Признаки религиозного сознания

Будучи атеистом, Я решил опубликовать в своем блоге свои мысли о религиях, богах, о том, как появлялась религия и для чего. Вообще, в последнее время, часто встает вопрос религии в политике(!) и мне это не особо нравится, поэтому и решил высказаться… Итак, религия, как метод эффективного управления социумом во время их формирования дошла и до XXI века — правильно ли это?
В этой статье Я не буду оскорблять чувства верующих, однако верующие все равно оскорбятся уже тем, что Я отрицаю существование богов. Поэтому прошу Вас, если Вы ярый верующий, со слабой психикой — не читайте этот пост, иначе Вы можете начать думать рационально. 😉
Религия была создана для управление становившегося когда-то социума, как система противодействия стадным инстинктам и балансировки межполовых отношений. Небольшое отступление о ее появлении:
Представим себе на минуту, что все люди вокруг нас ведут себя, как будто нет власти. Нет ни морали, ни законов, ни полиции, ничего, нейтрализующего животные инстинкты. Все только и делают, что грабят друг друга, воруют и убивают. Представили, что будет? Общество тут же распадется на небольшие банды, в которых власть сконцентрирована в руках вожака. То есть на структуры, аналогичные первобытному стаду. Для того чтобы этого не произошло, религия и дает людям заповеди «не убий, не укради». То есть создает психологический барьер, не позволяющий убивать и красть. Чистый правовой запрет в отсутствие в пределах прямой видимости полицейского работать просто не будет. Кроме того, у полицейского работает тот же самый инстинкт «укради» и нет сильной врожденной морали.
Иная ситуация, если животные стадные инстинкты нейтрализованы. Тогда усилия каждого человека оказываются направлены не на вредный для социума путь – отъем ресурсов друг у друга, а на полезный – создание ресурсов и отъем их у окружающей среды. Это делает социум гораздо эффективнее и жизнеспособнее (многочисленнее, cильнее и богаче). Поэтому ни один социум в мире еще не смог полноценно развиваться без религии. Он просто-напросто не выдерживал конкуренции с соседями, у которых религия была.
У религии, кроме компенсации вредных инстинктов, в те далекие времена была еще одна крайне важная функция – поддержка иерархической структуры. Как вы думаете, сколько человек один вожак лично способен контролировать, удержать своей властью? За сколькими уследить лично? Ответ: около двух десятков. Таков максимальный размер стада или примитивного племени. Такова численность пехотного взвода в наши дни. Если очень сильный вожак – пусть будет вдвое больше, но все равно это очень немного. Иначе придется только тем и заниматься, что драться с другими сильными самцами, претендующими на место вожака. Но сила социума – в его численности. Как быть? А очень просто! Достаточно минимальной религии и культурной традиции, поддерживаемых шаманом и старейшинами, чтобы стадо превратилось в племя и выросло до полутора сотен. Такова численность племен. И такова же численность современной пехотной роты, иерархия которой поддерживается, кроме командира роты, еще и командирами взводов, и комиссаром (капелланом, замполитом или армейским психологом, неважно как назвать – суть одна). Но как увеличить социум еще больше? Религия и тут пришла на выручку. Вождь договаривался с шаманом и объявлял себя наместником, а то и сыном бога. Таким образом, его ранг в иерархии поднимался вообще на недостижимую высоту. Все это мероприятие сопровождалось всякими шаманскими фокусами и внушало суеверный ужас соплеменникам. Одно дело конфликтовать просто с самым сильным воином, другое – с сыном бога. Авторитет вождя становился незыблемым. А племя получало шанс значительно увеличиться. Ни много, ни мало — на два порядка.
Таким образом, благодаря страху перед всевидящим и могущественным супердоминантом удалось ввести эффективную систему табу – запретов на какие-либо действия, противоречащие нуждам социума. Сделать пакость можно тайно от вождя. Но не скроешься от всевидящего ока божества. И наказание неминуемо настигнет преступника. Этот страх сверхъестественной неотвратимости наказания позволил ввести искусственную мораль в повседневнюю жизнь социума. Нужен был не простой смертный вождь, которого легко убить, а некий неуязвимый бессмертный всевидящий и всемогущий супервождь. И этот супервождь — появился. И занял высшее место в иерархии социума – прямо над смертным вождем. Бог или боги во главе с верховным богом. Так родился величайший компенсационный механизм, призванный нейтрализовывать животные инстинкты людей – религия и культурная традиция.
Именно поэтому существует несколько религий и это первая абсурдность существования богов, так как каждый социум придумывал что-то свое для управления увеличивающегося социума. Примерами удачного внедрения механизмов религии являются Древняя Греция и Древний Египет. Но что сейчас? В Греции, в данный момент, господствующей религией является религия восточно-православной Церкви Христовой. А в Египте господствует Ислам, хотя раньше было христианство, а еще раньше… Почему же произошли смены религий? Властям так было удобней, плюс эти религии выглядели правдопобней тех, что у них были, так же они были куда совершенней имеющихся и позволяли более эффективно управлять государством, а так же это позволило объединятся с другими государствами. Однако, не могу не признать, что смена религии в Египте была произведена насильно. Хотя лично мне больше импонируют религии именно древней Греции и древнего Египта — что тогда у них были сказки, что сейчас у нас сказки, просто раньше они были интереснее. 😉 Однако, хотелось бы отметить, что в Древней Греции, не смотря на всю их религиозность и мифологию, очень хорошо развивалась наука. В Древнем Египте, в свою очередь отлично развивалась письменность и архитектура. В общем смена произошла по одной простой причине — христианство и ислам более совершенные религии и позволяют эффективнее управлять социумом и государством. Однако, повторюсь — Ислам был навязан в Египте. Вообще Ислам в 90% случаях силой навязан государствам, как последствие завоевания того, или иного государства.
Собственно не стоит забывать так же о крестовых походах, которые действовали «по слову божьему». Неплохое оправдание массовых убийств и захвату целых государств, не так ли?
А вот это еще одна абсурдность религий и существования богов — одна религия приходит на смену другой. Довольно странно, не так ли? Люди свято верили в Зевса и Аида с Амон-ра и Осирисом, а через какое-то время (да промежуток не малый, но тем не менее) уже верят в Иисуса и Аллаха. Мне интересно мнение верующих: что если на смену нынешних религий придет более совершенная? Какова будет ваша реакция? Думаю она будет следующей: сначала верующие будут, брезжа слюной, отрицать ту новую, более совершенную, религию. Через несколько веков они ее примут, если ее будут правильно внедрять. Это будет очередная эпоха человечества, если раньше мы не уничтожим друг друга.
Я не хочу сказать, что это и есть доказательство несуществования богов, но это доказывает, что религия была создана человечеством. Правда, первый вариант тут как раз и подразумевается. Какие еще могут быть вопросы?
Однако Я считаю, что сейчас, в 21 веке, человечество более не нуждается в религии. Мы уже прошли этот этап эволюции — власти могут управлять государствами не прибегая к религии, которая тормозит прогресс. Можно конечно попробовать перейти на другую, более совершенную религию, которая не будет утверждать, что космические корабли разобьются о небесвод и т.п., вроде пастафарианства, но лучше вообще отказаться от религии и заняться техническим прогрессом, а не тратить века на внедрение очередного бреда, выдуманного человечеством. Да и вообще, с той властью, что царит в СНГ мы в техническом прогрессе не преуспеем, но основная проблема — религия, а уже потом стоит заняться реконструкцией нынешнего правительства. Сейчас, правда, власть и религия очень тесно связаны, чего быть не должно. Одни обворовывают страны, пока другие отвлекают вероисповеданием.
Так что, если вкратце ответить на вопрос, что Я думаю о религии, то можно сказать, что она была создана человечеством, а значит боги были выдуманы, что Зевс, что Осирис, что Аллах, что Бог, что сын его — Иисус, для эффективного управления социумом. И Я думаю, что человечество должно отказаться от религий, правда не уверен, что все это переживут, ибо приматов на Земле очень много, но это очень улучшит развитие науки и технического прогресса. Ну или, по крайней мере, не стоит так зацикливаться на ней — она должна быть подавлена техническим прогрессом.
P.S. Уважаемые верующие, если Я оскорбил Ваши чувства, то пожалуйста — проходите просто мимо. Я знаю, что Вы уже хотите сжечь меня на костре, но давайте обойдемся без этого. Вы этим только доказываете лишний раз, что преследуете средневековые методы расправы над всеми, кто умеет думать о том, о чем Вы подумать боитесь или просто не в состоянии.
P.P.S. После смерти Я попаду… в гроб и буду разлагаться, а не то, что Вы подумали…

Главная страница / В помощь учителю / Религиозность и религиозное сознание

Существует понятие «религиозность», которое отражает состояние сознания верующих. Религиозность — это степень влияния религии на отдельного человека и группы, а также процессы и тенденции, которые происходят в религиозных представлениях и в деятельности. В России исторически религиозность населения была высокой. Только в Москве до революции 1917 г. было «сорок сороков» церквей, т. е. 40 раз по 40! В советский период в результате гонений против религии и церкви религиозность резко снизилась. Коммунистам и работникам умственного труда (учёным, учителям и преподавателям), а также молодёжи (пионерам и комсомольцам) запрещалось быть верующими. Религиозность верующей части населения носила скрытый и размытый характер.

Усиление роли религии в современном российском обществе привело к росту религиозности россиян. Сегодня большинство населения считает себя верующими людьми (по данным общероссийских социологических опросов, это примерно 60% населения). Значительная часть этих верующих отправляет религиозные обряды (особенно крещения, венчания и похоронно-поминальные обряды), посещает храмы, отмечает церковно-религиозные праздники, использует религиозные символы и предметы в быту и одежде. Среди православных распространено ношение нательных крестиков.

Наряду с увеличением числа убеждённых верующих в современном обществе, в том числе и в России, сохраняется внешняя религиозность, увлечение мистикой, теософией, оккультизмом. Традиционные религии и официальная церковь во всех странах осуждают эти явления. В России в сфере религиозности людей можно также наблюдать слияние традиционных религиозных представлений и различных нетрадиционных увлечений (астрология, хиромантия и т. п.).

Религиозное сознание — это причастность определённым религиозным идеям и ценностям, а также принадлежность к определённой религии и религиозной группе.

Человек считает себя верующим, и тогда он относит себя к определённой религии: я буддист или я православный. Члены одной религиозной группы также определяют себя, например: мы мусульмане. Это уже коллективный уровень религиозной идентичности.

Религиозное сознание может формироваться в человеке в разные периоды жизни и при разных обстоятельствах. Это происходит через включение человека в систему религиозных отношений и через восприятие религиозных идей, ценностей, эмоциональных норм. Чаще всего религиозное сознание формируется под воздействием семейной среды (воспитание в религиозной семье) и местного окружения, а также под влиянием религиозных наставников и проповедников.

Иногда человек становится верующим в результате внутреннего потрясения (или кризиса) и последовавшего за этим эмоционального, психологического выбора. Здесь многое зависит от индивидуальных особенностей личности. Этот процесс обретения и поддержания религиозной идентичности называют религиозным опытом. Религиозный опыт человека и группы с течением времени оформляется в стереотипную картину мира и в представление о том, что значит быть, например, христианином или мусульманином, чем и почему члены данной группы отличаются от последователей других религий.

В религиозный опыт входит знание сакраментальных текстов (молитв, духовных песнопений, заповедей) и других авторитетных текстов той или иной религиозной традиции (например, «Жития святых»). Это своего рода обязательные образцы, которые придают устойчивость религии и сознанию её последователей.

В формировании религиозной идентичности играют роль не только догматы и положения веры, но и разные мифы, политические конструкции и даже бытовые представления. Например, для русского православного сознания важными были представления о православном царе, Святой Руси, Москве как Третьем Риме. Православное сознание связывают с соборностью, отзывчивостью, терпимостью. Одним из компонентов современного русского православного сознания является стереотип «русский значит православный», т. е. этническая принадлежность получает значение признака религиозной принадлежности. Хотя до революции 1917 г. было наоборот: «православный значит русский».

Часто религиозное сознание обретается под давлением внешних обстоятельств и даже принуждения. Это бывает в обществах, где существует государственная религия, или когда догматы и институты доминирующей религии не признают права на существование других религий и объявляют их последователей врагами и неверными. В Российской империи крещение многих евреев в православие было обусловлено дискриминацией иудаизма и привилегированным положением Русской православной церкви. В мусульманских странах вплоть до сегодняшнего дня их жителям очень трудно делать выбор и быть последователями других религий, кроме ислама.

Распространённым средством обращения в религиозную веру и формирования религиозной идентичности является миссионерство, а его навязчивая и даже принудительная форма называется прозелитизмом. Если в прошлом миссионеры (главным образом христианские) обращали в свою религию аборигенное население колонизуемых территорий и владений, то современные поборники обращения в свою веру стараются обрести последователей из числа тех, кто исповедует традиционные для данной страны или территории религии. Это приводит к личностным драмам и кризисам в отношениях между религиозными организациями, к напряжённым ситуациям среди верующих. Так, в ходе либеральных реформ М. С. Горбачёва и после распада СССР в 1991 г. среди верующих православных приверженцев Русской православной церкви Московского патриархата в России и за её пределами стали вести активную миссионерскую деятельность католики и протестанты. На Украине сторонники униатской церкви даже захватывали православные храмы. Традиционные религиозные конфессии России осуждают прозелитизм.

Некоторые поборники возрождения так называемых национальных религий из числа народов Поволжья, Севера и Дальнего Востока пытаются некогда обращённое в православие население вернуть к языческим и шаманским верованиям. В постсоветское время шаманские верования и обряды получили распространение среди таких народов, как буряты, тувинцы, алтайцы, якуты, малочисленные народы Севера.

Религиозная идентичность обычно носит конкретный характер, и членство религиозных групп определяется довольно жёстко в отличие от этнической принадлежности, которая может быть сложной среди потомков смешанных браков. Но и среди религиозных людей есть лица с множественной идентичностью. Например, в России известно явление русского двоеверия.

Двоеверие иногда ещё называют религиозным синкретизмом. Это означает соединение в культуре народов привнесённой и традиционной сакральности (религиозности). Двоеверие проявляется в общественном и индивидуальном сознании, оно отражается как в обрядовой практике, так и в вероучении. Иногда двоеверие называют народной верой, поскольку чаще всего оно сводится к православно-языческому синкретизму. Например, в церковный православный календарь вошли многие элементы древнеславянского земледельческого и скотоводческого уклада, языческие поминальные обряды и древнеславянский культ хлеба.

В духовной жизни человека и общества религиозность может быть разной в зависимости от характера самой религии, исторической и политической ситуации. В развитых государствах религиозность не занимает главного места по сравнению с гражданским самосознанием. В протестантских странах Северной Европы она выражена значительно слабее, чем в католической Италии или Польше. Сильная религиозность имеется среди жителей ряда мусульманских стран, где она может доходить до фанатизма.

Религиозный фанатизм был очень распространён в прошлом (вплоть до кровавых религиозных войн), но религиозные фанатики имеются и в современных религиях. В России, например, недавними проявлениями фанатичного религиозного сознания были совершение актов террора со стороны исламских фундаменталистов ваххабистского направления в исламе, а также коллективный уход в подземелье сектантов в Пензенской области. На основе религиозного фанатизма и политической индоктринации рождается явление религиозного экстремизма, наиболее уродливым проявлением которого является терроризм. Так, в конце ХХ — начале ХХI в. террористическая деятельность на основе мусульманского фундаментализма и лозунгов священной войны (джихада) приобрела международный характер. 11 сентября 2001 г. в США были совершены масштабные террористические акты в Нью-Йорке и Вашингтоне. Террористические акты религиозных экстремистов совершались и в России в ходе войны в Чечне и после неё.

В качестве признаков религиозного сознания принимались: анимизм, аниматизм, представление о нуминозном, вера в богов или в Бога, в бессмертие души, опыт встречи со священным и пр. В отечественной литературе наиболее распространена точка зрения, согласно которой «специфическим», «главным», «определяющим», «всеобщим» признаком религиозного сознания является «вера в сверхъестественное». Такая характеристика религиозного сознания содержится фактически во всех учебниках по философии, культурологии, «проникла» она и в учебники по религиоведению.

Нет оснований считать веру в сверхъестественное присущей всем религиям на любой стадии их эволюции, поскольку это не соответствует фактам. На ранних этапах развития сознание еще не было способно сформировать представления и, соответственно, различить естественное и сверхъестественное. Не присуща вера в сверхъестественное и религиозному сознанию в развитых восточных религиях (буддийскому, даосскому и т.д.). Деление на естественное и сверхъестественное разработано в иудео-христианской традиции, но и в христианстве эта дихотомия принимается не всеми мыслителями и, как показывают социологические исследования, часто не доходит до обыденного сознания многих верующих.

Религиозному сознанию присущи: религиозная вера, чувственная наглядность, созданные воображением образы, соединение адекватного действительности содержания с неадекватным, символичность, аллегоричность, диалогичность, сильная эмоциональная насыщенность, функционироваиие посредством языка религии. Большинство названных черт свойственны не только религиозному сознанию. Чувственная наглядность, образы фантазии, эмоциональность характерны для искусства, неадекватные представления возникают в морали, политике, социальных науках, недостоверные понятия и теории создаются в естествознании и т.д. Рассмотрим, как указанные свойства связаны друг с другом в религиозном сознании, какова их корреляция и субординация в нем.

Религиозная вера. Интегративной чертой религиозного сознания является религиозная вера. Нередко вера вообще отождествляется с религиозной. Однако не всякая вера есть вера религиозная, последняя живет благодаря наличию особого феномена в психике человека. Слово «вера» соотносят с лат. veritas – истинность; действительность, сущность; истина, правда; правдивость, откровенность, прямодушие, честность, беспристрастность; а также – с лат. verus – истинный, на истине или действительности основанный; действительный, настоящий; неподдельный, непритворный, искренний; на разуме, нравственности основанный, разумный, справедливый; правдивый, заслуживающий доверия, честный. Подобные значения сохраняются в романских и германских языках. Близко к указанным и древнерусское значение слова – верование, правда, присяга, клятва, верность. Вера в кого (что) или кому (чему) есть особое состояние психики индивида, группы, массы (верящих субъектов), выражающееся в твердой убежденности, несомненном доверии и надежде.

В качестве предметов веры могут выступать: достижение цели в отдельных видах деятельности и смысла жизни вообще, наступление какого-то события, реализация определенного поведения «Я» и других, истинность восприятия, представления, гипотезы, теории и т.д. при условии дефицита точной информации о достижимости поставленной цели и смысла жизни, о конечном итоге развития событий, о реализации на практике предполагаемого поведения и отношений людей, о результатах проверки адекватности выдвигаемых гипотез и теорий и т.д.

В вере содержится ожидание осуществления желаемого. Данное психологическое состояние возникает в вероятностной ситуации, при наличии альтернативы, возможностей разной направленности «движения» указанных (и других) предметов веры, когда имеется известная степень реальности достижения желаемого. Если поставленная цель достигнута, прогнозируемое событие совершилось, чаемое поведение реализовалось, истинность гипотезы доказана и т.д. или стало ясно, что все это неосуществимо либо результат оказался отрицательным, то вера угасает. Она возникает на основе материальных и духовных интересов, потребностей, мотивов по поводу тех процессов, событий, идей, других «Я», которые имеют для людей существенно значимый смысл.

Вера представляет собой ценностное отношение к своему предмету, образует сплав когнитивного, эмоционального и волевого моментов, хотя, конечно, чувства играют в ней бо́льшую роль. Вера соединяет в себе осознанное и неосознанное, рациональное и иррациональное, элементы «вершинной» и «глубинной» психологии. Она тесно связана с интуицией, озарениями.

Могут использоваться различные способы обоснования веры, однако в полной мере она рационально не аргументирована и практически, экспериментально нс проверена. А во многих случаях субъект веры считает, что она вообще не требует доказательства и проверки.

Поскольку вера появляется в вероятностной ситуации, действие человека в соответствии с ней сопровождается риском. Несмотря на это, она выступает важным фактором интеграции индивида, группы, массы, действенным стимулом их решимости и активности.

Содержание веры различно в разных областях ее функционирования, связано с предметом конкретного действия. Она находит выражение, по существу, в любой сфере жизнедеятельности людей: экономической (в успех продажи произведенного продукта), политической (в харизматического политического лидера), моральной (в силу нравственных идеалов, образцов, норм), художественной (в свершение в действительной жизни показываемых на экране событий), научной (в благотворные последствия клонирования человека), религиозной (в чудо), философской (в существование Мирового Разума) и, конечно, в обыденном существовании.

В истории философии и теологии вера рассматривалась в контексте проблем соотношения ее с разумом (рассудком), знанием, истиной, мнением, сомнением – при различном решении этих проблем.

Религиозная вера – это особое состояние психики религиозных индивида, групп, общностей (верующих субъектов), выражающееся в феноменах уверенности, почитания, исповедания соответствующих взглядов. В рамках религиозных систем формируются и разрабатываются учения о религиозной вере и ее содержании (в кого/что или кому/ чему верить). В разных религиях эти учения приобретают своеобразие.

Религиозная вера имеет основы и предпосылки в отношениях несвободы и зависимости и в то же время включает стремление превозмочь эти отношения. Она обеспечивает деле- и смыслополагание, имеет для верующих ценностное значение.

Религиозная вера также соединяет в себе когнитивный, эмоциональный и волевой элементы, но, как правило, превалируют чувства.

Когнитивную составляющую образуют представления, образы, понятия, вероучительные утверждения, догматы; идеи доктринального компонента определенной религии. При всем разнообразии содержания когнитивного элемента в разных религиях и конфессиях в религиозной вере можно выделить нечто общее. Она есть вера:

  • • в объективное существование гипостазированных (греч. ύπόστασις – подставка, основание, сущность) существ, атрибутизированных (лат. attribuo – уделять, наделять, давать) свойств и связей, а также образуемого этими существами, свойствами, связями мира;
  • • в возможность общения с гипостазированными существами, воздействия на них и получения от них помощи;
  • • в истинность соответствующих представлений, понятий, предложений, взглядов, догматов, текстов и т.д.;
  • • в действительное совершение каких-то событий, о которых рассказывают тексты, в их повторяемость, в наступление ожидаемого события, в причастность к ним;
  • • в религиозные авторитеты – отцов, учителей, святых, пророков, харизматиков, бодхисаттв, архатов, церковных иерархов, служителей культа.

Религиозная вера оживотворяет весь религиозный комплекс и обусловливает своеобразие процесса трансцендирования в религии. Не осуществляющиеся в эмпирическом существовании людей переходы от ограниченности к неограниченности, от бессилия к мощи, от жизни к жизни после смерти, от посюсторонности к потусторонности, от несвободы к освобождению и т.д. с помощью религиозной веры достигаются в плане сознания.

Символичность и аллегоричность. Содержание веры обусловливает символический аспект религиозного сознания.

Символ (греч. σύμβολον – знак, опознавательная примета) репрезентирует содержания, значения, отличные от непосредственного содержания своего носителя. Символическими свойствами может обладать материальный предмет, действие, речевой текст, некоторый образ сознания; вещи, действия, находящиеся и совершающиеся вне сознания, приобретают указанные свойства лишь в соотношении с сознанием. Символ предполагает совершение сознанием актов объективирования мыслимого содержания, направленности на положенный в качестве объективного предмет (существо, свойство, связь), обозначения этого предмета.

Предметы, действия, слова, тексты наделяются религиозными значениями и смыслами. Носители этих значений и смыслов представляют собой эквиваленты – заместители символизируемого, образуют религиозно-символическую среду формирования и функционирования соответствующего сознания, включаются в ритуал. Всякая религиозная система имеет собственную совокупность символов, которые за пределами этой системы таковыми не являются.

Религиозных символов множество, наиболее общими являются те, которые репрезентируют соответствующую религию: крест – символ христианства, чакра (колесо с восемью спицами) – буддизма, полумесяц – ислама и т.д. Кроме главного символа данной религии имеются символы определенной конфессии, региональные этноконфессиональные символы, символы определенной общины, а также отдельных персонажей, событий, превращений и др.

Религиозному сознанию присуща аллегоричность (греч. άλληγορέω – говорить иное, не то, что слова буквально обозначают; иносказательно выражаться; говорить, пояснять в образах).

Аллегория представляет собой иносказание, условную форму высказывания, условное выражение абстрактных понятий в наглядных образах, которые означают нечто другое, отличное от буквального значения. Аллегория часто выступает как совокупность связанных образов, объединенных в сюжет; она дидактична: с ее помощью через какой- то образ или их сочетание иносказательно передается содержание онтологических, гносеологических, нравственных и других понятий, разработанных в данном религиозном сознании.

На обыденном уровне аллегория развертывается спонтанно, а в вероучительных концепциях разработаны специальные приемы аллегорического толкования. Например, в христианской теологии аллегорическое изложение характерно для экзегетики (греч. έξήγησις – разъяснение, истолкование), которая дает соответствующее истолкование библейских текстов: рядом с буквальным смыслом текста полагается система иных смыслов.

В качестве примера аллегорического толкования приведем фрагмент из Второй гомилии на Песнь Песней (греч. ομιλία – речь в собрании, беседа со многими) Григория Нисского (ок. 335 – ок. 394): «Познай, как Творец возвеличил тебя превыше всякой твари. Небо не есть образ Божий, ни луна, ни солнце, ни красота светил и ничто другое из того, что может быть созерцаемо в творении. Только ты был создан образом Бытия, превосходящего всякий разум; подобием нетленной красоты, оттиском истинного Божества, восприемником блаженства, печатью подлинного света. Когда ты обращаешься к Нему, то становишься тем же, что и Он… Нет ничего среди сущего, что могло бы сравниться с твоим величием. Бог может пядью измерить все небо. Земля и море заключены в его горсти. И хотя Он так велик и держит все творение на ладони Своей руки, ты способен заключить Его в себе, Он живет в тебе и не испытывает стеснения, пребывая в твоем существе, – Он, – сказавший: Вселюсь в них и буду ходить в них».

Наглядная образность и эмоциональность. Религиозное сознание выступает в чувственных (образы созерцания, представления) и мыслительных (понятие, суждение, умозаключение) формах. Значимость последних существенно возрастает на концептуальном уровне сознания. В целом же в нем преобладают сенсорные образования. Особенно большую роль играет представление.

Источником образного материала служат природа, общество, человек, соответственно, религиозные существа, свойства, связи создаются по подобию явлений природы, общества, человека.

Важны в религиозном сознании так называемые смыслообразы, которые являются переходной формой от представления к понятию. Содержание религиозного сознания часто находит выражение в литературной форме (притча, рассказ), в живописи, скульптуре, в разного рода предметах, графических начертаниях и т.д.

Наглядный образ непосредственно связан с переживаниями, что обусловливает сильную эмоциональную насыщенность религиозного сознания. Важный компонент этого сознания составляют религиозные чувства.

Религиозные чувства – это эмоциональное отношение верующих к признаваемым объективными гипостазированным существам, атрибутизированным свойствам и связям; к сакрализованным вещам, персонам, местам, действиям, друг к другу и к самим себе; а также к религиозно интерпретируемым отдельным явлениям в мире и к миру в целом. Не всякие переживания можно считать религиозными, но лишь те, которые спаяны с религиозными представлениями, идеями, повествованиями и в силу этого приобрели соответствующую направленность, смысл и значение. Возникнув, религиозные чувства становятся объектом потребности – тяготения к их переживанию, религиозно-эмоциональному насыщению.

С религиозными представлениями могут соединяться и получать соответствующую направленность, значение и смысл самые разные эмоции человека – страх, любовь, восхищение, благоговение, радость, надежда, ожидание, стенические и астенические, альтруистические и эгоистические, праксические и гностические, нравственные и эстетические. В результате такого соединения переживается «страх Господень», «любовь к Богу», «чувство греховности, смирения, покорности», «радость богообщения», «умиление иконой Богоматери», «сострадание к ближнему», «благоговение перед красотой и гармонией сотворенной природы», «ожидание чуда», «надежда на потустороннее воздаяние» и т.д.

Соединение адекватного и неадекватного. В теологии и религиоведении (конфессиональном и светском) обсуждается возможность и правомерность постановки вопроса об истинности – неистинности как отдельных религиозных суждений, предложений и их совокупности, так и религиозно-экономических, религиозно-политических, религиозно-правовых и других концепций.

В христианской, исламской теологии, в доктринальных концепциях других религий допускается постановка такого вопроса, при этом признаются истинными (нередко абсолютно) суждения, предложения, положения данной религиозной системы и неистинными или не полностью истинными суждения, предложения, положения других религиозных систем. Утверждается, что только сама теология, доктринальные концепции вправе рассматривать эту проблему. Конфессиональное религиоведение исходит из тех же посылок, признавая в итоге свою некомпетентность в решении вопроса об истинности – неистинности религиозных высказываний. В светском религиоведении возможность гносеологического анализа религиозных суждений одними исследователями признается, другими отрицается.

В религиозном сознании адекватные отражения соединены с неадекватными. Нет оснований подходить к такому соединению с заведомо позитивной или негативной оценкой. Конечно, в обыденном сознании, а также в идеологемах слова «истина», «заблуждение» могут приобретать и приобретают оценочную нагрузку – в истории много примеров, когда защита «истины» или «заблуждения» была чревата печальными последствиями для защитников. Но для науки истина и заблуждение – моменты развития человеческого сознания, мышления, познания. Люди никогда не были свободны от иллюзий, без заблуждений не было исканий истины, заблуждение не вина, а неизбежность (о сознательном обмане с недобрыми намерениями и фальсификациях речь в данном случае не идет). В определенных исторических ситуациях и точках индивидуального существования люди нуждаются в иллюзиях, и те удовлетворяют такого рода нужду.

Неверно утверждать, что религиозное сознание является абсолютно ложным: в нем есть адекватное миру содержание. Например, в христианском сопряжении Бога как существа Творящего, Всемогущего, Всеблагого, Вездесущего и т.д. и человека как тварного, немощного, греховного, ограниченного воспроизводятся отношения несвободы и зависимости.

Религиозные образы в качестве компонентов имеют соответствующие действительности данные чувственного опыта (астроморфизм, зооморфизм, фитоморфизм, антропоморфизм, психоморфизм, социоморфизм). В религиозных повествованиях, притчах воссоздаются реальные явления и события аналогично тому, как это делает через художественные образы литературное повествование.

В определенных условиях в религиозных системах развивались естественно-научные, логические, исторические, психологические, антропологические и прочие знания. Взаимодействуя с другими областями духовной жизни, религия включает в себя экономические, политические, нравственные, художественные, философские воззрения. Они порой являлись заблуждениями, но среди них есть и такие, которые давали достоверную информацию о мире, были ценностно-значимыми, выражали объективные тенденции развития общества.

В религиях производится адекватное действительности духовное содержание. И все же правомерно учитывать, что основоположения, посылки, доктринальные аксиомы, главные Истины не получили обоснования с использованием методов научного познания, в конечном счете они являются предметом веры.

Вопрос об истинном и неистинном в религиозном сознании был поставлен внутри самих религиозных систем. Истинностная интенция внутренне присутствует в любом аффирмативном (утверждающем) и негативном (отрицающем) суждении, и всякое познание предполагает стремление к истине.

Сказанное относится и к религиозным высказываниям, предложениям (догматам, доктринальным положениям и т.д.), к богопознанию, независимо от того, как трактуется истина и как определяются ее критерии. Истинностные споры проходят через всю историю религии: представители каждой данной религии и конфессии претендовали на истину, а в других находили заблуждения; еретики отвергали официальную догматику как ложную, а ортодоксия защищала и утверждала ее в качестве Абсолютной Истины и пр.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *