Рассказ про огонь

Огонь издавна был другом человека. Наши предки считали его живым существом, «приручали» огонь, поселяя его в своих пещерах, берегли, дарили. На огне человек научился готовить пищу, он спасал холодными вечерами, помогал в борьбе с хищниками, отпугивал врагов от пещер и стоянок древнего человека. Огонь считали божеством и поклонялись ему. Тысячелетия потребовались человеку для того, чтобы научиться добывать огонь и пользоваться им. В далекую историческую эпоху человек покорил огонь, овладел способами управления им.

Огонь – друг. Овладение этой величайшей стихийной силой природы дало возможность человеку обеспечить себя светом и теплом. Без огня невозможна жизнь на Земле. Он нужен всюду: в домах и школах, на заводах и фабриках. Огонь приводит в движение пароходы, автомашины, самосвалы, ракеты. Пар, добытый при помощи огня, электричество, дающее тепло, энергию, свет – облегчают жизнь человека.

Огонь – враг, оставивший свои следы в истории всех эпох и народов. Пожар – старинное русское слово, от которого пышет огнем и пахнет горьким дымом. Тысячи городов и сел исчезли с лица Земли в гигантских языках пламени. Огонь сгубил миллионы человеческих жизней. С незапамятных времен огонь был спутником больших и малых войн. Люди, научившись добывать огонь, не научились бороться с ним. Огонь стал не только другом, но и превратился в его недруга – пожар, который уничтожает материальные ценности, в огне которого гибнут люди, животные.

ПОЖАР. Что же представляет он собой сегодня? Каждые пять секунд — новый пожар. Горят предприятия и больницы, гостиницы и магазины, поезда, корабли, самолеты. Огонь не щадит музеи и библиотеки, театры и дворцы, памятники культуры, школы, леса, хлебные поля…
А в результате — колоссальные убытки. Но самое главное — десятки тысяч человеческих жертв, среди них и дети.
По какой бы причине ни возник пожар, вы должны позвонить в пожарную службу по телефону «01» . А по мере сил — и принять участие в тушении
пожара.
Будьте осторожны с огнем! Пусть огонь всегда будет только нашим другом!

Запомни правила противопожарной безопасности :

Правило 1. Не балуйся дома со спичками и зажигалками. Это одна из причин пожаров.

Правило 2. Уходя из комнаты или из дома, не забывай выключать электроприборы.

Правило 3. Не суши белье над плитой (очень хорошо, если ты помогаешь маме, но очень плохо, если оно загорится). Не суши над газом штаны после стирки, А то от штанов останутся дырки!

Правило 4. Ни в коем случае не зажигай фейерверки, свечи или бенгальские огни дома (и вообще лучше это делать только со взрослыми).

Правило 5. В деревне или на даче без взрослых не подходи к печке и не открывай печную дверцу (от выскочившего уголька может загореться дом).

Три сказки про огонь

Искорка.
Маленькая Искорка оторвалась от языка пламени. Налетевший порыв ветра подхватил её. Он стряхнул с Искорки сонливость и безразличие.
«Помни, огонь огня не боится, но, согревая, не…» – догнал Искорку голос отца-костра. Последние слова утонули в шуме ветра, слились с шелестом трав. Видно, ветер посчитал, что Искорка уже вполне самостоятельна и может обойтись без родительских наставлений.
Искорка, словно маленькая звёздочка, взметнулась ввысь. Она полетела в бескрайнее небо. Она летела туда, где не было ни тепла, ни света.
Очень скоро Искорка поняла, что нужно уметь пользоваться помощью ветра, нужно знать, как опереться на него, чтобы не стать легковесной игрушкой в его руках. Ещё Искорка поняла, что только те начинания, которые поддерживает окружающий мир, позволяют жить в полёте. Полёт же окрылял её. Он вызывал в ней ощущение полной свободы.
Долго летала маленькая Искорка, но постепенно бессмысленные метания утомили её. Усталость навалилась внезапно. Лететь дальше не было сил.
Вместе с силами исчезли и мечты-картинки, которые когда-то манили её. Очертания окрестностей стали расплываться. Образы полей и лесов норовили уйти вслед за мечтами. Отчётливой была только надежда, теплившаяся внутри. Это была надежда, что ей удастся выжить. Искорка понимала, что сейчас ей не нужно ничего другого. Она хотела только одного – жить. Просто жить. Жить любой ценой.
Угасающим взглядом Искорка посмотрела вокруг. Что-то подсказывало ей, что не всё потеряно, пока жива надежда. Надежда согревала её, не давала угаснуть сознанию. Собрав остатки сил, Искорка опустилась на первую, попавшуюся на её пути, травинку.
И тут, как специально, ветер зацепил её своим крылом. Он смахнул с Искорки налёт обречённости. Смахнул пепел утрат с надежды. С новой силой вспыхнула надежда. Её свет разогнал туман в сознании, который готов был, поглотить Искорку.
Ясным взглядом посмотрела Искорка на травинку. Вид её родил в Искорке жалость. Иссохшая, совсем без признаков жизни, она согнулась до самой земли.
«Как тебя придавила жизнь», – подумала Искорка.
Жалость к травинке росла в ней. Она росла помимо её желания. Но… внезапно жалость сменилась радостью. Искорка поняла – она жива! Разве можно не радоваться этому?
Вспыхнувшая радость озарила сознание Искорки, позволила увидеть происходящее в новом свете. На смену радости пришло озарение.
«Вот оно спасение!», – кричало сознание. – «Оно рядом!»
Искорка засияла с такой силой, что наполнивший её жар воспламенил травинку.
Травинка выпрямилась. Она словно показывала Искорке, что не винит её за необдуманное поведение. Казалось, травинка понимала, что сгореть сейчас – её судьба. С достоинством отдавала она Искорке остатки своих сил. Она делала это без сожаления, ведь она отдавала их слабому, тому, кто нуждался в её помощи.
Всем своим видом травинка показывала, что не видит в поведении Искорки принуждения. Казалось, она даже гордится своей участью. Раз она нужна сейчас, такая сухая и невзрачная, значит, она не зря жила на белом свете. Значит, не зря она нежилась и страдала под лучами то ласкового, то палящего солнца!
Только сейчас травинка поняла, что её жизнь была нужна не только ей. Она жила не только ради себя, но и ради этой бестолковой искорки. Она жила ради того, чтобы помочь ей в тот миг, когда усталость почти совсем погасила в ней интерес к жизни.
Быть может, травинка понимала, что их случайная встреча вовсе не была случайной, что она была предопределена заранее, задолго до того, как родилась она, как родилась маленькая искорка. Их встреча, вероятно, готовилась кем-то… кем-то свыше, кому всё видно. Мгновение, которое они переживали сейчас, было только точкой пересечения их судеб.
Только в этот страшный миг травинка до конца осознала смысл своего существования. Сейчас она понимала, что исполнение чьей-то высшей воли, делало завершение её жизни логичным и красивым. Ещё бы, ведь она оставляла после себя не тлен и зловоние, а свет и тепло.
В травинке росло чувство благодарности за те знания, которые мир подарил ей на прощание. Последние мгновения её жизни были наполнены тем высоким смыслом, который раньше ей, молодой и зелёной, познать, было не дано. Понимание своей миссии выпрямляло травинку, тянуло её вверх. Она старалась запомнить мир таким, каким он был для неё сейчас: тёплым, лучезарным, заполненным светом.
Тем временем Искорка разгоралась.
«Зачем упираться из последних сил?» – думала она, поглядывая на травинку.
Искорка не понимала стойкости травинки. Да, она особо и не утруждала себя размышлениями о ней. Искорку волновала собственная участь.
Искорка чувствовала, что происходящие с ней изменения были не простым возрождением к жизни. Она понимала, что внутри происходит нечто большее. Она заполнялась такими ощущениями, каких не было раньше.
Искорка понимала, что причиной новизны стала встреча с травинкой. Она была благодарна травинке за эти ощущения. Ещё бы! Ведь они приносили ей такую радость, какой она никогда раньше не испытывала.
В знак благодарности Искорка направила на травинку весь жар своей души. В тот миг она не думала, что этим ещё больше сокращает и без того короткую жизнь, оставшуюся травинке.
Травинка прощала Искорку. Она понимала, что сейчас та переживает новое рождение. Сейчас она радуется большой жизни, ожидающей её впереди. Эта радость маленькой Искорки и стала последним впечатлением в жизни травинки.
Что стало с Искоркой, это уже отдельная история. Тем более что через мгновение там, где только что была Искорка, уже суетился маленький любопытный огонёк. Для него всё вокруг было в новинку.
Огонёк.
Маленький Огонёк резвился в траве. Он прыгал с одной сухой травинки на другую, перебирался с одного сухого листочка на другой. В порыве радости обнимал травинки, обнимал листочки, и они… тут же сгорали в его горячих объятиях.
Ни травинки, ни листочки не сопротивлялись Огоньку. Они понимали, что избежать своей участи не могут, а потому не роптали. В последний миг, прежде чем раствориться в пламени, они поднимали головы, распрямлялись. Они словно знали, что их смерть есть начало новой жизни, жизни Огонька.
Огонёк постепенно набирал силу. С каждым мгновением он становился ярче. Вскоре у него появилось и первое большое желание. Оно было рождено жившей в нём надеждой. Огонёк надеялся, что в будущем его ожидает яркая красивая жизнь. Он ещё не видел её, но слышал, как о ней говорили травинки.
Ветерок, бегавший рядом, услышал желание Огонька. Он решил помочь ему, хотя по своему опыту знал, что игра с огнём, обычно, приводит к печальным последствиям. Но… даже это знание не могло изменить характер ветерка. Он стал подгонять к Огоньку сухие листья. Он тоже включился в игру маленького Огонька.
Огонёк был рад, делиться пылкой дружбой с другими. Он пытался подружиться с листьями, но у него ничего не получалось. Он дружески обнимал их, а они тотчас сгорали. Огонёк был слишком молод, чтобы знать, что дружба тоже может сжечь, если один из друзей только приносит себя в жертву.
Огонёк рос. Он уже видел себя большим огнём. Он был готов осветить всё вокруг. Он собирался разогнать обступающую его тьму. Огонёк внутренне хотел этого, но не знал, что и как нужно делать. Пока он только догадывался, что для полного воплощения его желания сухих травинок и листьев недостаточно. Внутренне он был готов обнять не только эти травинки и листья, но и сухие веточки, валявшиеся невдалеке. Он верил, что сумеет воспламенить и их. Да, что там ветки! Он сумеет воспламенить всё, что попадёт в его объятия! Дело было за небольшим: кто бы дал ему пищу, соответствующую его жару.
Огонёк понимал, что добраться самому до веток ему не под силу. Ещё он понимал, что для прыжка в большую и красивую жизнь ему требуется помощь. А вот в то, что эта жизнь непременно придёт, он уже верил.
Поодаль от того места, где резвился Огонёк, бегали маленькие ребятишки. Они тоже, как и он, резвились. Как и он, они пока не были обременены житейскими хлопотами. Играя, они заодно разглядывали мир вокруг себя. Всё новое и непонятное влекло их. Привлёк их внимание и маленький огонёк.
Подбежав к Огоньку, дети стали кормить его сухими веточками. Они помогали выжить новому товарищу. Мир взрослых ещё не погасил в них стремления помогать. Помогая, они всё ещё получали удовольствие. Огонёк тоже был рад нежданному появлению добровольных помощников. Ещё бы! Они превращали его желание во вполне достижимую цель.
Когда кто-нибудь из малышей терял бдительность и стремился положить веточку в самую середину Огонька, тот, словно маленький котёнок, норовил лизнуть протянутую руку. Так он выражал свою признательность. Маленький благодетель с нервным смешком отдёргивал руку. Он не сердился на Огонёк. Он чувствовал, что Огонёк поступает так не со зла.
Усилия детей довольно скоро превратили маленький Огонёк в небольшой костерок. С этого момента у Огонька, а точнее уже – Костра, началась новая жизнь.
Костёр.
Ребятишки азартно кормили маленький костерок сухими веточками. Их усилия не пропадали даром. С каждым мгновением костерок становился всё больше и больше, а вскоре превратился в настоящий большой Костёр.
Костёр привлёк внимание взрослых, работавших поодаль. Сумерки и усталость подтолкнули их к Костру. Ещё бы! Рядом с ним можно было отдохнуть и обогреться.
По одному взрослые потянулись к Костру. Каждый считал своим долгом принести для него охапку сухого валежника или несколько толстых сучьев. Взрослые помогали малышам накормить Костёр досыта. Вскоре он радостно потрескивал, отдавая тепло и свет людям.
Постепенно и взрослые, и дети расположились вокруг Костра. Всем было тепло и уютно. Люди чувствовали, как огонь сжигает их усталость, как восстанавливает силы. Люди были благодарны Костру за это. Одновременно они понимали, что Костёр помогает им только до тех пор, пока сам полон сил, поэтому они неустанно кормили его, восполняя затраты. Дров для этого они принесли с собой достаточно. Так люди отвечали Костру добром на добро.
Разомлев от тепла и пищи, люди стали располагаться на ночлег. Первыми угомонились ребятишки. Только самые стойкие из них, хлопая осоловевшими глазками, пытались, продолжить диалог с Костром. Этот разговор поддерживал и кто-нибудь из взрослых, подбрасывая в огонь очередное полено или порцию хвороста. Костёр был недоволен угасанием внимания. Да и кто бы на его месте чувствовал себя иначе!
«Они получили от меня всё, что хотели, а теперь… Теперь они морят меня голодом! Почему я должен задарма согревать этих жадных людей?» – возмущался Костёр.
Он с завистью поглядывал на охапки хвороста и толстые сучья, лежавшие поодаль.
«Зачем они принесли так много дров, если не хотят как следует накормить меня? Сами-то, небось, уплетали за обе щеки, нежась в моём тепле. Это несправедливо!» – распалял себя Костёр.
Воспользовавшись порывом ветра, он перебросил языки пламени на ближайшую кучу хвороста. Сучья тотчас вспыхнули. С громким треском огромное пламя взметнулось вверх, освещая окрестности и рассыпая вокруг мириады искр. Люди испугались. Детишки заплакали, а кто-то из взрослых даже плеснул в Костёр ведро воды.
«Что? Не нравится?» – шипел Костёр. – «А каково было мне? Я отдавал вам тепло. Я давал вам свет. А что получал взамен? Те крохи, которыми вы меня кормили? Теперь смотрите, каким бы я был сильным и красивым, если бы вы отнеслись ко мне с должным уважением!»
Люди, не слушая шипения Костра, собрались и ушли. Они шли к маленьким костеркам, которые зажглись от искр, разлетевшихся от Костра. Они забрали с собой остатки хвороста и дров, которые собирали когда-то для Костра.
Гнев и обида на людей поддали Костру жару. Они распаляли его. Чем больше Костёр злился, тем быстрее уходили люди. Они опасались его ярости. Они не хотели быть обожжёнными. Они боялись того, кто совсем недавно был их другом и благодетелем.
Наконец, Костёр остался один. Некому было подбросить в него те поленья, которые он не сумел проглотить. Обожжённые они лежали рядом, но дотянуться до них у Костра не было сил. Костёр понимал, что его жизнь, такая яркая и горячая, заканчивается столь же стремительно, как и началась.
Временами, словно спохватившись, Костёр распалял себя: «Где былое внимание? Где охапки валежника? Где руки людей, обращённые ко мне?»
Попытки обвинить в неблагодарности людей отбирали у Костра последние силы. Он уже не надменно, а печально глядел вокруг. Он понимал, что мгновения его жизни сочтены. И тем больнее было осознание того, что жизнь, большая жизнь, в которой участвуют и люди, ещё недавно сидевшие рядом с ним, продолжается.
Горько стало Костру от таких мыслей. Горько стало ему от одиночества, от ощущения людской неблагодарности и несправедливости, чинимой по отношению к нему. Он отдал людям всего себя! Он отдал им весь пыл своей души! А они?.. Где людская благодарность?.. На кого он потратил свои силы?..
Огонёк, ещё теплившийся в Костре, уже не мог ни обжечь, ни согреть. Он даже не мог дать достаточно тепла самому Костру. Лишь жалость к себе, вырываясь из-под слоя пепла, хоть как-то поддерживала жар, позволявший Костру жить.
Очередной порыв ветра раздул обиду, тлевшую внутри Костра. Не успевшие сгореть угли вспыхнули. Из последних сил они осветили только малюсенький кусочек пространства, в котором когда-то пылал Костёр, но вскоре и они угасли.
«Только огонь огня не боится. Согревая, не обжигай…» – донёсся до угасающего Костра чей-то голос. Голос звучал неизвестно откуда… Он пришёл словно из вечности, словно из небытия…
В одночасье некогда величественный Костёр превратился в кучу пепла.
Маленькая искорка, рожденная прощальным всполохом, тоже слышала эти слова. Увлекаемая потоком воздуха она взметнулась ввысь и полетела за линию костров. Она летела туда, где ещё не было ни тепла, ни света.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *