доказывают идолы, сохранившиеся до настоящего времени.

Считается, что славянское язычество не приносило зла. Оно было добрым, как греческое или индийское. Но достаточно прочесть о кровавых жертвоприношениях, чтобы оспорить эту гипотезу.

До наших дней дошло слишком мало славянских идолов. Остальные были уничтожены. Хорошо это или плохо, судить не нам. В нашу задачу входило ознакомить читателя со идолами древних славян.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *