Рационализм

РАЦИОНАЛИЗМ (от лат. ratio – разум) – философско-мировоззренческая установка, согласно которой истинными основаниями бытия, познания и поведения людей являются принципы разума . В философию термин «разум» перенесен из теологии, где им обозначалось направление, сторонники которого настаивали на очищении религии от всего, что не может найти разумного объяснения, подвергали догматы веры логическому анализу. Философский рационализм восходит к Античности: к учению Сократа о том, что красота и благо суть целесообразность, а истинное знание является достаточным условием этического поведения; учению Платона об идеях как истинной субстанциальной действительности; учению Аристотеля о космическом уме как всеобщем условии бытия и мышления и др. Античный рационализм был переосмыслен средневековой теологией, соединившей идею божественного разума как смысла и первопричины мирового бытия с учением о сверхразумности божественной воли, ее непостижимости и неохватности человеческим разумом. В философии Фомы Аквинского истины разума объявлялись подчиненными, «служебными» по отношению к истинам веры и откровения, но в пределах своей компетенции (знание о природе, математика, позитивное право, этика и политика) разум полагался основным поводырем человека как существа рационального (Ratio est potissima hominis natura – разум есть самая могущественная природа человека). Николай Кузанский выдвинул идею, согласно которой конечный человеческий разум способен бесконечно приближаться к божественному, никогда не достигая его полноты, но и никогда не прерывая свое приближение к нему. Тенденция к возвышению человеческого разума, присущая гуманизму Возрождения (Эразм Роттердамский и др.), встретила ожесточенное противодействие идеологов Реформации (Лютера, Цвингли и др.), видевших в философском рационализме угрозу подлинной вере. Однако их отношение к разуму было двойственным: отвергая философские претензии рационализма как безосновательные и даже греховные («Разум – потаскуха дьявола», – говорил Лютер), протестантизм в то же время допускал участие эмпирической науки в богопознании, поскольку предметом естествознания полагался мир как божественное творение, управляемое богом в каждом своем моменте. Это в известной мере высвобождало науку из-под догматического контроля со стороны теологии и способствовало развитию научного рационализма. В еще большей степени протестантизм стимулировал рационалистические поведенческие установки своей моральной санкцией предпринимательства и производительного труда, правовых институтов, объективно содействующих развитию демократии.

Классическая парадигма рационализма была создана европейскими философами 17–18 вв. (Декарт, Мальбранш, Спиноза, Лейбниц). В учениях этих мыслителей идея высшей разумности Божественного творения стала на почву, подготовленную развитием естествознания и математики. Отталкиваясь от схоластических методов спекулятивного разыскания основоположений бытия, рационализм обратился к проблемам научного метода. Центральной из них была проблема оснований научного знания. Ее предполагаемое решение направлялось одной из двух фундаментальных стратегий. Первая стратегия (наиболее четко сформулированная Локком) заключалась в том, чтобы полагать единственным надежным источником научных знаний опыт (эмпиризм). Вторая стратегия приняла за образец истинного знания математику, которая в 17 в. стала применяться в исследовании природных явлений (Галилей, Кеплер). Путь математики, начинающей с очевидных и несомненных истин, был признан наиболее отвечающим установке рационализма и, следовательно, общим методом познания.

Фундаментальное требование классического рационализма – достижение абсолютной и неизменной истины, обладающей универсальной общезначимостью для любого нормального человеческого ума. Это требование представлялось несовместимым со стратегией эмпиризма (опыт конечен и ненадежен, знание, полученное из опыта, может считаться лишь вероятным и относительным). Поэтому версия рационализма, связанная со второй стратегией, постепенно стала определять собой рационалистическую установку в целом. Этим определяется смысл оппозиции «рационализм – эмпиризм», во многом определившей содержание дискуссий по научной методологии на протяжении почти трех столетий. Сторонников обеих стратегий объединяли культ разума и высочайшее доверие к возможностям науки, поэтому методологические споры сторонников Декарта и Локка можно рассматривать как проявление внутренних противоречий классического рационализма.

К характерным особенностям рационализма 17–18 вв. относятся: исключительно высокая оценка дедукции как метода развертывания системы знаний из несомненных и очевидных оснований; «универсальная математика» (mathesis universalis) как идеал и образец всякой науки; отождествление логических и причинно-следственных отношений, что означало для рационализма тождество структур бытия и мышления (ordo et connectio idearum est ас ordo et connectio rerum – порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей); уверенность в том, что человек силой своего разума способен вывести умопостигаемую первопричину и источник бытия; гносеологический оптимизм – вера в то, что Разуму нигде не положены пределы и его развитие в принципе бесконечно; высокая оценка науки и ее роли в жизни людей, в структуре культуры. Идеи рационализма играли чрезвычайно важную роль в формировании идеологии Просвещения, связавшей исторический прогресс с развитием рациональных начал человеческого бытия. Рассматривая бога как разумную первопричину мира, человеческую историю – как последовательное действие этой первопричины, ведущее людей от дикости и варварства к цивилизации и нравственности, просветители выдвинули программу социальных преобразований на основе общественного договора, реализуемого целенаправленными усилиями человечества, объединенного принципами разума.

Важнейшей и вместе с тем труднейшей проблемой классического рационализма явилось определение фундаментальных и безусловных оснований познания (Декарт таковыми полагал «врожденные идеи», Лейбниц – предрасположения или задатки мышления, Спиноза – интеллектуальные интуиции). Истинность этих оснований гарантируется Богом, и потому «естественный свет разума» (lumen naturale), освещающий путь к истине, возжигается и непрерывно поддерживается в душе человека создателем Вселенной. Однако дальнейшее развитие науки, усиливавшее тенденцию к ее «секуляризации» и автономию по отношению к метафизике, стимулировало философский поиск новых версий рационализма. «Критическая философия» Канта стала попыткой объединить стратегию рационализма со стратегией эмпиризма: границы рационального познания, по Канту, совпадают со сферой применимости научной методологии, миром явлений, «феноменов», но всеобщность и универсальная истинность законов математического естествознания гарантируется априорностью чувственных созерцаний (интуиции) пространства и времени, а также категориальной структуры рассудка. Однако Кант, отказываясь от свойственного классическому рационализму обращения к абсолюту как гаранту истинности фундаментальных оснований и перенеся центр тяжести на установку критицизма, тем самым отказался и от метафизических претензий рационализма, оставив за последним исключительно методологические функции. «Трансцендентальный субъект», претендующий на истинное познание «вещей в себе», т.е. на выход за пределы рациональной науки в мир «ноуменов», неизбежно, считал Кант, сталкивается с разрушительными антиномиями, с «диалектикой», уничтожающей научную значимость рационализма.

Пытаясь преодолеть кантовский дуализм миров трансцендентального «Я» и «вещей в себе», Шеллинг сформулировал концепцию тождества духа и природы, имеющих общую основу в абсолютном разуме. Эмпирическая наука, предметом которой выступают отдельные природные объекты и их отношения, занимает, согласно Шеллингу, подчиненное положение по отношению к натурфилософии, которая обращена к самому Абсолюту, к принципам, по которым он творит все свои конкретные формы. Натурфилософский рационализм вступил в конфликт с основными тенденциями современного ему естествознания (прежде всего с эмпиризмом) и был расценен большинством ученых как попытка реставрации спекулятивной метафизики и мистики.

В философии Гегеля рационализм объединяется с диалектикой, которая выступает как всеобщая логика самопознания разума, или абсолютной идеи, как логика универсального мирового процесса и в то же время как фундаментальная теория познания. Отождествление мышления и действительности (панлогизм) придало гегелевскому рационализму характер умозрительной натурфилософии, которая своим стилем и методологической направленностью контрастировала с господствующим стилем науки, хотя диалектические идеи в 19 в. заметно перекликались с методологической рефлексией над крупными научными результатами в биологии, физике, химии, космологии (что было отмечено К.Марксом и Ф.Энгельсом). В гегелевской философии классическая парадигма рационализма получила свое наиболее последовательное выражение, по сути исчерпав свои возможности. Дальнейшее развитие рационализма было связано с попытками разрешения внутренних противоречий этой парадигмы, а также реакцией на критику в ее адрес со стороны тех мыслителей, которые считали претензии разума на господство во всех сферах действительности, на роль универсального основания человеческой деятельности и исторического процесса безосновательными. Шопенгауэр, Ницше, Кьеркегор указали основные пути критики рационализма, впоследствии многократно пройденные и повторенные философами 20 в. (экзистенциализм, «философия жизни», интуитивизм, прагматизм, фрейдизм и неофрейдизм и др.). Рационализм критиковался прежде всего как мировоззренческая и методологическая установка, как модельный образец организации общества и основных сфер человеческой практики, человеческого поведения, как совокупность соответствующих идеалов и ценностей. В связи с этим подверглись критике представления о человеке как существе рациональном par excellence, о разумной необходимости, якобы направляющей действие исторических законов, о способности науки достигать истинного и объективного знания. Гигантские общественные катастрофы 20 в. (мировые войны, истребление народов, зашедшая в тупик нравственная эволюция человечества, опасность самоуничтожения человечества, экологический коллапс) стали рассматриваться как следствия претензий рационализма на доминантную роль в мировой культуре (Хоркхаймер, Адорно), трактуемых как реализация изначально присущего человеку стремления к господству и власти. В глазах большинства критиков рационализм есть лишь созданная определенной культурной традицией маска, за которой скрыта глубоко иррациональная человеческая природа.

Отвечая на вызов критики, современный рационализм противопоставляет ей ряд контраргументов, в совокупности представляющих собой попытку удержать основные традиции европейской и мировой культуры от грозящего им разложения. Так, критический рационализм (Поппер и др.) акцентирует внимание на способности разума преодолевать любые заблуждения и выступать основой демократического, или «открытого, общества»; причину общественных катаклизмов следует видеть не в пороках рационализма, а, напротив, в иррационализме, неизбежно наступающем, когда разум отступает со своих позиций и теряет активных сторонников. Неорационализм (Башляр и др.) выступил за реформирование рационализма в духе требований современной науки и техники (за счет интеграции фундаментальных научных методов и изменения основной стратегии научного познания в сторону понятийного конструирования реальности, привлечения продуктивного воображения, творческой интуиции, метафизических «инсайтов»); цель реформы – реинтеграция рационального мышления и культуротворческой активности человека. Некоторые технократические направления в социальной философии (Белл, Шельски, Гелбрейт и др.) связаны с попытками создания новой парадигмы рационализма, в которой принципы рациональности (в науке, технике, экономике, политике) сочетаются с гуманистическими, религиозными и эстетическими ориентирами человеческой деятельности.

Судьбы классической и неклассических версий рационализма неразрывно связаны с исторической эволюцией европейской (а через нее – мировой, общечеловеческой) культуры. Современный кризис культуры, по всей вероятности подошедшей к переломному моменту своей истории, серьезно затрагивает основания рационализма, критика которого часто приобретает контркультурный характер. Поэтому современный рационализм, отвечая на вызов времени, эволюционирует к большей адаптивности, ассимилирует диалогические формы взаимодействия культур, отказывается от чрезмерной жесткости и априорности своих границ – и вместе с тем настаивает на основополагающей роли рациональных начал человеческого бытия.

Литература:

1. Лейбниц Г.В. Новые опыты о человеческом разумении. – Он же. Соч. в 4 т., т. 2. М., 1983;

2. Декарт Р. Рассуждение о методе. – Он же. Соч. в 2 т., т. 1. М., 1989;

3. Спиноза Б. Избр. произв., т. 1–2. М., 1957;

4. Башляр Г. Новый рационализм. М., 1987;

5. В поисках теории развития науки. М., 1982;

6. Шестов Л. На весах Иова. – В кн.: Он же. Соч. в 2 т., т. 2. М., 1993;

7. Гайденко П.П. Эволюция понятия науки (XVII–XVIII вв.). М., 1987;

8. Шашкевич П.Д. Эмпиризм и рационализм в философии Нового времени. М., 1976;

9. Lecky J. History of Rationalism. L., 1865.

В.Н.Порус

Источник: Новая философская энциклопедия на Gufo.me

Значения в других словарях

  1. РАЦИОНАЛИЗМ — РАЦИОНАЛИЗМ — англ. rationalism; нем. Rationalismus. 1. Филос. направление, противопоставляющее мистике, теологии, иррационализму убеждение в способности «человеческого разума познавать законы природы и общества. 2. Направление в теории познания (Р. Социологический словарь
  2. Рационализм — Признание за человеческим разумом высшего и решающего значения: 1) в практической жизни людей и народов, 2) в науке и 3) в религии. В первом отношении… Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
  3. РАЦИОНАЛИЗМ — (от лат. ratio — разум) — филос. направление, исходящее из того, что разум является основой бытия (онтологический Р.), познания (гносеологический Р.), морали (этический Р.); в обществоведении — направление обществ. Советская историческая энциклопедия
  4. рационализм — РАЦИОНАЛИЗМ -а; м. 1. Рассудочность в поступках; рассудочное восприятие действительности; отношение к жизни, основанное на разуме, логике. В вас слишком много рационализма! Трезвый р. учёного. Спокойный р. хирурга. Толковый словарь Кузнецова
  5. рационализм — Рационал/и́зм/. Морфемно-орфографический словарь
  6. рационализм — Рационализма, мн. нет, м. (книжн.). Направление в философии, считающее, что не опыт, а логически обоснованная мысль, разум является источником познания. Французский рационализм 17 века. || перен. Рассудочное отношение к жизни, рассудочность в поступках. Большой словарь иностранных слов
  7. рационализм — орф. рационализм, -а Орфографический словарь Лопатина
  8. рационализм — рационализм I м. Направление в теории познания, признающее разум решающим или единственным источником познания. || противоп. эмпиризм II м. Чрезмерно рассудочное отношение к жизни. Толковый словарь Ефремовой
  9. рационализм — РАЦИОНАЛИЗМ, а, м. 1. Философское направление, отрывающее мышление от чувственного опыта и считающее единственным источником познания разум. 2. Рассудочное, без эмоций отношение к жизни (книжн.). | прил. рационалистический, ая, ое. Толковый словарь Ожегова
  10. рационализм — РАЦИОНАЛИЗМ (от лат. ratio — разум) — философско-мировоззренческая установка, согласно которой истинными основаниями бытия, познания и поведения людей являются принципы разума. В философию термин «Р. Энциклопедия эпистемологии и философии науки
  11. рационализм — Рационализм, рационализмы, рационализма, рационализмов, рационализму, рационализмам, рационализм, рационализмы, рационализмом, рационализмами, рационализме, рационализмах Грамматический словарь Зализняка
  12. рационализм — РАЦИОНАЛИЗМ а, м.rationalisme m. <�лат. rationalis разумный. 1. Направление в идеалистической философии, считающее, в противоположность сенсуализму и эмпиризму, разум единственным источником познания. БАС-1. Словарь галлицизмов русского языка
  13. Рационализм — I Рационали́зм (франц. rationalisme, от лат. rationalis — разумный, ratio — разум) философское направление, признающее разум основой познания и поведения людей. Р. противостоит как Фидеизму и Иррационализму, так и Сенсуализму (Эмпиризму). Термин «Р. Большая советская энциклопедия
  14. рационализм — РАЦИОНАЛ’ИЗМ, рационализма, мн. нет, ·муж. (от ·лат. rationalis — разумный) (·книж. ). Направление в идеалистической философии, считающее, что не опыт, а логически обоснованная мысль, разум является источником познания. Французский рационализм 17 века. Толковый словарь Ушакова
  15. рационализм — сущ., кол-во синонимов: 4 априоризм 1 рассудочность 6 рационалистичность 2 стиль 95 Словарь синонимов русского языка
  16. рационализм — -а, м. 1. Направление в философии, признающее разум единственным источником познания, недооценивающее или вовсе отрицающее значение опыта, чувственного восприятия в процессе познания. Французский рационализм 17 в. Малый академический словарь
  17. РАЦИОНАЛИЗМ — РАЦИОНАЛИЗМ — движение в архитектуре 20 в., стремившееся выработать новые архитектурные методы, отвечающие современным общественным потребностям, эстетическим запросам и уровню промышленно-технического развития. Большой энциклопедический словарь
  18. Рационализм — (фр. rationalisme– разумный, от лат. rationalis – разумный) 1) философское направление, признающее (в противопоставление эмпиризму) разум решающим источником истинного знания; Научное знание согласно рационализму достижимо только посредством разума. Словарь по культурологии
  19. РАЦИОНАЛИЗМ — РАЦИОНАЛИЗМ (лат. rationalis — разумный, ratio — разум) — направление в гносеологии и праксеологии, признающее приоритет разума человека как в познании, так и в деятельности по отношению к чувственным формам познания (ощущениям, восприятиям… Новейший философский словарь
  20. Рационализм — (от лат. rationalis — разумный), совокупность архитектурных направлений первой половины XX в.. программно осваивавших достижения современной науки и техники. В широком смысле рационализм иногда отождествляют с понятием «современная архитектура». Художественная энциклопедия

Понятие рациональности

Рациональность – одна из главных проблем современной философии, она обсуждается в философии жизни, прагматизме, экзистенциализме, неопозитивизме и постпозитивизме. Различие философских подходов к вопросу о природе разума и границах рационального постижения действительности определяет и многообразие ответов. Многие философы XX в. говорят о кризисе рациональности и связывают его с кризисом всей западной цивилизации. Чем вызван такой интерес к проблеме рациональности и почему разум, считающийся главным свойством и способностью человека, вдруг становится проблемой?

В философии нет единства по вопросу о том, что понимать под рациональностью, насчитывается более двух десятков определений. Все это многообразие можно упорядочить в несколько групп. Рациональность – это:

  • • характеристика деятельности человека;
  • • характеристика знания;
  • • характеристика методологии или правил деятельности;
  • • атрибутивное свойство всех технических цивилизаций;
  • • характеристика мира в целом;
  • • универсальная категория, охватывающая логику, диалектику, а также некоторые формы мистического опыта.

Понятно, что, с одной стороны, такое разнообразие определений только усложняет проблему, но, с другой стороны, позволяет очертить весь контекст, который связан с проблемой рациональности.

Вопрос о рациональности имеет мировоззренческий характер. Говоря о рациональности, имеют в виду особый тип отношений человека и мира, который гарантировал бы соразмерность человека миру и гармонию между ними. Поиск рациональности – это осознанный поиск такой гармонии через возможность для человека познавать мир. Иными словами, проблема границ и возможностей рационального познания, которой занимается философская теория познания, имеет не только познавательный, но и антропологический, гуманистический и ценностный смысл. В поисках рациональности человек стремится утвердить себя в бытии, понять свое место в мире и отношения с миром.

Вопрос о рациональности является существенным для философии как особой формы духовной культуры. Поскольку философия возникла как рационально-теоретическая форма постижения действительности, постольку вопрос о разуме и его возможностях есть вопрос о смысле самой философии. Философия – это рациональный ответ на мировоззренческие вопросы, и если кто-то утверждает, что разум не в состоянии помочь человеку в решении его проблем, то тем отрицается ценность философии для культуры в целом и каждого человека в отдельности.

Эпоха наибольшего расцвета культа разума – XVII в. Именно в это время складываются классические представления, отождествляющие рациональность с логической истинностью и научностью. Рационально все то, что истинно, а поисками истины занимается наука. Бурное развитие науки в XVII–XVIII вв. привело к распространению веры в ее безграничные возможности. По сути дела, в эту эпоху вера в науку была сродни вере в Бога. Предполагалось, что наука способна ответить на все вопросы человеческого бытия и устройства мира. Философы XVII–XVIII вв. считали, что обладание рациональным знанием гарантирует достижение свободы и счастья. Квинтэссенцией этого представления стало определение свободы как познанной необходимости в философии Бенедикта Спинозы. Научное знание – вот гарантия достижения счастья, и далее философы рассуждали, что поскольку каждый человек разумен, основной задачей становится развитие этой способности, т.е. просвещение.

Но Великая французская буржуазная революция, идеологию которой готовили и философы-просветители, показала, как максимум рациональности и порядка оборачивается максимумом иррациональности и хаоса. Уже тогда в философии стала формироваться оппозиция культу научной рациональности, но еще на протяжении целого века философы верили в безграничные возможности науки и основанного на науке разума.

Только в начале XX в. развитие техники и деструктивные последствия научно-технической революции привели к последовательной оппозиции культу науки. XX в. показал, что рациональность, оторванная от ценностей, разлагает культуру и ведет к потере человеком собственной идентичности. Одного стремления к рациональности оказалось недостаточно, чтобы постичь человеческие чувства, болезнь, смерть, одиночество, переустроить общество на гуманистических началах и справиться со всей мощью иррационального. Ориентация на науку как абсолют в конце концов породила раскол в самом разуме.

Современная философия пересматривает представления о рациональности, это, впрочем, не означает, что философы отказываются от идеи разума. Нет. Разум – величайшая ценность и достижение западной цивилизации, в конфликтах и кризисах XX в. человечество осознало, что сон разума порождает чудовищ, но таким же чудовищем является и гипертрофированный разум, забывший о добре и красоте. Философия – это нс наука, се смысл и цель – не только познание и теоретическое размышление. Разум и рациональность, которые ищет и обосновывает философия, не имеют смысла без добра и красоты. Эту идею высказали античные философы, возможно, в XXI в. пришло время вновь обратиться к мудрости древних. Современная философия отказывается от догматичных и устаревших представлений о рациональности и тем самым вновь доказывает ценность и необходимость философской критики и философской рефлексии.

В современной философии существует две основные линии осмысления проблемы рациональности: сциентизм и антисциентизм. В рамках сциентизма акцент делается на науке и поиске строгих средств систематизации знания. Рациональность в сциентизме отождествляется с научной рациональностью в ее классическом виде. Сциентизм представлен позитивизмом, неопозитивизмом и постпозитивизмом.

Вторая линия интерпретации проблемы рациональности – антисциентизм – связана с философией жизни, экзистенциализмом, философской антропологией. В антисциентизме акцент делается на вненаучных формах и способах постижения действительности, на спонтанности человеческого поведения и вторичности рассудка по отношению к действиям, эмоциям и интуиции человека. В антисциентизме наука более не рассматривается как главный компонент духовной культуры, она становится в один ряд с другими формами духовной культуры, искусством, религией, политикой и проч. Крайний антисциентизм полностью отрицает ценность науки, но такая негативистская позиция, однако, не слишком плодотворна. Гораздо адекватнее и эвристичнее позиция умеренного антисциентизма, которая позволяет изучать науку и не отвергать ее достижений.

  • См. параграфы 2.6 и 2.7.
  • См. гл. 1.
  • См. параграф 2.4
  • См. параграф 5.8

РАЦИОНАЛИЗМ (от лат. ratio – разум) – философско-мировоззренческая установка, согласно которой истинными основаниями бытия, познания и поведения людей являются принципы разума. В философию термин «разум» перенесен из теологии, где им обозначалось направление, сторонники которого настаивали на очищении религии от всего, что не может найти разумного объяснения, подвергали догматы веры логическому анализу. Философский рационализм восходит к Античности: к учению Сократа о том, что красота и благо суть целесообразность, а истинное знание является достаточным условием этического поведения; учению Платона об идеях как истинной субстанциальной действительности; учению Аристотеля о космическом уме как всеобщем условии бытия и мышления и др. Античный рационализм был переосмыслен средневековой теологией, соединившей идею божественного разума как смысла и первопричины мирового бытия с учением о сверхразумности божественной воли, ее непостижимости и неохватности человеческим разумом. В философии Фомы Аквинского истины разума объявлялись подчиненными, «служебными» по отношению к истинам веры и откровения, но в пределах своей компетенции (знание о природе, математика, позитивное право, этика и политика) разум полагался основным поводырем человека как существа рационального (Ratio est potissima hominis natura – разум есть самая могущественная природа человека). Николай Кузанский выдвинул идею, согласно которой конечный человеческий разум способен бесконечно приближаться к божественному, никогда не достигая его полноты, но и никогда не прерывая свое приближение к нему. Тенденция к возвышению человеческого разума, присущая гуманизму Возрождения (Эразм Роттердамский и др.), встретила ожесточенное противодействие идеологов Реформации (Лютера, Цвингли и др.), видевших в философском рационализме угрозу подлинной вере. Однако их отношение к разуму было двойственным: отвергая философские претензии рационализма как безосновательные и даже греховные («Разум – потаскуха дьявола», – говорил Лютер), протестантизм в то же время допускал участие эмпирической науки в богопознании, поскольку предметом естествознания полагался мир как божественное творение, управляемое богом в каждом своем моменте. Это в известной мере высвобождало науку из-под догматического контроля со стороны теологии и способствовало развитию научного рационализма. В еще большей степени протестантизм стимулировал рационалистические поведенческие установки своей моральной санкцией предпринимательства и производительного труда, правовых институтов, объективно содействующих развитию демократии.

Классическая парадигма рационализма была создана европейскими философами 17–18 вв. (Декарт, Мальбранш, Спиноза, Лейбниц). В учениях этих мыслителей идея высшей разумности Божественного творения стала на почву, подготовленную развитием естествознания и математики. Отталкиваясь от схоластических методов спекулятивного разыскания основоположений бытия, рационализм обратился к проблемам научного метода. Центральной из них была проблема оснований научного знания. Ее предполагаемое решение направлялось одной из двух фундаментальных стратегий. Первая стратегия (наиболее четко сформулированная Локком) заключалась в том, чтобы полагать единственным надежным источником научных знаний опыт (эмпиризм). Вторая стратегия приняла за образец истинного знания математику, которая в 17 в. стала применяться в исследовании природных явлений (Галилей, Кеплер). Путь математики, начинающей с очевидных и несомненных истин, был признан наиболее отвечающим установке рационализма и, следовательно, общим методом познания.

Фундаментальное требование классического рационализма – достижение абсолютной и неизменной истины, обладающей универсальной общезначимостью для любого нормального человеческого ума. Это требование представлялось несовместимым со стратегией эмпиризма (опыт конечен и ненадежен, знание, полученное из опыта, может считаться лишь вероятным и относительным). Поэтому версия рационализма, связанная со второй стратегией, постепенно стала определять собой рационалистическую установку в целом. Этим определяется смысл оппозиции «рационализм – эмпиризм», во многом определившей содержание дискуссий по научной методологии на протяжении почти трех столетий. Сторонников обеих стратегий объединяли культ разума и высочайшее доверие к возможностям науки, поэтому методологические споры сторонников Декарта и Локка можно рассматривать как проявление внутренних противоречий классического рационализма.

К характерным особенностям рационализма 17–18 вв. относятся: исключительно высокая оценка дедукции как метода развертывания системы знаний из несомненных и очевидных оснований; «универсальная математика» (mathesis universalis) как идеал и образец всякой науки; отождествление логических и причинно-следственных отношений, что означало для рационализма тождество структур бытия и мышления (ordo et connectio idearum est ас ordo et connectio rerum – порядок и связь идей те же, что порядок и связь вещей); уверенность в том, что человек силой своего разума способен вывести умопостигаемую первопричину и источник бытия; гносеологический оптимизм – вера в то, что Разуму нигде не положены пределы и его развитие в принципе бесконечно; высокая оценка науки и ее роли в жизни людей, в структуре культуры. Идеи рационализма играли чрезвычайно важную роль в формировании идеологии Просвещения, связавшей исторический прогресс с развитием рациональных начал человеческого бытия. Рассматривая бога как разумную первопричину мира, человеческую историю – как последовательное действие этой первопричины, ведущее людей от дикости и варварства к цивилизации и нравственности, просветители выдвинули программу социальных преобразований на основе общественного договора, реализуемого целенаправленными усилиями человечества, объединенного принципами разума.

Важнейшей и вместе с тем труднейшей проблемой классического рационализма явилось определение фундаментальных и безусловных оснований познания (Декарт таковыми полагал «врожденные идеи», Лейбниц – предрасположения или задатки мышления, Спиноза – интеллектуальные интуиции). Истинность этих оснований гарантируется Богом, и потому «естественный свет разума» (lumen naturale), освещающий путь к истине, возжигается и непрерывно поддерживается в душе человека создателем Вселенной. Однако дальнейшее развитие науки, усиливавшее тенденцию к ее «секуляризации» и автономию по отношению к метафизике, стимулировало философский поиск новых версий рационализма. «Критическая философия» Канта стала попыткой объединить стратегию рационализма со стратегией эмпиризма: границы рационального познания, по Канту, совпадают со сферой применимости научной методологии, миром явлений, «феноменов», но всеобщность и универсальная истинность законов математического естествознания гарантируется априорностью чувственных созерцаний (интуиции) пространства и времени, а также категориальной структуры рассудка. Однако Кант, отказываясь от свойственного классическому рационализму обращения к абсолюту как гаранту истинности фундаментальных оснований и перенеся центр тяжести на установку критицизма, тем самым отказался и от метафизических претензий рационализма, оставив за последним исключительно методологические функции. «Трансцендентальный субъект», претендующий на истинное познание «вещей в себе», т.е. на выход за пределы рациональной науки в мир «ноуменов», неизбежно, считал Кант, сталкивается с разрушительными антиномиями, с «диалектикой», уничтожающей научную значимость рационализма.

Пытаясь преодолеть кантовский дуализм миров трансцендентального «Я» и «вещей в себе», Шеллинг сформулировал концепцию тождества духа и природы, имеющих общую основу в абсолютном разуме. Эмпирическая наука, предметом которой выступают отдельные природные объекты и их отношения, занимает, согласно Шеллингу, подчиненное положение по отношению к натурфилософии, которая обращена к самому Абсолюту, к принципам, по которым он творит все свои конкретные формы. Натурфилософский рационализм вступил в конфликт с основными тенденциями современного ему естествознания (прежде всего с эмпиризмом) и был расценен большинством ученых как попытка реставрации спекулятивной метафизики и мистики.

В философии Гегеля рационализм объединяется с диалектикой, которая выступает как всеобщая логика самопознания разума, или абсолютной идеи, как логика универсального мирового процесса и в то же время как фундаментальная теория познания. Отождествление мышления и действительности (панлогизм) придало гегелевскому рационализму характер умозрительной натурфилософии, которая своим стилем и методологической направленностью контрастировала с господствующим стилем науки, хотя диалектические идеи в 19 в. заметно перекликались с методологической рефлексией над крупными научными результатами в биологии, физике, химии, космологии (что было отмечено К.Марксом и Ф.Энгельсом). В гегелевской философии классическая парадигма рационализма получила свое наиболее последовательное выражение, по сути исчерпав свои возможности. Дальнейшее развитие рационализма было связано с попытками разрешения внутренних противоречий этой парадигмы, а также реакцией на критику в ее адрес со стороны тех мыслителей, которые считали претензии разума на господство во всех сферах действительности, на роль универсального основания человеческой деятельности и исторического процесса безосновательными. Шопенгауэр, Ницше, Кьеркегор указали основные пути критики рационализма, впоследствии многократно пройденные и повторенные философами 20 в. (экзистенциализм, «философия жизни», интуитивизм, прагматизм, фрейдизм и неофрейдизм и др.). Рационализм критиковался прежде всего как мировоззренческая и методологическая установка, как модельный образец организации общества и основных сфер человеческой практики, человеческого поведения, как совокупность соответствующих идеалов и ценностей. В связи с этим подверглись критике представления о человеке как существе рациональном par excellence, о разумной необходимости, якобы направляющей действие исторических законов, о способности науки достигать истинного и объективного знания. Гигантские общественные катастрофы 20 в. (мировые войны, истребление народов, зашедшая в тупик нравственная эволюция человечества, опасность самоуничтожения человечества, экологический коллапс) стали рассматриваться как следствия претензий рационализма на доминантную роль в мировой культуре (Хоркхаймер, Адорно), трактуемых как реализация изначально присущего человеку стремления к господству и власти. В глазах большинства критиков рационализм есть лишь созданная определенной культурной традицией маска, за которой скрыта глубоко иррациональная человеческая природа.

Отвечая на вызов критики, современный рационализм противопоставляет ей ряд контраргументов, в совокупности представляющих собой попытку удержать основные традиции европейской и мировой культуры от грозящего им разложения. Так, критический рационализм (Поппер и др.) акцентирует внимание на способности разума преодолевать любые заблуждения и выступать основой демократического, или «открытого, общества»; причину общественных катаклизмов следует видеть не в пороках рационализма, а, напротив, в иррационализме, неизбежно наступающем, когда разум отступает со своих позиций и теряет активных сторонников. Неорационализм (Башляр и др.) выступил за реформирование рационализма в духе требований современной науки и техники (за счет интеграции фундаментальных научных методов и изменения основной стратегии научного познания в сторону понятийного конструирования реальности, привлечения продуктивного воображения, творческой интуиции, метафизических «инсайтов»); цель реформы – реинтеграция рационального мышления и культуротворческой активности человека. Некоторые технократические направления в социальной философии (Белл, Шельски, Гелбрейт и др.) связаны с попытками создания новой парадигмы рационализма, в которой принципы рациональности (в науке, технике, экономике, политике) сочетаются с гуманистическими, религиозными и эстетическими ориентирами человеческой деятельности.

Судьбы классической и неклассических версий рационализма неразрывно связаны с исторической эволюцией европейской (а через нее – мировой, общечеловеческой) культуры. Современный кризис культуры, по всей вероятности подошедшей к переломному моменту своей истории, серьезно затрагивает основания рационализма, критика которого часто приобретает контркультурный характер. Поэтому современный рационализм, отвечая на вызов времени, эволюционирует к большей адаптивности, ассимилирует диалогические формы взаимодействия культур, отказывается от чрезмерной жесткости и априорности своих границ – и вместе с тем настаивает на основополагающей роли рациональных начал человеческого бытия.

Литература:

В.Н.Порус

Рене Декарт (1596 — 1650).

Декарт являет собой тип тех революционеров, усилиями которых и была создана наука Нового времени, но и не только она: речь шла о создании нового типа общества и нового типа человека, что вскоре и обнаружилось в сфере социально-экономической, с одной стороны, и в идеологии Просвещения — с другой. Вот принцип новой культуры, как его с предельной четкостью выразил сам Декарт: «…никогда не принимать за истинное ничего, что я не познал бы таковым с очевидностью… включать в свои суждения только то, что представляется моему уму столь ясно и столь отчетливо, что не дает мне никакого повода подвергать их сомнению»

Именно Декарту принадлежит идея создания единого научного метода, который у него носит название «универсальной математики» и с помощью которого Декарт считает возможным построить систему науки, могущей обеспечить человеку господство над природой.

Метод, как его понимает Декарт, должен превратить познание в организованную деятельность, освободив его от случайности, от таких субъективных факторов, как наблюдательность или острый ум, с одной стороны, удача и счастливое стечение обстоятельств — с другой. Образно говоря, метод превращает научное познание из кустарного промысла в промышленность, из спорадического и случайного обнаружения истин — в систематическое и планомерное их производство. Метод позволяет науке ориентироваться не на отдельные открытия, а идти не оставляя пропущенных звеньев. Научное знание, как его предвидит Декарт, — это не отдельные открытия, соединяемые постепенно в некоторую общую картину природы, а создание всеобщей понятийной сетки, в которой уже не представляет никакого труда заполнить отдельные ячейки, то есть обнаружить отдельные истины. Процесс познания превращается в своего рода поточную линию.

Бенедикт Спиноза (1632 — 1677).

Свою философскую деятельность Спиноза начал как пламенный последователь Декарта, читал лекции по философии картезианства. Но впоследствии в философии Спинозы от Декарта остался только рациональный подход к решению всех философских проблем. Философ считал, что только с позиций разума и средствами разума можно подходить к поисками Истины и находить ее.

Спиноза был монистом. Он признавал существование только одной первоосновы мира, которую назвал субстанцией и отождествил ее с материальной природой. Он провозгласил Природу единой, неделимой, вечной основой всего существующего, а также суммой всего существующего. Спиноза учил, что Природа (Субстанция) существует сама по себе, является причиной самое себя. Неотъемлемыми особенностями (Атрибутами) Природы-Субстанции является ее протяженность и мышление.

Много внимания уделял Спиноза изучению религии. Причину происхождения веры в Бога, как в существо сверхъестественное, он усматривал в страхе человека перед стихийными силами природы. Спиноза отрицал какую бы то ни было возможность существования какого-то Бога вне Природы или сверх/над Природой. Для него Природа и есть Бог.

Спиноза считал, что в Природе нет ничего беспричинного, что все без исключения в ней, в Природе, имеют свою причину. Касаясь проблем свободы воли, он доказывал, что Свобода — это осознанная необходимость. Спиноза вообще не признает такой способности, как воля: единичная человеческая душа не есть нечто самостоятельное, она не есть субстанция, дух человека — это не что иное, «воля и разум — одно и то же».

Готфрид Лейбниц (1646-1716).

По учению Лейбница, монады (единицы) — вечны. Они появляются и существуют благодаря непрерывному излучению высочайшей Монады — Божество. Количество излучаемых монад — безгранично, и каждая из них уникальна, неповторима. Благодаря божеству между монадами, а отсюда и — во всем мире господствует полная гармония; все направлено на осуществление заблаговременно наперед поставленной цели. Таким образом, все в мире оказывается живым и одушевленным, и там, где мы видим просто кусок вещества, в действительности существует целый мир живых существ — монад.

Лейбниц называл такое течение процессов в мире Предустановленной гармонией. Зла в мире не существует, ибо оно служит только тому, чтобы на его фоне ярче просматривалось добро.

Лейбниц стоял на позициях последовательного рационализма, — доказывал, что истину можно постичь только разумом, что истина доступна только разуму. Он разделял мысль Платона о врожденности идей, которые пребывают в разуме, могут пробуждаться и доставлять нам чистые, не замутненные истинные знания. Чувства, признавал Лейбниц, снабжают разум определенной информацией, но истина доступна только разуму.

Свое философское понимание проблем познания Лейбниц изложит в своем третьем главном философском произведении: «Новые очерки о человеческом понимании». Для Лейбница истины факта (чувствований) — случайны, сомнительны, а истины разума — адекватные и несомненные.

от лат. ratio — разум) — филос. направление, исходящее из того, что разум является основой бытия (онтологический Р.), познания (гносеологический Р.), морали (этический Р.); в обществоведении — направление обществ. мысли, считающее разум решающим или одним из важнейших факторов ист. развития, а также подходящее к объяснению обществ. явлений и институтов чисто дедуктивно-логич. путем, исходя из общих этич. принципов (в свою очередь устанавливаемых разумом).

Рационалистич. взгляд на историю общества, элементы к-рого имелись у ряда представителей филос. и ист. мысли античности (напр., у Фукидида, Аппиана и др.), вновь стал утверждаться (после господствовавшего в средние века провиденциализма) со времени Возрождения и окончат. оформился в эпоху Просвещения, став одной из наиболее существенных черт просветительской идеологии. Большую роль в становлении Р. сыграли успехи естествознания 17 в. Попытки конструирования на этой основе т.н. «социальной физики» шли чисто рационалистич. путем. Рационалисты 17-18 вв. исходили из представления о существовании вечных «разумных» естественных законов (см. Естественное право), практич. реализация к-рых зависит от воли, разума, дурных или хороших качеств правителей; из убеждения, что все недостатки обществ. устройства в прошлом были результатом незнания; отсюда вера рационалистов в просвещение как гл. средство преобразования обществ. жизни, представление о прогрессе как в 1-ю очередь прогрессе человеч. знаний; они пытались объяснить сущность обществ. институтов, ист. событий и т.д. с точки зрения «разумности», «здравого смысла», отвергая объяснения их с помощью «чудесного», иррационального. На этой основе были даны чисто рационалистич. теории происхождения общества и гос-ва (см. Общественный договор), рационалистич. объяснение религии (напр., деизмом) и т.д. Р. проник даже в религ. системы (нек-рые направления протестантизма, разума культ). Рационалистич. подход к обществу, свойственный философам-просветителям, отчетливо проявился и в просветительской историографии (напр., у таких ее предст., как Э. Гиббон, У. Робертсон и др.). Р. 17-18 вв. был исторически прогрессивным, поскольку он представлял собой часть общего процесса освобождения в новое время науч. (в т. ч. ист.) мысли от оков теологии, провиденциализма и иррационализма; подчеркивая «неразумность» ср.-век. институтов, признавая большую творческую роль нового законодательства и т.д., Р. давал в руки буржуазии действенное оружие для преобразования обществ. отношений в период, когда условия для такого преобразования исторически созрели (в частности, во время Вел. франц. революции). В то же время объяснение движ. сил ист. развития рационалистами 17-18 вв., придававшими решающее значение субъективному фактору в истории, оставалось полностью идеалистическим, далеким от научности. Их взгляды на историю отличались антиисторизмом (так, вся средневековая история рассматривалась как «противоречащая разуму», религия считалась лишь результатом заблуждений или сознательного обмана со стороны духовенства и т.д.). В этом отношении критика рационалистического подхода даже со стороны романтиков, большинство к-рых было враждебно Р. (хотя нек-рые, напр. Сисмонди, сохранили элементы Р.), имела известное научно-плодотворное значение. Науч. несостоятельность Р. отчетливо видна при сопоставлении рационалистич. представлений об «идеальном строе будущего», свойственных домарксовскому социализму, с марксистской теорией науч. коммунизма. Рационалистич. подход к истории (в формах, свойственных просветителям 18 в.) в 19 в. в осн. изживается (хотя нек-рые ист. направления, напр. нем. Гейдельбергская школа историков, продолжали во мн. ему следовать). Позитивизм контовского толка вобрал нек-рые элементы Р. (напр., конструирование «общих законов» развития, представление о прогрессе как прежде всего прогрессе разума, знания) и в то же время отказался от свойственной рационалистам 18 в. глубокой веры в способность человеч, разума проникнуть в сущность явлений. В дальнейшем в ряде бурж. направлений филос.-исторической мысли усилилась реакц. тенденция к иррационализму. Коренное положение марксизма о первичности обществ. бытия по отношению к обществ. сознанию, распространенное на историю, сделало возможным познание ист. действительности как закономерного процесса, движимого внутр. противоречиями и воплощенного в обществ. практике людей. Лит.: Энгельс Ф., Анти-Дюринг, К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 20, с. 16-19. 267-68; его же, Диалектика природы, там же, с. 545-46; Плеханов Г. В., К вопр. о развитии монистич. взгляда на историю, Избр. филос. произв., т. 1, М., 1956; Косминский E. A., Историография средних веков, M., 1963 (особенно гл. 11-19); Robertson J. M., Rationalism, L., 1912; Maug? F., Le rationalisme comme hypoth?se m?todologique, P., 1909.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *