Слова под титлами в старославянском

Материал из OrthoWiki

Перейти к: навигация, поиск

Алфавит

В церковнославянском языке алфавит состоит из 40 букв, большая часть которых по написанию и произношению соответствует русским буквам. Каждая буква церковнославянского языка имеет свое традиционное название.

По-разному пишутся, но одинаково произносятся следующие буквы и сочетания букв:

  1. в v
  2. е є э
  3. з ѕ
  4. и і m v3 Ђ
  5. о o w q
  6. u у
  7. ф f
  8. t от
  9. я z
  10. x кс
  11. p пс

Церковнославянский алфавит был создан на базе греческого. Этим объясняется наличие ряда букв (f w x p v), избыточных для передачи славянской речи. Греческим влиянием объясняется и правило, согласно которому сочетание гг читается как , а сочетание гк — как , например: є3vaггеліе, сmгкли1тъ.

Буква э употреблялась для передачи особого гласного звука, представленного во многих славянских диалектах. В некоторых диалектах русского языка имеются различающиеся звуки э и е. На Западной Украине при чтении обычных церковнославянских текстов э под ударением произносится как .

Надстрочные знаки и знаки препинания

В церковнославянском языке используются особые значки, которые ставятся выше уровня строки и называется надстрочными. Это знаки ударения, особый знак придыхания и знаки сокращения слова. Строгая система употребления надстрочных знаков возникает довольно поздно. Древнейшей рукописью с проставленными знаками ударения является Чудовский Новый Завет (середина XIV в.), новый перевод с греческого на славянский, выполненный, по преданию, святителем Алексием, митрополитом Московским. Окончательно система надстрочных знаков формируется к началу XVIII вв.

Знаки ударения

В церковнославянском языке ударение бывает трех видов:

  • a — острое ударение, или nxjz
  • A — тяжелое ударение, или варjz
  • † — облегченное ударение, или кам0ра

Различие знаков ударения не связано с особенностями произношения. Так, слова рaбъ и р†бъ, землS и землs читаются одинаково. Церковнославянские знаки ударения заимствованы из греческого. Острое ударение ставится над гласной в начале и середине слова, например ѓдъ, сотвори1ти. Тяжелое ставится в том случае, если слово оканчивается на ударную гласную, например распни2 є3го2. Однако если после такого слова стоят слова: бо, же, ли, мz, ми, тz, ти, сz, си, ны, вы, не имеющие собственного ударения, то на предыдущем гласном сохраняется острое ударение, например:землs же бЁ неви1дима и3 неустр0ена .

Облегченное ударение служит для того, что бы различить формы единственного числа и формы множественного (двойственного) числа. Например:

  • цaрь (И. ед) — ц†рь (Р. мн.)
  • царS (Р. ед) — цар‰ (И. или В. дв.)

Знак придыхания

Если слово начинается с гласной, то над этой гласной ставится знак придыхания, который по-славянски называется звaтельцо: ґ. Этот значок никак не произносится. В славянских текстах он появился в связи с ориентацией на греческую орфографию. В древнегреческом языке знаки придыхания влияли на произношение.

Знак придыхания может совмещаться со знаком ударения. Сочетание этих знаков имеют специальные названия. Сочетание острого ударения и придыхания ѓ называется и4со, а сочетание придыхания с тяжелым ударением а5 называется ѓпострофь

Знаки титла

Ряд слов в церковнославянском языке пишутся не полностью, а сокращенно. Сокращения выделяются при помощи специального знака, который называется знаком титла. Под титлом пишутся слова, относящиеся к сакральной сфере, т.е. обозначающие священные, почитаемые предметы, например бGъ — Бог, бцdа — Богородица, сп7съ — Спас.

В некоторых случаях знак титла используют для того, чтобы отличить Бога (это слово пишется под знаком титла, когда речь идет о Боге, в Которого веруют христиане) от языческих богов (в этом случае б0гъ, б0зи пишется без знака титла). Точно так же, когда речь идет об ангелах Божиих, то слово ѓгGлъ пишется под знаком титла, а если говорится о падшем ангеле, сатане, то слово ѓггелъ пишется полностью без знака титла и читается .

Имеется несколько вариантов знака титла:

Знаки препинания

В церковнославянском языке правила постановки знаков препинания менее строгие, чем в русском, т.е. в одном и том же случае могут стоять разные знаки, а может и вообще отсутствовать какой-либо знак препинания. Следует обратить внимание на наиболее значительные отличия церковнославянских знаков препинания от современных русских:

  • Точка с запятой в церковнославянском языке указывает на вопросительную интонацию, т.е. выполняет те же функции, что и знак вопроса в современном русском языке: маловёре, почто2 ўсумнёлсz є3си2; — Маловерный, почему ты усомнился? .
  • В богослужебных книгах вместо часто повторяющихся молитв и возгласов приводятся только первые слова. Так, вместо возгласа Слaва nц7Y и3 сн7у и3 с™0му д¦у, и3 нhнэ и3 при1снw и3 во вёки вёкHвъ, ґми1нь приводятся слова Слaва, и3 нhнэ:. При этом вместо многоточия ставится двоеточие. Если в богослужебной книге написано Џ§е нaшъ:, то в этом месте целиком читается молитва Отче наш .
  • Мы видели, что в церковнославянском языке знак <;> (точка с запятой) соответствует вопросительному знаку современного русского языка. В функции точки с запятой в церковнославянском языке выступает точка, которая в этом случае называется малой точкой. По размеру она ничем не отличается от обычной точки, однако после нее предложение продолжается с маленькой буквы.
  • Строгих правил постановки запятых в церковнославянском языке нет. Но запятые, как и в современном русском языке, помогают понять членение предложения и выделить его основные части.

Цифровые значения букв

В церковнославянских текстах не употребляются арабские и латинские цифры. Для записи чисел используются буквы церковнославянского алфавита, которые имеют числовые значения. В этом случае над буквой ставится знак титла.

№ — 1 } — 8 … — 60 µ7 — 400
в7 — 2 f7 — 9 o7 — 70 ф\ — 500
G — 3 ‹ — 10 п7 — 80 ¦ — 600
д7 — 4 к7 — 20 § — 90 p\ — 700
є7 — 5 l — 30 R — 100 t\ — 800
ѕ7 — 6 м7 — 40 200 ц7 — 900
з7 — 7 н7 — 50 ™ — 300 ¤а — 1000

Если число записано двумя или более буквами, то знак титла, как правило, ставится над второй буквой от конца.

Летосчисление может вестись как от Рождества Христова, так и от сотворения мира. Временной промежуток между этими событиями, по церковному преданию, равен 5 508 годам. Следовательно, если дата указана как ¤з7ф (7 500), то это обозначает 1992 г. от Рождества Христова или же по-славянски ¤ац§в

Национальный корпус русского языка

URL: Коммерческий:

нет

Тип сайта:

образовательный/научный проект

Регистрация:

Нет

Язык(и):

русский/английский

Расположение сервера:

Россия

Начало работы: Текущий статус:

Работает

Национа́льный ко́рпус ру́сского языка́ — общедоступный для поиска электронный онлайновый корпус русских текстов. Открыт 29 апреля 2004 года в Интернете по адресу http://ruscorpora.ru/.

Составители

Работы по созданию Корпуса были начаты в 2001 году группой лингвистов из Москвы, Санкт-Петербурга, Воронежа и других городов.

В программе по созданию Национального корпуса русского языка участвуют специалисты следующих организаций:

  • Институт русского языка имени В. В. Виноградова (ИРЯ РАН)
  • Институт языкознания РАН (ИЯз РАН)
  • Институт проблем передачи информации им. А. А. Харкевича РАН (ИППИ РАН),
  • Институт лингвистических исследований РАН (ИЛИ РАН) в Санкт-Петербурге (совместно с Санкт-Петербургским государственным университетом (СПбГУ)).
  • Воронежский государственный университет..

Сайт Корпуса и поиск по нему поддерживаются компанией «Яндекс», сотрудники которой принимали участие также в разработке программного обеспечения Корпуса. Доступ к ресурсам НКРЯ бесплатен.

Состав корпуса

В Корпус входят как письменные тексты (художественные, мемуары, публицистика, научная, религиозная литература, повседневная печатная продукция), так и записи устных текстов (публичной речи и частных бесед).

В корпус также входят подкорпуса поэтических и диалектных текстов, корпуса параллельных текстов (для следующих языков доступны параллельные корпуса с русским: английский, немецкий, украинский, белорусский; размещены также 10 многоязычных текстов, переведённых на 10-20 языков каждый), отдельный газетный корпус (материалы СМИ начала XXI века), церковнославянский корпус (богослужебных тексты, современные (XIX-XX век) и более ранних периодов), синтаксический, акцентологический, мультимедийный и обучающий подкорпуса. Объём основного корпуса на январь 2012 года составляет 209 млн словоупотреблений, а общий объем корпусов – 364 млн словоупотреблений.

Тексты снабжены морфологической и семантической разметкой.

См. также

  • Списки частотных слов русского языка
  • Частотный словарь

Примечания

Ссылки

  • Официальный сайт

Продолжаем публикацию отрывков из пособия по орфографии церковнославянского языка, которое составлено доктором филологических наук, профессором Сретенской духовной семинарии Л.И. Маршевой (из книги «Орфография церковнославянского языка», выпущенной издательством Сретенского монастыря).

Помимо буквенных орфограмм, находящихся в строке, – строчных знаков, церковнославянский язык располагает разветвленной системой надстрочных (диакритических) знаков, которые являются хотя и специфическими, но обязательными элементами правописания.

В богослужебных текстах можно встретить три основных вида диакритических знаков, которые ставятся исключительно по традиции, восходящей по преимуществу к древнегреческому языку, и никак не связаны с особенностями произношения.

1. Знаки ударения

Подавляющее большинство церковнославянских слов графически отмечается ударением.

Знаком ударения выделяется ударный слог в слове.

При этом нужно учитывать несовпадения современного русского и церковнославянского ударений: избавúтель – .

Есть три вида ударений, которые, интонационно ничем друг от друга не отличаясь, демонстрируют место ударного гласного:

1) острое ударение () – ставится над ударным гласным в начале или середине слова: .

2) тупое (тяжелое) ударение – ставится, если ударная гласная является самой последней в слове: .

Для правильной постановки ударения нужно помнить следующее.

1. Буквы (ер, ерь, и с краткой) – гласные, что сказывается на постановке ударения: – ударение острое, ибо слог считается не последним (каким он является в современном русском языке), а предпоследним.

Особенно показательны здесь слова, которые в современном русском языке односложны: (пишутся с острым ударением).

2. В остальных односложных словах (не оканчивающихся на ) ударение тупое: .

3. Иногда после слова, оканчивающегося на ударный гласный, то есть с тупым ударением – , стоят частицы или краткие формы возвратного и личных местоимений . Они соединяются с предыдущей единицей в одно целое, составляя фонетическое слово, и утрачивают ударение. И, следовательно, тупое ударение первого слова «превращается» в острое, так как ударным становится не последний, а предпоследний слог: . Ср.: – местоимение отмечено тупым ударением, так как предшествующее слово имеет акцент на предпоследнем слоге.

4. Служебные слова, состоящие из одного слога, лишены ударения:

6. Есть здесь пример, связанный с различием в лексических значениях. Ср. «следовательно, значит, итак» – «так как, потому что, ибо».

3) облеченное ударение – ставится в тех формах двойственного и множественного чисел, которые по звучанию полностью совпадают с формами единственного числа (так же, как и в случае с буквами – см. правило 7 статьи 1).

2. Знак придыхания

Знак придыхания – – отмечает всякое, в том числе и однобуквенное слово, начинающееся с гласной буквы: .

3. Знаки титла

Титло – знак сокращения.

Исконная функция титл как сокращений весьма прагматична: они использовались для экономии места, а значит, для экономии писчего материала (прежде всего дорогостоящего пергамена).

Титла в церковнославянском языке выполняют две функции.

Во-первых, они указывают на то, что буква обозначает не звук, а число: – 2, – 20, – 200.

Во-вторых, они служат для сокращения слов. Усеченному написанию подвергаются в церковнославянском языке наиболее важные и употребительные слова, характеризующие христианское вероучение.

Существует два вида титл:

1) простые титла – слово сокращается, и на месте пропуска ставится особый знак: – благ, – Отец, – свят.

2) буквенные титла – слово сокращается, и на месте пропуска ставится не только особый знак, но и одна из усеченных букв (они называются выносными): – апостол.

Во многих случаях титлование играет символическую (семиотическую) роль, которая обусловлена лексическим значением слов: «христианский Бог» (всегда пишется сокращенно) – «языческий бог» (пишется полностью); «Богородица» – «мать обычных людей».

Отдельного рассмотрения заслуживает и такой пример. Существительное в значении «ангел Господень» пишется всегда только с титлом и читается не так, как написано, в отличие от «злой ангел, бес» – употребляется только в полной записи и читается по общим правилам. Надо отметить, что некоторые церковнославянские слова имеют вариантное титлование: – Богоблагодатный. Иногда сокращенная запись уступает место полной: – молитва.

Кроме того, титлование в книгах и на иконах резко отличается.

4. Другие диакритические знаки

1) Если первая гласная буква в словах является ударной, то над ней по правилам пишутся одновременно звательце и острое ударение. Это сочетание диакритических знаков называется

2) Комбинация тупого ударения со звательцем именуется

3) Иногда после префиксов (приставок) и предлогов ставится значок для обозначения пропуска буквы ер (ъ) –

4) Для того чтобы показать, что букву ижица – нужно читать как , над ней ставится знак .

5) К надстрочным знакам относится также – дужка над буквой (и с краткой): .

6)Для сносок используется

Эту страницу предлагается переименовать в Рус(ь)ка мова, Проста мова или Рутенский (письменный) язык.Пояснение причин и обсуждение — на странице Википедия:К переименованию/6 октября 2015.
Возможно, её текущее название не соответствует нормам современного русского языка и/или правилам именования статей Википедии.

Не снимайте пометку о выставлении на переименование до окончания обсуждения.
Дата постановки — 6 октября 2015.

Переименовать в предложенное название, снять этот шаблон

Западнору́сский язы́к (старобелорусский язык) — официальный письменно-литературный язык Великого княжества Литовского с XIV века по 1696 год. В его основу легли западные восточнославянские диалекты устного языка («старобелорусский» и «староукраинский»), которые использовались основной массой населения Великого княжества Литовского в повседневном общении, а также элементы церковно-славянского (преимущественно западнорусского извода) и польского языков.

Во времена своего официального употребления в Великом княжестве Литовском данный язык имел самоназвание «рус(ь)кий язык», «руска мова», «литовска мова» или «проста мова» (в отличие от церковнославянского). При этом следует отметить, что этими же терминами тогда обозначались и живые народные говоры славянского населения Великого княжества Литовского — раннеукраинская и раннебелорусская устная речь, которые могли заметно отличаться от письменного языка.

В историографии тех или иных государств письменный язык Великого княжества Литовского фигурирует под разными названиями:

  • в России: западнорусский язык, старобелорусский язык, западнорусский литературно-письменный язык, западнорусский письменный язык;
  • в Белоруссии: старобелорусский язык, старобелорусский литературный язык;
  • на Украине: староукраинский язык;
  • в Литве: русинский язык (лит. rusėnų kalba), канцелярный язык восточных славян;
  • в Польше: русский язык (польск. język ruski как обозначение языка Киевской Руси в отличие от польск. język rosyjski — «русский язык» России);
  • в западноевропейской литературе: рутенский язык (англ. Ruthenian language) как обозначение языка Киевской Руси.

Также в литературе встречаются и другие варианты названий:

  • канцелярский язык Великого княжества Литовского;
  • славянский язык Великого княжества Литовского;
  • литовско-русский язык;
  • южнорусский язык;
  • русинский язык.

Описание

Запись в ранней актовой книге № 1 Гродненского земского суда за 1556 год на западнорусском письменном языке: «Книги животные хто их γмее чытат муси тот много дбать»

Литературный язык Великого княжества Литовского сложился в актовой письменности на основе белорусских говоров вокруг Вильны (совр. Вильнюс) и/или центральных районов современной Белоруссии (согласно Я. Станкевичу — на южно-полоцких говорах, которые одновременно были восточными говорами центрального диалекта). Стоит при этом отметить,что в наиболее ранних актовых записях Великого княжества Литовского, относящихся к XIV-XV вв., преобладают диалектные черты украинского типа, но уже к концу XV в. они сменяются белорусскими. В XVI—XVII в. западнорусский язык характеризовался наибольшим разнообразием функций и сфер использования: это письменный язык этнического большинства княжества, язык закона, судопроизводства, великокняжеской канцелярии. На западнорусском письменном языке существовала значительная светская литература (см. Литература Великого княжества Литовского), а с середины XVI в. — и тексты Св. Писания. С 1583 г. в Виленской академии (основанной в 1579г.) «проста мова» являлась предметом изучения (наряду с латинским и греческим языками). Первые восточнославянские печатные книги были именно на этом языке (см. «Скорина, Франциск»). После объединения ВКЛ с Польшей западнорусский письменный язык как деловой и литературный постепенно вытесняется польским.

Следует отметить, что ассимилированные потомки переселившихся, а также вывезенных из Крыма в XIV в. пленных крымских татар использовали народный западнорусский язык в качестве богослужебного. Сохранившиеся до сих пор «китабы» являются ярким примером живой белорусской речи, записываемой в XVI в. арабским письмом

В 1571 году служащий канцелярии Гродненского земского суда написал для своих будущих преемников «Не потреба тут ничого писат». Позднее надпись была зачеркнута и отмечена другой фразой: «Але мне, што писал — насрат»

Украинские и русинские русофилы конца XIX — начала XX века, в том числе профессора Виленского университета Игнатий Данилович и Михаил Бобровский , предпринимали попытки возродить западнорусский язык. Про это писал российский генерал и военный юрист Павел Осипович Бобровский в книге «Русская греко-униатская церковь в царствование Александра I»:

в Западных губерниях возникла… малоизвестная партия, возглавляемая некоторыми профессорами Виленского университета, мечтавшими про «возрождение белорусского языка, на котором был издан Литовский статут»

Название языка

Западнорусский письменный язык (зелёным пунктиром) к концу XIV века

Термин «западнорусский письменный язык» является термином российской филологии и историографии, введённым в XIX веке в Российской империи.

Название «западнорусский» происходит от установившегося в российской историографии, после присоединения Великого княжества Литовского к Российской империи, понятия «Западная Русь» или «западнорусские земли», обозначающего земли Древнерусского государства, входившие в состав Великого княжества Литовского. Им противопоставляется понятие «Северо-Восточная Русь» — ядро современного Российского государства, — язык которой иногда называют старорусским. В российский филологии начала XX века было принято считать, что различие украинских и белорусских языковых норм незначительно, поэтому использовался обобщающий термин «западнорусский язык». В частности такой точки зрения придерживался Николай Сергеевич Трубецкой.

В ряде западных языков сейчас приняты названия также без разделения на белорусский и украинский варианты, который называется «рутенским языком», как производное от латинизированного названия Руси — Ruthenia: нем. ruthenische Sprache, англ. Ruthenian language. При этом когда речь идет по смыслу о диалектах западнорусского, то украинский диалект называют просто Ruthenian, а белорусский — White Ruthenian.

В польской историографической и языковедческой традиции этот язык называется польск. język ruski («ruski» это прилагательное от слова «Ruś» = «Русь» — как обозначения Киевской Руси), в отличие от польск. język rosyjski ‘русский язык’

По мере становления современных литературных белорусского и украинского языков, в XIX веке стали употребляться понятия «старобелорусский язык» и «староукраинский язык».

Термин «старобелорусский язык» был введен в научный обиход российским филологом-славистом Евфимием Карским в 1893 году на основании близости лексического строя западнорусского языка с народными белорусскими говорами XIX века. Современная белорусская историко-лингвистическая школа разграничивает введённое Карским определение «старобелорусский язык» и определение украинских учёных «староукраинский язык» по признаку территории, на которой были сложены те или иные литературные памятники, лексический состав которых насыщен лексикой (народными говорами) местного населения. Так, староукраинский язык рассматривается как украинский вариант того же языка, к которому относится часть литературных памятников времен ВКЛ, составленных на украинской этнической территории. Н. Мечковская в своей книге «Общее языкознание: Сущность и история языка», называет язык «старобелорусским» для всего ареала распространения. Некоторые украинские исследователи и публицисты распространяют наименование «староукраинский язык» на весь государственный язык Великого княжества Литовского. По мнению белорусских авторов особенности языка государственных текстов Великого княжества Литовского полностью характерны для современного литературного белорусского языка, и только частично — для литературного украинского. Стихийному наполнению церковнославянского языка лексическими элементами разных языковых систем, в особенности, белорусской, наиболее ярко поспособствовала типографская деятельность восточнославянского первопечатника Франциска Скорины и его идейных последователей Симона Будного и Василия Тяпинского.

Вопрос происхождения языка

Основоположником исследования происхождения западнорусского языка традиционно считаю Х.Станга, который опубликовал в 1939 году обширную монографию по данную вопросу, фактический материал которой исследователи изучают до сих пор Вопрос происхождения западнорусского языка по разному освещается в украинской и белорусской лингвистике из-за спора об языковом наследии. Российские лингвисты поддерживают своих украинских и белорусских коллег по отдельным тезисам, нежели чем по общей концепции.

Точка зрения российских лингвистов

Для российского лингвистического подхода к западнорусскому языку характерно считать, что его украинский и белорусский диалекты различались между собой несущественно и более древним является белорусский диалект, в частности такой точки зрения придерживался создатель фонологии Трубецкой. Академик Зализняк продолжая эту традицию российской филологии также разделяют точку зрения белорусской официальной лингвистики, что в западнорусском языке превалировал белорусский комплекс как оригинальный «полесский» вариант языка, а украинский комплекс выделился из него позднее в XVI веке, и поэтому язык следует называть «старобелорусским» и не придавать большого значения выделению его украинских и белорусских диалектов. Фактически доминирующее название «западнорусский язык» в российской филологии без оттенка этнической придлежности как и самоназвание языка «руска мова» отражает данные традиции в российской филологии.

Точка зрения украинских лингвистов

Профессор кафедры украинского языка Житомирского государственного университета, доктор филологических наук, Виктор Мойсиенко (Мойсієнко Віктор Михайлович) в 2007 году сделал обзор современных научных работ, который наиболее полно представлен в его докторской монографии и отражающий официальную точку зрения украинской лингвистики к которой примыкают полностью или частично значительное количество российских лингвистов. Виктор Мойсиенко пришел к следующим выводам:

  1. Западнорусский язык не происходит из разговорных языков ни одного из народов — белорусского или украинского. Понимание этого факта было известно в том числе составителям грамматик в самой Литовской Руси. Так, в грам­матике Иоанна Ужевича (1643 г.) письменный язык lingua sclavonica противопоставляется lingua popularis, т. е. устной народной речи.
  2. Западнорусский язык происходит из полеского диалекта древнерусского языка сформировавшегося XIV–XV вв. на границе будущих украинских и белорусских земель. С датировкой происхождения западнорусского из древнерусского в XIV-XVв в частности согласны академик Зализняк, проф. А.Д. Дуличенко, проф. В.М. Мокиенко, д-р филол. наук А.Ф. Журавлев, проф. О.В. Никитин. Полесской версии западнорусского языка придерживался и Я. Станкевич.
  3. Западнорусский язык до XVI века является «наддиалектным» в едином «полесском» варианте языка и поэтому невозможно установить этническую принадлежность автора. Михаэль Мозер отмечает, что наддиалектность со стиранием черт живой разговорной речи сохраняется даже до XVII века.
  4. С XVI в. по характерному употреблению слогов можно установить, что некоторые тексты на западнорусском написаны этническим украинцем. Со времени таких безусловных фиксаций черт «украинского комплекса» можно говорить о староукраинском варианте западнорусского языка.
  5. С XVI в. белорусский вариант остается приверженным оригинальному (полесскому) варианту западнорусского языка и в таком виде как старобелорусский отчетливо противопоставлялся староукраинскому варианту.

Как видим украинская лингвистика поддерживает точку зрения об том что «народные говоры» не служили основой для создания западнорусскойго языка, а главной основой был «древнерусский язык»

Точка зрения белорусских лингвистов

Белорусская лингвистическая школа традиционно считает западнорусский язык «старобелорусским», так член-корреспондент НАН Беларуси, доктор филологических наук, профессор А.И.Журавский в своем обзоре научных работ по их состоянию на 1978 год отметил:

  1. В письменности Великого княжества Литовского использовался язык на белорусской диалектной основе.
  2. Е.Ф. Карский в 1904 году установил, что в основе древнего актового языка лежит народный белорусский язык, которому писцы придали некоторую искусственность, внеся в него, хотя и не в значительной степени, стихии южнорусскую, церковнославянскую и польскую.
  3. Польский историк С. Кутшеба утверждал, что язык, который в старину употреблялся в королевской канцелярии и судах Великого княжества Литовского, был белорусский, смешанный с церковнославянским.
  4. Внесенная членом НАН Украины Ю. Шерехом поправка к концепции Х.Станга, что основой канцелярского языка Великого княжества Литовского были прежде всего центральные белорусские говоры, по существу лишь в деталях дополняет соображения X. Станга и принципиально не меняет положения
  5. В конце XV века канцелярский язык Великого княжества Литовского выступает как язык белорусский, который находится в наиболее близком отношении к белорусским говорам около Вильно. В этом языке постепенно растворился и полоцкий тип актового языка, который раньше выступал в виде самостоятельной формы. Как можно заметить по тезисам Журавского белорусская лингвистика в отличии от украинской в целом настаивает на эквивалентности понятий западнорусского языка и «стробелорусского», а также на более сильном влиянии народных говоров во время происхождения языка из древнерусского.

По этим тезисам видно, что отличие подхода белорусских лингвистов от украинских коллег в том, что белорусская лингивстическая школа в целом претендует на то, что было большое влияние народных полесских говоров при формировании западнорусского языка из древнерусского, а также уменьшении значимости позднее в XVI веке выделившегося «украинского комплекса».

Письменность

Первый Литовский статут (1529)Третий Литовский статут (1588)

В актовых записях канцелярии Великого княжества Литовского использовалась традиционная кириллица. В процессе сближения ВкЛ с Королевством Польским и нарастания влияния польской культуры, иногда применялась латиница. Литовские татары писали свои китабы и хамаилы белорусской арабицей, однако их язык был, видимо, более приближен к разговорному старобелорусскому языку, нежели современный им литературный старобелорусский письменный язык, поскольку традиционное правописание стирает особенности разговорного языка и не отражает их.

Пример языка

Замокъ Каневъскiй отъ полъ четвернадцати лѣтъ отъ пана Остафья Дашковича людьми добродревцы рубленъ зъ дерева соснового, але вже ветохъ, погнило и попадало будованья много, трудна на немъ не толко оборона, але и сторожа, бо не лза вже ходити по бланъкахъ: што не попадало, ишо и то ледви отъ ветру колышетъся.

— Описание Каневского замка, 1552// Архив Юго-Западной России, ч. VII т.1, Киев, 1886, стр. 92

Пример поэзии

В современной орфографии:

Полска квитнет лациною, Литва квитнет русчизною: Без той в Полсце не пребудешь, Без сей в Литве блазном будешь. Той лацина езык дает, Та без Руси не вытрвает. Ведзь же юж, Русь, иж тва хвала По всем свете юж дойзралаж Весели ж се ты, Русине, Тва слава никгды не згине! Ян Казимир Пашкевич, 22. VIII. 1621 Две сердца ся споили, меч их розрывает, Моц старожитных домов през тот осведчает, Которым варварскии гуфы не зровнали, Пойзри на гелм, обачиш, як ся потыкали. Котвицы теж веры статечнои знаком, Як кгды окрут на ветры умоцнен тройгаком. А крест церкви похвала, крест верным оброна, И тот есть Стеткевичов клейнот и корона. Претож их слава в небо, як стрела, възносити И на веки ся будет в людех голосити. Спиридон Соболь, На герб вельможных их милостей панов Стеткевичов

Западнорусский письменный язык после 1696 г.

Западнорусский письменный язык использовался на территории Гетманщины и после официального вывода его из сферы делопроизводства в Речи Посполитой (1696г.), вплоть до второй половины XVIII века в качестве языка официальных документов; в частности на нём написана личная корреспонденция многих гетманов, в том числе и Ивана Мазепы. В богослужениях и в церковной литературе при этом использовался церковнославянский язык.

Лингвистическая характеристика

Синтаксис

Синтаксис западнорусского письменного языка отличался от синтаксиса церковнославянского языка меньшей структурностью и большой близостью к народным говорам.

Западнорусский язык в Великом княжестве Литовском

Примеры статей из первого словаря Лаврентия Зизания 1596 года. В левой колонке слова на церковнославянском языке, а в правой на «простой мове» «Библия руска» Франциска Скорины

На западнорусском письменном языке писались литовские акты, в том числе Статуты ВкЛ и Литовская метрика, грамоты и все публичные акты. Таким образом, этот язык является официальным с XIV и до XVIII века.

Из древних актов (есть 1432 г.) многие написаны на западнорусском, также масса старинных счетов, писем и т. д. Элементы западнорусского языка прослеживаются и в церковных литературных памятниках.

Западнорусский язык составляет основу языка Библии Скорины. Словарный запас изданий восточнославянского первопечатника включает в себя исконно белорусские, церковнославянские и западнославянские лексические единицы (полонизмы, богемизмы). Следует отметить, что белорусская лексика его работ имеет праславянское или древнерусское происхождение и в большинстве случаев продолжала традицию древнерусского языка, который до XIV века служил средством письменных отношений восточных славян, устное употребление которого имело узкий ареал распространения, ограниченный преимущественно на этнической белорусской территории. Исследователи выделяют наиболее древние лексические единицы, которые сохранились в белорусском фонетическом оформлении: «вежа», «волотъ», «гай», «детинство», «жниво», «згода», «клопотъ», «криница», «лосеня», «лытка», «медведеня», «помста», «промень», «севба», «смутокъ», «стежка», «стрижень», «початокъ», «узгорокъ», прилагательные «горший», «даремный», «дробный», «житний», «лагодный», «приветливый», «пригожий», «росный», глаголы «гучати», «досягати», «змовитися», «лаяти», «робити», «ховати», наречия «вдолжъ», «домовъ», «досыть», «лепей», «николи» и другие. Следует отметить, что наибольший вклад в лексическое пополнение западнорусского языка Франциск Скорина внёс именно за счет словарных средств родных ему белорусских говоров. Затрагивая тему преемственности, корреспондент АН Беларуси и доктор филологических наук Александр Булыко отмечает, что вследствие широкого распространения книг Скорины на территории Белоруссии, пользовавшихся заслуженным авторитетом, их вклад в развитие белорусского языка донационального периода и стабилизации его лексической системы является «значительным». Титульный лист «Катихизиса», изданного в Несвиже в 1562 году Симоном Будным. Надпись гласит: «Катихисісъ, то естъ наука стародавная хрістіаньская от светого писма, для простыхъ людей языка руского, въ пытаніахъ и отказѣхъ събрана»

Ещё шире и разнообразнее использовал белорусскую лексику в своей печатной деятельности идейный последователь Франциска Скорины известный социнианский проповедник XVI века Симон Будный. На средства Николая Христофора Радзивилла Чёрного он издал 10 июня 1562 года в Несвиже «Катехизис» — яркий пример старобелорусского письменного языка. В предисловии к «Катехизису» он призывает феодалов, в первую очередь Радзивиллов, беречь свой родной язык и заботиться о развитии культуры, образования и книгопечатания:

Абы ваши княжацкия милости не только в чужоземских языцех кохали, але бы ся теж… и того здавна славного языка славянского размиловати и оным ся бавити рачили. Слушная бо речь ест, абы ваши княжацкие милости того народу язык миловати рачили, в котором давъные предъки и их княжацкие милости панове отци ваших княжацких милости славне преднейшие преложеньства несуть

Отличительными фонетическими чертами языка «Катехизиса» Симона Будного являются: переход «у» в «ў» краткое, которое из-за отсутствия специальной графемы передавалось через «в»: «вживати», «навчаніе», «навчати» и затвердевание шипящих: «божыи», «всемогучыи», «иншыи», «чужыи», «маючы», «содравшы». Словарный состав «Катехизиса» не претерпел такого яркого западнославянского влияния, как у его предшественника Скорины, и состоит как из лексических единиц праславянского и древнерусского языков, так и из многочисленных нововведений, которые возникли на почве самостоятельных белорусских говоров. Как отмечает академик Аркадий Журавский в своей работе «Гісторыя беларускай літаратурнай мовы», в «Катехизисе» Будного присутствует значительное количество белорусизмов, которые только что начали входить в литературное употребление того времени: «бачити», «взоръ», «выховати», «згинути», «карати», «краина», «личьба», «мова», «мовити», «надея», «наставникъ», «прикрий», «пытанье», «справа», «ховати». Также, в лексике «Катехизиса» названия дней недели выступают в белорусском фонетико-морфологическим обличье: «понѣдѣлокъ», «второкъ», «середа», «четвѣеръ», «пятница», «субота». Некоторые полонизмы, встречающиеся в книге Будного раньше широко не употреблялись в западнорусских памятниках, однако вскоре укреплись в письменности Великого княжества: «дочасный», «жебровати», «зычити», «згола», «зацный», «маетность», «малженство», «пришлый», «цнота», «члонок», «шкода».

Василий Тяпинский (Тяпинский-Омельянович)

Одним из самых ярких памятников западнорусской книжности является «Евангелие» Василия Тяпинского (ок. 1580) — переводное новозаветное издание, включающее в себя Евангелия от Матфея, Марка и начало от Луки. Текст книги приводится в два столбца — на церковнославянском и западнорусском языках. Данный перевод Святого Писания, наряду с произведениями Франциска Скорины и Симона Будного стал ярким примером сближения языка религиозной литературы с живыми белорусскими говорами XVI в.

Для языка памятника характерны многочисленные фонетизированные написания в соответствии с живым произношением: «месцо», «жона», «ужо», «чоловекъ», «чотыри»; формы местоимений «хто», «што» вместо «кто», «что» и др., полногласные формы типа «берегъ», «ворогъ», «голодъ», «голосъ», «оболокъ», «чярево». В некоторых случаях с помощью «ь» В. Тяпинский отражал ассимиляционную мягкость согласных: «злосьть», «радосьть», «сьветъ», «сьвиренъ», «сьмерть», «сьнегъ», «есьли» и т. п. Исследователи также отмечают совсем редкую для языковой нормы того времени фонетическую форму инфинитива типа «противитца», «судитца» вместо обычных стародавних «противитися», «судитися».

Знание своего родного языка особенно ярко выявилось на лексическом уровне «Евангелия». Каждой лексической единице книжнославянского текста В. Тяпинский стремился дать соответствующее слово своего родного языка: адъ — «пекло», брань — «война», выя — «шия», крепокъ — «моцный», луна — «месецъ», мучитель — «катъ», печаль — «фрасунокъ», риза — «одежа», свешница — «лихтаръ», часъ — «година», языкъ — «народъ» и др. Даже словам общеславянского происхождения В. Тяпинский придавал ныне типичные для белорусского языка фонетико-морфологические черты: доселе — «досюль», колико — «колько», болезнь — «болесть», место — «месцо», пепелъ — «попелъ», мытаръ — «мытникъ», стезя — «стежка», сучецъ — «сучокъ», червь — «червяк», удица — «уда» и др.

В некоторых случаях церковнославянская религиозная терминология передавалась В. Тяпинским с помощью народного понятийного аппарата, структурно отличающихся от книжного текста средствами, которые обнаруживаются в современных белорусских говорах: аръхиереи — «переднейшие оферовнікі», лжепророки — «лживые пророки», миротворцы — «покои чинячие», законоучитель — «законоу учитель». Встречаются и обратные случаи, когда церковнославянские словосочетания передаются западнорусскими сложениями: мимо ити — «проминути», прелюбы творить — «чужоложить» и некоторые другие.

Диалекты

Объективный научный анализ канцелярского языка Великого княжества Литовского провел норвежский славист X. Станг, опубликовавший по этой проблеме две специальные монографии. Тщательно изучив язык грамот важнейших канцелярий Великого княжества Литовского, исследователь пришел к выводу, что первоначально здесь существовало несколько типов актового языка, отличающихся друг от друга некоторыми, преимущественно орфографическими и грамматическими особенностями. Так среди грамот короля Казимира южноволынский тип играет уже незначительную роль, большая часть его грамот принадлежит к северноволынскому или южнобелорусскому типу, но основное количество грамот этого времени происходит из белорусских областей, в которых е и ять совпадали во всех позициях. Во времена короля Александра канцелярский язык становится более стабильным, он достигает прочной, устойчивой формы, которая отражается и в других памятниках того времени. Позже, при короле Сигизмунде Августе начинается исчезновение части диалектов западнорусского языка: южный (украинский) и полоцкий (белорусский) тип исчезают полностью из делового оборота и стабилизируется официальная форма великокняжеской канцелярии. Канцелярский язык Великого княжества Литовского в это время выступает как язык белорусский, в наиболее близком отношении к белорусским говорам.

Староукраинский письменный язык

В конце XIV века Европа переживает эпоху зарождения гуманизма; на территориях Украины, опустошенных татарами, в этот период начинают возрождаться города — новые центры цивилизации; некоторые, такие, как Львов, постепенно населяются немецкими и польскими колонистами, другие имеют преимущественно южно-русское население, но получают сперва от литовских князей, а потом от польских королей магдебургское право и значительные льготы. Прилив польских колонистов в тот период привнёс новые интересы и мысли в южно-русское мещанство; в борьбе за свои сословные права оно постепенно приходит к мнению о необходимости отстаивать также свои религиозные и национальные интересы. Для этой цели эта группа населения составляет церковные братства, а также основывает школы и типографии, вместе с тем проводит попытки отвоевать себе право участия в управлении церковными делами.

Влияние новых политических обстоятельств отражается и на языке новой южно-русской литературы. Господство древнецерковного языка в литературном мире вне церкви постепенно исчезает; привнесённое из Болгарии «добрословие» практически не затронуло своим влиянием Южной Руси; письменный язык подпадает под сильное влияние того государственного и канцелярского языка, который выработался в Литве на основании белорусского наречия, с примесью польских и латинских терминов. По мере своего распространения на Южной Руси, в конце XVI века этот язык все более и более приближается к местному южно-русскому или украинскому языку, хотя и здесь не обошлось без реакции.

  • Древнерусский язык
  • Русинский язык
  • Смоленско-полоцкий диалект
  • Доктор фил. наук. Мойсенко. Этнографическая принадлежность «руськой мовы» во времена ВКЛ и Речи Посполитой.
  • Доклад Вяч. Вс. Иванова о языковой ситуации в Великом Княжестве Литовском, прочитанный на XIII Международном съезде славистов
  • А. И. Журавский ДЕЛОВАЯ ПИСЬМЕННОСТЬ В СИСТЕМЕ СТАРОБЕЛОРУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА (Восточнославянское и общее языкознание. — М., 1978. — С. 185—191)
  • Золтан Андраш Западнорусско-великорусские языковые контакты в области лексики в XV в.
  • Старабеларускі лексікон / Укл.: Прыгодзіч Мікалай, Ціванова Галіна. — Менск: Беларускае выдавецтва Таварыства «Хата», 1997. — ISBN 985-6007-39-9.
  • Уладзімір СВЯЖЫНСКІ. Праблема ідэнтыфікацыі афіцыйнай мовы Вялікага Княства Літоўскага.
  • Уладзімір СВЯЖЫНСКІ. Аб статусе беларускай і ўкраінскай моў у часы Вялікага Княства Літоўскага.

полабский † • польский (древнепольский † • среднепольский † • диалекты • силезский) • кашубский (словинский † • диалекты)

верхнелужицкий • нижнелужицкий (диалекты)

чешский (древнечешский † • кнаанит † • диалекты) • словацкий (диалекты)

славяносербский † • сербохорватский (боснийский • сербский • хорватский • черногорский) • словенский

старославянский † • церковнославянский (изводы) • болгарский (диалекты) • македонский (диалекты)

балачка • понашему • суржик • трасянка • цыгано-сербский

кяхтинский † • руссенорск †

Славянские языки
праславянский язык † (праязык)
Восточные древненовгородский † (древнепсковский †) • древнерусский † • западнорусский †
белорусский (диалекты) • русский (диалекты) • украинский (диалекты • русинский)
Западные Лехитские Лужицкие Чешско-словацкие
Южные Западные Восточные
Другие Смешанные Пиджины
† — мёртвые, разделившиеся или изменившиеся языки

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *