Староверы поповцы и беспоповцы

С. В. Булгаков
Справочник по ересям, сектам и расколам

При самом начале своем старообрядчество распалось на две главные группы. Известно, что первыми распространителями старообрядчества были, кроме одного епископа, Павла Коломенского, только некоторые священники и иеромонахи, а большей частью, чернецы и миряне. Но Павел Коломенский, который один мог бы рукоположить пастырей для своих последователей, скончался еще в 1656 г., когда раскол едва зачинался; священники и иеромонахи, хотя считали себя вправе учить и совершать службы, не могли, однако же, не сознаться, что некому, в случае их смерти, поставить им преемников в пастырстве; наконец, простые чернецы и миряне должны были понимать, что они сами ни учить других, ни совершать таинства не имеют права. Необходимо было решиться на одно из двух: или оставаться вовсе без священников (попов) и предоставить право учить и священнодействовать лицам непосвященным, или принимать священников, посвященных епископами в Церкви Русской и потом переходящих в раскол. Так, действительно, и случилось. Многие миряне и иноки, не имевшие священного сана, еще при первом распространении старообрядчества позволили себе учить других вере, совершать таинства крещения, покаяния и вообще церковные требы; а в некоторых местах сами даже священнослужители, руководившие расколом, завещали при смерти своей мирянам совершать впредь все эти требы и, таким образом, положили начало секты беспоповщинской, или беспоповщины. Другие, спустя несколько времени, когда священники их, рукоположенные до патриарха Никона, перемерли, начали обращаться за священством к той Церкви, которую почитали еретической, или, по выражению самих их, «стали окормляться бегствующим от великороссийской церкви иерейством». Так образовалась из поповщины беглопоповщина. Около почти двухсот лет поповцы пробавлялись такими недостойными иереями, принимали их с неправдою под второй чин или под миропомазание, пока в царствование имп. Николая I иерейству этому не был нанесен сильный удар (см. поповцы, приемлющие Австрийскую иерархию). Вслед за этим коренным различием двух сект неизбежно последовали другие. Поповщина, принимая к себе беглых священников, рукоположенных в Церкви Русской, хотя при этом помазует их маслом и заставляет отрекаться от никонианских ересей, но, очевидно, признает силу хиротонии Православной Церкви и, следовательно, находится в некоторой, хотя незаконной, связи с нею, чувствует некоторую зависимость от нее и потому, хотя обыкновенно называет Церковь Русскую еретическою, никонианскою, но вообще смотрит на нее не так враждебно, как беспоповщина, не перекрещивает переходящих в раскол от православия и молится за православных государей, защитников и покровителей Церкви. Напротив, беспоповщинская секта, прервав всякую связь с Церковью Русской, называет ее прямо церковью антихристовой, утверждая, что она, с 1666 г. отпадши от Христа, Спасителя мира, начала веровать в антихриста, поклоняться антихристу, служить ему, что все таинства ее суть скверны, чада ее – чада дьявола, самая глава ее есть антихрист, царствующий на земле с 1666 г. мысленно, духовно, который, как дух богомерзкого отступления, дух вечной погибели, живет и действует преимущественно в лицах правительственных (властодержцах), – вследствие чего секта эта перекрещивает переходящих к ней от православия и долго не молилась, а в некоторых ее толках и доселе не молится за православных государей. В секте поповщинской совершаются, кроме священства, все таинства, хотя, впрочем, эти таинства совершаются незаконно священниками беглыми и, большей частью, лишенными сана; в частности, совершается таинство брака, почему поддерживается и уважается жизнь супружеская. В секте беспоповщинской, кроме крещения и исповеди, совершаемых мирянами, часто даже женщинами, все прочие таинства вовсе не совершаются, почему некоторые, сознавая, например, нужду в евхаристии, думали заменять ее для себя своим самоизмышленным причастием; другие, наибольшая часть беспоповцев, – отвергая вовсе брак будто бы за прекращением православного священства, требуют от всех своих единоверцев, мужей и жен, жизни безбрачной, а, между тем, позволяют предаваться им гнусному разврату и даже нередко называют преступную любовь мужей и жен святой любовью, братской, христианской. Впоследствии поповщина и беспоповщина разделились на многочисленные толки.

Поповцы, приемлющие австрийскую иерархию, выделились из беглопоповства в 1846 году, когда у них возникла собственная иерархия, в пределах Австрийской империи, в Буковине, в с. Белая Криница. Обстоятельства возникновения австрийской иерархии следующие. – Пользуясь снисхождением к себе законодательства при имп. Екатерине II и имп. Александре I, поповцы имели у себя беглых попов в изобилии. Но при имп. Николае I в 1821 г. был издан указ, предписавший: «вновь не позволять появляться беглым попам у раскольников». Этот указ, довольно строго исполняемый, произвел в старообрядчестве так называемое «оскудение священства». Попов дозволенных становилось все меньше и меньше, а за умалением их увеличивались беспорядки: совершение богослужения стало производиться с крайней небрежностью, крестили зараз по нескольку младенцев, свадьбы венчали «гуськом», пар по семи, исповедовали всех вместе и т.п. Вследствие этого и явилась снова давно существовавшая мысль об учреждении самостоятельной старообрядческой епископской кафедры и было приступлено к ее осуществлению. После неудачных попыток найти такого архиерея, который бы согласился перейти в старообрядчество, наконец, нашли такого человека. Это был Амвросий, Босносараевский митрополит, лишенный кафедры вследствие недоразумений с турецким правительством. После долгих переговоров поповцам удалось склонить Амвросия перейти из православия в старообрядчество и стать старообрядческим епископом. Принятие Амвросия совершилось в 1846 г. чрез проклятие мнимых ересей и перемазание, причем вместо св. мира, за неимением оного, было употреблено масло, и чиноприятие над ним совершал также беглый поп – иеромонах Иероним. Сделавшись старообрядческим епископом, Амвросий рукоположил в епископы белокриницкого дьяка Киприана Тимофеева, в монашестве названного Кириллом, с званием наместника Бело-Криницкой митрополии. Кирилл поставил епископов для российских поповцев, и таким образом австрийская лжеиерархия распространилась из Белой Криницы и в России, – в разных местах явились епископы, именующиеся австрийскими, и поставленные ими мнимые попы. По месту своего происхождения иерархия именуется «Бело-Криницкой», или «Австрийской». Учение поповцев, приемлющих австрийскую иерархию, – то же, что и поповцев вообще. Последователи этой секты составляют более 2/3 общего количества. Имея своим центром Москву с пресловутым Рогожским кладбищем и местечко Гуслицы (Богородского у. Московской губ.), австрийская секта раскинула свои заманчивые для темного простого народа сети преимущественно в Поволжском крае, на Дону и на Кавказе, а также в Черниговской епархии.

Москва Староверческая. Преображенская община.

Пару дней назад я уже выкладывал репортаж о Рогожском посёлке — общероссийском центре старообрядчества-поповства. Сегодня я продолжу староверческую тему Москвы, и расскажу о Преображенской общине — одном из важнейших в России центров старообрядчества-беспоповства, возникшем в конце 18 века почти одновременно с Рогожским.
По сравнению с Рогожским посёлком, Преображенская община несколько беднее в архитектурном плане — но это окупается её нетривиальностью и атмосферой.
Помимо всего прочего здесь представлены фотографии с территории Федосеевской общины, вход на территорию которой для посторонних закрыт.

Преображенская община располагается на улице Преображенсий Вал, которая, переходя в улицу Измайловский Вал, соединяет станции метро «Преображенская площадь» и «Семёновская». Путь от станции до станции — около 1,5 километров, монастырь расположен примерно посредине — южная оконечность ближе к «Семёновской», северная к «Преображенской».
Я пошел туда от «Семёновской» — вид улицы Измайловский Вал, небоскрёб ДЦ «Соколиная Гора» над станцией метро.
Главки принадлежат церкви Всех Святых на бывшем Семёновском кладбище (1855) — но пусть они не ввоят в заблуждение: Преображенская община от «Семёновской»» не видна, а идти к ней надо в противоположную сторону.
Как и Рогожская община, Преображенская община возникла в 1771 году в связи с эпидемией чумы. Так же: братская могила для умерших староверов за Каммер-Коллежским валом, деятельность крупных старообрядческих купцов, разрешение Екатерины Второй на строительство храмов. Здесь особую роль сыграл купец Илья Ковылин, организовавший богадельню и спонсировавший масштабное строительство. А так как Ковылин был федосеевцем (одна из крупнейших конфессий беспоповства), Преображенская община стала центром этой конфессии, да и вообще беспоповства в России.
В 1854 году община была закрыта и передана единоверцам (то есть старообрядцам, признающим власть Московского патриархата), позднее сюда вернулись беспоповцы, а к концу ХХ века, в перепитиях советской эпохи Преображенская община стала центром сразу трёх главных беспоповских конфессий: поморской, федосеевской и филипповской.
Монастырь, построенный в конце 18 — начале 19 века, отличается очень сложным и необычным устройством. Считается, что прототипом его была Выгорецкая пустынь в Карелии — центр Поморского согласия, уничтоженная в середины 18 века. Преображенский монастырь повторял ее планировку, и состоял из двух частей, вплотную примыкавших друг к другу: мужской и женской.
Южная часть — мужская, более старая, менее крупная и сильно видоизмененная. В 1851 году она была переделана в Никольский единоверческий монастырь.
Вхход в монастырь — через Крестовоздвиженскую надвратную церковь, перестроенную в 1854 году (наадстроены главки) из староверческой моленной (т.е. молитвенного дома) 1801 года постройки.
Вид изнутри:
Преображенская община отличается удивительным стилевым единством — это «ложная готика». Авторство построек долго приписывалось Баженову, ныне более достоверным кажется авторство архитектора Фёдора Соколова. «Ложная готика» — один из самых оригинальных стилей конца 18 века, у староверов вообще прижилась, видимо, по контрасту с «эллинским» классицизмом.
Вход на территорию Никольского монастыря свободный, к фотографам отношение адекватное. Основная часть прихожан — старушки, но попадаются и колоритные личности: так, при мне в монастырь зашли двое казаков в обмундировании Донского Войска.
Напротив Крестовоздвиженских ворот — старейший храм Преображенской общины: Никольско-Успенская церковь.
Храм был построен в 1784 году, и первоначально носил посвященние Успенский. В Никольский храм был переосвящен в 1854 году, тогда же был перестроен, в том числе получил ненужную беспоповцам апсиду. Ныне в здании церкви находятся два храма разных конфессий, разделённые глухой стеной: Никольская церковь новообрядцев «спереди» и Успенская поморская «сзади» — беспрецедентный случай!

Никольская церковь:
Внутри — вполне обычный православный храм.
Успенская церковь — главный храм Поморского согласия, старейшего из беспоповских согласий.
И удивительный ложноготический декор на его стенах — явно какие-то масонские знаки, которые могли быть воплощены только на староверческой церкви.
Кстати, изначально ни один храм Преображенской общины не назывался «церковью» — были или моленные, или часовни. Успенская часовня стала церковью, видимо, только при единоверцах, получив апсиду, а потом это название распространилось по всей общине.
Вокруг Никольско-Успенской церкви, разные виды:
Боковые корпуса отделены от церкви забором (хотя всё это территория монастыря, впрочем, монастырская ограда полуразрушена), в них находятся постройки Поморского согласия.
Колокольня, построенная уже при единоверцах, в 1870-е годы — хотя и выдержана в едином стиле с изначальными постройками, немного от них отличается:
Вот такое вот странное место, где переплелись пути разных культур, а парадоксы соседствует с другими парадоксами.
В полусотне метров севернее Никольского монастыря, между автостоянкой и кирпичным зданием туберкулезного диспансера спряталась Федосеевская община в бывшей женской части Преображенской общины.
Корпуса и ограда. Архитектурный ансамбль этой части сохранился со времен постройки почти без изменений, а сама женская часть была более обширной и упорядоченной. Ныня вся она принадлежит федосеевцам — второму по времени возникновения (1706 год) и самому крупному течению беспоповства, отколовшемуся от поморцев из-за того, что те сотрудничали с «властью антихриста» — например, молились за царя. Федосеевцы (или старопоморцы) — более радикальное крыло, они сохранили только 2 православных обряда (Крещение и Покаяния), отвергали бракосочетание, и их принципиальная позиция — неприятие любой существующей власти. По ссылке — официальный сайт федосеевцев.
Официально вход для не-федосеевцев сюда закрыт. Честно говоря, мне было страшновато, так как знакомые студентки рассказывали много «страшилок» о фольклорных экспедициях в староверческие сёла — вплоть до того, что их могли ударить по голове поленом или окатить ледяной водой на входе в дом.
Но всё обошлось: у входа меня встретил мужик-строитель, с явным поморским акцентом спросил, чего я хочу, и хотя я честно сказал, что я новообрядец, пропустил меня внутрь, наказав только не молиться там.
У федосеевцем существовало такое понятие, как «мирщение» — осквернение через контакт с чужаками. Случайное мирщение снималось специальным обрядом, сознательное — 6-недельным постом. Отсюда сведения о «недружелюбности» староверов в деревнях — мирщение происходило через соприкосновение с чужаком, или через еду и питьё из общей посуды. Впрочем, нередки были и случаи, когда староверы угощали заезжего путника — но после им приходилось уничтожить осквернённую посуду.
В прошлом к замирщению приводило трехперстное крещение в присутствии старовера — именно с этим связан нынешний запрет молиться в общине для чужаков.
Внутри общины было просторно, тихо и пусто. Но это был настоящий монастырь, в исконном смысле слова.

Ведь монастырь — это ни что иное, как крепость. Твердыня Веры, где монахи держали оборону от бесов, и только чистота и набожность могли защитить монастырь от «взятия» Тьмой. Однако за последние века в новообрядческой церкви это понимание было утрачено.
Беспоповцы же жили в постоянной уверенности: кругом антихрист, то есть кругом враги. Отсюда недоверие к чужакам, отсюда и исконный дух в их монастыре. Очевидно, у федосеевцев глаз намётанный: ведь несмотря на запрет, меня спокойно пропустили вовнутрь — видимо, почувствовали, что я не враг.
Главный храм общины — Крестовоздвиженская церковь (1809-1811), сохранившаяся в первоначальном облике.
На входе — предупреждение: запрещено молиться в храме посторонним, а священникам иных конфессий входить сюда дозволено лишь в гражданской одежде. Я вошёл и постоял в притворе… Но попал словно в 17 век! Тёмный зал, голос старой монахини, читавшей молитву на чистейшем старославянском, суровые бородатые монахи, похожие на изваяния, десятки древних икон, и ощущение невероятной силы — словом, всё то, что представляешь себе, вспомнив Русь времён Ивана Грозного.
Вид сзади — Крестовоздвиженская церковь фактически является часовней, так она и называлась исторически:
Беспоповцы стали таковыми вынужденно: еще в 17 веке у староверов не осталось епископов, то есть некому было рукопологать священников. Менее радикальные течения староверов воспринимали никонианство как «инославие», то есть переход в староверие осуществлялся через миропомазание — и они могли принимать беглых священников из никониан — так образовалось поповство. Более радикальные течения приправнивали никониан к еретикам и иноверцам, переход в старообрядчество осуществлялся только через повторное Крещение, а о приёме в свои ряды никонианских попов не могло быть и речи.
Внутри церкви, как и в других старообрядческих храмах, очень много древних и уникальных икон. Ведь староверы веками хранили иконы, существовавшие еще до Раскола или написанные позже, но в характерной манере. Традиционно икон у них было больше, чем могли вместить немногочисленные храмы — поэтому каждый храм становился настоящей сокровищницей икон, и даже 500-600-летние иконы у староверов не такая уж редкость.
Федосеевская община сохранила первоначальную планировку — вокруг церкви расположены жилые корпуса (причем как мужские, так и женские на одной территории), только один из которых, восточный, отделён забором.
В каждом из корпусов устроена моленная, вынесенная в отдельную пристройку. В западном надвратном корпусе моленная расположена над входом, перпендикулярно зданию.
а в южном и северном корпусах — в конце здания:
Такая вот простая и совершенная структура. В сочетании с пустотой и висящим в воздухе напряжением, ощущением «они не войдут сюда» эта структура довершала ощущение того, что я в крепости.
Пытаться проникнуть сюда без разрешения очень не рекомендую. Ничего не утверждаю, просто осталось ощущение — не надо!
Между двумя монастырями — дорога к Преображенскому кладбищу, к которому почему-то примыкает небольшой рынок — много милиции, кавказцев и явно криминальных элементов. Само кладбище — огромного размера, и совсем непохоже на заповедное Рогожское кладбище. По правде говоря, мне там было довольно противно находиться даже 15 минут, а некоторые там уже по 100-200 лет покоятся…

На кладбище меня интересовала Никольская часовня «О девяти крестах», расположенная в сотне метров от входа:
Часовня «О девяти крестах» была построена тем же Соколовым в 1804 году, и по-моему это настоящий шедевр. Хотя это и всего лишь небольшая кладбищенская часовня, оформление ее просто потрясающее:
К ней вплотную примыкает надмогильная часовня Креста Господня 1879 года постройки — черная, будто чугунная:
И старые могилы:
На кладбище я в очередной раз столкнулся с антифотографами.
Первый разговор был с охранниками у входа:
-Эй! Не щёлкай тут, нельзя!
-Ну хоть часовню-то можно?
-Часовню можно, подойди и щёлкай вблизи. Только чтоб имена на памятниках не попадали в кадр!
Второй разговор — с дворником около еще одной, не сфотографированной часовни (того же типа, что и часовня Креста):
(мерзким козлиным голосом) -Тут снимать запрещено. Вот охрана увидит — так тебе наваляет!
-Мне охрана разрешила часовню заснять.
-Мне плевать, что тебе охрана разрешила. Кладбище — собственность ГУП «Ритуал». Получи там разрешение и снимай, а сейчас пошёл отсюда, и чтоб я тебя не видел!
Честно, я был в шоке. Кладбище — СОБСТВЕННОСТЬ?! Интересно, и что «Ритуал» может делать с этой собственностью? Имеет ли юридическое право, например, организовать party для гламурной элиты с братской могилой ветеранов ВОВ вместо танцплощадки? Или всё же такая формулировка — плод больного воображения дворника? Последнее — весьма вероятно, так как психологию кладбищенского дворника я представить вполне могу. На такие работы идут явно не от хорошей жизни, причём «не хорошей» не в плане денег.
От общины я пошёл в сторону метро «Преображенская площадь», мимо конструктивистского квартала:
И далее, в районы многоэтажек, вдоль вереницы трамваев — линия встаёт, когда встаёт хотя бы один трамвай.
Кстати, ведь это район Семёновской и Преображенской слобод, где находились «потешные полки» Петра Великого, и у входа в метро стоит памятник Сергею Бухвостову — первому солдату петровской армии. Но это уже совсем другая история.

Поповство и беспоповство | История старообрядчества

Поповцы — является наиболее многочисленным течением. Их отличительной чертой является признание необходимости священников при проведении богослужений и обрядов. При этом некоторые поповцы приемлют принятие священников из новообрядческой церкви. Для них также характерно участие в церковной жизни мирян, наряду со священниками. Наибольшее распространение поповство получило в Нижегородском крае, Донской области, Черниговщине, Стародубье. С точки зрения догматики, поповцы практически не отличаются от новообрядеской церкви, за исключением того, что они придерживаются дониконианских обрядов и богослужебных книг. На сегодня количество поповцев оценивается в 1,5 миллиона человек, при этом их основными центрами в России являются Московская и Ростовская области.

В 1846 году с присоединением к беглопоповцам Босно-Сараевского митрополита Амвросия (Поповича) возникла Белокриницкая иерархия, в настоящее время Русская Православная Старообрядческая Церковь.

В 1920-х годах к беглопоповству присоединился обновленческий епископ Николай (Позднев), став во главе беглопоповцев, в настоящее время беглопоповцы называются Русская Древлеправославная Церковь.

Некоторые беглопоповские согласия в течение XIX и XX веков по причине невозможности приёма беглых священников превратились в фактических беспоповцев, среди них часовенное и лужковское согласия.

Беспопо́вство — общее название приверженцев одного из двух основных направлений русского старообрядчества. Возникло в конце XVII века, по смерти священников «старого» рукоположения, то есть поставленных в Русской Церкви до реформы Патриарха Никона (середина XVII века).

Беспоповство (другое название — древлеправославие) имеет более радикальные отличия от новообрядчества. В 1654 году умер, не оставив приёмника, единственный старообрядческий епископ. Согласно церковным догмам, только епископ имеет право посвящать в священнослужители. Таким образом, формально следуя каноническим правилам, после смерти всех дониконианских священников, старообрядцы были вынуждены сформировать беспоповский толк. Беспоповцы, спасаясь от преследований селились в диких и необжитых местах — одним из который был берег Белого моря (от этого эту общину называли поморами). Количество беспоповцев оценивается в полмиллиона человек.

Нашли ошибку в тексте? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Древлеправославная поморская церковь

Не следует путать с Русской Древлеправославной Церковью.

Древлеправославная Поморская Церковь (ДПЦ)


Знаменский Соборный храм в Петербурге

Общие сведения

Основатели

братья Денисовы

Руководство

Предстоятель

В. В. Шамарин

Центр

Санкт-Петербург

Кафедральный собор

Знаменский Соборный храм на Тверской

Территории

Юрисдикция (территория)

Россия Россия Белоруссия Белоруссия Украина Украина Казахстан Казахстан Польша Польша Литва Литва Латвия Латвия Эстония Эстония Польша Польша США США

Богослужение

Богослужебный язык

церковнославянский

Музыкальная традиция

знаменное пение

Календарь

юлианский

Статистика

Учебных заведений

Монастырей

Приходов

около 500

Верующих

около 400 тыс.

Сайт

Медиафайлы на Викискладе

Древлеправосла́вная помо́рская це́рковь (сокращённо ДПЦ) — современное официальное название крупнейшей религиозной организации староверов поморского согласия. Как и многие беспоповские толки, ДПЦ не имеет трёхчинной иерархии; принятые у поморцев таинства (Крещение, Исповедь) совершаются мирянами. Общины возглавляются духовными наставниками.

В истории России известна и под другими названиями — Церковное общество Христиан-Поморцев, Старообрядческая Поморская Церковь и др.

История церкви

Группа старообрядцев – поморцев. г. Нижний Новгород.

Начало крупнейшему духовному центру поморского согласия было положено в 1694 году, когда была основана община на реке Выг — Выговская мужская обитель (Выговское общежительство) под руководством братьев Денисовых. В 1706 рядом с ней основана женская Лексинская обитель. Выговская обитель прославилась составлением Поморских ответов, которые фактически стали апологетической основой для защиты Древлеправославия. Местные общины поморцев стали в начале XIX века важными экономическими центрами Севера России. В течение всего XVIII века среди староверов-поморцев велась полемика о бессвященнословном браке, то есть о возможности заключения брака в условиях отсутствия священства. В итоге брачный чин был утвержден в Выговском общежительстве на Соборе 1798 года. Несогласные с этим решением получили наименование старопоморцев, и постепенно влились в состав идеологически близких Филипповского и Федосеевского согласий. Благодаря введению брачного чина поморцы узаконили супружеские отношения, что со временем было признано и государством, что привело к возможности законной передачи имущества по наследству, и как следствие стало привлекательным для состоятельных староверов-беспоповцев.

Официальная церковная организация была образована после издания манифеста 17 апреля 1905 «О свободе вероисповедания». Первый Всероссийский собор поморцев прошёл 1—10 мая 1909 года в Москве, Второй — в 1912 году, оба — в Церкви Воскресения Христова и Покрова Богородицы в Токмаковом переулке (Москва). Церковное общество староверов-поморцев стало именоваться Старообрядческой Поморской Церковью. В XIX и XX веках в поморское согласие перешёл ряд больших федосеевских общин Ленинграда, Псковской, Новгородской областей, Поволжья, Прибалтики. Таким образом, в советское время поморцы стали самым многочисленным беспоповским согласием. Съезд христиан-поморцев в 1923 году разработал положение о церкви поморцев, предусматривавшее учреждение высшего Духовного совета и поместных (краевых, областных) духовных советов.

К концу 1930-х годов легальная церковная жизнь ДПЦ прекратилась: многие наставники были расстреляны, либо находились в заключении или на нелегальном положении. С тех пор «по нужде» стал широко распространен институт «наставниц» — женщин, руководящих общинами за отсутствием наставников-мужчин.

После присоединения Прибалтики к СССР, местный поморский христианский центр (Высший старообрядческий совет), созданный в Вильно ещё в 1925 году, не стал закрываться, что послужило началом легализации беспоповского старообрядчества в СССР. В 1966 и 1974 годах в Вильнюсе (Вильно) состоялись Соборы ДПЦ, имевшие фактически всесоюзный характер и собравшие большое количество делегатов. Последний Собор, состоявшийся в советское время, прошёл в Вильнюсе в 1988 году, после чего начался процесс формирования поместных объединений ДПЦ в различных республиках.

Современное положение

Поморская лестовка. Успенская моленная Рижской Гребенщиковской старообрядческой общины.

В 1989 году был создан Российский совет ДПЦ, опекающий поморцев России, Украины (в 1996 г. — 18 общин, ответственная община — Харьковская), часть поморцев Беларуси (в 1996 г. — 22 общины, ответственная община — в г. Борисове), поморцев Молдавии (ответственная община — в г. Единец), Казахстана (в 1996 г. — 10 общин, ответственная община — в Риддере), Киргизии (ответственная община — в Бишкеке).

В мае 2006, впервые с 1912 года, в Санкт-Петербурге (в Рыбацком) прошёл III Всероссийский Собор Древлеправославной Поморской Церкви, а в мае 2012 года, также в Санкт-Петербурге, в Знаменском Соборном храме на Тверской улице, состоялся IV Всероссийский Собор и Единый Собор ДПЦ, в работе которого приняли участие все поместные объединения ДПЦ.

По данным Министерства юстиции РФ, на 1 мая 2012 года на территории России зарегистрировано 50 религиозных организаций ДПЦ. Кроме того, без регистрации действует ещё более 200 общин и групп. За пределами России также имеется порядка 250 общин.

В настоящее время существует семь поместных объединений ДПЦ. Координационный орган — Единый Совет ДПЦ, созданный в 2001 году в Санкт-Петербурге, объединяющий духовные центры и отдельные общины на территории различных государств. Поместные центры — Российский Совет ДПЦ, Центральный Совет ДПЦ Латвии, Высший Совет ДПЦ Литвы, Центральный Совет ДПЦ в Республике Беларусь, Центральный Совет ДПЦ Украины, Союз старообрядческих общин Эстонии, Высший Совет ДПЦ Польши, Конференция старообрядческих общин в США.

В Древлеправославной Поморской Церкви действует несколько общественных организаций, издается периодическая литература (газеты и журналы), проводятся молодёжные и детские летние лагеря, действует два духовных училища (в Риге и Санкт-Петербурге), имеется две монастырские обители. Журнал-Календарь издается тиражом 10000 экз.

В настоящее время имеется следующее количество общин: В России — ок. 250 общин, в Латвии — 72, в Литве — 61, в Белоруссии — 42, на Украине — 35 общин, в Эстонии — 11, в Казахстане — 10, в Польше — 4, в США — 4, в Киргизии — 2, по одной общине в Молдавии, Румынии, Германии, Англии. Есть сведения о группах христиан-поморцев в таких странах как Финляндия, Швеция, Бразилия, Аргентина и Канада.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *