Святые житие

Русской литературе без малого тысяча лет. Это одна из самых древних литератур Европы. Она древнее, чем литературы французская, английская, немецкая. Ее начало восходит ко второй половине X века. Из этого великого тысячелетия более 700 лет принадлежит периоду, который принято называть «древней русской литературой».

Древнерусская литература вплоть до XVII века не знает или почти не знает условных персонажей. Имена действующих лиц – исторические: Борис и Глеб, Феодосий Печерский, Александр Невский, Дмитрий Донской, Сергий Радонежский, Стефан Пермский…

Ни одно из произведений Древней Руси – переводное или оригинальное – не стоит обособленно. Все они дополняют друг друга в создаваемой ими картине мира. Каждый рассказ – законченное целое, и вместе с тем он связан с другими. Это только одна из глав истории мира.

Одной из таких картин служит Житие, призванное стать биографией духовных и светских лиц, канонизированных христианской Церковью. В основе Жития лежала биография героя, чаще всего исторического лица, известного самому автору лично или по рассказам его современников. Целью Жития было прославить героя, сделать его образцом для последователей и почитателей. «Житие не биография, а назидательный панегирик в рамках биографии, как и образ святого в Житии не портрет, а икона». Живые лица и поучительные типы, биографическая рамка и назидательный панегирик в ней, портрет и икона – это необычное сочетание отражает самое существо житийного художественного способа изображения. Необходимо подчеркнуть важность житийного жанра, поскольку именно в нем на протяжении всего Средневековья рассказывалось о человеке. Герой Жития, независимо от его богатства или бедности, от социального положения и учености, воспринимался любым читателем как себе подобный. Читатель мог видеть себя в этом герое, мог ему завидовать, брать с него пример, вдохновляться его подвигами. Судьба человека и более того – попытки заглянуть в его внутренний мир, поэтизация духовного подвига не могли не привлекать к этому виду литературы сердца и умы. Это было единственное в Средние века повествование о человеческой судьбе.

Если же рассмотреть структуру Жития, то мы заметим целое литературное сооружение, некоторыми деталями напоминающее архитектурную постройку. Оно начинается обыкновенно пространным, торжественным предисловием, выражающим недостоинство автора, его многогрешность, призывание помощи Божией и святых, взгляд на значение святого в деле спасения.

Вводной части также свойственны многочисленные цитаты и параллели из священных книг. Потом повествуется деятельность святого, предназначенного с младенческих лет, иногда еще до рождения, стать богоизбранным сосудом высоких дарований; эта деятельность сопровождается чудесами при жизни, запечатлевается чудесами и по смерти святого. Житие заканчивается похвальным словом святому, выражающим обыкновенно благодарение Господу Богу за ниспослание миру нового светильника, осветившего житейский путь грешным людям. Все эти части соединяются в нечто торжественное, богослужебное: Житие и предназначалось для прочтения в церкви на всенощном бдении накануне дня памяти святого.

Житие обращено, собственно, не к слушателю или читателю, а к молящемуся. Оно более чем поучает: поучая, оно настраивает, стремится превратить душеполезный момент в молитвенную наклонность. Оно описывает индивидуальную личность, личную жизнь, но эта случайность ценится не сама по себе, не как одно из многообразных проявлений человеческой природы, а лишь как воплощение вечного идеала.

Каноническая схема Жития служила, таким образом, наилучшим планом для изображения идеального героя и идеализированного мира, в котором он совершал свои праведные дела. Но с самых первых шагов в развитии житийного жанра канон нарушался под влиянием жизненных фактов. Нарушения эти обыкновенно почти не касались главного героя, но тем более осязательно затрагивали других действующих лиц. И чем талантливее был агиограф, тем значительнее было отступление его произведения от церковного шаблона.

Страница из великих Четьи Минеи

В Древнюю Русь с начала письменности переходят через посредство южных славян и переводятся непосредственно с греческого языка сборники Житий («минеи», «пролог», «патерики»), а также начинают составляться оригинальные Жития первых русских святых – Бориса и Глеба, Феодосия Печерского (XI век) и др. Русские авторы Житий несут в себе идеи независимости политической и церковной жизни молодого Киевского государства; порой они во многом отходят от канонов греческой агиографии.

Иногда в основу Житий кладутся лишь отдельные драматические эпизоды из жизни святых (история убийства Бориса и Глеба), вводятся внутренние монологи и эмоциональные диалоги, в ряде случаев меняется тип биографии: то это простой рассказ, богатый историческими и бытовыми наблюдениями (житие Леонтия Ростовского, XII век), то военно-патриотическая повесть (Житие Александра Невского, Довмонта Псковского, XII–XIV века), то поэтическая сказка (житие Петра и Февронии, XV–XVI века).

Второе южнославянское влияние (конец XIV – начало XV века) содействует развитию в русской агиографии витийственно-риторического стиля – «плетения словес», в результате чего возрастает эмоциональность и психологизм повествования. Появляется группа видных агиографов: митрополит Киприан, который перерабатывает Житие митрополита Петра, Епифаний Премудрый (Жития Сергия Радонежского, Стефана Пермского), серб Пахомий Логофет (Житие Кирилла Белозерского и др.). В эпоху укрепления централизованного русского государства (XVI век) агиография становится на службу идеологическим задачам правительства. Осуществляя политику Ивана Грозного в области духовной жизни, митрополит Макарий сильно расширяет сонм русских святых и руководит составлением их Житий, которые объединяются в Великих Четьих Минеях (12 огромных томов), включающих почти все обращавшееся на Руси наследие переводной и оригинальной агиографии, заново переработанное и риторически украшенное. В XVII веке составляются собрания Четьих Миней Германа Тулупова (1627–1632), Иоанна Милютина (1646–1654) и Димитрия Ростовского (изд. 1689–1705). В XV–XVII веках создается особенно большое число новых Житий, посвященных монахам Русского Севера и отразивших колонизационную роль монастырей, их борьбу за землю с крестьянством. В агиографический стиль все более вносятся черты реальной жизни, Жития постепенно сближаются с бытовой повестью (Житие Юлиании Лазаревской). Во второй половине XVII – начале XVIII века создаются новые Жития, посвященные представителям религиозного движения – раскола. Героями их становятся противники государственной Церкви, проклятые ею и гонимые царской властью (Жития Ивана Неронова, Морозовой, Кирилла Выгорецкого и др.). Это направление агиографии тяготеет к изображению народного быта и отличается «просторечием». Жанр биографии святого перерастает в жанр поучительно-полемической автобиографии «апостолов» раскола (Жития Аввакума, Епифания).

По объему излагаемого биографического материала, как правило, выделяют два вида жития: биографическое (биос) и мученическое (мартириос). Биос дает описание жизни христианского подвижника от рождения до смерти, мартириос рассказывает только о мученической смерти святого. Последняя форма – более древняя, связана с гонениями на первых христиан. В основе этого типа Житий лежат «протоколы» допросов христиан, поэтому они как бы документированы. Полная биография не берется, рассказывается только о мучениях святого.

Другая группа Житий повествовала о христианах, добровольно подвергавших себя разного рода испытаниям: богатые юноши тайно покидали дом и вели полуголодную жизнь нищих, подвергаясь унижениям и насмешкам; подвижники, оставив города, уходили в пустыни и жили там в полном одиночестве (отшельники). Особым видом христианского подвижничества было столпничество, при котором святой обитал долгие годы на вершине каменной башни – столпа, а в монастырях подвижники могли затворяться в келье, которую не покидали ни на час вплоть до смерти.

Среди византийских Житий наибольшее распространение получили переводы житий Алексия, человека Божьего, Андрея Юродивого, Варвары, Георгия Победоносца, Дмитрия Солунского, Екатерины, Иоанна Златоуста, Николая Мирликийского, Параскевы Пятницы и др.

Жития русских святых создавались на протяжении всех веков существования древнерусской литературы – с XI по XVII век. Жития эти также могут быть систематизированы по типу героев: княжеские, Жития церковных иерархов, строителей монастырей, подвижников во славу церкви и мучеников за веру, жития юродивых. Помимо этого, Жития могут быть сгруппированы по географическому принципу – по месту жизни и подвигов святого и месту возникновения Жития (киевские, новгородские и северорусские, псковские, ростовские, московские и др.).

Об авторстве тех или иных житий в ряде случаев мы узнаем из текста самих произведений, на основе косвенных данных. Нестор Летописец (XI–XII), Епифаний Премудрый (XIV–XV), Пахомий Логофет (XV) – вот наиболее известные из авторов русских житий.

Группируя жития по характеру героев, отметим:
– Жития подвижников во славу Церкви и создателей монастырей (Александр Свирский, Варлаам Хутынский, Авраамий Ростовский, Сергий Радонежский, Стефан Пермский и др.);

– Жития иерархов Русской Церкви – митрополитов (Алексия, Ионы, Киприана, Петра, Филиппа);

– Жития юродивых (Василия Блаженного, Иоанна Устюжского, Михаила Клопского и др.).

Из княжеских Житий наиболее известны Жития Александра Невского, Бориса и Глеба, князя Владимира, Дмитрия Донского и др.

Женских Житий в русской агиографии мало: Анны Кашинской, Евфросинии Полоцкой, Евфросинии Суздальской, Иулиании Вяземской, Иулиании Осорьиной, княгини Ольги.
Не обошло стороной и влияние на житийную литературу легендарно-сказочных мотивов. Местные предания иногда столь сильно влияют на авторов, что к Житиям созданные ими произведения могут относиться только потому, что герои их признаны Церковью святыми и в заглавии их может фигурировать термин «Житие», тогда как по литературному характеру это ярко выраженные сюжетно-повествовательные произведения. Это «Повесть о Петре и Февронии Муромских» Ермолая-Еразма, «Повесть о Петре, царевиче Ордынском», «Повесть о Меркурии Смоленском». В XVII веке на Русском Севере возникают Жития, полностью основанные на местных легендах о чудесах, происходящих от останков людей, жизненный путь которых с подвигами во славу Церкви не связан, но необычен – они страдальцы в жизни. Артемий Веркольский – мальчик, погибший от грозы во время работы в поле, Иоанн и Логгин Яренские – то ли поморы, то ли монахи, погибшие в море и найденные жителями Яренги на льду, Варлаам Керетский – священник села Кереть, убивший жену, наложивший сам на себя за это тяжкие испытания и прощенный Богом.

Только древнерусское Житие дает нам возможность наблюдать личную жизнь в Древней Руси, хотя и возведенную к идеалу, переработанную в тип, с которого корректный агиограф старался стряхнуть все мелочные конкретные случайности личного существования. Нередко это и своеобразная местная летопись глухого уголка, не оставившего по себе следа ни в общей летописи, ни даже в какой-либо грамоте. Такие записи чудес иногда велись по поручению игумена и братии особыми на то назначенными лицами, с опросом исцеленных и свидетельскими показаниями, с прописанием обстоятельств дела, являясь скорее деловыми документами, книгами форменных протоколов, чем литературными произведениями. Несмотря на это, в них иногда ярко отражается быт местного мирка, притекавшего к могиле или ко гробу святого со своими нуждами и болезнями, семейными непорядками и общественными неурядицами.

Жития, в свою очередь, формировали взгляды древнерусских читателей на идеал святости, на возможность спасения, воспитывали филологическую культуру (в лучших своих образцах), создавали идеальные формы выражения подвига святого.

Кто такие святые в православии? Это обычные люди, которые целью своей жизни выбрали путь служения Христу и Его Церкви. Это путь у всех был разный — есть у нас и мученики за веру, и великие проповедники, и святители, и многие другие.

От обычного человека святой отличается одним самым важным качеством — решимостью жить по Воле Божьей и везде следовать за Ним.

Православная Церковь чтит и прославляет таких людей, ведь они сподобились стать рядом с самим Богом после своей смерти. Для каждого православного христианина будет очень полезно знать и изучать, как же жили эти люди, что сумели достичь венца святости. В данном разделе нашего сайта вы найдете описания жизни и чудес многих подвижников благочестия — как известных во всем христианском мире, так и почитаемых только у некоторых христиан.

  • Александр Свирский
  • Александр Невский
  • Преподобный Александр Ошевенский
  • Александр Константинопольский
  • Святой преподобный Амвросий Оптинский
  • Святая Анастасия Узорешительница
  • Андрей юродивый
  • Анна Кашинская
  • Антоний Сурожский
  • Афанасий Ковровский
  • Беда Достопочтенный
  • Святые Борис и Глеб
  • Святая великомученица Варвара
  • Святой отец Василий Великий, архиепископ Кесарии Каппадокийской
  • Блаженный Василий Московский
  • Святой равноапостольный великий князь Владимира
  • Вонифатий Тарсийский
  • Святой великомученик Георгий Победоносец
  • Григорий Палама
  • Григорий Синаит
  • Святой царь и пророк Давид
  • Давид Гариджийский
  • Князь Даниила Московский
  • Святой Димитрий Ростовский
  • Дмитрий Солунский
  • Великомученица Екатерина
  • Преподобная Елена Дивеевская
  • Епифаний Премудрый
  • Закхей Праведный
  • Святой пророк Илия
  • Иоанн Богослов
  • Святого великомученик Иоанн Воин
  • Святитель Иоанн Златоуст Константинопольский
  • Иоанн Кассиан Римлянин
  • Иоанн Лествичник
  • Предтеча и Креститель Господень Иоанн
  • Иоанн Русский
  • Святой великомученик Иоанн Новый, Сочавский
  • Святая великомученица Ирина Македонская
  • Святой пророк Исаи
  • Святой апостол Иуда Иаковлев
  • Девять мучеников Кизических
  • Святые Киприан и Устинья
  • Косма Этолийский
  • Кукша Одесский
  • Старец Лаврентий Черниговский
  • Святитель Лука, Архиепископ Симферопольский и Крымский
  • Святая преподобная Мария Египетская
  • Святая Мария Магдалина
  • Матрона Московская (чудеса)
  • Матрона Московская (житие)
  • Святитель Митрофан Воронежский, Чудотворец
  • Святитель Николай, архиепископа Мир Ликийских
  • Святитель Николай Чудотворец (чудеса в наши дни)
  • В чем и кому помогает святитель Николай Чудотворец
  • Преподобный Паисий Святогорец
  • Великомученик и целитель Пантелеимон
  • Мученицы Параскева, нареченная Пятницею
  • Святые Петр и Феврония Муромские
  • Святой чудотворец Серафим Саровский
  • Преподобный Сергий Радонежский
  • Преподобный старец Силуан Афонский
  • Святой Симеон Верхотурский
  • Святитель Спиридон Тримифунтский
  • Симон Кананит
  • Стефан Пермский
  • Святитель Тихон Воронежский, Задонский
  • Святой Тихон, патриарх Московский
  • Святой мученик Трифон
  • Феодосий Печерский
  • Феодор Ушаков

Повседневная жизнь святых, их подвиги и чудеса – непостижимая тайна. Безусловно, все тайное притягивает. Как пишутся жития святых и какие существуют «законы жанра» в одном из важнейших видов церковного творчества – агиографической литературе, рассказывает архимандрит Сильвестр (Стойчев), старший помощник ректора КДА по учебно-методической работе, член епархиальной комиссии по канонизации святых.

Архимандрит Сильвестр (Стойчев)

– Жития святых занимают центральное место в христианском воспитании человека. На житийных примерах угодников Божиих с первых веков христианства воспитывались многие поколения верующих. Вплоть до наших дней. Отче, расскажите, пожалуйста, что представляют собой жития святых и какова их функция?

– Написание жития святого – часть процесса канонизации. Житие создается на основании подробного изучения биографических материалов, свидетельств. Задача жития – не просто дать биографические сведения, а проиллюстрировать, по каким критериям Церковь опознает в человеке святого и как именно Она сделала это в конкретном случае.

– Каким образом пишется житие?

– В Древней Церкви основанием для написаний житий были мученические акты и свидетельства, оставленные очевидцами. Естественно, что со временем процесс канонизации несколько усложнился, в том числе и относительно составления жития. На современном этапе при канонизации собираются и подробно исследуются источники жизнеописания, нередко привлекаются узкие специалисты в различных областях: историки, юристы, само собой богословы и канонисты. Результатом такой кропотливой работы является в том числе и написание жития, если принято решение о канонизации.

– Почему говорят, что жития святых – это житие самого Господа?

У апостола Павла есть такие слова: «И уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал. 2:20). Свт. Иоанн Златоуст, блж. Феодорит Кирский, блж. Феофилакт объясняя их, акцентируют, что благодать Божья настолько меняет святого человека, что он не делает ничего своевольного, что бы противоречило учению Христа Спасителя, но все делаемое сообразует с евангельским словом настолько, что можно сказать: «Не я живу, но Христос живет во мне». Павел, как бы продолжая эту мысль, говорит в другом Послании: «В вас должны быть те же чувствования, что во Христе Иисусе» (Фил 2:5).

– В силу Своей природы Бог не может быть познан людьми, как постигается сущность вещей чувственного мира: прямо, целиком и во всей полноте. Получение истинного представления о Боге превышает человеческие возможности. Как христиане могут познать Бога?

– Следует учитывать, что, с одной стороны, в христианском богословии присутствует учение о так называемом естественном Откровении, подразумевающем определенного рода пути, основанные на природных способностях, раскрывая которые человек может прийти к идее Творца.

Но двигаться далее посредством собственных природных способностей он не может, поэтому Господь открывает себя. Таким образом, Богопознание предполагает Откровение. Именно с Откровения Бога начинается Священная история человечества. Цель религии – не просто идея Бога, а связь с Ним, отношения. И в этом плане процесс познания включает в себя исполнение воли Божьей. Господь открывает Себя и одновременно показывает путь к Себе. Творец не просто говорит, что Он существует, а заявляет: чтобы прийти к Нему, нужно следовать Его закону. Православная Церковь, канонизируя святых, очередной раз за свою историю показывает всем: вот путь, по которому можно прийти к Богу, этим путем шел прославляемый нами святой, и все вы, желающие спастись, держите этот же путь, ибо его прошли до вас множество и множество людей Божьих.

Шебуев Василий Козьмич (1777–1855) «Димитрий Ростовский». Ростовский архитектурно-художественный музей-заповедник

– В 1689 году была выпущена первая книга «Жития святых» Димитрия Ростовского (сентябрь, октябрь, ноябрь). Что заставило взяться его за этот труд? Какими источниками он пользовался?

– Необходимо понимать исторические реалии того времени. В области богословия – это время западного влияния. На эту тему написано много исследований. Было бы наивным полагать, что влияние ограничивалось только богословскими системами. Степень влияния оценивается по-разному, но в любом случае оно было достаточно масштабным и касалась многих сторон церковной жизни.

Перед святителем Димитрием стояла трудная задача написать жития святых, при том что количество источников было ограниченным. Есть святые, о жизни которых сохранилось много материалов или, наоборот, сведения скудные. Об отдельных святых нам известно всего лишь, что они родились, удалились куда-то для христианских подвигов и почили праведно, к примеру, через 50 лет. И все. Написать пространное житие на основании этих данных невозможно. Задача автора житий в таких случаях многократно усложняется. При таких условиях работу автора житий можно сравнить с трудом иконописца, нередко не имеющего данных о святом, которого будет писать. В таких случаях в иконописи существует традиция изображения согласно понесенным подвигам: мученики в такой-то цветовой гамме, святители так-то, монахи такими-то. То есть создается именно образ, отображающий представление Церкви о подвиге мучеников, архиереев, праведных мирян и т. п. А указание имени говорит о том, кто именно изображен. Составитель житий иногда при недостатке данных использует подобные методы. И это закономерно, так как, повторюсь, житие святого – это не биография в общепринятом значении этого слова и не воспоминания современников, но вербальная икона святого. Существуют исследования на тему, как именно развивался такой жанр духовной литературы, как житие, в Византии и на Руси.

Собор всех святых

– Отче, а были какие-то стандарты в агиографическом творчестве?

– В исследованиях, посвященных агиографической литературе, можно встретить утверждение, что в Византии своеобразным эталоном, на который ориентировались составители, было житие прп. Федора Студита и некоторых других святых. Но это не означает вовсе, что факты его биографии приписывались другим святым, а лишь говорит о том, что указанное житие было неким ориентиром при написании схожих текстов. Например, если я хочу написать хорошую проповедь, то буду руководствоваться уже существующей хорошей проповедью, например, святителя Филарета Дроздова.

– Примерно такая же схема использовалась по отношению к житиям?

– Да. В каждом жизнеописании необходимо было указать первичное мирское положение: происхождение святого, воспитание, внутренний духовный переворот, приведший или к вере во Христа, или к решению принять мученичество, или к желанию уйти в монастырь. И, наконец, венец жизни – мученичество, исповедничество, приобретение даров: молитвы, слез, прозорливости и т. п. Вот примерно по такому лекалу, если можно так выразиться, составлялись жития. Но для освещения всех этих обстоятельств не всегда была и есть информация. И речь идет не только о древних святых.

Возьмите жития новомучеников. Зачастую нам известно, что учился священник, например, в Киевской семинарии, которую закончил в таком-то году, рукоположен во священники и направлен в такую-то епархию, и все. Из следственного дела узнаем, что он обвинялся в том-то и том-то. И далее – смертный приговор. Но мы не имеем никаких сведений о том, что заполняло жизнь этого человека, какие обстоятельства пришлось пережить, какие подвиги нести, какие переживания он испытывал в камере.

– То есть мы не имеем возможности знать в подробностях, как жил и что чувствовал человек во время испытаний веры, пыток и надругательств?

– Безусловно. Но нужно понимать, что даже краткое житие раскрывает перед нами величие подвига того или иного подвижника, а тем более – мученика.

Когда святитель Димитрий писал свои тексты, он также сталкивался с подобными вещами. Поэтому нужно учитывать, что для написания каждого отдельного жития он имел разные объемы исходного материала. У агиографа есть жития не очень подробные, которые можно назвать житийной справкой. Но в любом случае он проделал грандиозную работу, которая свидетельствует о том, что в Православной Церкви явлен целый сонм святых, что они были, есть и будут.

Потому что не может существовать Церковь без святых, ибо Ее задача – это святость. Мы призваны к святости. Задача церковного писателя – указать на эту святость.

– Жития святых – это вечно недописанная книга…

– Совершенно верно. Так как святые в Церкви есть и будут, ибо в Ней пребывает Дух Святой.

– Какими материалами пользовался святитель Димитрий, где он их искал?

– Думаю, что исследовать источники, которыми пользовался святитель, это будущая задача церковной науки. Главное понимать, говоря о его трудах, что на нем лежала миссия обогатить церковную письменность житийной литературой. В этом направлении он проделал огромную работу.

– Отец Сильвестр, какой Вам представляется Церковь будущего?

– Хороший вопрос. Я не футуролог, в будущее не заглядываю (смеется). Могут случиться самые разные обстоятельства, возникнуть различные ситуации и положения. Но основная задача Церкви была, есть и будет – спасение. Уверен, что Церковь с этой миссией справлялась и в византийскую эпоху, и во времена средневековой Руси, и в советское лихолетье. Исполнит она свое предназначение и сейчас, и в будущем тоже.

Беседовала Наталья Горошкова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *