Повесть о мутьянском воеводе дракуле

Во второй половине XVI века московские приказы представляли уже стройное законченное учреждение, но смутное время истребило большую часть приказных дел. Такое положение чрезвычайно затрудняет работу исследователя. В настоящем труде автор делает попытку собрать отрывочные сведения о разрядных дьяках за период до воцарения Дома Романовых, извлекая указания из разного рода сохранившихся документов и частных сборников XVI – XVII веков.
Сложение Московского государства, закончившееся как раз в эпоху образования приказных учреждений, позволяет исследователю брать вторую половину XV столетия как базис, как точку отправления во многих частных монографиях. Около этого времени сложились общественные группы Московского государства, выделился служилый класс, окончательно образовались подразделения правительственного слоя. Московские приказы – учреждения такого типа, которого нет в Древней Руси: он сложился под непосредственным действием совокупности новых потребностей. Контора вотчинника заменилась рядом учреждений с государственным оттенком.
В Московской Руси не заботились о строгом проведении в государственном управлении бюрократической или коллегиальной системы. Практика выработала особое самостоятельное начало товарищества с принципом единогласного решения. Авторитетность старшего товарища могла приводить к фактическому бюрократизму, но для XVI века трудно было бы доказать единоличность государственных поручений и ответственности. Когда мы читаем, например, как общую формулу слова документа: «И бояринъ князь Иван Петрович да дьяк Ондрей Шерефединовъ вспросили…», одно подобное совмещение простого дьяка с высокородословным боярином князем Шуйским говорит о возможности бюрократизма в таких случаях. Но автор является сторонником мнения о коллегиальности приказов с одной стороны, потому, что товарищество гораздо ближе к коллегиальности, чем к бюрократизму, а с другой стороны, потому, что решения большинством голосов и подачу отдельных мнений автор не признает условием, без которого нет коллегиальности.
Несколько подробнее автор разобрал вопрос о московском приказном дьячестве. Приказные дьяки XVI века, по убеждению автора, – видные общественные и политические деятели. Они происходили из служилого слоя и многие из них были потомками второстепенных бояр удельных княжеств.
В книге четыре главы. В первой говорится о приказах и времени их образования. Вторая посвящена разрядному приказу, времени его образования, а также дьякам и их значению. В третьей речь идет о разрядном приказе в первой половине XVI века. А в четвертой – о разрядных дьяках второй половины XVI – начала XVII века.

Был в Мунтьянской земле воевода, христианин греческой веры, имя его по-валашски Дракула, а по-нашему —Дьявол. Так жесток и мудр был, что, каково имя, такова была и жизнь его.
Однажды пришли к нему послы от турецкого царя и, войдя, поклонились по своему обычаю, а колпаков, своих с голов не, сняли. Он же спросил их: «Почему так поступили: пришли к великому государю и такое бесчестие мне нанесли?» Они же отвечали: «Таков обычай, государь, в земле нашей». А он сказал им: «И я хочу закон ваш подтвердить, чтобы следовали ему неуклонно». И приказал прибить колпаки к их головам железными гвоздиками, и отпустил их со словами: «Идите и скажите государю вашему: он привык терпеть от вас такое бесчестие, а мы не привыкли, и пусть не посылает свой обычай блюсти у других государей, которым обычай такой чужд, а в своей стране его соблюдает».
Царь был очень разгневан этим, и пошел на Дракулу войной, и напал на него с великими силами. Дракула же, собрав все войско свое, ударил на турок ночью и перебил множество врагов. Но не смог со своей небольшой ратью одолеть огромного войска и отступил. И стал сам осматривать всех, кто вернулся с ним с поля битвы: кто был ранен в грудь, тому воздавал почести и в витязи того производил, а кто в спину, — того велел сажать на кол, говоря: «Не мужчина ты, а баба!» А когда снова двинулся против турок, то так сказал своим воинам: «Кто о смерти думает, пусть не идет со мной, а здесь остается». Царь же, услышав об этом, повернул назад с великим позором, потеряв без числа воинов, и не посмел выступить против Дракулы.
И отправил царь к Дракуле посла, требуя от него дани. Дракула же воздал послу тому пышные почести, и показал ему свое богатство, и сказал ему: «Я не только готов платить дань царю, но со всем воинством своим и со всем богатством хочу идти к нему на службу, и как повелит мне, так ему служить буду. И ты передай царю, что, когда пойду к нему, пусть объявит он по всей своей земле, чтобы не чинили зла ни мне, ни людям моим, а я вскоре вслед за тобою пойду к царю, и дань принесу, и сам к нему прибуду». Царь же, услышав все это от посла своего, что хочет Дракула прийти к нему на службу, послу его честь воздал и одарил его богато. И рад был царь, ибо в то время вел войну на востоке. И тотчас послал объявить по всем городам и по всей земле, что, когда пойдет Дракула, никакого зла ему не причинять, а, напротив, встречать его с почетом. Дракула же, собрав все войско, двинулся в путь, и сопровождали его царские приставы, и воздавали ему повсюду почести. Он же, углубившись в Турецкую землю на пять дневных переходов, внезапно повернул назад, и начал разорять города и села, и людей множество пленили перебил, одних — на колья сажал, других рассекал надвое или сжигал, не щадя и грудных младенцев. Ничего не оставил на пути своем, всю землю в пустыню превратил, а всех, что было там, христиан увел и расселил в своей земле. И возвратился восвояси, захватив несметные богатства, а приставов царских отпустил с почестями, напутствуя: «Идите и поведайте царю вашему обо всем, что видели. Сколько сил хватило, послужил ему. И если люба ему моя служба, готов и еще ему так же служить, сколько сил моих станет». Царь же ничего не смог с ним сделать, только себя опозорил.
И так ненавидел Дракула зло в своей земле, что если кто совершит какое-либо преступление, украдет, или ограбит, или обманет — не избегнуть тому смерти. Пусть будет он знатный вельможа, или священник, или монах, или простой человек, пусть он владеет несметными богатствами, все равно не откупится он от смерти. Так грозен был Дракула.
Был в земле его источник и колодец, и сходились к тому колодцу и источнику со всех сторон дороги, и множество людей приходило пить из того колодца родниковую воду, ибо была она холодна и приятна на вкус. Дракула же возле того колодца, хотя был он в безлюдном месте, поставил большую золотую чару дивной красоты, чтобы всякий, кто захочет пить, пил из той чары и ставил ее на место. И сколько времени прошло — никто не посмел украсть ту чару.
Однажды объявил Дракула по всей земле своей: пусть придут к нему все, кто стар, или немощен, или болен чем, или беден. И собралось к нему бесчисленное множество нищих и бродяг, ожидая от него щедрой милостыни. Он же ведел собрать их всех в построенном для того хороме и велел принести им вдоволь еды и вина. Они же пировали и веселились. Дракула же сам к ним пришел и спросил: «Чего еще хотите?» Они же все отвечали: «Это ведомо богу, государь, и тебе: что тебе бог внушит». Он же спросил их: «Хотите ли, чтобы сделал я вас счастливыми на этом свете, и ни в чем не будете нуждаться?» Они же, ожидая от него великих благодеяний, закричали разом: «Хотим, государь!» А Дракула приказал запереть хором и зажечь его, и сгорели все те люди. И сказал Дракула боярам своим: «Знайте, почему я сделал так: во-первых, пусть не докучают людям, и не будет нищих в моей земле, а будут все богаты; во-вторых, я и их самих освободил: пусть не страдают они на этом свете от нищеты или болезней».
Пришли как-то к Дракуле два католических монаха из Венгерской земли собирать подаяние. Он же велел развести их порознь, позвал к себе одного из них и, указав на двор, где виднелось множество людей, посаженных на кол или колесованных, спросил: «Хорошо ли я поступил, и кто эти люди, посаженные на колья?» Монах же ответил: «Нет, государь, зло ты творишь, казня без милосердия; должен государь быть милостивым. А те на кольях — мученики!» Призвал Дракула другого и спросил его о том же. Отвечал тот: «Ты, государь, богом поставлен казнить злодеев и награждать добродетельных. А люди эти творили зло, по делам своим и наказаны». Дракула же, призвав первого монаха, сказал ему: «Зачем же ты вышел из монастыря и из кельи своей и ходишь по великим государям, раз ничего не смыслить? Сам же сказал, что люди эти — мученики, вот я и хочу тебя тоже мучеником сделать, будешь и ты с ними в мучениках». И приказал посадить его на кол, а другому велел дать пятьдесят золотых дукатов, говоря: «Ты мудрый человек». И велел его с почетом довезти до рубежа Венгерской земли.
Однажды прибыл из Венгерской земли купец в город Дракулы. И, как принято было у Дракулы, оставил воз свой на городской улице перед домом, а товар свой — на возу, а сам лег спать в доме. И кто-то украл с воза 160 золотых дукатов. Купец, придя к Дракуле, поведал ему о пропаже золота. Дракула же отвечал: «Иди, этой же ночью найдешь свое золото». И приказал по всему городу искать вора, пригрозив: «Если не найдете преступника, весь город погублю». И велел той же ночью положить на воз свое золото и добавить один лишний дукат. Купец же наутро, встав, обнаружил золото и пересчитал его и раз, и другой, все выходило, что один дукат лишний. И, придя к Дракуле, сказал: «Государь, нашел золото, но вот один дукат не мой — лишний». В это время привели и вора с похищенным золотом. И сказал Дракула купцу: «Иди с миром! Если бы не сказал мне о лишнем дукате, то посадил бы и тебя на кол вместе с этим вором».
Если какая-либо женщина изменит своему мужу, то приказывал Дракула вырезать ей срамное место, и кожу содрать, и привязать ее нагую, а кожу ту повесить на столбе, на базарной площади посреди города. Так же поступали и с девицами, не сохранившими девственности, и с вдовами, а иным груди отрезали, а другим сдирали кожу со срамных мест, или, раскалив железный прут, вонзали его в срамное место, так что выходил он через рот. И в таком виде, нагая, стояла женщина, привязанная к столбу, пока не истлеет плоть и не распадутся кости или не расклюют ее птицы.
Однажды ехал Дракула по дороге и увидел на некоем бедняке ветхую и разодранную рубашку и спросил его: «Есть ли у тебя жена?» — «Да, государь», — отвечал тот. Дракула повелел: «Веди меня в дом свой, хочу на нее посмотреть». И увидел, что жена бедняка молодая и здоровая, и спросил ее мужа: «Разве ты не сеял льна?» Он же отвечал: «Много льна у меня, господин». И показал ему множество льна. И сказал Дракула женщине: «Почему же ленишься ты для мужа своего? Он должен сеять, и пахать, и тебя беречь, а ты должна шить ему нарядные праздничные одежды. А ты и рубашки ему не хочешь сшить, хотя сильна и здорова. Ты виновна, а не муж твой: если бы он не сеял льна, то был бы он виноват». И приказал ей отрубить руки, и труп ее воздеть на кол.
Как-то обедал Дракула среди трупов, посаженных на кол, много их было вокруг стола его. Он же ел среди них и в том находил удовольствие. Но слуга его, подававший ему яства, не мог терпеть трупного смрада и заткнул нос и отвернулся. «Что ты делаешь?» — спросил его Дракула. Тот отвечал: «Государь, не могу вынести этого смрада». Дракула тотчас же велел посадить его на кол, говоря: «Там ты будешь сидеть высоко, и смраду до тебя будет далеко!»
Пришел однажды к Дракуле посол от венгерского короля Матьяша, знатный боярин, родом поляк. И сел Дракула с ним обедать среди трупов. И лежал перед Дракулой толстый и длинный позолоченный кол, и спросил Дракула посла: «Скажи мне: для чего я приготовил такой кол?» Испугался посол тот немало и сказал: «Думается мне, государь, что провинился перед тобой кто-либо из знатных людей и хочешь предать его смерти более почетной, чем других». Дракула же отвечал: «Верно говоришь. Вот ты — великого государя посол, посол королевский, для тебя и приготовил этот кол». Отвечал тот: «Государь, если совершил я что-либо, достойное смерти, — делай как хочешь. Ты судья справедливый — не ты будешь в смерти моей повинен, но я сам». Рассмеялся Дракула и сказал: «Если бы ты не так ответил, быть бы тебе на этом коле». И воздал ему почести, и, одарив, отпустил со словами: «Можешь ходить ты послом от великих государей к великим государям, ибо умеешь с великими государями говорить, а другие пусть и не берутся, а сначала поучатся, как беседовать с великими государями». Был такой обычай у Дракулы: когда приходил к нему неопытный посол от царя или от короля и не мог ответить на коварные вопросы Дракулы, то сажал он посла на кол, говоря: «Не я виноват в твоей смерти, а либо государь твой, либо ты сам. Если государь твой, зная, что неумен ты и неопытен, послал тебя ко мне, многомудрому государю, то твой же государь и убил тебя. Если же ты сам решился идти, неученый, то сам же себя и убил». И так готовил для посла высокий позолоченный кол и сажал его на кол, а государю его посылал грамоту с кем-либо, чтобы впредь не отправлял послом к многомудрому государю глупого и неученого мужа.
Изготовили мастера для Дракулы железные бочки, а он наполнил их золотом и погрузил в реку. А мастеров тех велел казнить, чтобы никто не узнал о его коварстве, кроме тезки его — дьявола.
Однажды пошел на него войной венгерский король Матьяш. Выступил Дракула ему навстречу, сошлись, и сразились, и выдали Дракулу изменники живым в руки противника. Привели Дракулу к королю, и приказал тот бросить его в темницу. И провел он там, в Вышеграде на Дунае, в четырех верстах выше Буды, двенадцать лет. А в Мунтьянской земле король посадил другого воеводу.
Когда же тот воевода умер, послал король к Дракуле в темницу сказать, что если хочет он, как и прежде, быть в Мунтьянской земле воеводой, то пусть примет католическую веру. Если же не согласен он, то так и умрет в темнице. И предпочел Дракула радости суетного мира вечному и бесконечному, и изменил православию, и отступил от истины, и оставил свет, и вверг себя во тьму. Увы, не смог перенести временных тягот заключения, и отдал себя на вечные муки, и оставил нашу православную веру, и принял ложнее учение католическое. Король же не только вернул ему Мунтьянское воеводство, но и отдал в жены ему родную сестру, от которой было у Дракулы два сына. Прожил он еще около десяти лет и умер в ложной католической вере.
Рассказывали о нем, что и сидя в темнице не оставил он своих жестоких привычек: ловил мышей или птиц покупал на базаре и мучал их — одних на кол сажал, другим отрезал голову, а птиц отпускал, выщипав перья. И научился шить, и кормился этим в темнице.
Когда же король освободил Дракулу из темницы, привели его в Буду, и отвели ему дом в Пеште, что против Буды, но еще не был допущен Дракула к королю. И вот тогда случилось, что некий разбойник забежал во двор к Дракуле и спрятался там. Преследователи же стали искать здесь преступника и нашли его. Тогда Дракула вскочил, схватил свой меч, выбежал из палат, отсек голову приставу, державшему разбойника, а того отпустил. Остальные обратились в бегство и, придя к судье, рассказали ему о случившемся. Судья же с посадниками отправился к королю с жалобою на Дракулу. Послал король к Дракуле, спрашивая: «Зачем же ты совершил такое злодеяние?» Он же отвечал так: «Никакого зла я не совершал, а пристав сам же себя убил: так должен погибнуть всякий, кто, словно разбойник, врывается в дом великого государя. Если бы он пришел ко мне и объявил о произошедшем, то я бы нашел злодея в своем доме и либо выдал его, либо просил бы его помиловать». Рассказали об этом королю. Король же посмеялся и удивился его нраву.
Конец же Дракулы был таков: когда был он уже в Мунтьянской земле, напали на землю его турки и начали ее разорять. Ударил Дракула на турок, и обратились они в бегство. Воины же Дракулы, преследуя их, рубили их беспощадно. Дракула же в радости поскакал на гору, чтобы видеть, как рубят турок, и отъехал от своего войска. Приближенные же приняли его за турка, и один из них ударил его копьем. Дракула, видя, что убивают его свои же, сразил мечом своих убийц, но и его пронзили несколькими копьями, и так был он убит.
Король же взял сестру свою с двумя сыновьями в Венгерскую землю, в Буду. Один сын при короле живет, а другой был у Варданского епископа и при нас умер, а третьего сына, старшего, видели тут же в Буде — бежал он к королю от турецкого царя; еще не будучи женат, прижил этого сына Дракула с одной девкой. Стефан же молдавский по королевской воле посадил в Мунтьянской земле некоего воеводского сына по имени Влад. Был тот Влад с юных лет монахом, потом — священником и игуменом, а потом расстригся и сел на воеводство. И женился он на вдове воеводы, правившего некоторое время после Дракулы и убитого Стефаном молдавским, вот на его вдове он и женился. И ныне он воевода в Мунтьянской земле, тот Влад, что был чернец и игумен.
В год 6994 (1486) февраля в 13 день списал я это впервые, а в году 6998 (1490) января в 28 день еще раз переписал я, грешный Ефросин.

В наше время, когда у государств больше нет идеологий, а человек на полном серьёзе может назвать себя православным атеистом, культурные ориентиры смещаются быстрее, чем стрелка компаса, попавшая под влияние неодимового магнита. То, что раньше считалось гениальным, сейчас называют банальным, а откровенных бездарей превозносят (при этом, признавая факт того, что они бездари). Характерный пример – фильм «Комната» Томи Вайсо, признанная одним из худших фильмов в истории человечества, приобрела статус культовой и настолько изменила отношение к трэшу, как жанру, что в 2017 году вышел «Горе-творец», рассказавший миру о том, как «Комната» создавалась. Фильм получил ряд престижных номинаций, выиграл кое-какие призы. А главный актёр и продюсер фильма Джейс Франко выиграл «Золотой глобус». А если бы не сексуальный скандал, то наверняка бы получил и номинацию на Оскар. Т.е. любой шлак, ставший культовым в определённой среде зрителей, как навоз может стать удобрением для чего-то классного и качественного.

Главный культовый производитель низкорейтинговых фильмов в нашей стране – это Александр Курицын, ставший известным миллионам зрителей благодаря Евгению Боженову (Badcomedian). Сегодня я проанализирую последние три киноленты Александра и постараюсь понять – есть ли там что-то, с чем могут поработать режиссёры будущего. Может быть Курицын хочет нам что-то сказать?

«Разборка в Маниле» или порно без секса — 2016 год

Начну не с «Чёрной розы», вышедшей на экраны двумя годами ранее «Манилы», а именно с этого фильма, поскольку из последних трёх, он самый низкокачественный и полный скрытых смыслов.

Очень ждал данный фильм, т. к. испытываю искреннее удовольствие от просмотров творений Александра Курицына. Возможно даже сексуального характера. Возможно, что никакого другого удовольствия от них получить и не получится. И скорее всего (как я полагаю), Курицын этого и добивается. Его фильмы — это лишь ширма, отодвинув которую, мы должны увидеть душу Александра и понять его. Обосную своё мнение доводами:

1. Фильмы А. Курицына — это кинематографическое убожество. Знаете, в кунсткамерах стоят банки с зародышами-уродцами. Вот фильмы Курицына именно такие. В сравнение будет понятней: фильмы Кубрика — это Наоми Кэмбел, фильмы Курицына — это изуродованные болезнями выкидыши (абортыши) в банке.

2. Курицын собирает по помойкам Голливуда актёров, которые и в лучшие свои годы были не более востребованы, чем г. (это от слова господин) Дюжев сейчас (т. е. за редким исключением они получали приличные роли). Т. е. это проститутки от искусства, готовые на всё ради пары десятков тысяч долларов.

3. Курицын, как интеллектуальный импотент (а всё его творчество не более интеллектуально, чем корпоратив сотрудников заправки) может делать только одно: трепаться о своих (и своих партнёров) былых и предстоящих успехах. «Тот-то снимался там-то, эта 20-ть лет назад видела того-то, а вот наш оператор, ооо, он в 1987 году видел самого Арни», ну и так далее.

4. Курицын в каждом своем фильме обыгрывает (простите, что использую слово «игра») собственные габариты. А еще точнее — рост, (и, по-моему, он запрещает всем актерам на момент съёмок ходить в зал, чтобы те оплыли жирком, размякли и так далее). В его адрес летят такие эпитеты, как «здоровяк, бугай» и пр. Т. е. ему нужно чувствовать себя большим, самым большим членом в городе. Пусть вялым, но самое главное — большим.

5. Курицын из фильма в фильм проносит за собой важную деталь, а именно «стреляющие губы-бантики». Т. е. когда он выпускает пули, то обязательно выпячивает губки, как перед минетом. Это особенно интересно, т. к. стрельба и пистолет соответственно — это предмет фаллической формы, подчеркивающий мужское начало Курицына. А губки бантиком — это символ женского начала.

Т. е. попросту говоря, герои Курицына не могут определиться со своей сексуальностью, а еще проще говоря, они транссексуалы. Посмотрите насколько нереалистичны отношения героя Курицына с его девушкой в «Разборке»! Это же лютый трэш.

6. У Курицына в каждом фильме есть партнёр. Либо был. И всегда мужчина.

7. Фильмы Курицына — это хоровод штампов, балет банальностей, опера тривиальности и русская рулетка здравого смысла. А какие фильмы еще:

— банальны

— настолько предсказуемы, что финал ты можешь рассказать, не видя фильма

— от актёров требуется, как и во времена немого кино, выражать эмоции бегом, конвульсиями и вытаращенными глазами?

Ответ: порно

Курицын снимает порно, где нет секса. И это 100% факт

Суммируем

Возьмём из каждого пункта по самому главному слову, получается следующее: Выкидыш, проститутка, импотент, член, транссексуал, партнёр, порно.

И попробуйте убедить меня в том, что такая цепочка ничего не значит! Разве Курицын не пытается нам что-то сказать, как заложник, подающий сигналы SOS постукиваниями шариковой ручки по столу?

«Черная роза» или поиск отца, который не домогался 2014 год

Тема поиска отца является чуть ли не ключевой во всех фильмах Курицына. Конечно, Александр не ищет биологического отца. О биологическом отце упоминалось лишь раз, да и только то, что он давно в мире ином). Герои Курицына (я вообще считаю, что это всё один персонаж, живущий в параллельных вселенных, и все его версии должны встретиться в финальном фильме) ищут не биологического отца, а духовного наставника, т.е. СУПЕР-ЭГО, с которым смогут воссоединиться и заслужить от него похвалу. Так и в «Розе» у Курицына сразу несколько «отцов»:

— его начальник в Москве, заявляющий, что Курицын – лучший сотрудник, великолепно знающий английский язык (Абсолютли), здоровяк и вообще – воплощение его мечты о сыне (подтекст),

— его новый начальник в США, который с первых минут общения проявляет симпатию к Курицыну, а через 20 минут прощает тому убийство гражданина США, говоря, что давно мечтал о таком сотруднике.

Курицын находит в «Розе» и мать в лице детектива, которую играет Кристанна Локкен. Представить себе, что уважающая себя женщина сможет испытать к мистеру пельменная какие-либо сексуальные чувства практически невозможно. Она терпит идиота из России, как мать терпит нерадивого сына. Всё это можно было назвать семейной идиллией, если бы не регулярные убийства русских проституток на улицах Эл.Эй. Именно за этим Курицына и прислали – он должен найти убийцу, специализирующегося на проститутках из России.

К сожалению, всех навыков и знаний и умений Курицына хватает только на мысль: «Надо ждать, когда убийца на нас нападёт, тогда мы его и поймаем». Т.е. на подсознательном уровне Курицын понимает, что его герой и есть та самая проститутка из России, только торгующая не телом, а душой. Всё это подтверждается тем, что маньяк действительно на них нападает (на его напарницу – ака «мать»), что переворачивает сюжет с ног на голову, и Курицын находит логово маньяка.

Маньяка играет главный актёр сериала «Горец», где он исполнял роль бессмертного. А это тонкий намёк на то, что маньяки, зло и извращения тоже бессмертны и вечны. И единственный способ с ними бороться – отрубать головы!

Тема отца всплывает в финальной части фильма, когда напарница Курицына пытается вывести из равновесия Горца. Мы слышим следующие слова:

«Твой отец домогался тебя, твоя мать шлюха?»

Это последние слова, которые слышит маньяк. Вау, да это ведь практически исповедь! И как всё чётко по полкам разложено! Какой ведь глубокий мир в фильмах Курицына. Просто представьте себе, что последние слова/мысли, которые вы слышите в своей жизни: «домогался ли меня мой отец, а не шлюха ли мать?». По-моему, смерть от последующего расстрела ничего не стоит на фоне этих вопросов.

«Максимальный удар» — или секс-пистолетик 2017 год

В 2017 году выходит самый спорный и непризнанный фильм Курицына за последние десять лет. Виной всему повышение качества и сложная (по меркам Курицына) сценарная работа. Это первый фильм маэстро, заслуживший более 3 баллов (из 10) на Кинопоиске. Например, классические работы: «Форсаж», «Вегас» или «Жара» (названия даю сокращённые) с трудом набирали 1,3 балла. А «М.удар» почти 3,3! Колоссальный успех, и я объясню почему.

Начнём с того, что если бы это не был проект Александра, и фильм в России посмотрело бы 10-15 человек, то вероятная оценка была бы вообще около 5 баллов. А типичный отзыв был бы такой: «Приятно увидеть актеров 80-х снова в деле, порадовала Москва, но фильм на один раз пойдет, если особо не вдумываться»! Вот в этом и проблема. В фильмы Курицына надо вдумываться, вгрызаться интеллектом, взвешивать на весах диалектики и обращаться каждые 5 секунд к трудам Фрейда.

В этом фильме герой Курицына больше не ищет отца (видимо боится узнать, что тот всё-таки его домогался), но переключается на «дочь». В роли его «дочери» выступает внучка важного политика из США, которая тайком прилетела в Москву, чтобы встретиться с актёром из «Кадетства», в которого влюблена. Видимо в США усиленно транслируют канал СТС 15-летней давности. Девочку похищают террористы, чтобы купить рубли по бросовой цене (не спрашивайте как это работает, просто примите как факт). И Курицыну необходимо её спасти.

Естественно, это происходит, все враги повержены, а финальная сцена напоминает схватку Гастона с Чудовищем в конце «Красавицы и чудовища», что и является тайным посланием Курицына общественности!

Вдумайтесь в это: Чудовище – плод злого умысла волшебницы, которая превратила чопорного принца собственно в Чудовище, до тех пор, пока его кто-то искренне не полюбит! Курицын пережил примерно то же – его заставляют (волшебники-продюсеры) играть в ужасных фильмах, обреченный на провал до тех пор, пока один из них не соберет приличную кассу! Он выполняет роль Чудовища – над ним все смеются, в то время, когда должны искренне пожалеть и спасти от проклятия!

Курицын наполняет свои фильмы двойным смыслом! Вшивает в них послания к своим зрителям и искренне просит о помощи! Давайте поможем ему в предстоящем фильме… как бы они ни назывался, кем бы ни режиссировался и сколько бы ходьбы в нем ни было…

Текстология.руЛитератураЛитература Древней РусиЛитература централизованного государства (конец XV – XVI вв.)«Повесть о мутьянском воеводе Дракуле»

«Сказание о Дракуле воеводе, или Повесть о мутьянском воеводе Дракуле», созданная в конце XV в., ставит вопрос о характере власти единодержавного властителя, о значении его личности и занимает важное место в развитии жанра историко-легендарной повести.

В 40-е годы прошлого столетия А. X. Востоков выдвинул предпо​ложение, что автором ее является государев дьяк Федор Курицын, возглавлявший посольство в Молдавию и Венгрию в 1482—1484 гг. Эта гипотеза встретила поддержку и у современного исследователя повести Я. С. Лурье.

Исторический прототип Дракулы — воевода Влад Цепеш, управ​лявший Румынией в 1456—1462 и 1476 гг. О его необычайной жесто​кости в Европе ходило много рассказов (в Германии даже был издан ряд «летучих листков» о Дракуле). Текст русской повести вероятнее всего восходит к устным рассказам, услышанным ее автором в Венгрии и Румынии.

Написанная в форме посольской «отписки», «Повесть о Дракуле» главное внимание сосредоточивает на деяниях самовластного воеводы.

Эти деяния излагаются в форме небольших, преимущественно сюжетных рассказов-анекдотов, где первостепенное значение приоб​ретает диалог, а судьба персонажа, с которым ведет беседу Дракула, зависит от ума и находчивости собеседника.

«Зломудрый» и одновре​менно «велемудрый» государь превыше всего ценит в человеке ум, находчивость, умение выйти из затруднительного положения, воин​скую доблесть (отличившихся в бою воинов он «учиняет витязями»), честность, ревностно оберегает пиетет «великого государя».

«Грозный», неподкупный владыка ненавидит «во своей земли» зло и казнит всякого, «аще ли велики болярин, или священник, или инок, или просты», за совершенное им злодеяние, никто «не может искупиться от смерти», «аще и велико богатство имел бы кто».

В то же время Дракула, имя которого в переводе с румынского означает «дьявол», необычайно жесток: велит прибить гвоздями «капы» (шляпы) к головам послов, которые по обычаю своей страны не сняли их, явившись к «государю велику» и учинив тем самым ему «срамоту»; казнит воинов, которые были ранены в спину; сажает на кол посла, осудившего жестокость Дракулы; сжигает стариков, калек и нищих, мотивируя свой поступок «гуманными» целями: тем самым он осво​бодил их от нищеты и недугов, «и никто же да не будет нищ в моей земли»; обедает «под трупием мертвых человек», а слугу, который заткнул нос, «смраду оного не могии терпети», велит посадить на кол; приказывает отсечь руки нерадивой ленивой жене, муж которой ходит в рваной сорочке; даже сидя в темнице, куда его бросил, захватив в плен, венгерский король, Дракула «не оставя своего злого обычая» и предает казни мышей, птиц (последних ему специально покупают на базаре).

Автор повести почти не высказывает своего отношения к поведе​нию героя. Вначале подчеркивается «зломудрие» Дракулы и его «жи​тия», а затем негодование автора вызывает «окаанство» воеводы, убившего мастеров, сделавших по его заказу бочки для золота. Такое мог содеять «токмо тезоименитый ему диавол», утверждает автор.

Измена Дракулы православию и переход по требованию венгерского короля в «латыньскую прелесть» порождает дидактическую тираду автора, который осуждает его за то, что он «отступи от истины и остави свет и приа тьму», а поэтому «и уготовася на бесконечное мучение».

В целом же повесть лишена христианского дидактизма и провиденциалистского взгляда на человека. Все поступки Дракула совершает по своей воле, не подстрекаемый к ним никакими потусторонними силами.

Они свидетельствуют не только о его «зломудрии», но и «велемудрии» «великого государя», честь и достоинство которого он ревностно оберегает.

Не прославляя и не осуждая своего героя, автор повести как бы приглашал читателей принять участие в решении центрального воп​роса — каким должен быть «великий государь»: подобает ли ему быть «милостиву» или «грозному», который «от бога поставлен ecu лихо творящих казнити, а добро творящих жаловати».

Этот вопрос затем становится главным в публицистике XVI в., и на него будут отвечать Иван Пересветов и Иван Грозный, Максим Грек и Андрей Курбский.

Кусков В.В. История древнерусской литературы. — М., 1998 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *