Правда о священниках

Уже прошло несколько лет, как я совсем перестал участвовать в церковной жизни. За плечами много всего: 4 года семинарии, 4 года духовной академии, 10 лет церковного хора, 5 лет работы в редакции церковных проектов. Теперь я ни в какие церковные проекты не ввязываюсь и решил уйти из церкви, точнее, из организации «церковь».

Моя церковная жизнь начиналась еще в юности, в общей сложности я провел в церкви 17 лет. И да, нужно взять и признаться себе, как это ни больно и обидно — эти годы прошли в основном зря. И не собираюсь потратить еще 17 лет, чтобы оправдать это напрасно потраченное время.

Я совершенно не затрагиваю церковь как божественное установление. Я здесь говорю о церкви только как о структуре, о системе, о корпорации, внутри которой я был. Коснулось ли это веры в Бога? Нет. А вот, что называется, веры в церковь — коснулось. Нужность этой организации для меня под вопросом. Может быть, она кому нужна — я не спорю, только я в ней больше не состою.

Речь не идет о постулатах христианства, о мировоззренческих основаниях церкви, но та система, которая выстроилась вокруг этого — порочна. Да, там есть люди, хорошие люди, но в системе они почему-то действуют организованно порочно. Я клянусь — система приложила все усилия для того, чтобы я ушел. Методично меня выживала из себя. И наконец – всё, я ушел.

***

Последние 10 лет своей церковной жизни я ходил в хороший монастырь, в меру прогрессивный, всегда что-то делающий, организовавший волонтеров в детские дома, молодежное движение, газеты, журналы, сделавший нормальные нововведения в церковную жизнь своей общины… Но все равно видел, что всё это происходит в системе, которая прогнила, и такие хорошие заплатки не спасут общее положение вещей.

Я получил богословское образование, но не хотел становиться священником. Решил, что все-таки его можно использовать с большей самоотдачей – проработал 5 лет в редакции при монастыре. Могу точно сказать: большего самодурства в жизни не видел. Все время был постоянный моральный прессинг: мол, ты ни на что не способен, только в церкви ты можешь жить, без церкви – ты никто, у тебя ничего не получится что-то сделать – за пределами церковного забора. И со временем, это приводит к печальным последствиям – человек не верит в себя. Спасибо, впрочем, за то, что не убили до конца тягу к творчеству. Церковная атмосфера не способствовала ни профессиональному росту, ни воспитанию человечности.

Начав работать в светской прессе, я писал на религиозные темы. Писал о своих же, православных. Изо всех сил старался выправить и подать в удобоваримой форме тот косноязычный бред, который мне несли представители родной церкви. Так потом я же и выгребал тонны презрения, так как, видите ли, «работаю у униатов». То есть или у православных работай, или совсем не работай!? Я понял, что нашим засранцам не стоит ничего делать – когда ты их выгораживаешь, чтобы в СМИ они не выглядели идиотами, они же тебе еще и гадят на голову — все им не так. Что ж, пожалуйста, не будет вашего представителя в неправославных СМИ, и вы будете показываться такими, какие вы есть — косноязычными дуболомами.

В какой-то момент мои знания о внутренней жизни церкви перешли критическую точку. Я начал видеть непотребство священнослужителей еще до того, как об этом все узнают. Это стало проклятьем. Все попытки об этом сказать понятно чем заканчивались: ты дерьмо, не видишь всей святости этих духовных лиц! Ведь они, в принципе, где-то там «святые”, потому как носят священный сан, и уж одно это делает их такими. Поэтому молись и кайся! И может быть, к концу жизни ты поймешь! Как признался мой друг в духовной академии — я, говорит, на архиерейские богослужения не хожу, когда в ряд стоит много епископов, мне кажется, что это сытые коты, а не «светочи веры”. Поэтому, чтобы никого не осуждать — я туда и не хожу.

Может быть, мне не повезло. Как говорится, «с таким счастьем – и живой”, но было то, что было. Изменить это нельзя. Уговорить себя, чтобы простить, не получается. Опыт — есть опыт, его не пропьешь и не сбросишь нажатием кнопки. И вот опыт мне говорит: «держись подальше, опасно для жизни!” Нет, конечно, у системы есть шанс, но с умением наших священноначальников все оставлять на самотек, точнее, на «Божью волю” и упускать все возможности, сдавать позиции, либо наоборот – «закручивать гайки», ломиться только в лобовую атаку, — шансов мало.

Терновый куст может и обжечь – не светом благодати, а огнем страстей ее служителей. Не будет у людей желания разбиваться в лепешку, чтобы спасать организацию, которая сама себя топит. Которую ничего не учит. Церковь от верующих требует быть чуть ли не новомучениками, терпильцами и страдальцами за грехи и лень духовенства. Церковь строит безлюдные храмы, выбивает из госбюджета баснословные неконтролируемые суммы для своих нужд, противозаконно огораживает скверы и парки, не считаясь с мнением жителей, не старается по-честному завоевывать авторитет в обществе, не формирует христианскую культуру своей демонстративной беспардонностью – с этим не хочется отождествляться.

Положение вещей в церковной структуре очень простое: «Если ты не священник — ты никто”. Можешь забыть о том, чтобы заработать здесь хотя бы на жизнь (будут платить мизер — ты ж не священник — так, никто), можешь забыть о какой-то карьере — ты ж не священник — значит не менеджер, не начальник — ты никто, тут же все священник решает, а ты кто такой? Давай до свиданья! Все в структуре кричит тому, кто не священник: тебе нечего здесь делать, если ты не священник! Даже те, кто вроде как хотел оставаться гражданским, несколько лет работая в церкви — не смог устоять против «легкого” пути — принять священный сан. Вот дети священников еще лучше знают всю эту систему, в семинарии мало кто из них учился – зачем? Ведь они знают: само положение священника обязывает общество с уважением к нему относиться. Кто его оспорит? Никто. Кто будет проверять его знания? Никто. Кто будет ему задавать пытливые вопросы? Таких можно просто заткнуть, сказав, что «на мне священный сан, поэтому я все знаю”.

Странно, но факт: когда я ушел из церкви — жизнь моя улучшилась во всех отношениях. Даже в духовном плане. Дураков в моей жизни стало значительно меньше. И я могу точно сказать: попы злоупотребляют своей властью – по моему опыту, чуть ли не все. Думают, что могут всё вязать и решить — и мы, верующие, даем им эту власть. Почему вдруг? Они не оправдали доверия, почему им дальше нужно верить? Духовная жизнь стала честнее: я вижу все как есть, на меня не давит то, что я обязан что-то согласовывать с «церковной жизнью”, хотя меня обязывали к тому, что я должен отметать всё, «не вписывающееся» в картину церковного человека, не видеть никаких других фактов.

Но вера но то и дается, чтобы не бояться. А я устал бояться, бояться что-то там нарушить, от кого-то там не получить благословение, выверять себя по нравственным постулатам сомнительного толкования. Или еще чего-то там. Еврейский талмуд насчитывает несколько книг, православный талмуд не уместился бы ни в какую библиотеку. На человека навешивают столько всего, что о вере в Бога он даже не вспоминает — ему просто некогда за «церковной” жизнью. Может быть, воплощение веры, какое оно есть сейчас, не совсем то? Может, священники думают, что все в церкви, как они?

Я устал все время слышать от священнослужителей всё в духе «упал-отжался”. Это стало последней каплей. Нет, человек — не тварь дрожащая, и имеет право быть человеком. Заметьте, не верующим, не церковным — а просто человеком. А теперь задайте себе вопрос: вся ваша система способствует этому? Почему у вас получаются только верующие монстры? Что это за институт, который не заказывает духовно-ущербных людей из-за границы, а разрабатывает таких вот своих – все новые и новые модели? Да, в церкви есть ныне живущие святые, о которых вы не знаете (или знаете, но боитесь их) — но они сами по себе.

Христос обещал сделать нас свободными. Церковь этому способствует? К Нему претензий нет, а вот к вам есть. Вы вроде как не зовете в свою церковь, но, дескать, раз уж ты пришел к нам, тогда сам виноват — принимай нас такими, какие мы есть. Оказывается, что над верующей душой будут издеваться именно там, где меньше вего ожидаешь: в церкви. Будут гнобить, рассказывать, что полезно «смиряться”. И идет цепочка моральных унижений: семинаристы — пыль на ногах администрации, священники — пыль на архиерейских сапогах, простые прихожане-верующие — пыль на сапогах священников. Простой вопрос: почему это должно быть так? Это Христос принимал омывание своих ног, но не сказал апостолам, чтобы они от своих учеников требовали таких же почестей.

Церковный человек должен отсекать все, что не вписывается в картину мира «верующего” человека. А сюда не вписывается много попросту нейтральных вещей. Верующие всё хотят покрасить в какой-то цвет, и священники этому способствуют — зачем? Затем чтобы потом удобно было сказать — сегодня зеленый не в моде, так что все красим в синий! Сейчас креационисткая теория совпадает с верой, значит, все научные открытия и исследования будем за волосы притягивать в картину мира «истинно-благочество-верующе-церковного человека”. И будем от того благоденствовать, какие мы, ужо, церковные, верующие!

Мир – не стерилен. Ожидать от мира ханжеской чистоты — наивно. В мире есть много интересных и полезных вещей, которые никаким образом не касаются веры. И не обязательно на них смотреть через призму веры – может быть плохо в голове человека. Не верите? А вы знаете, что в цеху, где обжигали кирпичи для постройки храма, уж никак не звучали акафисты, а раздавалась честная площадная брань? Это для вас открытие? Архитектор, проектировавший храм, думал не о Боге, а о том, чтобы этот храм на головы верующих не завалился. Рабочие в цеху и архитектор не смотрели на вещи через призму веры, а через призму здравого смысла и точного расчета. Что, бесчеловечно? Неблагочестиво? Или вы хотите, чтобы все было, как в елейных житиях святых — все углы сглажены и все жизненные подробности убраны? Нет, так не бывает, жизнь — это не жития святых. И вот если вы захотите из жизни соорудить православный рай — вас ждет православный ад. И не важно, что вы будете петь хором — коммунистические песни или молитвы — ничего не поменяется, если будете думать, что в этом жизнь. Если вместо того чтобы работать — будете молиться, везде будет разруха, и в головах, и в организации «церковь” , перефразируя профессора Преображенского.

Церковные люди почему-то стесняются своей «мирской” работы. Считают, что, дескать, это не жизнь, вот в церкви — это жизнь… И всё стремятся в церковные проекты. Как говорилось выше, в этих церковных проектах к людям относятся зачастую хуже, чем в обычной жизни офисного планктона. Человек не получает заряда на работу, на рост своих профессиональных навыков и умений, начинает отсекать от себя все, что «не духовное” – музыку, литературу, поэзию, культуру. Забывая о том, что европейскую культуру на свершения вдохновляло христианство. И жизнь верующего человека становится стерильной от всего мирского. Семья начинает строиться вокруг церкви. Досуг — вокруг церкви. Хобби, увлечения, интересы — объявляются неблагочестивыми. И человек все время живет в этом вечном хороводе: батюшки-матушки-службы-посты-благословения-разговоры о духовном-чтение благочестивых книжек, моральных поучений-рождение детей-крестины-посты-благословения-службы… Ну, еще работа какая-то есть — ведь жить-то на что-то нужно, еще ж в церковь работать не перешел, вот когда перейду – тогда будет полное счастье. И в какой-то момент задаешь себе вопрос: а где за этим всем Бог? Зачем все эти ширмы? Но тут же прибегают полоумные церковные девы-приживалки и начинают убеждать — Он там есть, мы точно знаем…

Церковь, которую я ощутил на себе, не способствует жизни полной грудью. Она навешивает на обычного человека духовно-ментально-мировоззренческие гири. Отсекает у человека разум. При этом сама спекулирует на стереотипе антагонизма веры и разума. Хотя никакого антагонизма нет, но ведь так же удобнее — люди не думают, слепо доверяют.

Почему церковный человек должен умирать заживо? Да, в мире есть грех, но это не значит, что весь мир только из греха и состоит. Можно подумать, что современный верующий должен приносить жертву новым шаманам в рясах. Ведь если посмотреть на действия священства со стороны, то нередко можно увидеть, что они просто пьют кровь у общества. Паразитируют на многом. На силах молодых людей, на силах зрелых людей, которые вместо того, чтобы работать в этом мире и делать его лучше, начинают просто загибаться на «послушаниях», соучаствовать во лжи ради «церковного блага» или «церковного единства», теряя облик здравомыслящего человека. В итоге церковная корпорация спекулирует и хоронит самое святое, что есть у человека — веру. Берусь утверждать: вне церковной системы вера человека остается чище.

Понимаю, сейчас я похож на сектанта, которого обманули с концом света. Можно простить честный обман, но нельзя простить сознательную ложь. Можно простить родителям, что что-то не то сказали, можно простить друзьям, что искренне говорили ерунду, но нельзя простить тем, кто сознательно внушал тебе картину мира, в которую не верил. Представьте, уважаемые члены религиозной корпорации, что люди верят в то, во что вы сами часто не верите – в «православную картину мира». Уже мера сглаживаний дала трещину: «святые не обманывают, Бог не ошибается, у православных все должно быть хорошо» и т.д. Да хватит уже врать самим себе! И сколько можно «не выносить сор из избы”?! Это уже похоже на сидение на куче мусора. Вас не спасет статистика — «еще столько-то храмов построили”, «столько-то мероприятий провели”, вот когда борделей вокруг храмов будет в 5 раз больше — вот тогда и откроется момент истины, но будет уже поздно. У Карела Чапека есть повесть «Фабрика абсолюта” — когда благодать явилась всем и в неограниченном количестве — кто выступил против? – Церковь – она выступила за дозированную раздачу абсолюта, строго по талонам, и не больше крошки в одни руки… И вот в это выродилась церковная структура — в заранее сыгранный тендер, где все, в том числе диавол, получили свои откаты. Нет. Мои отношения с Ним — останутся только моими.

Я до последнего верил, что все не так плохо, оказалось – все гораздо хуже. Меня могут упрекнуть, что ничего не попытался сделать. Нет, пытался. Но своя душа мне важнее всех церковных систем вместе взятых. Я лучше сохраню себя, останусь человеком, не буду врать и лицемерить, чем буду ближе к «святыне”. Я хочу жить, а сегодняшнее церковное устроение моей полноценной жизни не способствует.

«А ну, покажи удостоверение, что ты православный!..» Мои отношения с Ним не должны быть административно оформлены в какой бы то ни было структуре, я могу участвовать в церковных таинствах, молиться, но не обязан кому-то в этом отчитываться.

Александр Бойко

Какие мифы существуют о священниках и насколько они соотвествуют реальности? На вопросы корреспондентов «Нескучного сада» ответили сами священники.

Священник все время отдыхает?

«Рабочий день священника – два часа служба утром и два вечером, а во многих храмах, особенно сельских, службы вообще только в выходные дни, а в остальное время непонятно, что батюшки делают. Разве это работа?» – с таким рассуждением встречаешься нередко.

Отвечает священник Сергий ПАШКОВ, настоятель Богоявленского храма села Быки Курчатовского района Курской области, руководитель секции дзюдо для детей и подростков в деревне Макаровка Курчатовского района:

– Честно говоря, я такое мнение последний раз слышал в советское время, когда в школе учился. Нас учили, что в церковь ходят только темные старушки, а все священники – дармоеды. С тех пор как 14 лет назад сам стал священником, такого не слышал. Наоборот, люди часто отмечают тяжесть священнического служения и говорят, что сами ни за какие деньги на него не согласятся. Я предлагал некоторым благочестивым прихожанам подумать о священстве (одному тяжело все-таки), но они отвечали: нам бы свои кресты донести, а священнические точно не поднять. Действительно, тяжелое служение.

Службы у нас совершаются реже, чем в большом городском храме, но все равно 110-115 дней в году я служу литургию (специально считал как-то). И служу один, без диакона. Кроме того, регулярно хожу на требы, а это миссионерская работа. На крещении, венчании, освящении квартиры, дома, погребении обязательно говорю проповедь. А к этому же подготовиться надо. Ежедневно читаю Писание, святых отцов. Чтобы нести людям Слово Божие, священник должен сам жить по этому Слову, в том числе и повышать свое религиозное образование.

Можно на примере посмотреть, как выглядит «короткий» рабочий день священника: накануне воскресных и праздничных дней я служу всенощную, начинается она в 17.30, идет примерно два с половиной часа. После всенощной – исповедь, исповедовать в обычные воскресные дни приходится 20-30 человек, а перед великими праздниками – до 100. Это около двух часов занимает. Вечером еще надо подготовиться к завтрашней проповеди, Евангелие почитать, Псалтырь, свое молитвенное правило. На это уходит примерно полтора часа. Утром часы начинаются без двадцати восемь, в начале девятого – литургия. После литургии около получаса служу молебен, а если водосвятный – минут 50. Если в этот день празднуется память особо чтимых на Руси святых или Богородичных икон, на молебне читаю акафист, и тогда молебен длится около часа. Закончив молебен, служу литию. Это минут 10. Дальше – требы. Часто приходится ездить в соседние деревни на отпевание. Обычно километров 20-25 в один конец, но есть деревни и в 40 километрах от нашего села. Отпеваю обычно на дому около часа. Кроме служб и треб у многих священников есть свое социальное или общественное служение. Три раза в неделю я занимаюсь с ребятами дзюдо, после двухчасовой тренировки провожу беседы. Также регулярно беседую с людьми, которые хотят крестить своих детей, – и с родителями, и с крестными. У меня три требования: чтобы они хотя бы что-то узнали о православной вере и были готовы раз в месяц причащать своих детей и хотя бы четыре раза в год причащаться сами. Такие беседы иногда затягиваются на несколько часов.

Кроме того, я каждую неделю посещаю колонию-поселение, служу молебны, панихиду, иногда и литургию. Начал добровольно, но потом получил благословение архиепископа Курского Германа – любое церковное дело надо закреплять благословением священноначалия. Так что теперь, кроме служб и треб, это тоже часть моей работы. Проводим открытые уроки в школах, не только нашей, но и соседних сел. Один открытый урок можно провести почти всюду, но именно от того, как мы его проведем, зависит, пригласят нас туда еще раз или навсегда закроют двери. Также в школах проходят показательные выступления моих ребят-дзюдоистов. Поэтому я не назвал бы свой рабочий день «коротким», а вот ненормированным – назвал бы.

У каждого свой путь, но мне трудно представить, чтобы человек, не приученный трудиться, мог стать хорошим священником. Как правило, таких ребят еще из семинарии исключали. Так что я очень удивлен, что до сих пор жив миф о священниках-бездельниках.

Священники – значит святые?

Для большинства людей священник – человек не от мира сего. Их так и называют многие – «святой отец». Некоторые очень удивляются, когда узнают, что священник поехал в отпуск, строит дачу, любит пиво. Действительно ли священники святее обычных людей?

Отвечает протоиерей Борис ЛЕВШЕНКО, клирик храма святителя Николая в Кузнецах, заведующий кафедрой догматического богословия ПСТГУ:

– Слово «святой» имеет несколько значений. Первое – выделенность для особого религиозного употребления или служения: просфора, святая вода, святое дело. Второе значение – борьба с грехом и победа над ним, верность в своих действиях нравственному закону, ненависть ко злу и любовь только к добру. Человеческую святость мы понимаем как близость к Богу. К такой святости призван каждый человек, а не только священник, но реально немногие достигают ее при жизни. И даже когда очевидно, что достигают, как это было очевидно при встречах с отцом Иоанном (Крестьянкиным), отцом Кириллом (Павловым), мы не называем их святыми. Церковь признает людей святыми уже после смерти, иногда вскоре, а иногда и через много веков.

Тем не менее в традиционном католическом обращении «святой отец» есть доля правды (хотя я не люблю, когда ко мне так обращаются). Правда в том, что священник, действительно, выделен из людей, как выделена из хлеба просфора, из которой вынимаются частички на проскомидии. Мы потребляем просфору после литургии или дома натощак, с молитвой и запиваем святой водой. Эта просфора остается хлебом, сохраняет все его физические свойства, но мы все равно называем ее святой. Так и священник выделен из людей, потому что через него другим людям подается Божия благодать. Бог заботится о спасении каждого человека и через кого-то из людей посылает вразумления, наставления и помощь всему человечеству. Но для того, кого Он избирает, такое избрание может оказаться и неудобным. Например, пророк Иезекииль больше года лежал на одном боку, нося беззаконие дома Израилева. (» Ты же ложись на левый бок твой и положи на него беззаконие дома Израилева: по числу дней, в которые будешь лежать на нем, ты будешь нести беззаконие их». Иез. 4,1). Что ж тут удобного? А пророк Иона, чтобы не выполнять Божьего поручения о спасении Ниневии, бросился в противоположную сторону и чуть не утонул. Так и священство дается для спасения человечества, но сам священник остается человеком, и для него как человека священство может стать слишком высокой ответственностью, погубить его. Потому что написано у пророка Иеремии: «Проклят, кто дело Господне делает небрежно» (Иер. 48, 10). Но это вопрос личного спасения конкретного человека, а благодать Божия подается людям через каждого священника. Конечно, именно поэтому он должен жить и вести себя так, чтобы на него люди равнялись: молиться лучше, отдавать всего себя людям. В частности, когда ему совсем неудобно, а его зовут на требу, он должен ехать. И многое другое должен – у него есть долг любви. Но он, повторяю, и в сане остается человеком.

Но всегда ли люди делают то, что должны? Идеал на земле недостижим. Поэтому не надо думать, что каждый священник святой. Полезно ли так думать, я не знаю (об этом знает только Бог), но по законам духовной жизни правильно думать так: все спасутся, а я нет. Это общее правило для всех людей. И выделять сословие (даже священническое) как святое негоже – этим ты как бы снимаешь ответственность с себя: мы, мол, грешники, а эти должны быть святыми. Не «эти», а все должны быть святыми – к этому нас призывает Бог.

По поводу дач, отпусков и житейских привычек: я не монах, поэтому о монахах говорить не буду. Они связаны строгими обетами, в том числе и отказом от всякой собственности. Но женатый священник, как и любой мужчина, должен заботиться о своей семье. Любовь к другим людям за счет родных – это уже не любовь. И в даче выражается любовь священника к своей семье – его дети, независимо от того, есть деньги на путевку или нет, в каникулы имеют возможность жить на свежем воздухе. Как и сам священник – а ему это тоже необходимо для поправки здоровья. Например, известный московский священник – святой праведный Алексий Мечев уезжал на целое лето на дачу и возвращался в Москву только осенью. Мы и в отпуск уходим именно с такой формулировкой – для поправки здоровья. Но отпуск не освобождает священника от молитвы – он и там молится, а часто и служит в местных храмах.

Можно ли священникам купаться?

«Слышал, что священнику неприлично ходить на пляж, купаться, играть в футбол с прихожанами. Действительно ли это воспрещено канонами?»

Отвечает протоиерей Федор БОРОДИН, настоятель храма св. бессребреников Космы и Дамиана на Маросейке (Москва):

– Купаться в море никому не запрещено, если вы, конечно, не монах или не паломник на Афоне. Священнослужителю часто приходится бывать на пляже, если он отдыхает на курорте с семьей – ведь не одной же матушке следить сразу за несколькими детьми! Но проблема в следующем: в каноническом праве Православной Церкви есть положение, согласно которому священнику нельзя ходить в общественные бани. Этот канон был сформулирован еще в Древней Церкви, когда бани – греческие термы – были местом, где люди не только мылись, но и общались, читали книги и могли провести целый день – термы напоминали скорее гигиеническо-развлекательный комплекс, как сказали бы сейчас. Люди в термах не обнажались до полной наготы, а ходили в простынях, но там одновременно могли быть и мужчины, и женщины, поэтому священнослужителю было запрещено посещать термы. Современный пляж – не римская баня, но едва ли те фрагменты одежд, которые сейчас носят на пляже, целомудреннее римских простыней.

В Священном Писании есть такие слова: «…Не открывай наготы отца твоего» (Лев. 18, 7). Поэтому, если речь идет о священнике, духовном отце, мне кажется, можно ориентироваться на это правило.

Запрета на купание для священника нет, но делать это лучше, когда тебя никто из твоей паствы не видит. Я помню, как в детстве увидел знакомого мне только по богослужению батюшку в «гражданской» одежде – в простых брюках и рубашке с закатанными рукавами, когда тот трудился в мастерской. У меня, тогда слабого, только воцерковляющегося человека, был просто шок. Поэтому мне кажется – это мое личное мнение, – священнослужитель должен ориентироваться даже не на то, что ему позволено, а на то, что полезно пастве. Если священник едет, например, в паломничество со своей паствой, думаю, ему не следует при всех купаться в речке или загорать. Кого-то это может смутить и даже стать препятствием для исповеди. Здесь проявляется то, что называется иерархией отношений, правильно выстроенными отношениями, исключающими панибратство между духовным отцом и духовным сыном. Должна быть какая-то черта, граница, за которую нельзя заходить. И эта дистанция помогает не просто в отношениях с батюшкой, но и через него как пастыря – в отношениях с Богом: известно много случаев, когда возникали трудности, если эта дистанция нарушалась. Вообще панибратское и дерзкое отношение с людьми всегда идет рука об руку с потерей страха Божия.

Мы с нашей воскресной школой часто ходим в походы на байдарках. Эти походы возглавляет священник, который всегда купается отдельно.

А если мирян вдруг столкнулся на пляже со своим духовником и чувствует смущение, он может просто уйти с пляжа на время или потерпеть, никого не осуждая.

В игре в футбол с батюшкой я не вижу никакой крамолы, сам играю в футбол с детьми из воскресной школы. Просто и здесь нужно видеть границы, рамки и не использовать ситуацию спортивной игры со священником для возникновения панибратства.

Благословение по протоколу

Как правильно здороваться со священником? Всегда ли надо просить благословение? Если мы встречаем сразу несколько священников, разных по возрасту и сану, надо ли брать благословение у каждого? Если да, в каком порядке? Бывают ли случаи, когда допустимо не подходить под благословение?

На вопросы церковного этикета отвечает епископ Егорьевский МАРК, заместитель председателя ОВЦС, автор книги «Церковный протокол»:

– Не нужно путать благословение и приветствие. Когда вы встречаете священника, можно подойти под благословение, но можно и просто поклониться, и это не будет ни нарушением церковного этикета, ни невежливостью. Если священников несколько, необязательно брать благословение у каждого, достаточно у одного – самого старшего по церковной иерархии. Если среди них архиерей, то благословение берется только у него. И не смущайте священника – не принято, чтобы священники благословляли мирян в присутствии архиерея. Была добрая традиция – перед благословением поклониться архиерею. Она ушла, но некоторые так делают, и это хорошо – люди проявляют уважение к архиерейскому сану. Но вполне допустимо и просто подойти под архиерейское благословение.

Многие понимают благословение как внешний знак, жест, например, осенение крестом. Так принято, но если человек, например, перед паломнической поездкой или перед началом благого дела позвонит своему духовнику и попросит благословение по телефону, этого достаточно. И даже когда он лично подойдет к священнику за благословением на доброе дело, священник может просто напутствовать добрым словом, и это тоже будет благословением.

Если мирянин звонит священнику, уместно попросить благословение, а потом уже начать разговор. Но, например, в прямом эфире радио- или телепередачи это будет лишним. Эфирное время ограниченно, поэтому правильнее, раз повезло дозвониться, задавать вопросы быстро и по существу.

Священник – специалист по жизни?

Есть мнение: какой бы вопрос у тебя ни возник – священник просто обязан на него ответить, иначе какой же он батюшка, какой пастырь. Часто эти вопросы не имеют никакого отношения к Церкви, духовной жизни. Также и благословения просят на разные специальные вопросы: строить ли дом, лечиться ли и как, в какой кружок ходить ребенку? Должен ли священник быть «специалистом по жизни», правильно ли это и возможно ли?

Отвечает протоиерей Игорь ИУДИН, клирик Дивеевского подворья в Нижнем Новгороде:

– Обязанность пастыря – вести людей к Богу, и именно поэтому ни в коем случае нельзя их отталкивать, с каким бы вопросом они ни подошли. Выслушай, встань на их точку зрения, помоги разобраться, утешь! Не так давно обратилась ко мне беременная женщина, которой врачи сказали, что возможен выкидыш. Она была в отчаянии, я, как мог, утешил ее, сказал, что часто все заканчивается лучше, чем «грозят» врачи, обещал помолиться и посоветовал ей почаще причащаться. Так она потихонечку стала воцерковляться, благополучно родила мальчика, его тоже регулярно причащает. А изначально пришла не к Богу, не за духовным советом, а за поддержкой. Как же можно такую поддержку не оказать?

Но и миряне, и священники должны понимать разницу между духовными и житейскими вопросами. Некоторые люди придумывают, что их настоятель – прозорливый старец, который знает о жизни все, и без его благословения шагу не ступят. Хорошо попросить благословения на доброе дело, но нельзя перекладывать на священника ответственность, ждать решения вопросов, которые вы должны решить сами. Например, в какой кружок или секцию отдать ребенка? Посоветоваться с батюшкой как с другом, порассуждать вместе можно. Мы же по многим вопросам и с родственниками, и с друзьями, и с соседями советуемся. Но не заставляем их решать за нас. И священник не должен решать такие вопросы, он может только выслушать сомнения, варианты, сказать, как он видит ситуацию, но решение за родителями. Или некоторые сомневаются, какую из двух предлагаемых работ выбрать, менять ли работу. Опять же выслушать сомнения и доводы за и против священник обязан, что-то подсказать может, но решать все равно самому человеку. У каждого из нас есть голова на плечах, разум, сердце, воля, и Господь хочет, чтобы мы потрудились. Правильно – попросить священника помолиться об успехе того или иного начинания, но не ожидать, что он будет жить за тебя. Раз человек ко мне обращается, я обязан его выслушать, поддержать, иногда что-то посоветовать, но даже не как пастырь, а как друг.

Тем более странно, когда спрашивают благословения на лечение. Как я могу, не имея медицинского образования, спорить с врачом? Другое дело, что и врачи бывают разные, и чем серьезнее болезнь, тем важнее найти хорошего врача. Священники и их родственники тоже болеют, возможно, священник поможет найти хорошего специалиста, того же хирурга. Это опять же дружеская помощь. Но сказать – не соглашайся на операцию, будем молиться… Только святые могли так дерзать, а если современный молодой священник им подражает, то это типичное младостарчество. Надо прислушиваться к советам врача, а священника попросить усилить молитву за болящего. Вот если есть несколько вариантов лечения, можно посоветоваться со священником, но опять же только посоветоваться. Принимать за других решение по житейским вопросам неэтично.

Священник должен быть бедным?

«Есть мнение, что батюшке не к лицу иметь хорошую машину, технику, красивые вещи, современно одеваться он тоже не должен. По нему должно быть видно, что живется батюшке нелегко, а если все иначе – это уже неприлично. Ведь кормят-то его прихожане, значит, и «шикует» он на их деньги. И люди готовы осудить такого отца «за сребролюбие». С чем связано такое представление о «бедном священнике» в народе? Что в нем доброго, а что – ложного?»

Отвечает протоиерей Константин ОСТРОВСКИЙ, настоятель Успенского храма города Красногорска Московской области, благочинный церквей Красногорского округа Московской епархии.

– Еду я в набитом автобусе, в потертом подряснике, с крестом на груди, портфель тяжелый, и никто мне место не уступит, хотя видят же, что я в годах и батюшка. А в окошко я вижу иностранный автомобиль и в нем молодого священника с коротко подстриженной бородкой. И мне обидно и за наше молодое духовенство, и за нашу молодежь, которая ни старых не уважает, ни стыда и совести не имеет, разъезжая среди нищего народа на иномарках. А обидно мне потому, что я завидую богатым, потому что сам хотел бы ездить на иномарке, только мне ее, во-первых, никто не дарит, а во-вторых, я боюсь людских пересудов. И такое мое духовное устроение очень плохо. А если бы я ехал в автобусе, или на новом мерседесе, или на осле, или пешком шел, молясь Богу в сердце, это было бы очень хорошо. Перед Богом все равно, во что мы одеты, как причесаны, на чем едем и сколько у нас денег в банке. Но у священника есть еще и пастырский долг. Мне все равно, я не привязан к земным благам (не привязан ли?). Но меня окружают немощные люди, они верующие, добрые, но немощные. Есть в них и жертвенность – и зависть, и любовь – и ненависть, и желание добра – и подчиненность злу. Все как у меня. И судя по себе, я думаю, что им тяжко видеть, как их батюшка строит себе коттедж и ездит на дорогой машине. Они соблазняются – они не правы. Но апостол Павел писал: «Если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек, чтобы не соблазнить брата моего» (1 Кор. 8, 13). Поэтому, если у меня есть возможность выбирать, то, пожалуй, лучше не иметь дорогих вещей. (Об этом, кстати, не раз говорил на Епархиальных собраниях г. Москвы покойный Патриарх Алексий II, укоряя священников за дорогие иномарки, даже советуя их продать в пользу своих приходов.) А если без дорогих вещей не обойтись, то будем ими пользоваться, не заботясь об искушениях людей, но укоряя себя. Горе нам, книжникам и фарисеям, лицемерам, что очищаем внешность чаши и блюда, между тем как внутри они полны хищения и неправды (перифраз из Мф. 23, 25). Не спасут нас ни роскошь без милосердия, ни нищета без смирения, поэтому простим друг другу.

Предисловие.

Итак по плодам их узна́ете их.

Не всякий, говорящий Мне: «Господи! Господи!», войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного.

Многие скажут Мне в тот день: Господи! Господи! не от Твоего ли имени мы пророчествовали? и не Твоим ли именем бесов изгоняли? и не Твоим ли именем многие чудеса творили?

И тогда объявлю им: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие.

Евангелие от Матфея 7, 20-23

Предлагаю Вашему вниманию весьма интересную публикацию, в которой содержатся уникальные фотографии одного крайне важного документа. С этим документом необходимо ознакомиться каждому патриоту России.

Как РПЦ захватывает Тамбов

Митрополит Тамбовский и Рассказовский Феодосий. Фото: Тамбовская епархия

Очень несладко живется Тамбовской епархии. Настолько несладко, что митрополит Тамбовский Феодосий даже решил написать губернатору Тамбовской области письмо. Спасибо, что передали нам два новых монастыря, говорит митрополит, только вот проблем нерешенных у нас еще остался огромный список. А обнаглевшие городские власти помогать не хотят, не воспринимают нас всерьез. И дальше увлекательный список просьб из 26 пунктов. Наслаждайтесь 😉

Вице-губернатор Наталья Астафьева отреагировала на просьбы митрополита как верный член православной паствы.

«По каждой теме, упомянутой в обращении, необходимо назначить ответственных лиц, выработать наиболее оптимальный путь решения, разработать план совместных действий. Системный подход с учетом бюджетных ресурсов, а также с привлечением спонсорских средств позволит в рамках церковно-государственного взаимодействия… сделать Тамбов и его окрестности лучше и красивее, позволит восстановить связь времен и поколений».

То есть некоторым жителям Тамбова уже можно потихоньку готовиться к тому, что дома, в которых они живут, и школы, в которых учатся их дети, у них отберет церковь во имя восстановления связи времен и поколений.

Илья Варламов

Когда я опубликовал одну из своих прошлых статей – «Вся правда о канонизации Николая II», были некоторые комментарии, о том, что я нападаю на РПЦ.

На самом деле никаких нападок на РПЦ в той статье не было: я просто изложил факты, из которых проистекали совершенно однозначные выводы. Только и всего. А если факты выглядят как нападки – то это лучшая характеристика тем, кто за эти факты ответственен.

То же самое касается фактов, изложенных в публикации Варламова (вне зависимости от отношения к самому Варламову). Факты – вещь упрямая. При такой деятельности РПЦ никаких нападок и дискредитации уже не надо.

Как к такой деятельности тамбовской епархии относиться? И только ли в Тамбове такое происходит? Увы, нет, такое происходит не только в Тамбове, такое происходит по всей стране. Исаакий, я полагаю, у всех на слуху.

Краткий экскурс в историю.

Некоторые могут спросить: как РПЦ дошла до жизни такой? Является ли такая деятельность общей политикой РПЦ или это «злоупотребление на местах»?

Ответ на многое дает речь патриарха Кирилла в 2013 году на 1025-летие крещения Руси, в которой он сказал, что 25 лет назад началось духовное возрождение России (кому интересно, могут прочитать об этом ).

Я думаю, все знают, что было тогда (то есть 25 лет назад от 2013 года) – горбачевская «перестройка». Для народа это было катастрофой, «перестройка» закончилась разрушением СССР. Почти 300 млн. людей лишились своей Родины – СССР. Резкое обнищание народа, кровавые конфликты и войны по местам, бандитизм и другие ужасы сопровождали распад СССР.

Но для кого война, для кого – мать родная. Для миллионов людей «перестройка» и распад СССР – великая трагедия и катастрофа, а для церкви – счастье и начало духовного возрождения России.

Назвав время «перестройки» началом духовного возрождения России патриарх Кирилл показал себя во всей красе. А поскольку ему никто из верховных иерархов РПЦ не возразил – получается, что РПЦ согласна с тем, что «перестройка» — это начало духовного возрождения России.

Как говорится, во истину по плодах их узнаете их. Это действительно очень важно узнать.

Огромные страдания принес народам распад СССР. Но на образовавшихся на месте СССР обломках Великой Державы к власти пришли жадные люди. Собственность, которая была достоянием всего народа – стала достоянием кучки богатеев, ограбивших народ.

И чью сторону приняла Церковь? Грабителей или ограбленных? Увы, грабителей. Это факт.

Более того, РПЦ не только стала на сторону грабителей – Церковь вместе с олигархами- кровопийцами стала рвать на куски истерзанную страну, вырывая куски пожирнее, пользуясь тем, что слабые разобщенные люди не могут защитить себя и свое имущество. Церковь продолжает грабить и обирать тех, кто уже ограблен и обобран.

«Слуги божьи» из РПЦ оказались рвачами, полностью лишенными совести, сочувствия и сострадания, как худшие из разбойников. И свои гнусные деяния РПЦ лицемерно пытается оправдать «службой богу», «исполнением воли божьей», «восстановлением исторической справедливости».

Что мы видим: руководство РПЦ купается в роскоши, в то самое время, как миллионы ограбленных людей находятся за чертой бедности, в нищете.

Кстати цена каждой из этих митр существенно превышает 100 тыс. рублей. Умножьте-ка, подсчитайте. И это только одни головные уборы…

Если бы эти «служители бога» действительно бы верили, что Иисус Христос придет судить живых и мертвых, ожидали бы воскресения мертвых и жизни будущего века, разве стали ли они столь дерзностно нарушать и попирать не только заповеди Божьи, но и элементарные человеческие приличия? Тем более, это касается тех, кто занимает высокие посты в церковной иерархии – ведь кому больше дано, с того больше и спросится.

То, что служители церкви творят свои подлые дела, прикрываясь именем Божьим, говорит, притом говорит совершенно однозначно об одном: сами служители РПЦ в Бога не верят, иначе бы не поступали так.

Об этом я уже писал в своей статье «Вся правда о канонизации Николая II» .

Что ж, Библия дает четкий ответ об участи таких «слуг божьих».

Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его:

ибо алкал Я, и вы не дали Мне есть; жаждал, и вы не напоили Меня;

был странником, и не приняли Меня; был наг, и не одели Меня; болен и в темнице, и не посетили Меня.

Тогда и они скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, или жаждущим, или странником, или нагим, или больным, или в темнице, и не послужили Тебе?

Тогда скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне.

И пойдут сии в муку вечную, а праведники в жизнь вечную.

Евангелие от Матфея (25, 41-46)

А давайте вспомним теперь, что делали проклинаемые РПЦ большевики, когда были у власти. Можно очень много говорить о тех благах, которые дали большевики народу, о тех благах, о которых народ в Российской империи не мог даже и мечтать.

Приведу только некоторые из них.

Это было действительно чудо: в СССР была ликвидирована безработица, ликвидирована нищета, каждый мог получить бесплатную медицинскую помощь, даже квартиры давались бесплатно.

И об этом тоже в Библии сказано:

Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира:

ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня;

был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне.

Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? или жаждущим, и напоили?

когда мы видели Тебя странником, и приняли? или нагим, и одели?

когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе?

И Царь скажет им в ответ: истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне.

Евангелие от Матфея (25, 34-40)

И еще один немаловажный факт. Человека неграмотного, необразованного легче обмануть, легче сделать рабом, легче обобрать. Именно поэтому кровопийцы-эксплуататоры еще в Российской империи всячески противились народному образованию.

А что происходит с образованием сейчас? Страшная деградация сферы образование и все большее засилье попов в школах. Хищники во власти и церковные хищники действуют рука об руку, с обоюдной выгодой.

А как действовала Советская власть? Советскому государству нужны были образованные, разносторонне развитые люди, свободные Люди-Творцы. Поэтому образование, наука и культура взлетели в советское время на недосягаемую высоту, что до сих пор вызывает черную зависть и ненависть как у нынешней власти, так и у служителей РПЦ.

Без Меня не можете делать ничего!

Есть еще нечто крайне важное. В Библии приводятся слова Господа: «Без Меня не можете творить ничего!» (Ин. 15, 5)

И что же мы видим сейчас? Полнейшую разруху и деградацию везде: и в промышленности, и в сельском хозяйстве, и в науке и в образовании. А какова демографическая ситуация в России? Народ вымирает.

О чем это говорит? Да о том, что нет на нынешнюю власть и на нынешних служителей РПЦ Божьего благословения, поэтому все так деградирует и в таком страшном упадке находится. И никакие храмы, построенные на награбленное и отжатое, построенные ценой крови, слез и горя миллионов людей, милость Божью не заслужат.

А что было в СССР? Страна развивалась невиданными темпами, особенно в годы первых сталинских пятилеток. Такого быстрого, бурного роста промышленности не знала вся мировая история.

А через 12 лет после страшнейшей из войн СССР уже вывел в космос первый в мире искусственный спутник.

Вот и почувствуйте разницу: где была Божья искра и Божье благословение, а где его нет и быть не может.

Вот и исходят черной завистью нынешние власти и служители церкви и злятся: хотят повторить успехи хоть в чем-то, а не могут, хотят показать, что с ними Бог, а получается разруха и деградация, терние и волчцы.

И это мы тоже знаем: дьявол и его слуги не могут ничего творить, могут только оболгать и оклеветать то, что сделано с благословенья Божьего. И когда мы видим и слышим очередную клевету и обливание грязью всего советского от нынешней власти и служителей церкви – надо понимать это. Дьявол — это отец лжи, а во лжи-то как раз и преуспевают и нынешние власти и их союзники — служители РПЦ.

Вопрос и ответ.

Как же так, автор, что Вы такое пишете, ведь большевики – материалисты, они отрицают бытие Божие, а тут у Вас получается, что праведниками оказываются именно они, а не служители Церкви, служители Бога? Получается, что большевики, отрицающие Бога, Ему ближе, чем служители Бога, почитающие его?

Задающимся такими вопросами полезно представить себе такую ситуацию.

Вы раз за разом видите такую ситуацию. Жестокая и беспринципная банда разбойников убивает, мучает, грабит людей, творит разные жестокости и непотребства. И при этом разбойники говорят, что все это делается во славу такого-то.

И как Вы к этому такому-то будете относиться? Подумайте.

Тоже самое и церковью. Не надо думать, что была тишь, гладь, да божья благодать, а потом пришли злые большевики, и выключили веру в Бога, как лампочку в комнате. Ничего подобного.

Народ просто видел, что творят служители церкви, прикрываясь именем божьим, и сделал естественный в такой ситуации вывод. Вот и все.

Потом, где-то с середины 50-х память поколений, к сожалению, начала утрачиваться. И люди перестали понимать, а с чего это большевики так взъелись на добрых и кротких «слуг божьих».

Что ж, урок истории, увы, не был усвоен. И все повторилось. И увидели мы «слуг божьих» во всей красе.

Пришедший Издалека93

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *