Русский характер Толстой

Урок внеклассного чтения

по рассказу А. Н. Толстого «Русский характер»

в 7 классе.

Мельникова Людмила Васильевна,

учитель русского языка и литературы

ГКОУ РО «Ростовской санаторной школы-интерната № 28»

структурного подразделения

«Центра дистанционного образования»

г. Ростов-на-Дону

2015 год

Тема урока: А. Н. Толстой «Русский характер». Человеческая красота и сила характера героев произведения.

Урок внеклассного чтения по рассказу А. Н. Толстого «Русский характер» в 7 классе.

Цели урока: в ходе анализа рассказа подвести школьников к осознанию его жанровой природы, помочь им осмыслить эти важнейшие признаки; подвести к выводу о том, что именно «человеческая красота» русского человека, русского народа: готовность к подвигу, твердость и мужество, величайшая скромность, внутреннее благородство, доброта и самопожертвование — помогли нашему народу выстоять и победить в борьбе с фашистами; воспитывать лучшие нравственные качества у учащихся.

Задачи:

1.Сформировать у учащихся нравственную, эстетическую оценку поступков главного героя произведения, научить самостоятельно давать такую оценку человеческим поступкам, разбираться в характерах людей.

2.Развивать умение производить классификацию фактов, делать обобщённые выводы; развивать умения обобщения и конкретизации.

3.Воспитывать чувство гордости за свою страну и народ. Формировать чувства долга и готовности к защите Родины.

Оборудование: видеоклип (приложение 1) и презентация к уроку (приложение 2); текст рассказа; аудиозапись рассказа.

На изучение рассказа отводится два урока.

Первый урок.

I. Просмотр видеоролика к уроку. ( Приложение 1). Краткое вступительное слово об А. Толстом, о деятельности писателя в годы Великой Отечественной войны и создании цикла «Рассказы Ивана Сударева».

II. Чтение или прослушивание аудиозаписи рассказа А. Толстого»Русский характер».

III. Беседа о восприятии и выяснение идейного смысла рассказа.

1.Какие сцены, картины произвели на вас самое сильное впечатление и почему?

2.Кого из героев вы представляли более живо? Нарисуйте их портреты.

3.Прав ли был Егор Дремов, что скрыл свое настоящее имя?

4.Почему Дремов не открылся матери? невесте? Разные были причины или одна и та же?

IV. Работа с игровой установкой «Если бы ты был киносценаристом…».

Цель задания: усилить впечатление учеников (например, раздумывая над цветовым решением фильма, дети приходят к выводу, что черно-белый фильм более соответствовал бы настрою, стилю рассказа, заставил бы сосредоточиться на душевном состоянии героя, сделать выводы об особенностях восприятия рассказа.

Ученикам предлагаются вопросы:

1) Какие эпизоды рассказа отобрали бы вы для киносценария?

2) Назовите героев будущего фильма.

3) Какими должны быть актеры — исполнители главных ролей?

4) Назвали бы вы фильм «Русский характер» или изменили название? Обоснуйте свое решение.

5) Киносценарист должен очень точно представлять себе характеры героев, причины их поступков. Над какими вопросами, связанными с судьбой и поведением героев рассказа, вы прежде всего задумаетесь?

6) Цветным или черно-белым хотели бы вы видеть будущий фильм?

Домашнее задание: Подумать над вопросами, мотивировать свой ответ текстом рассказа.

Почему Егор решил скрыть от родных свое имя? Прав ли он в этом? Как могла мать не узнать сына? Как мог сам Егор выдержать, ничем не выдать себя в родном доме, где все так памятно?

Второй урок.

Задача второго урока — наблюдение над жанром.

I.Сообщение основной задачи урока.

II.Герои рассказа Алексея Толстого — танкисты, они принимали участие в битве на Курской дуге. Давайте посмотрим несколько слайдов об этом.Просмотр слайдов презентации к уроку, посвящённых танковому сражению под Прохоровкой.

III.Беседа.

1.Подзаголовок произведения — «Из «Рассказов Ивана Сударева». Что мы понимаем под словом рассказ в повседневной жизни? ( Устное, достаточно короткое повествование о каком-то событии.)

2. А в литературе это небольшое по объему повествовательное произведение. В каком значении употреблено слово рассказ применительно к «Русскому характеру»? (Это литературное произведение, но подзаголовок подчеркивает одну интересную особенность его. Рассказ может быть написан от первого лица, когда автор как бы включает себя в число действующих лиц («Бежин луг») или ведет повествование от имени героя (повесть В. Короленко «Дети подземелья»). Но иногда автор поручает рассказ кому-нибудь из героев, в данном случае Ивану Судареву.)

3. Почему автор избрал рассказчиком не самого Егора Дремова. (Дремов не любил говорить о своих военных подвигах. Скромный человек, немногословный, он никогда сам не рассказал бы о своих переживаниях.)

4. А почему рассказ написан не от лица автора?( Этим достигается удивительная достоверность повествования. Ведь Иван Сударев жил с Егором в одной избе, ему рассказал Дремов о своем горе.)

5.Нам важно знать, что за человек рассказчик, можем ли мы ему доверять. Подумаем, как раскрывается характер Ивана Сударева. Что можно о нём сказать? (Это бывалый солдат. Он любит пофилософствовать, поразмышлять о жизни, понимает людей, их переживания, сочувствует им. Во время разговора Егора с матерью и невестой он уходит в сени — скромный, деликатный русский человек. Его уважают: недаром Егор у него попросил совета и этому совету последовал. Значит, мы вполне можем доверять рассказчику.)

6.Что он говорит о Дрёмове, прежде всего — как его характеризует? Не странно ли, что Егор назван простым, тихим, обыкновенным? Ведь его боевые дела вовсе не были «тихими», свидетельство тому — звезда Героя Советского Союза.

7.Подберите синонимы к слову тихий. (спокойный, незаметный, скромный, деликатный.)

Какие из этих слов лучше всего помогают понять характер Егора Дрёмова? (простым, тихим, обыкновенным часто кажется, на первый взгляд, русский человек. Но за внешней простотой скрываются смелость, твердость, душевность, лучшие человеческие качества.)

8. Любой рассказ — это повествование о событиях в судьбе героя. Рассказывает ли Иван Сударев обо всей жизни друга? (Нет, он выбирает несколько событий, эпизодов)

9.Рассказывается ли подробно о военных подвигах Дремова? (Нет, приведен лишь один случай из военной биографии, и этого достаточно, чтобы мы поняли, каким бойцом, командиром был Егор.)

10.Чего достигает автор, поручая описание танковой атаки второму рассказчику, не Ивану Судареву, а водителю танка Чувилеву. (рассказ непосредственного участника событий, который сам все видел и пережил, особенно достоверен и убедителен. Экипаж танка победил в единоборстве с грозным противником, занял деревню, уничтожил много фашистов — это один из тех военных эпизодов, из которых складывалась победа, за которые вручали ордена и медали.

IV. Обобщение учителя. Когда речь идет о подвиге, какая интонация при­вычна? Торжественная, взволнованная. А в рассказе Чувилева все очень просто да еше с изрядной долей солдатского юмора. Русский человек, совершивший подвиг, рассказывая о нем, никогда не подчеркивает храбрости, геройства. Для него это —необходимое дело, без которого нельзя победить.

V. Пересказ эпизода спасения Дремова.

Одинаковы ли по тону, интонации эта и предшествующая сцены и чем достигается различие? Почему в данном случае события описывает не участник и герой их, а основной рассказчик, Иван Сударев? (Спасая Егора, Чувилев рисковал жизнью, совершил подвиг и душевная скромность не позволит ему об этом говорить).

Вчитаемся внимательнее в авторское описание. Как названо сражение? Что стоит за словами «Курское побоище»? Одни эти слова заставляют представить море крови, ураганный огонь снарядов, битву не на жизнь, а на смерть.

Случайно ли говорится, что танк стоял на бугре, на пшеничном поле? Значит, Чувилев лезет в горящий танк на виду у неприятеля, под сплошным огнем. Он вытаскивает командира, не зная, жив ли тот, но прекрасно понимая (он же водитель) , что огонь вот- вот доберется до баков с горючим и последует страшный взрыв. Тут же, под огнем врага, Чувилев тушит горящую на Дремове одежду, потом ползет с ним (ползет — значит, бой еще в разгаре) от воронки к воронке. Какое самопожертвование, какая смелость! А объясняет он это предельно просто: «Слышу, у него сердце стучит…» Вот она, человеческая красота! Оказывается, перед » нами совсем не обыкновенный человек, каким он казался на первый взгляд. А помогло нам это понять внимание к авторскому повествованию. Рассказ чаще всего невелик, поэтому очень важно вчитываться, вдумываться в каждое слово.

VI. Пересказ эпизода «Егор Дремов в госпитале». Укажите детали, которые позволяют судить о чувствах, переживаниях солдата (тотчас вернул зеркальце медсестре, никогда больше зеркальца не просил, часто ощупывал лицо руками).

VII. Анализ эпизода пребывания Егора Дрёмова в родном доме.

Почему Егор не открылся своим близким и прав ли он в этом?

Обращаемся к тексту.

1.Сырым, холодным мартовским днем шел Егор в родное село. Что он в это время чувствовал?. Перечитайте описание природы. Какое слово обращает на себя особое внимание? (Эпитет: «студеный ветер… одинокой тоской насвистывал в ушах».) У ветра-— одинокая тоска? Да нет, у самого Егора. Он понимает, что его могут не узнать близкие, что он навсегда может быть оторван от семьи, от привычной жизни. Поэтому даже в свисте ветра чудится Егору обуревающая его тоска одиночества.

2.Но вот и родная деревня. Как вы думаете, пришел уже Егор к своему решению ничего не говорить родным? ( Нет, он еще не знает, как себя вести. Об этом говорит его поведение: он вдруг остановился, засунув руки в карманы, покачал головой, задумался, подошел к дому, заглянул в окно— так ведет себя человек, которому нужно принять важное решение. И увидел до боли родную, постаревшую мать. Задумалась она, наверно, сейчас о нем, о сыне. Вот тогда, глядя на мать, и решил Егор скрывать до поры до времени от нее страшную правду. Испугать боялся, боли не хотел причинить. Самое святое — любовь к матери, тревога за нее — заставило принять это решение.)

3.А когда еще сила сыновней любви заставляет Егора скрывать от матери правду о войне? (Когда он рассказывает ей о военных делах сына. Не случайно он кратко говорит о сражениях.)

4. Понимает ли она, что стоит за этой краткостью? (Конечно, даже скупой рассказ заставил ее представить себе и огонь, и кровь; она во время рассказа была вместе с воюющим сыном, не случайна такая деталь: смотрит на гостя темными, его не видящими глазами.

5. Как же могла родная мать не узнать сына? Она внешности его не узнала, голоса — ожоги, операции страшно изменили Егора. Но душой, материнской любовью почувствовала, что это он, памятью сердца узнала некоторые знакомые жесты (вспомним, как она пристально следила за рукой Егора во время ужина).

6.Какие детали позволяют понять переживания матери? (Лицо ее «болезненно задрожало», когда гость перехватил ее взгляд, всю ночь «ворочалась, вздыхала, не спала». Значит, чувствовала, мучилась сомнениями. Но ничего не сказала о них. Ведь не могла не понять эта чуткая женщина, как тяжело, тревожно на душе у ее гостя. А вдруг ошиблась? И подумает этот видевший смерть человек, что и его вот так же могут не узнать самые близкие. А если это действительно Егор? Родная мать не узнала сына в первый миг — может ли быть страшнее доказательство уродства, перемен в нем? И, боясь еще больше растревожить его душевную рану, предпочла, чтобы сомнения и тревога много дней терзали ее сердце. Как похожи сын и мать этой самоотверженностью, чуткостью, душевной деликатностью!

7. А каково самому Егору? Как по-вашему, назвав себя «лейтенант, Герой Советского Союза Громов», думал он, что так и уйдет неузнанным из родного дома? Вряд ли Егор думал об этом тогда. Все пересилило желание не испугать мать. Но, наверно, была в глубине души надежда на то, что узнают, на то, что можно будет признаться, когда пройдет острота первой встречи.

8. Попробуем представить себе, что испытал Егор в этот вечер: и радость встречи с родителями, с родным домом, где все до боли знакомо, и боязнь причинить страдания близким, и обиду на то, что не узнали. Найдем место, где особенно ярко передаются переживания Дремова.

9. Внимательно перечитаем сцену встречи Егора с Катей. Что руководило Егором, когда он и Кате не назвал себя?

10. Почему в центре рассказа именно эпизод в родном доме. (Вероятно, потому, что в нем с наибольшей силой раскрывается человеческая красота Дремова).

Обобщение учителя.

Война, постоянная опасность, необходимость рисковать жизнью требуют от человека наивысшего подъема физических и душевных сил. И Егор Дремов как истинно русский человек совершает чудеса храбрости, защищая Родину, делает все необходимое для скорейшей победы. Подвиг — очень яркое, но мгновенное проявление человеческой красоты. И, наверное, куда труднее постоянно, в обыденной мирной жизни, наедине со своей совестью, да еще в момент сильнейших душевных страданий, оставаться Человеком.

Русский характер — величина постоянная: Война только обнажила и усилила, в наибольшей мере раскрыла, показала всему миру то, что было свойственно советскому человеку. И эпизод в родном доме глубоко раскрывает эти черты русского национального характера, характера Егора Дремова

11. Перечитаем письмо матери. Если бы мы не знали, кто написал письмо, какой вывод об авторе мы могли бы сделать? Какая фраза письма произвела самое сильное впечатление на Егора Дремова? («…таким лицом, как у этого, кто к нам приезжал, гордиться нужно». )

12.А Катя Малышева? В чем проявилась человеческая красота этой русской девушки?

13. Автор и начинает, и завершает рассказ рассуждениями о русском характере. Чем они отличаются?

В начале рассказа автор пишет: «Русский характер!», а в конце использует множественное число: «Да, вот они, русские характеры!» Мужество, благородство, самопожертвование, величайшая доброта и чуткость при внешней простоте и скромности — вот что объединяет их.

Лучшие черты русского характера — героизм, душевное величие, скромность — присущи всем героям рассказа, всем советским людям. А. Толстой не случайно написал рассказ с названием «Русский характер» в 1944 году, в период наступления советских войск по всему фронту. Весь мир волновала загадка русского солдата, русского человека, побеждавшего непобедимую ранее фашистскую армию.

Показав красоту и силу характера советских людей, А. Толстой ответил на вопрос, в чем причина победы советского народа в борьбе с фашизмом.

VIII. Подведение итогов.

Попробуем понять, почему А. Толстой написал на этом материале рассказ, а не более крупное произведение (роман, повесть). Для этого важно помнить, когда создавался рассказ. Война требовала от писателей быстрого отклика на события. Ситуация на фронте менялась, появлялись все новые случаи героизма советских людей, возникали новые вопросы. Поэтому в военные годы было написано огромное количество рассказов, а повести и романы о войне в большинстве своем стали появляться позже, когда можно было осмыслить все пережитое. Таким образом, рассказ первым из эпических жанров исследует новые явления жизни.

Что характерно для рассказа? Прежде всего, малый размер. Но из нескольких страниц мы узнаем о Егоре Дремове многое: кто он, откуда родом, кто его родители, как он воеввал и совершил подвиг, как случилось несчастье, узнаем о его мыслях и чувствах, даже немного заглядываем в будущее. Мы получаем представление и о боевых друзьях Егора.

В чем особенность построения рассказа «Русский характер»? Во-первых, перед нами рассказ в рассказе, повествование ведется от лица Ивана Сударева. Его оценки во многом близки авторским, но наличие рассказчика придает произведению особую убедительность, достоверность: Рассказ о народном характере ведется от лица представителя народа, в неторопливой, спокойной народной манере. Во-вторых, обращает на себя внимание мастерский отбор эпизодов, которые многосторонне раскрывают русский характер.

Использованные источники:

1.Демидова Н. А. Рассказы советских писателей о человеческой красоте. — В кн.: Самостоятельная работа учащихся по литературе. М., 1973, с. 319

2.Снежневская М, А. Теория литературы в 4—6 классах средней школы. М., 1978, с. 139—141.

3.Ч а р н ы й М. Путь Алексея Толстого. Очерк творчества. М., 1961

Прочитал тут комментарий

«…знакомая деваха была с гормональными проблемами — не жрёт ничего, каждый день на дорожке по 10 км пробегает и при этом прямо пышка»

вот здесь — #comment_166168651
и решил высказаться.

Про «не жрёт» ничего сказать не могу, но вот про пышку, которая бегает (вернее, бегала) каждый день, рассказать могу.

Я из Кемерово. Лет 10 назад был в моей жизни период, когда я почти два года не мог бегать на свежем воздухе, в Сосновом Бору. По времени никак не укладывались переезды туда-обратно, к сожалению. Вместо этого я посещал легкоатлетический манеж. За лютые копейки (абонемент на 10 посещений от 150 до 230р. вроде. Вырос за пару лет.) можно было бегать каждый будний день с 19-30 до 21-00. Летом на стадионе, а с сентября-октября по май в самом манеже. В тепле и комфорте.

И там была одна девушка… Она там была каждый день. Приходила ровно к началу беговой тренировки и все полтора часа бегала с одним малюсеньким перерывом на умыться. Не быстро, а в весьма спокойном темпе, но почти полтора часа с одним пятиминутным перерывом. Каждый день, когда бы я ни пришёл (а я мог там быть как ежедневно пару месяцев подряд, так и через день-два другие пару месяцев). Она бегала. Наушники, много одежды, отрешённый взгляд. Она бегала.

И да, она была полная. Не жируха, а очень и очень плотно сбитая девушка. У неё ничего не висело, но объёмы и пропорции тела были весьма полными. Но она бегала. Постоянно.

Как-то раз я случайно увидел, как за ней к концу тренировки пришли две женщины. Боже! Вот это были настоящие жиробасины (уж простите меня, дамы). Раза в два больше и так не маленькой бегуньи.

Насколько я понял, это были мама с сестрой. Думаю, что только эти постоянные тренировки (а, возможно, не только они, но и другие тренировки) позволяли этой упорной девушке держать себя хотя бы в этих рамках.

Хотя, генетика — упрямая штука… При такой родне нужно прилагать неимоверные усилия, чтобы держаться.

За пару лет мой ритм жизни вернулся в привычное русло, я снова стал бегать в Сосновом Бору, а больше не посещал Легкоатлетический Манеж.

Но мне хочется верить, что всё у той упорной девушки хорошо!

P.S. кемеровчане, может кто знает эту девушку? Как у неё сложилась судьба за эти десять лет? Победила она полноту или не смогла?

Рассказ «Русский характер» Толстого был написан в 1944 году. Это история о том, как главный герой, пережив тяжелое ранение на войне, смог преодолеть себя, свои страхи и комплексы, и вернуться к полноценной жизни. Настоящую поддержку, любовь и заботу он нашел у близких, не отвернувшихся от него в тяжелую минуту.

Рекомендуем читать онлайн краткое содержание «Русский характер» на нашем сайте. Пересказ повести Толстого будет полезен для читательского дневника и подготовки к уроку литературы.

Главные герои

Егор Дремов – лейтенант, танкист, простой деревенский парень, отважный боец.

Другие персонажи

Марья Поликарповна – мать Егора, добрая, любящая женщина с чутким сердцем.

Егор Егорович – отец Егора, строгий мужчина, прививший сыну правильные жизненные ценности.

Катя Малышева – невеста Егора, очень красивая, любящая девушка.

Чувилев – сослуживец Егора, спасший его от верной смерти.

До войны Егор Дремов был обычным деревенским парнем, которого родители воспитали в строгости и уважении к своим корням, к своей Отчизне. Егор был хорошим товарищем, он «чрезвычайно уважал и любил мать, Марью Поликарповну, и отца своего, Егора Егоровича». Кроме того, у молодого человека «была невеста из того же села на Волге», которую он очень любил.

Егор был очень скромным человеком, и даже во время затишья, когда солдаты судачили о разном, он редко упоминал и невесту свою, и совершенные боевые подвиги. Лишь благодаря водителю Чувилева сослуживцы Егора узнали о том, каким неизменно отважно и храбро он проявлял себя во время атак.

Так и воевал молодой лейтенант, «покуда не случилось с ним несчастье». Во время очередного сражения танк Дремова загорелся. Егора спас водитель Чувилев, который успел вытащить его из танка до того, как тот со страшной силой взорвался. Чтобы потушить огонь с лица и тела боевого товарища, он принялся кидать на него пригоршнями рыхлую землю.

К удивлению медиков Егор не только выжил, но и не утратил зрение, «хотя лицо его было так обуглено, что местами виднелись кости». Он пролежал на больничной койке восемь месяцев, в течение которых ему одну за другой проводили пластические операции. В итоге танкисту восстановили «и нос, и губы, и веки, и уши», но внешность его была навсегда обезображена. Ему оформили инвалидность, однако Дремов настоял на том, чтобы вернуться на фронт. Генерал вынужденно согласился, но перед этим оформил лейтенанту «двадцатидневный отпуск для полного восстановления здоровья».

Дремов отправился в родную деревню. Его терзала мысль о том, какое впечатление он произведет на родителей, а потому при встрече с матерью представился лейтенантом Громовым, якобы привезшим новости о ее сыне. Марья Поликарповна не узнала в изуродованном бойце своего касатика. Не узнал Егора и родной отец. Лейтенанту было горько оттого, что самые близкие, дорогие люди не признали его. Тяжелой оказалась и встреча с Катей. Егору так хотелось поцеловать «теплые светлые волосы» своей невесты! Когда же он заметил, какое впечатление произвел на девушку своим изуродованным лицом, то «твердо решил уйти» навсегда.

Дремов вернулся в полк, и вскоре получил от матери письмо, в котором она умоляла развеять ее сомнения – женщина почти не сомневалась, что это гостил их сынок. Егор во всем признался родителям, которые с большой радостью и облегчением приняли его. Не отказалась от Егора и красавица Катя, давшая ему обет верности и любви. Так в сложные минуты раскрылись во всей красе русские характеры.

Своим произведением Алексей Николаевич Толстой хотел напомнить, какой красотой и внутренней силой обладают русские люди, способные в трудные времена противостоять всем бедам и горестям.

После ознакомления с кратким пересказом «Русский характер» рекомендуем прочесть произведение в полной версии.

Тест по рассказу

Проверьте запоминание краткого содержания тестом:

Рейтинг пересказа

Восстановление ощущения собственного «Я», то есть самоидентификация народа, пребывавшего в долголетнем беспамятстве, — это, прежде всего, возрождение исторической памяти и национального самосознания. Чтобы понять, кем мы являемся сейчас, нам необходимо осознать, какими мы были, в том числе, — каким был русский национальный характер. Более всего о характере народа свидетельствует его историческая судьба. Здесь следует повторить очевидные исторические факты, которые в силу господствующих предрассудков вовсе не очевидны для общественного мнения — и отечественного, и зарубежного. Ни один цивилизованный народ не выжил в подобных — невиданно трудных климатических, природных и геополитических условиях, освоив, при этом, наибольшие в истории пространства, сформировав самое большое в мире государство, не уничтожив и не поработив ни одного народа, создав великую культуру. Совершенно очевидно, что народ, совершающий эти беспрецедентные деяния, обладает уникальными качествами.

Судя по всему, восточнославянские племена, способные освоить наиболее суровые на Евразийском материке пространства, изначально отличались характером динамичным и трудолюбивым, выносливым и упорным, храбрым и буйным. Русскому человеку генетически передались противоречивые свойства славянского эпилептоидного типа характера (по определению Ксении Касьяновой). Эпилептоид в обычных ситуациях спокоен, терпелив, основателен и запаслив, но способен к срыву в раздражающей ситуации, если долго давить на него — он взрывоопасен. Он сам задает свой темп жизни и целеполагание, стремится действовать в собственном ритме и по своему плану. Ему присущи основательность, последовательность, упорство в достижении цели, могущее переходить в упрямство. Такой народ выделяет лидеров или вождей-организаторов, которые либо воспринимают общенациональные интересы и с невероятным упорством стремятся к их реализации, либо маниакально навязывают народу свои представления. Эпилептоидному характеру свойственны замедленные реакции, некоторая «вязкость» мышления и действий (русский мужик задним умом крепок). В спокойных состояниях эпилептоидный тип склонен к легкой депрессии: вялости, апатии, плохим настроениям и пониженному тонусу деятельности, что характеризовалось как русская лень. Переключение на другой вид деятельности происходит с трудом, а мобилизация сил для этого — замедленна, ибо требуется время для «раскачки», привыкания к новым обстоятельствам. Но в результате русский человек давал адекватный ответ вызовам судьбы, ибо от природы талантливый народ веками оттачивал свой ум и смекалку в труднейшей борьбе за выживание. Именно поэтому русский долго запрягает, но быстро едет. По сравнению с европейцами, русские более сдержанны в своих проявлениях, но и более постоянны в своих состояниях — как в спокойствии, так и в буйстве.

Доминирование эмоциональной сферы у эпилептоида чревато тем, что в аффективном состоянии у него отказывают предохранительные психические механизмы и нравственные барьеры. Буйная природа славянина укрощается православным воспитанием. Православные обряды, традиционные ритуалы, а также взыскующий государственный уклад компенсировали недостаток внутренней энергии в спокойных околодепрессивных состояниях или гасили избыток энергии в ситуациях эмоциональных перегрузок и срывов, выравнивали эмоциональные циклы, свойственные эпилептоиду, вовремя мобилизовывали или переключали энергию на актуальную сферу деятельности. Привычки-ритаулы «раскачивали» эпилептоида в состояниях «зависания», экономили его силы, мягко переключали его на повседневную деятельность. Праздничные обряды украшали жизнь, выравнивали и укрепляли ее профилактической разрядкой, разгрузкой психики. Но при разрушении традиционного жизненного уклада народ впадал в смуту и праздники заменялись непробудным пьянством и разгулом.

Может быть, только народ с подобным характером мог приспособиться к суровым неустойчивым климатическим и геополитическим циклам северо-востока Евразии. Но за счет потерь и приобретений, за счет усугубления некоторых трудностей характера. Слабости и болезненные качества компенсировались жизненным укладом: русский образ жизни является продолжением русского характера и наоборот. Но когда рушились традиции и связи с глубинными национальными ориентирами, — русский человек терял себя, деградировал, отдавался ложным авторитетам или утопиям. Ощущение бессмысленности жизни для русского человека страшнее любых испытаний. Периоды смуты в русской жизни всегда вызывались разрушением государственности и попранием традиционных устоев со стороны правящих сословий. При этом русскому человеку более свойственны определенные болезненные формы: искаженная жертвенность, нигилизм как стремление к разрушению и самоистреблению, где секуляризованная апокалиптика вытесняет христианскую эсхатологию. Европеец в мании устраивает железный порядок у себя и стремится поработить всех вокруг. Русский же, потерявший традиционные устои, одержимо разрушает все вокруг, самосжигаясь, — подобное почти не встретишь в Европе.

Генетически русский человек склонен к индивидуализму и замкнутости. Но воспитание православной соборной культурой привило народу ценностную мотивацию долга, в отличие от рациональной мотивации пользы, доминирующей на Западе. В нашем обществе поведение людей оценивается более не по результату, а соответствием принятым нормам, действия — не пользой, а правильностью. Это связано с сильным соборным самоощущением — своего единства с социальным и национальным целым и своего органичного места в нем. Поэтому соборные мотивы действий ради земли, мира или во имя общего дела всегда оказывались доминирующими. Среди русских людей нередок тип, который стремится к самоотречению и даже героической жертвенности, которая не может принести индивидуальной выгоды. При этом он интуитивно убежден, что действия по справедливости соответствуют какой-то высшей выгоде. И действительно, только служение высшему долгу и способность самопожертвования, в конечном итоге, приносят обществу несравненно большую пользу, что может отозваться — рано или поздно — возвышенной выгодой и для самого действующего. Ну а если не дастся здесь, то непременно воздастся свыше. Эта метафизическая уверенность и духовное самоудовлетворение воспитаны Православием. Русское общественное мнение, как правило, высоко оценивает подвижников, ибо они будят присущие нам культурные религиозные архетипы.

Необходимость самосохранения в суровых условиях и взыскательные религиозные идеалы воспитывали сдержанность, самоограничение, аскетизм, приоритет духа над плотью. Своеобразие национального характера русского народа в том, что он не способен воодушевиться потребительскими идеалами, ибо русская культура мало ориентирована на материальные блага. Среди русских не было распространено накопительство, стремление к обогащению любой ценой, а в общественном мнении достоинства человека оценивались больше по внутренним качествам, а не по материальному положению. Принцип аскетической достаточности и самоограничения действовал даже в редкие периоды благополучия – во имя накопления сил в суровой борьбе за выживание и для более насущных духовных интересов. Поэтому русская культура мало ориентирована на производство и накопление материальных благ. Русский человек, в отличие от европейцев, не способен все силы бросать на материальное процветание, на обустройство своего быта и поддержание стерильной чистоты. Для нас более характерно стремление разгрести природный хаос, усмирить стихии ровно настолько, чтобы самосохраниться и сохранить силы для главных вопросов жизни – проявляемых в разной форме на различных ступенях культуры, но неизменно духовных, небесных, вечных. Достижения в материальной области возможны для русского человека только в том случае, если они являются функцией более высоких целей: защиты Родины, освоения земных просторов, реализации социального идеала или индивидуальной самореализации. Русские больше склонны к поиску смысла жизни, но и больше страдают от утраты священного в жизни, от бессмысленности существования.

Вопреки расхожим мнениям о русском варварстве и жестокости — русская история добродетельнее европейской, а общественная мораль — взыскательнее. На Руси в принципе были невозможны индульгенции, инквизиция, скальпы, в православной жизни нельзя представить разврата, какой царил в монастырях католической Европы и в Ватикане, невозможно обнаружить такого падения нравов, какое было распространено в европейских городах эпохи Гуманизма, либо массовой кровавой бойни, как в Варфоломеевскую ночь во Франции, при Столетней войне в Германии, при сжигании «ведьм» по всей Европе. При этом русские летописи нелицеприятно называют зло — злом, европейцы же — при всех злодеяниях у себя в Европе и при истреблении аборигенов на всех материках — считали себя самыми цивилизованными в мире. Присоединяя огромные территории и множество народов, русские проявляли невиданную для Европы национальную и религиозную терпимость. Народ соборной природы веками воспринимал и ассимилировал многие культуры. Вместе с тем неизменно переваривал чужеродные архетипы, насаждаемые элитой, правящим слоем, глухо им сопротивляясь, приспосабливаясь, но сохраняя собственную духовную конституцию.

Русский народ обладает невиданной выживаемостью в труднейших условиях, а значит, умением приспосабливаться к ним через формирование себя, а не через разрушение окружающего мира. Такому народу свойственно невероятное упорство и несгибаемость в исполнении своей исторической миссии. Народ способен на невиданное долготерпение, но только если жизненные тяготы обоснованы высшими целями. Он может выдержать огромные лишения, но не выживет при потере смысла жизни. Русский человек мало отзывчив на всякого рода радикальные реформы: он любит хранить, а не разрушать. Более того, долготерпение кончается как раз тогда, когда долго насильственно рушится традиционный образ жизни и попираются традиционные ценности.

При отсутствии мобилизующего органичного национального идеала русский народ увядал. В этом случае насаждению властями враждебного образа жизни народ сопротивлялся пассивностью, безучастием, проявляя творческий динамизм только на направлениях, приближенных к его жизненному интересу. Народ предпочитал вымирать, нежели принимать совершенно чуждые формы жизни. Так было в коммунистический период, эти тенденции проявлялись и в девяностые годы ХХ века. Отсюда понятно, насколько спасителен для русского народа органичный национальный идеал, который укажет общенациональные цели, мобилизует национальный дух и пробудит энергию жизни и борьбы.

Русскому народу свойственна сверхмобилизация в экстремальных и демобилизация в обыкновенных ситуациях, что тоже диктовалось необходимостью самосохранения. Маятник мобилизация-демобилизация соответствовал нестабильным циклам сурового Евразийского континента. Периоды бездействия и необыкновенного терпения долговременной тяжкой ситуации могли внезапно смениться либо бурной деятельностью, либо бунтом. Русский человек мало способен мобилизоваться ради корыстных материальных целей, но он совершает сверхусилия во имя высоких идеалов: сохранения Родины и священных для него ценностей либо выполнения глобальной исторической миссии. Такой народ может терпеть многие мытарства и унижения от собственной власти, но при смертельной опасности извне — он непобедим. Будучи поверженным от внешнего врага — как при татаро-монгольском нашествии, или от врага внутреннего — при коммунизме, народ, понеся великие жертвы при сопротивлении, находил в себе силы самосохраниться и «переварить» враждебную силу. По видимости приспосабливаясь к ней, а по существу постепенно меняя ее природу и приспосабливая, в конце концов, к собственному национальному архетипу. Поэтому из всех катастроф Россия чудесным образом выходила более сильной, чем она была до них.

Причины российской катастрофы 1917 года были по преимуществу внешними, и духовные яды в национальный организм были принесены извне. Вместе с тем, некоторые черты русского характера оставляли народ беззащитным перед коварнейшими в истории духами зла. Коммунистический режим за десятилетия протравил душу народу, изменив к худшему многие исконные черты характера, выжигая достоинства и усиливая пороки. «Давние черты русского характера (какие добрые — потеряны, а какие уязвимые — развились) сделали нас беззащитными в испытаниях ХХ века. И наша когдатошняя всеоткрытость — не она ли обернулась и легкой сдачей под чужое влияние, духовной бесхребетностью? Так горько сказалась она недавно на отталкивании наших беженцев из республик. Поражает эта бесчувственность русских к русским! Редко в каком народе настолько отсутствуют национальная спайка и взаимовыручка, как отсутствуют у нас. Может быть, это только нынешний распад? Или свойство, врезанное в нас советскими десятилетиями? Ведь были же у нас веками дружнейшие братские артели, была живая общинная жизнь, может быть, это восстановимо? Русский характер сегодня — весь закачался на перевесе. И куда склонится? Мы утеряли чувства единого народа» (А.И.Солженицын).

Понятно, что русский народ в борьбе за самосохранение в смертельно опасной ситуации потерял некоторые присущие ему достоинства, приобрел как положительный, так и отрицательный опыт. Но, поскольку он жив, ему удалось сохранить те свойства, которые являются основой его самоидентификации. Конечно же, многие из них изменились, некоторые до неузнаваемости. Даже к началу ХХI века жизнь большинства жителей России остается на грани выносимого. Так в сельской местности центральной России каждая десятая семья живет на уровне нищеты. Около шестидесяти процентов населения очевидно бедны, выбирая ответ. То есть, уровень жизни семидесяти процентов сельского населения и до сего дня является не удовлетворительным. Выжить в этих условиях можно только свернув потребности почти до нуля. Традиционно аскетичный русский характер в этих условиях проявляет уже запредельную аскетичность.

В лагерных условиях для выживания зэк стремился предельно минимизировать потребности и экономить силы при всякой возможности. Когда жизнь семидесяти процентов населения приближена к лагерным условиям, это не «лень», а стремление к самосохранению. Жизненный инстинкт подсказывает людям, что всякое напряжение в условиях, когда бедствует большинство населения огромной страны, скорее всего не даст результатов, а кончится надрывом. Поэтому абсолютное большинство крестьян убеждено, что их личное благосостояние зависит от того, каково состояния всей страны. Как и испокон веков, ныне соборное чувство подсказывает русскому человеку, что и благоденствие, и невзгоды можно пережить только всем миром. В этом соборном жизнеощущении чувство большой родины неотделимо от чувства родины малой — вплоть до своего села, своих соседей.

Многие века суровых условий приучили русского человека к постепенным проверенным изменениям форм жизни, ибо резкие реформы чреваты разрушением зыбкого равновесия сложившегося уклада. А перманентные революции на селе при коммунистическом режиме и леберал-большевиках девяностых годов еще больше заставили бояться резких перемен. Те здравые хозяйственники, которые хотят сегодня возродить сельскую жизнь, принуждены опираться на неискоренимые свойства национального характера. В частности, приходится считаться с распространенным воровством, но не у соседа (ибо соседи — это микросреда общего выживания, только на них можно опереться в трудную минуту), а у государства или у обогатившихся фермеров.

В характере современного обездоленного сельского жителя можно увидеть признаки противоречий и полярностей, которые сформировались в экстремально тяжких и нестабильных условиях выживания, противоречиво изменчивых жизненных обстоятельствах, которыми преисполнено большинство исторических периодов. Вместе с тем, в русском крестьянстве до сего дня обнаруживаются свойства фундаментальных архетипов национального характера: соборность, общинность, уживчивость, степенность, осторожность, эмоциональность, интуитивность, неотмирность или мистический прагматизм, амбивалентность.

Таким образом, в более-менее нормальные периоды истории эти качества выражались в возвышенных и творческих формах. В невыносимо же трудные времена (которыми преисполнена русская судьба) свойства характера подавлялись, редуцировались, но и измененные до неузнаваемости они оставались основой выживания. При этом в условиях экстремальных, которые выжигали многие качества характера, национальная психея боролась за выживание, мобилизуя свойства своего фундамента — соборного, общинного генотипа, — проявляя чудеса сопротивления самым жестоким невзгодам, свойства выживания вопреки всему, всем миром разделяя невзгоды, потери, удачи и победы. Но как только преодолевалась угроза существованию, народ выделял из своей среды сильные творческие индивидуальности, которые становились носителями новой волны пассионарности, совершали творческие прорывы, водительствовали народными стихиями, были первопроходцами и первооткрывателями в различных жизненных сферах, предприимчивыми оборотистыми осваивателями новых форм жизни. Основная же масса народа по законам маятника экстремального выживания (сверхмобилизации — демобилизации) расслаблялась после смертельного сверхнапряжения до напряжения обыденной — вовсе нелегкой жизни, в формах консервативных, охранительных, надежность которых проверена многими поколениями. Ибо любое отступление в сторону сомнительной новизны грозило разрушить напряженно-зыбкий устоявшийся уклад, что неминуемо добавляло бедствий. По этим причинам русскому человеку свойственно относиться с подозрением к «выскочкам», которые отбиваются от коллектива. Но если это оказывался сильный человек, которому удавалось подвигами, служением, работой или творчеством завоевывать народное доверие и любовь, он становился общепризнанным неформальным лидером. Вожди, герои и праведники неотделимы в общенациональной судьбе от тружеников земли русской.

Отношение индивидуализма и коллективизма в нашем обществе достаточно своеобразно и до сего дня. По данным современных социологических опросов большинство русского общества склоняется в пользу коллектива, а не личности. Коллектив — это родственники, коллеги по работе, соседи; своей группе люди склонны доверять, с ее мнением необходимо считаться. По отношению к членам чужой группы у нас ведут себя более свободно, нередко попросту их игнорируют. «Проявлением этого является, например, шокирующий европейцев контраст между чуткостью русских по отношению к знакомым и их бесцеремонным хамством в общественном транспорте» (А.Фенько). В коллективистском сознании русского человека первое место занимают интересы своей семьи, уважение к родителям, счастье и благополучие детей, в то время как профессиональный успех, независимость, творчество, самосовершенствование и приятное времяпрепровождение отодвигается на второй план. До сих пор вопреки вестернизации последних десятилетий, подавляющее большинство считает, что родители должны помогать взрослым детям (70%), дети обязаны согласовывать с родителями, как тратить заработанные деньги (60%), и получать их одобрение, прежде чем жениться (63%). Но, вместе с тем, русские люди не являются стопроцентными коллективистами, ибо больше половины считают, что личные интересы являются главными для человека, и только 40% согласны ограничить свои интересы в пользу государства и общества. С одной стороны, несмотря на все испытания, архетип соединения индивидуалистических и коллективистских тенденций сохраняется в своей основе. Но уродливый образ жизни при коммунизме и либерал-большевиках девяностых годов уродует их проявления: индивидуалистическая энергия вытесняется в антиколлективистские сферы деятельности, а коллективистской воли хватает только на совместное сопротивление навязываемой чуждости.

Русский человек более других народов являлся конформистом по отношению к «своей» группе, к которой помимо близких и соседей относились представители сакральных центров — Церкви и верховной власти. В отношениях же ко всему, что давило и принуждало к постылому напряжению — к другим и высшим сословиям, к представителям власти и господствующим там взглядам и мнениям — русский человек всегда жил в той или иной степени в несогласии. Чем более чуждыми были господствующие социальные нормы, тем больше проявлялось глубинное несогласие и пренебрежение к ним. Но в те времена, когда власть олицетворяла общенациональные интересы, она пользовалась общенародным признанием и поддержкой. В те периоды истории, когда творческая индивидуалистическая активность русского человека полностью подавлялась властью, она реализовывалась в формах чудачества и самодурства. Но коллектив всегда относился к ним с любовью именно потому, что видел в этом попытки самосохранения творческой индивидуалистической энергии, которая пробудится и органично проявится, как только появятся для этого условия, как только жизнь станет более или менее сносной.

Вопреки невиданным историческим испытаниям русский национальный характер в основах своих неистребим, до тех пор, пока жив народ: «исследования последнего десятилетия убедительно доказывают, что базовые ценности нашего народа остаются традиционными… В иерархии ценностей населения России, безусловно, лидируют те, что связаны с мироощущением человека, такие как «спокойная совесть и душевная гармония». В числе аутсайдеров оказались «власть», «признание» и «успех». Даже в такое исключительно сложное время, как последние годы, среди респондентов не произошло роста значимости ценностей материального благосостояния. То, что система ценностей в России оказалась весьма устойчивой, вселяет веру в наш народ, который, несмотря ни на какие развращающие его либеральные СМИ, в массе своей сохранил способность различать добро и зло» (Н.Я.Лактионова). Таким образом, всем, кому жить в России, надо признать, что достоинства русского национального характера — становой хребет нации — необходимо оздоровлять и наращивать в первую очередь, — опять же всем миром.

Поэтому в периоды смут и развала органичного жизненного уклада среди русских резко увеличивается число самоубийств и пьянство.

Основные национальные архетипы сохранились до сего дня, пережив западничество дореволюционного правящего слоя, западничество марксистов, западничество современных демократов. Народ в основе своей не принял ни коммунистическую утопию, ни западническую утопию, и на сегодняшний день, можно сказать, не отозвался на агрессивную националистическую, шовинистическую идеологию.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *