Последний халиф османской империи


Одним из объединяющих факторов мусульманского мира на протяжении всей исламской истории был халифат. После смерти Пророка Мухаммада (мир ему и благословение) его близкий сподвижник Абу Бакр был избран первым халифом мусульманской общины. Как лидер он обладал политической властью в мусульманском государстве и одновременно был духовным наставником мусульман. Эта должность стала передаваться по наследству, сначала ее занимали представители династии Омейядов, затем Аббасидов. В 1517 году халифат перешел к династии Османов, которые правили самой обширной и сильной империей мира.
Веками османские султаны не придавали большого значения своей роли халифов. Это был официальный титул, которым пользовались при необходимости, но, в основном, на него не обращали внимания. В XIX веке, когда османская империя уже переживала упадок, к власти пришел султан, который решил возродить влиятельность халифата.
Абдул-Хамид II взялся вернуть славу османского государства и счел, что лучше всего это сделать через возрождение ислама и панисламского единства, строящегося вокруг идеи сильного халифата. Хотя 33-летнее правление Абдул-Хамида не могло помешать неизбежному краху империи, ему удалось обеспечить османам относительно сильные позиции перед лицом европейского посягательства и колониализма. При этом центральное место в империи Абдул-Хамида занимал ислам.

Исламская реформа


Османская империя в 1878 году
В течение XIX века османское правительство безуспешно пыталось замедлить падение империи. Начиная с Махмуда II, а затем при Абдул-Меджиде и Абдул-Азизе попытки реформ были главной заботой властей.
Эти реформы модернизации – Танзимат – были попыткой поставить османское государство на либеральные европейские рельсы. Ислам (и религия вообще) был отодвинут на второй план общественной жизни, законы и политика властей диктовались светскими идеями.
Со временем стало ясно, что эти реформы не помогли отдалить упадок империи. Во всяком случае, повышенное внимание к неисламской самобытности османских подданных способствовало распространению на ее обширных территориях националистических идей, что породило еще большую разобщенность.
В период танзимата Османская империя утратила Сербию, Грецию, Валахию, Молдавию, Абхазию, Болгарию и Алжир из-за европейского вторжения или в результате влияния идей национализма.
Абдул-Хамид решил взять прямо противоположный курс. Так как до начала или в первые годы его правления европейские территории были потеряны, империя стала, по преимуществу, мусульманской. На протяжении всей османской истории христиане составляли существенную часть населения империи, иногда достигавшую 80%. Однако в XIX веке османская империя утратила контроль над землями, на которых проживало христианское население, и сюда начали стекаться мусульманские иммигранты. Поскольку три четверти населения было мусульманским, Абдул-Хамид решил сделать ставку на ислам как главную объединяющую силу государства.

Тугра Абдул-Хамида II
В этот период остальная часть Европы переживала мощный подъем националистических движений. Панславизм и пангерманизм стали примерами идей, объединивших людей с близкими языками и культурами. Тогда как османская империя всегда была вместилищем многих культур, ее населяли турки, арабы, албанцы, боснийцы, курды, армяне и другие народы. Абдул-Хамид попытался объединить мусульман внутри империи и за ее пределами за счет идей панисламизма.

Чтобы продемонстрировать свою роль верховного лидера мусульман всего мира, Абдул-Хамид стал уделять особое внимание святыням Мекки и Медины. В XIX веке началась масштабная застройка священных городов, в Хиджазе строились больницы, казармы и инфраструктура хаджа. Сама Кааба и окружающая ее Масджид аль-Харам подверглись реконструкции и были оборудованы системой водоотвода, которая помогла противостоять сильным наводнениям.
В 1900 году Абдул-Хамид начал прокладывать железную дорогу из Стамбула через Сирию, Палестину и Аравийскую пустыню в Медину. Его целью было улучшить связь между святынями, которые находились на подконтрольных Стамбулу территориях, а также упростить паломничество. По замыслу Абдул-Хамида, Хиджазская железная дорога была немного уже, чем стандартные европейские – это делалось на случай, если Стамбул достанется колониалистам, чтобы затруднить их вторжение в Мекку и Медину.

Мусульмане других национальностей

В исламской истории бывало, что султаны помогали мусульманским общинам за пределами империи, когда представлялся случай, и у османской империи была такая возможность. Например, в XVI веке османский флот был ключевой силой в Индийском океане и помогал местным мусульманам в борьбе с португальским колониализмом даже в Индии и Индонезии. Абдул-Хамид считал своим долгом делать то же самое и в XIX веке, особенно, когда значительное количество мусульман в Африке и Азии оказалось под властью европейских колонизаторов.

Открытие университета Хамидие в Пекине
В африканские мусульманские государства, такие как Занзибар, направлялись делегации с дарами от Абдул-Хамида и предложением признать его халифом и защитником от европейского империализма. Точно так же османские посланники направлялись к российским и китайским границам.
В 1901 году Абдул-Хамид отправил своего советника Энвера-пашу во главе делегации исламских ученых в Китай. В Шанхае они получили радушный прием властей и местных мусульман, живших в Китае много веков. Позднее Абдул-Хамид способствовал созданию в Пекине мусульманского университета под названием Пекинский университет Хамидие. Даже в Китае Абдул-Хамид хотел создать среди мусульман дух принадлежности и единства, сконцентрированный вокруг халифата.
Усилия Абдул-Хамида привели к тому, что во время пятничных намазов его поминали как халифа мусульманского мира и в отдаленных африканских деревнях, и в крупных мусульманских общинах в Индии и Китае.

Проблема Палестины

В конце XIX века среди европейских евреев зародилось мощное националистическое движение – сионизм. Сионистская идеология призывала к созданию еврейского государства на древней родине евреев Палестине. Хотя европейские евреи были рассеяны по всей Европе, многие их семейства обладали уникальной финансовой и политической властью, что позволило сионизму к концу XIX века стать значительной силой.

В конце XIX века султан Абдул-Хамид II пытался вернуть османской империи исламский характер
Основатель сионистского движения Теодор Герцль лично требовал у Абдул-Хамида II разрешения поселиться в Палестине в обмен на 150 миллионов фунтов золотом, с помощью которых османы могли бы оплатить свои огромные долги. Но Герцль не хотел жить в Палестине под властью османов – он хотел создать там еврейское государство на отнятых у мусульман землях (что и произошло в 1948 году). Абдул-Хамид понял, что как халиф он должен защитить неприкосновенность и суверенитет мусульманских земель, поэтому он ответил Герцлю следующее:

«Если вы предложите мне все золото мира в придачу к вашим 150 млн., я не соглашусь отдать вам эту землю. Я служил исламской религии и народу Мухаммада более тридцати лет и не очерню белый лист мусульманской истории, истории моих отцов и дедов – османских султанов и халифов. И я никогда не соглашусь на то, что вы мне предлагаете».
Таким образом, он не дал сионистским организациям приобрести участки земли в Палестине, и их попытки обосноваться здесь оказались безуспешными. Сионистам позволили приобрести земли в Палестине и поселиться там уже после Абдул-Хамида – это сделали младотурки, пришедшие к власти в Османской империи.

Наследие

Абдул-Хамид II был последним османским султаном, обладавшим реальной властью. В 1909 году его свергли младотурки – либеральное светское движение, члены которого были людьми западного образования. Их не устраивал происламский курс Абдул-Хамида, которым империя двигалась с 1876 года. После его свержения младотурки назначили султаном брата Абдул-Хамида Мехмеда Решада, однако он уже не обладал реальной властью, так как империей правили олигархи – три министра младотурецкого правительства.
После Абдулхамида II титул халифа носили еще три человека: Мехмед V, Мехмед VI и Абдул-Меджид II, но все они были только номинальными правителями. В 1924 году новый турецкий парламент отменил халифат, и Абдул-Меджид и остатки правящего семейства были вынуждены уехать в ссылку. Таким образом, Абдул-Хамид II был последним халифом мусульманского мира, имевшим реальную власть.
Как видим, традиция сильного и ответственного правителя, заложенная Абу Бакром в 632 году, продержалась до конца XIX века, прежде чем была окончательно повержена либеральными элементами империи.

Али Бен Абу Талиб – последний праведный халиф

Четвертый — и последний в ранней истории ислама праведный халиф Али — фигура трагическая и ключевая для понимания самого первого и масштабного разделения мусульманской общины — на суннитов и шиитов, — сохраняющегося и по сию пору. Он был не только верным соратником пророка Мухаммеда, но и его близким родственником — двоюродным братом, а потом зятем, отцом его внуков Хасана и Хусейна. Вот из-за этого родства часть мусульман была глубоко уверена, что именно Али и его потомкам должна перейти по наследству власть в общине после кончины пророка Мухаммеда. Но с этим были согласны далеко не все…

Али был одним из первых, кто принял ислам. Сказать точнее — был ли он вторым после Хадиджи, жены Мухаммеда, или третьим — после Абу Бакра — невозможно, но он всегда, с самого начала был рядом с Мухаммедом. Они жили с детства под одной крышей — рано осиротевший Мухаммед воспитывался в доме своего дяди Абу Талиба, чьим сыном и был Али. Однажды Абу Талиб, случайно оказавшись среди безлюдных холмов, застал сына и племянника за молитвой. Пришлось ему все рассказать. Дядя выслушал Мухаммеда и не стал упрекать юношей за отказ от других богов во имя Единственного.

Сам он принять ислам отказался, но с тех пор защищал Мухаммеда от недовольных его проповедью мекканцев. В 619 году Абу Талиб умер (в истории ислама этот год называется «годом траура», он унес и Хадиджу). Первые мусульмане потеряли своего защитника — авторитетного в Мекке человека — и вынуждены были переселиться в Медину. Али покинул Мекку в числе последних: он ежевечерне зажигал светильник в доме Мухаммеда, чтобы враги считали, что Мухаммед все еще в городе…

Вскоре после переселения Мухаммед отдал в жены двоюродному брату свою дочь Фатиму. Пророк видел в этом браке знак благодарности к покойному дяде Абу Талибу, которого любил как отца. Он считал, что и Фатима, так похожая характером на свою мать Хадиджу, и Али, достойный сын своего отца, будут ему надежной опорой в руководстве мусульманской общиной.

Али всегда оправдывал эти надежды. Он принимал участие в главных битвах мусульман с язычниками — при Бадре, Ухуде, аль-Кандаке. Существует множество легенд о необычайной храбрости Али. Рассказывают, что в те времена воины, вступающие в поединок, должны были представляться друг другу. В таких случаях Али обычно говорил: «Я — Али, которого мать, рожая, назвала рычащим львом — «аль Хайдар».

Однажды во время боя Али лишился своего щита. Оглянувшись, он увидел ворота, которые легко сорвал с петель и использовал как щит все оставшееся время боя. Абу Раф, слуга Мухаммеда, рассказывал: «Я нарочно потом позвал товарищей рассмотреть эти ворота. Нас было восемь человек, но мы все вместе не могли их поднять».

В битве при горе Ухуд Али получил шесть ранений. А после Бадра его и воина Хамзу стали называть богатырями. Оба получили почетные прозвища: Хамза — «лев ислама», а Али — «меч ислама».

В 630 году Мухаммед отправил Али в Мекку с поручением прочитать паломникам тексты откровений, которые затем вошли в девятую суру Корана «Ат-Тауба» («Покаяние»). Это было особое доверие, и «правая рука» Мухаммеда Абу Бакр был обижен тем, что пророк оказал его не ему, хотя именно он был во главе мединских паломников. Впоследствии шииты истолковали этот эпизод как знак того, что именно Али должен наследовать пророку.

Предание сохранило словесный портрет Али: он был смугл, невысок, к старости потолстел и обзавелся густой седой бородой, которую иногда красил хной, как это делали почтенные мединцы. Говорили, что его взгляд был тяжелым из-за выпуклых глаз, но когда он улыбался, обнажая белые крепкие зубы, это впечатление исчезало.

Современники отмечали его веселый нрав, остроумие и особую отзывчивость. Вчера он поражал в бою всех своей храбростью, а сегодня трогательно заботился о сиротах, ходатайствовал перед пророком о несчастных или советовал, как заслужить его милость. Известно, что гнев Мухаммеда был скоротечен и он всегда переживал, когда из-за минутной вспышки его недовольства страдал человек. Али это понимал, и ему доставляло удовольствие помогать Мухаммеду выйти из такого положения. В хадисах немало таких примеров.

После смерти Ибрагима, сына Мухаммеда, которого он очень любил, пророк все чаще стал заглядывать в жилище Али и Фатимы: здесь он находил утешение, играя с внуками — Хасаном, медлительным увальнем, сладкоежкой и шустрым ласковым Хусейном. Мухаммед называл их «два Хасана». Мухаммед иногда представлял внуков своим гостям. Он накрывал их плечи полами своего плаща и говорил: «Это моя семья». Поэтому в хадисах можно встретить выражение: «люди плаща» — то есть Али, Фатима и их дети.

Рассказывают, что когда после смерти Мухаммеда халифом был выбран Абу Бакр, Али заперся у себя дома и не хотел идти к нему с поздравлениями. Тогда Абу Бакр сам пошел к Али, но Фатима не пустила халифа в дом. Она считала, что именно ее муж должен был наследовать Мухаммеду. Впрочем, Али не держал долго зла на Абу Бакра и стал одним из ближайших его помощников. Фатима же до конца своих дней не общалась с первым халифом.

Али пришлось смириться и с тем, что после смерти Абу Бакра халифом избран был Умар, а того сменил Усман. Преданность делу, которому он служил, помогала ему справиться с личными амбициями.

Именно Али принадлежала идея ввести новое летосчисление с года хиджры, то есть того года, в котором случилось переселение Мухаммеда с мусульманами из Мекки в Медину. Это было сделано в правление Умара. (Мусульманский календарь напомню, ведет отсчет от первого месяца лунного года, то есть 1 мухарама 622 года по солнечному календарю).

Огромна заслуга Али и в составлении окончательного текста Корана, которое произошло при Усмане. Али принадлежал к кругу образованных мусульман, умел читать и писать, и у него сохранились некоторые записи откровений, полученные пророком. Вместе с Абу Бакром, Умаром, Айшей и некоторыми другими он был надежным источником и комментатором хадисов — сказаний о деяниях пророка, благодаря которым до потомков дошло достоверное жизнеописание Мухаммеда.

В мусульманской общине Али всегда оставался одним из самых авторитетных и почитаемых людей. Но особенно выросла его популярность при халифе Усмане. Она росла вместе с ростом недовольства правлением Усмана, которого ветераны ислама обвиняли в разворовывании казны и в том, что мы сейчас называем коррупцией и семейственностью в делах власти. Честность и открытость Али не вызывала сомнений, а преданность его заветам Пророка была классическим примером для новых поколений.

Али не занимал никаких государственных постов, возможно, поэтому у него было меньше, чем у других ветеранов ислама, поводов настроить людей против себя. Нередко он выступал защитником обиженных. С годами к тому же ушли резкость и вспыльчивость, свойственные ему в молодости, уступив место терпимости, снисходительности. Теперь он руководствовался рассудком, а не эмоциями. Но он был жалостлив и старался избегать строгих наказаний для виновных, и его мнение в спорных вопросах часто становилось решающим.

Али пришел на смену убитому халифу Усману. Сподвижник пророка, храбрый воин, блестящий оратор, фанатично преданный делу Мухаммеда, Али, тем не менее, не оправдал возлагавшихся на него надежд. При всей симпатии к нему, историки не могут назвать его идеальным правителем.

В момент убийства Усмана большинства сподвижников пророка не было в Медине: по всей вероятности, они не случайно покинули город, когда дворец халифа окружили мятежники, пришедшие из Египта, Куфы и Басры. Али, один из немногих ветеранов, оставался в Медине и посылал со своими людьми пищу и воду осажденному халифу. Когда же после гибели Усмана оставшиеся в Медине ветераны ислама провозгласили Али халифом, против этого выступили сподвижники пророка — Талха, Зубейр, подстрекаемые Айшей, которая с давних пор не любила Али. Они считали, что имеют право быть выбранными, как когда-то были выбраны халифами Абу Бакр, Умар и Усман. Али же объявил себя халифом на волне народного протеста против Усмана, без решения на этот счет совета общины — шуры.

Воспользовавшись нерешительностью Али, который не хотел начинать свое правление с кровопролития, его противники захватили город Басру. Сложившейся ситуацией воспользовался и наместник Сирии Муавийа ибн Суфьян, родственник Усмана, который объявил Али участником заговора против прежнего халифа и выступил против него под лозунгом: «Месть за Усмана!»

В декабре 656 года под Басрой произошло сражение между войсками Талхи и Зубейра и армией Али. В истории ислама битва известна под названием «верблюжья». За нею наблюдала Айша, сидя на верблюде в специальном паланкине. Согласно древней аравийской традиции, это должно было принести удачу. Однако битву выиграл Али. Талха и Зубейр пали в бою, что очень опечалило нового халифа. Три дня он оплакивал всех погибших с той и другой стороны, ибо все были мусульманами. Велел похоронить всех с почестями, позаботиться об их родственниках. И только после этого вошел в Басру.

Отослав Айшу с почетным эскортом в Медину, Али решил, что там сейчас его присутствие необязательно. Своей временной резиденцией он сделал иракский город Куфу. Так он хотел привлечь на свою сторону здешних арабов.

Еще ему предстояло разобраться с Муавийей и его сторонниками. В следующем, 657 году на правом берегу реки Евфрат у города Сиффин произошла еще одна знаменательная битва: Али на этот раз разбил и потеснил войско Муавии. Но… не сумел воспользоваться своей победой. Когда ясен стал исход сражения, сирийцы предложили решить дело третейским судом: в знак примирения они подняли на своих копьях листы из священного Корана. Али остановил битву, согласившись с сирийцами, и вызвал этим разочарование как у своих воинов, так и у своих сподвижников, ветеранов ислама, которые хотели раз и навсегда покончить с сепаратизмом провинций.

Но почему праведный халиф Али бен Абу Талиб согласился на третейский суд? Историки считают, что он не хотел дальнейшего кровопролития, полагая, что так удастся избежать раскола. Но он ошибся. Некоторые из его сторонников объявили, что не признают третейского суда. («Па тахким илла лилахи» — говорили они, — «судить вправе только Бог»). В знак своего несогласия несколько военачальников покинули лагерь Али, уведя с собой 12 тысяч воинов. Их стали называть хариджитами (от арабского «хариджи» — вышедший, восставший). Впоследствии движение хариджитов, поначалу политическое, приобрело религиозный характер.

Спустя некоторое время Али понял, что согласившись на третейский суд, он жестоко ошибся, но продолжить войну с Муавией все же не решился. Как только правитель Сирии почувствовал эти колебания, он бросил войска на завоевание Египта. Тем самым было положено начало растаскиванию земель, которые с таким трудом и упорством собирали под знаменем ислама Мухаммед, а потом Абу Бакр и Умар. И Али уже не мог остановить этот распад мусульманской империи.

А третейский суд состоялся. И призвал низложить Али. Тогда халиф обратился к хариджитам с предложением разгромить оппозицию, возглавляемую Муавией. Они колебались слишком долго, и Али повел свое войско против них. В битве 17 июля 658 года хариджиты были разгромлены.

Продолжение следует.

О. Бибикова.

Около десяти лет назад в одной из книг по истории ислама я прочитал о том, что в самом начале XX века основоположник идеологии политического сионизма венский журналист, доктор Теодор Герцль от имени Всемирной сионистской организации (президентом которой он был сам) сделал весьма заманчивое предложение турецкому султану Абдуль-Хамиду II. Суть предложения доктора Герцля заключалась в том, что он хотел купить территорию Палестины (с образованием на ней автономного еврейского государства) взамен на погашение всех иностранных долгов Турции. Помимо погашения государственного долга, лично султану Абдуль-Хамиду II было обещано громадное финансовое вознаграждение (150 миллионов английских фунтов стерлингов). Более того, отлично знавший все проблемы Османской империи Теодор Герцль также предложил султану помощь иностранных войск для подавления повстанческого движения в Египте и на Ближнем Востоке (как известно из истории, арабы всеми силами, в том числе и путем ведения активных боевых действий и развязывания партизанской войны стремились обрести самостоятельность от турецкого протектората). В довесок ко всему предложенному сионистский лидер предлагал султану оказать влияние на европейскую прессу для свертывания кампании по нагнетанию т.н. «армянского вопроса» и свернуть идеологическую работу сионистов по организации армянского повстанческого движения.

Султан Абдуль-Хамид ІІ с негодованием отверг подобное предложение. Он заявил Теодору Герцлю: «Советую Герцлю не предпринимать никаких дальнейших шагов по его проекту. Я не могу отдать даже горстку почвы этой земли, так как оно не моё, она принадлежит всей Исламской Нации, которые боролись ради этой земли и пролили за нее свою кровь. Евреи могут сохранить свои миллионы. Если Исламский Халифат в один день уничтожат, то они будут в состоянии взять Палестину без цены. Но пока я жив, я скорее воткну меч в свое тело, чем увижу землю Палестины вырезанным от Исламского Государства и отданным другим. Этого не будет. Я не начну резать наши тела (часть Исламского Мира), пока мы живы».

Перед изгнанием в ссылку султан Абдуль-Хамид ІІ написал письмо, текст которого наглядно свидетельствует об искренности и праведности этого правителя: «Если вы предложите мне все золото мира в придачу к вашим 150 млн., я не соглашусь отдать вам эту землю. Я служил исламской религии и народу Мухаммада более тридцати лет, и не очерню белый лист мусульманской истории, истории моих отцов и дедов – османских султанов и халифов» (ответ султана лидерам младотюрков, которые лоббировали интересы сионистов и получили власть в Турции благодаря их покровительству).

Как истинный халиф (99-ый по счету от Абу Бакра) общины пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует!), Абдуль-Хамид ІІ никак не мог допустить возникновения на Святой Земле немусульманского государства. Он отлично понимал, что несет персональную ответственность перед Аллахом за независимость аль-Аксы – третьей по значимости (после Мекки и Медины) святыни мусульманского мира.

Однако тогда я и не мог предположить в каких тяжелейших условиях пришлось султану отказать лидеру сионистского движения. Только совсем недавно, в исторической литературе по политико-экономическому положению Турции того времени я понял, насколько великий поступок совершил этот султан отказав продать Палестину.

Прежде чем открыть некоторые факты плачевного состояния Османской империи до правления Абдуль-Хамида ІІ, дадим краткое описание нравственых качеств этого правителя. Как отмечают исследователи, в молодости султан Абдуль-Хамид II получил образование у ведущих улемов и шейхов того времени. Он был благочестивым человеком, избегал легкомыслия, был строг, соблюдал молитвы и предписания Корана и Сунны. Поэтому султан был склонен к поиску более тесных связей с мусульманским миром. Также он был смиренным в молитве, затворник по натуре. И он никогда не подписывал никаких императорских указов, не будучи в состоянии ритуального омовения.

Там, где проявлялся малейшей вред мусульманам, было ли это в России, Британской Индии, в английских или французских колониях Африки султан направил ноту протеста, тем самым заслужив уважение и лояльность религиозных мусульман по всему миру. Он объявил официальной идеологией Турции ислам в противовес популярным в Турции идеям османизма. На всей обширной территории Османской империи успешно реализовывалась исламская пропаганда. Более того, по его приказу специально подобранные проповедники были отправлены в далекие страны с призывом к исламской религии. Это был последний настоящий халиф мусульманской общины. Недаром в турецкой исторической литературе его почтительно именуют – «Великий Хан». Но, к сожалению, даже такая активная и выдающаяся личность как султан Абдуль-Хамид II не смог предотвратить крах Османской империи (по своей сути – мусульманского халифата). Дела в империи были настолько запущены, что он смог лишь на три десятилетия отсрочить ее неизбежный крах. Но уже только это – настоящий геройский подвиг перед всей мусульманской общины.

Как мы уже отмечали в статье «Сулейман Великолепный» на этом же сайте, после смерти этого великого правителя Османской империи султанский трон занимали слабые и недальновидные люди. Результатом правления этих султанов (внутренний фактор), а также из-за политической и экономической экспансии ведущих западных держав (внешний фактор) явилось то, что 2 марта 1924 года был ликвидирован последний мусульманский халифат.

Как видим, Абдуль-Хамиду досталось тяжелое наследство. Жесточайший гнет иностранных колонизаторов не давал никаких шансов на восстановление и прогресс турецкой экономики. Турецкие купцы и предприниматели оказывались в крайне невыгодном положении по сравнению с иностранными фирмами. В стране царила разруха и застой.

Иностранные капиталисты широко использовали неэквивалентную торговлю, неравноправные договоры, кабальные займы, режим капитуляций. В их руках находился такой важный рычаг воздействия на экономику и политическую жизнь страны, как Оттоманский имперский банк (т.е. Нацбанк выпускающий денежные средства страны). Они опирались на европейски ориентированных крупных турецких землевладельцев и промышленников, а также купцов нетурецких национальностей (албанцы, курды, черкесы и др.).

Основная отрасль экономики страны – сельское хозяйство – находилось в упадке. Урожайность была крайне низкой. У турецких крестьян даже сложилась горькая поговорка об урожае: «Часть пропадет, часть холодом побьет, часть птицы склюют, а часть, если Аллаху будет угодно, достанется мне». По всей Турции практически не было ни одно крестьянина, «за которым бы не числился недоимок, превышающий весь его доход за три года вперед».

В городе ситуация обстояла не лучше. Конкуренция иностранных товаров разрушала местное ремесло, а вредные для развития экономики устоявшиеся феодальные порядки препятствовали развитию производства.

Платежи по кабальным займам, огромные расходы на содержание чиновничьего аппарата и армии, крайняя расточительность султанского двора вконец подорвали финансы Турции. Общая сумма внешнего долга Турции ко времени прихода к власти Абдуль-Хамида ІІ в 1876 году достигла 5,3 миллиардов франков, причем только платежи процентов по займам поглощали большую часть турецкого бюджета (80% от госдохода – страшная цифра!!!).

Кризис Османской империи углублялся в связи с усилением борьбы народов Балканского полуострова за возвращение своей независимости. Военные операции правительственных войск против восставшего населения Боснии и Герцоговины в 1875 году вызвали дополнительные расходы и истощили финансы османского правительства. Оно не смогло внести очередных платежей по займам. Ситуация была настолько тяжелой, что для изыскания средств правительство империи посягнуло на святое имущество – чиновники изъяли часть доходов от вакуфных земель, что вызвало справедливое возмущение как официального духовенства, так и простого народа. Была сделана попытка сократить государственный аппарат, урезать жалованье чиновникам, офицерам, учителям светских и религиозных школ. Но и эти меры не могли улучшить финансовое положение страны. В октябре 1875 года Турция официально объявила частичное финансовое банкротство.

Меж тем положение Османской империи осложнялось. Восстание в Болгарии удалось подавить, но две славянские страны – Сербия и Черногория начали войну против Турции. Обострялись отношения с Россией, поддерживавшей борьбу славянских народов. В 1879 году Турция объявила о своем полном финансовом банкротстве. Для погашения государственного долга Турция направляла большую часть доходных статей империи: табачная и соляная монополии, гербовый сбор, налоги на рыболовство в Мраморном море и Босфоре, ашар с шелка в Стамбуле, Эдирне и Брусе и другие поступления. Некогда наводившая страх и ужас на Европу Османская империя была в прямом смысле в долговой кабале перед такими странами европейскими державами как Англия, Франция, Германия, Австро-Венгрия и Италия. В Турции стали открываться европейские банки («Лионский кредит», «Салоникский банк», «Немецкий Палестинский банк» и проч.), которые продолжили экономическую экспансию мусульманских народов Османской империи посредством выдачи кредитов местному населению.

Одновременно западные державы подчиняли себе Турцию и политически. В 1883 году в Турцию прибыла германская военная миссия; вскоре глава ее, полковник генерального штаба фон дер Гольц, был приглашен на пост военного советника и начальника офицерской школы в Стамбуле. Иностранные советники также появились во флоте, жандармерии и других звеньях государственного аппарата Турции.

Естественно в такой ситуации во множестве возникали очаги социальной напряженности и недовольства действиями правительства империи. Увеличивалось число тайных политических организаций и кружков по свержению султанской власти.

Все смешалось в доме Облонских, как справедливо выразился знаменитый писатель Лев Толстой в своем романе «Анна Каренина». Именно так и сказал бы он в данном случае. Да! Все смешалось в Османской империи. И в такой обстановке перед султаном появляется доктор Теодор Герцль и просит его отдать сионистам Святую Землю в обмен на погашение всего внешнего долга Турции. Но если доктор Фауст соглашается на предложение Мефистофеля и продает ему свою душу, то султан Абдул-Хамид ІІ гневно отвергает подобное предложение. Как самый умный правитель того времени султан предчувствовал, что рано или поздно главы европейских держав и США отдадут Палестину сионистам просто так, за здорово живешь. Но даже предвидя это, он не хотел опозорить высокое звание халифа всех мусульман. Не хотел и не имел права. Через несколько лет после своего ответа доктору Герцлю он навсегда уйдет из мировой политической арены. Точнее его «ушли». Но зато он уйдет достойно – он яростно сражался за благо своей общины в течении 30-ти лет, но проиграл. Проиграл достойно. Поистине, не каждому плечу гордо поднятая голова.

Абдул-Хамид II – последний султан Османской империи

Сын Абдул-Меджида, 34-й султан Великой Османской империи – Абдул-Хамид II родился в 1842 г. В 1861 году, после смерти Абдул-Меджида, власть перешла к его дяде, Абдул-Азизу, который большое внимание уделял образованию подрастающих принцев. В 1867 году он взял племянника с собой в Европу, они посетили многие страны и ознакомились с культурой и местными традициями. Но в 1876 г. Абдул-Азиз был низложен и умер при довольно странных и до конца невыясненных обстоятельствах.

Власть перешла к старшему брату Абдул-Хамида, Мураду, который с раннего детства страдал нервным расстройством и правил недолго – через 3 месяца его вынудили отречься от престола. Трон перешел к Абдул-Хамиду.

Когда новый монарх взошел на престол, страна находилась в критической ситуации. К тому же, после кончины Али-паши в 1871 г. резко ухудшились отношения султана с Высокой Портой – правительством Османской империи. В 1875 году государство стало банкротом.

На Балканах поднялась волна народно-освободительного движения. В империи усилились промонархистские настроения, однако также раздавались голоса в пользу установления республиканской системы. На волне этих изменений Абдул-Хамид принял Конституцию, изменив государственное устройство на конституционную монархию. Двухпалатный парламент состоял из избираемой низшей палаты и назначаемого султаном Сената.

В 1877 году разразилась Русско-турецкая война, в результате которой Турция потерпела поражение на балканском и кавказском фронтах, а также была вынуждена уступить России значительные территории. Весной следующего года в Сан-Стефано был заключен мирный договор, но европейские государства, опасавшиеся усиления Российской империи, заставили государства подписать 13 июля того же года договор на Берлинском конгрессе, согласно которому Россия лишилась своих территориальных приобретений, Румыния и Черногория получили независимость, а часть Болгарии – автономию. Нижняя палата турецкого парламента раскритиковала правительство, а султан отменил Конституцию и на 30 лет распустил парламент.

В управлении страной Абдул-Хамиду серьезно мешали крупные европейские державы, поддерживающие революционные движения в стране и вынуждающие его бороться с оппозицией. Несмотря на это, в 1889 году была создана партия «Единение и прогресс», а в 1908 г. группа офицеров из числа ее членов одновременно начала восстания в Монастире и Салониках. В ответ, султан вновь принял Конституцию и созвал парламент. Однако в ночь на 13 апреля 1909 г. начался солдатский бунт под лозунгами возврата к шариату. Третья армия («Армия действия») в ночь с 23 на 24 апреля заняла столицу. Сторонники султана и сам монарх не сопротивлялись. В своих воспоминаниях Абдул-Хамид писал, что не хотел проливать братскую кровь. Члены партии свергли его с престола, посадив на трон Мехмеда V Решада.

Абдул-Хамид работал по 15-16 часов в день, но находил время для своих увлечений и хобби, например, столярного дела. Он повелел доставить в империю современное типографское оборудование, тем самым способствуя изданию многих литературных произведений. Во дворце Иылдыз Абдул-Хамид собрал огромную библиотеку. Он приказал перевести около шести тысяч рассказов и романов, которые читали во дворце и гареме, передавали из рук в руки, а потом отправляли в библиотеку, где имелись отделы арабской и персидской литературы, а также хранилось много рукописей. Большая часть этой коллекции была уничтожена во время затопления дворца.

Султан отрекся от престола весной 1909 г., спустя 33 года после начала правления. Последующие годы он провел в одиночестве и умер в 1918 г. в Стамбуле.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *