Текст отпевания усопшего

Отпевание

Отпевание монаха в Сретенском монастыре г. Москвы Отпевание архиепископа Афинского Христодула

Отпева́ние, или Чин погребе́ния, или Чин быва́емый на погребе́ние — в русском православии название богослужения, описанного в Требнике под названием После́дование ме́ртвенное (греч. Νεκρώσιμος Ἀκολουθία); одно из богослужений (треб); совершается единожды над телом умершего христианина, как правило в храме.

В просторечии часто смешивается с термином панихида, которая, хотя во многом конструктивно схожа с чином отпевания, есть иное чинопоследование. Панихида в отличие от отпевания совершается много раз по тому или иному умершему человеку.

Богослужебные книги Русской Церкви содержат 5 видов последования мертвенного:

  1. мирских человек
  2. монашеское — для монахов (в том числе иеромонахов)
  3. иерейское — для лиц в иерейском сане, а также епископов (отличается пространностью и торжественностью; по составу имеет сходство с утреней Великой Субботы)
  4. младенцев — для лиц, не достигших 7-летнего возраста
  5. в Пасху — совершается в первую седмицу Пасхи (в Неделю Пасхи отпевание не отправляется).

Кроме того, Священный Синод 13 декабря 1963 имел суждение о Чине архиерейского отпевания, составленном митрополитом Куйбышевским Мануилом (Лемешевским) и постановил: «разрешить употребление Чина архиерейского отпевания <…> не к обязательному употреблению, но к употреблению по предварительному завещанию Преосвященных».

Чин архиерейского погребения в конструктивном отношении точно сохраняет строй иерейского погребения; новым является: исполнение Непорочных не на три статии, а на две, с припевами, положенными в чине погребения монахов; оттуда же заимствован седален, глас 2-й «Да человеки общники» — вместо седальна «Днесь разлучаются от сродства». Собственно новыми (авторскими) являются: тропарь по 23-м псалме «Иже течение сконча» и седален «Христе Царю»; тропарь по 83-м псалме «К Тебе, Христе, взываю»; канон, глас 6-й, который сохраняет ирмосы из канона иерейского погребения, но с новыми тропарями.

Чин архиерейского отпевания не получил распространения.

Чин отпевания мирянина

Гроб с телом усопшего вносят в храм под колокольный звон. Отпевание, так же — может происходить и на дому усопшего. При этом — правильным считается именно церковное отпевание. В то же время — домашнее отпевание не отвергается Церковью, а считается крайней мерой.

  • После прочтения Начальных молитв
  • Погребение мирянина начинается псалмом 90-м: «Живы́й в по́мощи ́, в кро́ве Бо́га небе́снаго водвори́тся…».
  • После него читается или поется полностью 17 кафизма: «Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м…» с припевами. Псалом 118 разделён на три статьи (части), к каждому стиху первой статьи припев: «Аллилуиа», к каждому стиху второй статьи припев: «Помилуй раба Твоего (или рабу Твою)», к каждому стиху третьей статьи припев: «Аллилуиа», между статьями священник произносит заупокойную ектенью («Поми́луй нас. Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й…»). При пении Непорочен, присутствующие на отпевании стоят с зажжёнными свечами.
  • После 17 кафизмы (118 псалма), поются тропари пятого гласа: «Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м…»
  • После тропарей пятого гласа священник произносит заупокойную ектенью.
  • После чего поется седален за упокой.
Покой, Спасе наш, с праведными раба Твоего (или рабу Твою или раб Твоих), и сего (или сию или сих) всели во дворы Твоя, / якоже есть писано: / презирая яко благ прегрешения его (или ея или их) вольная и невольная, и вся яже в ведении и не в ведении, Человеколюбче….
  • Затем читается 50-й псалом.
  • По прочтении 50 псалма поется заупокойный канон 6 гласа; после каждого ирмоса по четыре тропаря, припев к первому тропарю: «Дивен Бог во святых Своих, Бог Израилев», ко второму тропарю: Покой, Господи, душу усопшаго раба Твоего (или душу усопшия рабы Твоея или раб Твоих), к третьему тропарю: «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу», к четвёртому «И ныне и присно и во веки веков. Аминь». После третьей песни канона священник произносит заупокойную ектенью и поется седален:
Вои́стинну суета́ вся́ческая, житие́ же сень и ́, и́бо всу́е мяте́тся всяк земноро́дный, я́коже рече́ Писа́ние: егда́ мір приобря́щем, тогда́ во гроб всели́мся, идеже́ вку́пе ца́рие и ни́щии. Те́мже, Христе́ Бо́же, преста́вльшагося ра́ба Твоего́ или преста́вльшуюся рабу Твою или преста́вльшихся раб Твоих) упоко́й, я́ко Человеколюбец.

и поется богородичен седальна.

После шестой песни канона священник произносит заупокойную ектенью и поется заупокойный кондак:

Со святы́ми упоко́й, Христе́, ду́шу раба́ Твоего́ (или ду́шу рабы́ Твоея́ или ду́ши раб Твои́х), иде́же несть боле́знь, ни печа́ль, ни воздыха́ние, но жизнь безконе́чная.

и заупокойный икос:

Сам еди́н еси́ безсме́ртный, сотвори́вый и созда́вый челове́ка: земни́и у́бо от земли́ созда́хомся, и в зе́млю ту́южде по́йдем, я́коже пове́лел еси́, созда́вый мя и реки́й ми: яко земля́ еси́, и в зе́млю оты́деши: а́може вси челове́цы по́йдем, надгро́бное рыда́ние творя́ще песнь: аллилуия́.
  • После канона священник произносит заупокойную ектенью.
  • Затем поются восемь заупокойных стихир Иоанна Дамаскина. Каждая из стихир поется на свой глас Осмогласника, начиная с первого и кончая восьмым гласом.
  • После заупокойных стихир следуют Блаженны.
  • Прокимен: «Блаже́н путь, во́ньже и́деши днесь, душе́, яко угото́вася тебе́ ме́сто упокое́ния.» Стих: «К Тебе́, Го́споди, воззову́, Бо́же мой, да не премолчи́ши от мене́».
  • Читается Апостол, 270 зачало (1Фес. 4:13–17).
  • Также читается соответствующее место из Евангелия от Иоанна, зачало 16 (Ин. 5:24–30).
  • После чтения Евангелия произносится ектения об упокоении: «Помилуй нас, Боже, по великой милости Твоей, молим Тебя об этом, услышь и помилуй…».
  • После чего начинается прощание с усопшим. Поются стихиры второго гласа, подобен «Егда́ от дре́ва»:

Прииди́те, после́днее целова́ние дади́м, бра́тие, уме́ршему…

Во время пения стихир родственники и друзья дают последнее целование умершему — подходят по очереди к гробу и целуют «венчик», лежащий на лбу умершего и икону в его руках, перед тем как гроб с покойником будет закрыт и предан земле.

  • Затем читается Трисвятое и Отче наш
  • Поются тропари 4 гласа:

Со ду́хи пра́ведных сконча́вшихся, ду́шу ра́ба Твоего́ (или ду́ши рабы́ Твоея́), Спа́се, упоко́й, сохраня́я ю (их) во блаже́нной жи́зни, я́же у Тебе́, Человеколю́бче…

  • Произносится ектения об упокоении, после чего священник произносит:

Во блаже́нном успе́нии ве́чный поко́й пода́ждь, Го́споди, усо́пшему рабу́ Твоему́ (усо́пшей рабе́ Твоей) имярек, и сотвори́ ему́ (ей) ве́чную па́мять.

Хор трижды поёт: «Вечная память.» После чего священник читает прощальную молитву.

С пением «Святый Боже…» гроб с телом усопшего выносится из храма. Перед закрытием гроба и положением его в могилу священник предаёт тело умершего земле — посыпает крестообразно землю на тело умершего с произнесением слов: «Господня земля, и исполнение ея, вселенная и вси живущий на ней». Затем священник читает Молитву разрешительную. Гроб закрывается крышкой, которая прибивается гвоздями или закрывается с помощью иных замков. После этого при пении литии гроб с телом умершего опускается в могилу, ногами к востоку, и во время пения тропарей: «Со ду́хи пра́ведных сконча́вшихся, ду́шу ра́ба Твоего́, Спа́се, упоко́й, сохраня́я ю во блаже́нной жи́зни» могила засыпается землей. На место, под которым находятся ноги покойника устанавливается Крест.

Ссылки

  • Что такое отпевание?// Интервью архимандрита Августина (Пиданова)
  • Последование мертвенное мирских тел
  • Отпевание // Часть 3. Отпевание и погребение Из книги «Со святыми упокой»
  • О МОЛИТВОСЛОВИЯХ И МОЛЕБНЫХ ПЕНИЯХ НА РАЗНЫЕ СЛУЧАИ. ОТХОДНАЯ. ПОГРЕБЕНИЕ УМЕРШИХ

Чинопоследование отпевания

Отпевание начинается обычным возгласом: «Благословен Бог наш всегда, ныне, и присно, и во веки веков».

I часть

По возгласе читается «обычное начало» и 90-й псалом.

При чтении 90-го псалма в символических образах аспидов и львов изображаются ужасы мытарств, с которыми встретится душа усопшего. Но верную Своему Творцу душу сохранит Господь.

Погребение «мирских человек» продолжается кафизмой 17-й (118-й псалом, называемый «Непорочны» от начального его слова), разделенной во имя Святой Троицы на три статии (части), из которых в первой и последней каждый стих сопровождается припевом: «Аллилуиа», а каждый стих второй статии – пением «Помилуй раба Твоего».

После первых двух статий звучат малые ектеньи, после третьей – тропари «по Непорочных»

Ектенья между статиями содержит следующие прошения.

Диакон: «Паки и паки миром Господу помолимся».

Хор: «Господи, помилуй» – на каждое прошение.

Диакон: «Еще молимся о упокоении души усопшего раба Твоего (душ усопших раб Твоих, имярек), и о еже проститися ему (им) всякому согрешению, вольному же и невольному»;

«Яко да Господь Бог наш учинит душу его, идеже праведнии упокояются».

«Милости Божия, Царства Небеснаго, и оставления грехов его у Христа Безсмертнаго Царя и Бога нашего, просим».

Хор: «Подай, Господи».

Диакон: «Господу помолимся».

Хор: «Господи, помилуй».

При пении «Непорочных» священником совершается каждение. В последовании погребения, помещенном в Большом Требнике, «Непорочны» печатаются полностью.

К великому сожалению, современная практика исполнения «Непорочных» такова, что поется всего по два-три стиха из каждой статии, то есть то, что напечатано в Малом Требнике лишь в качестве начала, с указанием, как должно исполнять в данном случае «Непорочны».

Нет ничего более утешительного для души усопшего, как теплое моление о нем близких и любящих его людей. Ведь это последняя служба, последняя треба для него на этой земле. Кроме того, чин погребения, совершенный по Уставу, без сокращений и искажений, облегчает скорбь близких, окружающих гроб, успокаивает их души и умеряет их печаль. Для маловерующих же и нецерковных людей молитва о близком и любимом человеке с последующим поучением священника может дать толчок к изменению жизни и приходу в Церковь.

После 17-й кафизмы поются тропари «по Непорочных», начала которых следующие: «Святых лик обрете источник жизни…»; «Агнца Божия проповедавше…»; «В путь узкий хождшии прискорбный…»; «Образ есмь неизреченныя Твоея славы…»; «Древле убо от не сущих создавый мя…»; «Упокой, Боже, раба Твоего…»; «Слава» – «Трисиятельное Единаго Божества, благочестно поем…»; «И ныне» – «Радуйся, Чистая, Бога плотию рождшая…» «Аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа, слава Тебе, Боже» (трижды).

В тропарях «по Непорочных» говорится о том, что святые обрели Христа Источником жизни и дверью в рай. Они проповедали Агнца Божия и вошли в жизнь нестареющую, чтобы услышать глас Христа: «Придите, насладитесь тех почестей и венцов Небесных, которые Я вам уготовал». Далее Церковь от лица усопшего говорит Господу: «Ия есть образ неизреченной Твоей славы, я почтен Твоим Божественным образом. Ты, Владыко, очисти меня Твоим благоутробием и вожделенное отечество дай мне». Церковь просит Господа о усопшем следующими словами: «Упокой, Боже, раба Твоего и введи его в рай, где праведные сияют, как звезды…».

Затем следует малая ектенья об упокоении и «седален покоин»: «Покой, Спасе наш…»; «Слава», и конец седальна: «и вся яже в ведении и не в ведении, Человеколюбче».

«И ныне», Богородичен: «От Девы возсиявый миру, Христе Боже, сыны света Тою показавый, помилуй нас».

Все прошения о усопшем повторяются не раз, мы всеми силами умоляем Господа, своим усердием преклоняя Его на милость.

II часть

Чтение 50-го псалма. Его цель – возбудить покаянное чувство в самих молящихся.

Затем поется канон, к песням которого присоединяют припев: «Покой, Господи, душу усопшаго раба Твоего».

По 3-й песни канона поется седален: «Воистину суета всяческая…» и Богородичен: «Всесвятая Богородице, во время живота моего…».

По 6-й песни канона и малой ектенье поется кондак: «Со святыми упокой…» и икос: «Сам еси Един безсмертный…». Затем снова повторяется кондак.

Канон в чинопоследовании отпевания имеет ту же структуру и ту же направленность, что и канон панихиды, которую служат после смерти усопшего: моление о усопшем; объяснение того, как смерть вошла в природу людей, созданных для бессмертия; указание на то, какие средства помогут восторжествовать над ней и получить бессмертие, – подобно тому, как восторжествовали над ней мученики и все угодившие Господу Богу.

По 9-й песни канона – малая ектенья, после чего гасятся свечи и поются восемь самогласных стихир преподобного Иоанна Дамаскина, каждая на один из восьми гласов.

Глас 1-й: Кая житейская сладость пребывает печали непричастна; кая ли слава стоит на земли непреложна; вся сени немощнейша, вся соний прелестнейша: единем мгновением, и вся сия смерть приемлет, но во свете, Христе, Лица Твоего, и в наслаждении Твоея красоты, его же избрал еси, упокой, яко Человеколюбец.

(Какая сладость в жизни всегда будет не причастной к печали? Чья слава устоит на земле неизменной? Все здесь – ничтожнее тени; все обманчивее сна; одно мгновение – и все это похищает смерть; но упокой, Христе,

Человеколюбче, во свете Лица Твоего и в наслаждении Твоею красотою сего (усопшего), которого Ты избрал.)

Глас 2-й: Увы мне, яковый подвиг имать душа, разлучающися от телесе! Увы, тогда колико слезит, и несть помилуяй. Ко Ангелом очи возводящи, бездельно молится; к человеком руце простирающи, не имать помогающаго, тем же, возлюбленнии мои братии, помысливше нашу краткую жизнь, преставленному упокоения от Христа просим, и душам нашим велию милость.

(Горе мне! Сколь тяжкий подвиг совершает душа, разлучаясь с телом! Увы, сколько слез она проливает тогда; и нет никого, кто бы помиловал ее: к Ангелам возводит очи свои, но напрасно их умоляет; к людям простирает руки свои, и здесь нет помощника. Поэтому, возлюбленные братья мои, представив себе, насколько кратковременна наша жизнь, будем просить у Христа упокоения усопшему и душам нашим великой милости.)

Глас 3-й: Вся суета человеческая, елико, не пребывают по смерти: не пребывает богатство, ни сшествует слава; пришедшей бо смерти, сия вся потребишася. Темже Христу безсмертному возопиим: преставленного от нас упокой, идеже всех есть веселящихся жилище.

(Для людей суета все то, что не остается (с ними) по смерти: не остается богатство; слава не идет (с ними во гроб). Ибо как только пришла смерть, все это исчезло. Потому возопием Христу бессмертному: упокой преставившегося от нас там, где всех веселящихся жилище.)

Глас 4-й: Где есть мирское пристрастие; где есть привременных мечтание; где есть злато и сребро; где есть рабов множество и молва. Вся персть, вся пепел, вся сень. Но приидите возопиим безсмертному Царю: Господи, вечных Твоих благ сподоби преставльшагося от нас, упокояя его в нестареющемся блаженстве Твоем.

(Куда девалось пристрастие к миру? Где мечты о временном? Где золото и серебро? Где множество рабов и слава? Все это – прах, все – пепел, все – тень. Придите же возопием бессмертному Царю: Господи! сподоби вечных благ Твоих преставившегося к Тебе от нас и упокой его в неизменном Твоем блаженстве.)

Глас 5-й: Помянух пророка вопиюща: аз есмь земля и пепел, и паки рассмотрих во гробех, и видех кости обнажены, и рех: убо кто есть царь, или воин, или богат, или убог, или праведник, или грешник; но упокой, Господи, с праведными раба Твоего.

(Вспомнил я слова пророка: «я земля и пепел»; и потом заглянул в гробы и увидел одни кости обнаженные, и сказал: кто же тут царь или воин, или богатый, или убогий, или праведник, или грешник? Но упокой, Господи, с праведными раба Твоего.)

Глас 6-й. Начаток мне и состав зиждительное Твое бысть повеление: восхотев бо от невидимого же видимого жива мя составити естества. От земли тело мое создал, дал же ми еси душу божественным Твоим и животворящим вдохновением. Темже, Христе, раба Твоего во стране живущих и в селениих праведных упокой.

(Началом и составом моим было творческое Твое повеление; ибо Ты восхотел создать меня существом из видимого и невидимого естества – тело мое создал из земли, а душу дал мне посредством Божественного Твоего и животворящего дуновения. Посему, Христе, упокой раба Твоего во стране живых и в селениях праведных.)

Глас 7-й: По образу Твоему и подобию создавый в начале человека, в рай поставил еси владети Твоими тварьми. Завистию же диаволею прельстився, снеди причастися, заповедей Твоих преступник быв. Темже паки в землю, от неяже взят бысть, осудил еси возвратитися, Господи, и испросити упокоения.

(В начале создавши человека по образу Своему и подобию, Ты поставил его в раю владычествовать над тварями Твоими. Но он, обольщенный по зависти диавола, вкусил (запрещенный) плод и сделался преступником заповедей Твоих. Поэтому ты осудил его, Господи, на то, чтобы он опять возвратился в землю, из которой был взят, – и этим испросил себе успокоение.)

Глас 8-й. Плачу и рыдаю, егда помышляю смерть, и вижду во гробех лежащую, по образу Божию созданную нашу красоту, безобразну, безславну, не имущую вида. О чудесе! что сие еже о нас бысть таинство; како предахомся тлению; како сопрягохомся смерти; воистину Бога повелением, якоже писано есть, подающаго преставльшемуся упокоение».

(Плачу и рыдаю, когда размышляю о смерти и вижу во гробах лежащую по образу Божию созданную нашу красоту безобразной, бесславной, не имеющей вида.

О чудо! Что это за таинство совершилось над нами? Как подвергнемся тлению? Как сочетались мы со смертью? Подлинно, по повелению Бога, как написано, – подающего преставившемуся упокоение.)

Эти стихиры – непрерывная проповедь о суете всего, что прельщает нас в мире и покидает после смерти, вопль человека над развалинами жизни человеческой, вопль о всех бедствиях и скорбях ее. Это чувство тления, разрушения и смерти во всем земном; это картина, при взгляде на которую рассеиваются все наши надежды на земное, разбиваются о камень все наши помыслы и мечты, ноет сердце и болит душа.

За этим изображением скоротечности земной жизни, неизбежного разрушения и тления тела, Церковь утешительно произносит «Блажены». Временному и тленному, оставляемому в этом мире, словами Самого Спасителя противопоставляется то, что составляет истинное и вечное блаженство любого христианина. Чтение заповедей блаженств прерывается краткими прошениями Церкви от лица усопшего ко Спасителю.

«Во Царствии Твоем помяни нас, Господи».

«Разбойника рая, Христе, жителя, на кресте Тебе возопивши: помяни мя, предсодеял еси покаянием его, и мене сподоби недостойного».

(«Разбойника, возопившего к Тебе на кресте: “помяни мя”, – Ты сделал, Христе, прежде всех жителем рая, за его покаяние; и меня недостойного сподоби (быть в раю)».)

«Блажени милостивые, яко тии помилованы будут».

«Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят».

«Животом господствуяй и смертию, во дворех святых упокой, его же приял еси от привременных: и помяни мя, егда приидеши во Царствии Твоем».

(«Ты, Господин жизни и смерти, упокой в обителях святых Твоих принятого Тобою из этой кратковременной жизни; и помяни меня, когда приидешь во Царствии Твоем».)

«Блажени миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся».

«Блажени изгнани правды ради…».

«Христос тя упокоит во стране живущих, врата райския да отверзет ти, и Царствия покажет жителя, и оставление тебе даст, от нихже согрешил еси в житии, христолюбче».

(«Христос тебя да упокоит в стране живых и да откроет тебе врата райские, и да соделает тебя жителем рая, и прощение да подаст тебе во всем, в чем согрешил в жизни твоей, христолюбче».)

В завершение на «Славу» поется стихира Троице: «Безначальным и рождением и происхождением…».

А на «Иныне» – Богородичен: «Како от сосцу Твоею млеко точиши…».

После этого поется прокимен и читается Апостол. Апостольское чтение – Первое послание апостола Павла к Фессалоникийцам (гл. 4; 13–17):

Братие, не хочу оставить вас в неведении об умерших, дабы вы не скорбели, как прочие, не имеющие надежды. Ибо если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним. Ибо сие говорим вам словом Господним, что мы, живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших; потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде. Потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках, в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом будем.

Словами апостольского чтения Церковь переносит наши мысли и надежды к будущему всеобщему воскресению мертвых, чтобы не оставить в страждущем сердце место печали и сомнению. Святой апостол Павел раскрывает перед нами дивные тайны будущего преображения тела человеческого. После апостольского чтения трижды поется «Аллилуиа» и читаются положенные стихи.

Наконец, Сам Господь Иисус Христос устами священника, читающего Евангелие, утешает и обнадеживает нас как Милосердный Отец, как Сострадательный Благодетель, осушающий слезы скорбящим и посылающий отраду и радость в сердце, истерзанное горем и печалью:

В то время Господь сказал: Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое, и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную; и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. Ибо как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он Сын Человеческий. Не дивитесь сему; ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат голос Сына Божия; и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло – в воскресение осуждения. Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу; и суд Мой праведен: ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца (Ин. 5; 24–30).

После Евангелия произносится ектенья: «Помилуй нас, Боже», и в конце молитва «Боже духов…» с возгласом «Яко Ты еси воскресение, живот и покой…». Обычно после этого священник читает разрешительную молитву, которую и вкладывает в руку почившего в знак того, что усопший умер как член Церкви. В этом случае прощальная молитва, помещенная в конце чина отпевания, не читается, так как по содержанию она идентична первой, будучи лишь более краткой. В этой молитве испрашивается у Господа прощение умершему согрешений вольных и невольных, в которых он «сердцем сокрушенным покаяся и елико за немощь естества забвению предаде». То есть эта молитва представляет собой прошение священника о прощении усопшему всех открытых духовнику прегрешений, кроме тех, в которых усопший не раскаялся из-за того, что он их забыл или не успел в них покаяться. Этой молитвой скончавшийся разрешается от церковного запрещения («клятвы», или епитимии), если он почему-либо не был разрешен при жизни.

После разрешительной молитвы поются трогательные стихиры при последнем целовании. При пении этих стихир происходит прощание с умершим. Оно свидетельствует о нашей неперестающей любви и духовной общности с ним во Христе Иисусе. Последнее целование народ совершает, прикладываясь ко кресту в руке умершего. Хор в это время поет:

«Приидите последнее целование дадим, братие, умершему (умершей), благодаряще Бога, сей (сия) бо оскуде от сродства своего и ко гробу тщится, не ктому пекийся о суетных и о многострастной плоти. Где ныне сродницы же и друзи? Се разлучаемся. Егоже (юже) упокоити Господу помолимся.

(«Придите, братья, и благодаря Бога, дадим усопшему последнее целование. Вот он оставил родных своих и идет ко гробу, не заботясь больше о суетном, о плоти, подверженной страстям. Где теперь родственники и друзья? Вот – разлучаемся. Помолимся же, да упокоит его Господь».)

«Кое разлучение, о братие, кий плач, кое рыдание в настоящем часе, приидите убо, целуйте бывшаго (бывшую) вмале с нами, предается бо гробу, каменем покрывается, во тьму вселяется, с мертвыми погребается и всех сродников и другов ныне разлучается, егоже (юже) упокоити Господу помолимся».

(«О, какая разлука, братия! Какая невыносимая скорбь, какая горечь слез в настоящие минуты! Вот, придите – еще раз целуйте того, который так мало был среди нас. Затем засыплет его могильный песок, закроет надгробный камень и он, разлучившись со всеми родными и друзьями, в гробовой тьме соединится со всеми другими мертвецами. Помолимся же Господу, чтобы Он упокоил его».)

«Ныне житейское лукавое разрешается торжество суеты, дух бо оскуде от селения, брение очернися, сосуд раздрася безгласен, нечувствен, мертвен, недвижим, егоже посылающе гробу, Господу помолимся дати сему во веки упокоение».

(«Теперь обличается обольстительное торжество суеты жизненной. Вот, дух оставил свою телесную храмину, и что же с ней стало? Почерневшая земля, пустой сосуд, безгласный, неподвижный, бесчувственный, мертвый. Провожая ее в могилу, будем молиться Господу, чтобы Он дал почившему вечное упокоение».)

«Слава», глас 6-й – «Зряще мя безгласна и бездыханна предлежаща, восплачите о мне, братие и друзи, сродницы и знаемии, вчерашний бо день беседовах с вами, и внезапу найде на мя страшный час смертный, но приидите вси любящие мя и целуйте последним целованием, не ктому бо с вами похожду или собеседую прочее, к Судии бо отхожду, идеже несть лицеприятия: раб бо и владыка вкупе предстоят, царь и воин, богатый и убогий в равнем достоинстве, кийждо бо от своих дел или прославится, или постыдится, но прошу всех и молю непрестанно о мне молитися Христу Богу, да не низведен буду по грехом моим на место мучения, но да вчинит мя, идеже Свет Животный».

(«Братия, друзья и знакомые! Видя, как я лежу безмолвный и бездыханный, плачьте обо мне. Давно ли я беседовал с вами? И вот, как скоро настиг меня смертный час. О все вы, кто любил меня! Подойдите, отдайте мне последнее целование; больше мне уже не быть и не беседовать с вами, потому что я отхожу к Судии, у Которого нет лицеприятия, перед Которым предстоят наравне раб и господин, царь и воин, богатый и нищий – все равны и каждый за свои дела будет или прославлен, или посрамлен. Но прошу всех и умоляю: непрестанно молитесь обо мне Христу Богу, чтобы я не был за свои грехи ввержен в место мучения, но чтобы Он вселил меня туда, где Свет Жизни».)

«И ныне» – «Молитвами Рождшия Тя, Христе, и Предтечи Твоего, апостолов, пророков, иерархов, преподобных и праведных и всех святых усопшаго раба Твоего (усопшую рабу Твою) упокой».

III часть

Чин отпевания заканчивается заупокойной литией: после стихир читается Трисвятое по «Отче наш…», молитва «Со духи праведных…» и прочее. Затем диакон возглашает сугубую ектенью: «Помилуй нас, Боже, по велицей милости Твоей…».

После возгласа: «Слава, и ныне» звучит отпуст, на котором поминается имя усопшего. После отпуста начальствующий иерей возглашает трижды: «Вечная твоя память, достоблаженне и приснопамятне брате наш».

Хор (трижды): «Вечная память».

Затем положено прочитать молитву: «Господь Иисус Христос Бог наш, Иже божественныя заповеди святым Своим учеником и апостолом давый…».

После этого с пением «Святый Боже…» гроб с телом усопшего выносят из храма.

Сейчас вместо этой краткой прощальной молитвы обычно читается другая, расширенная, текст которой печатается на особом листе. Она называется разрешительной молитвой, и ее читают над усопшим мирянином не моложе семи лет. Эта молитва не разрешает те грехи, которые усопшие утаили и в которых не покаялись в Таинстве Покаяния. Но, как уже отмечалось, эта разрешительная молитва читается не после отпуста, а сразу по прочтении Евангелия.

Этот чин в Требнике носит название «Последование мертвенное мирских тел». Чин отпевания и погребения мирян по своему составу подобен панихиде, или утрени.

Погребение мирских человек, как и панихида, начинается псалмом 90-м и кафизмой 17-ю пением 118-го псалма «Непорочны», разделенного во имя Святой Троицы на три статии΄, из которых в первой и последней каждый стих сопровождается припевом: «Аллилуиа», а каждый стих второй статии — пением «Помилуй раба Твоего».

«Непорочны», практически совсем забытые в последовании панихиды, в последовании погребения сохраняются, но, к великому сожалению, поется по два-три стиха из каждой статии, — это из 176 стихов псалма! — то есть только то, что напечатано в Малом Требнике лишь в качестве начала, с указанием, как должно исполнять в данном случае непорочны. Сам же текст 118-го псалма должен быть взят из Псалтири. В последовании погребения, помещенном в Большом Требнике, непорочны печатаются полностью. Для истинно верующих и любящих усопшего должен быть утешительно пропет у его гроба полностью этот псалом, который поется и у гроба Спасителя, эта трогательная песнь о Законе, делающем блаженными и здесь, на земле, ходящих по путям Его, оживляющем ду́ши для вечности, дарующем помощь и на Страшном Суде.

Часто возражают: «Заупокойные моления у гроба не должны быть продолжительны. Надо пощадить чувства окружающих». И вот, поскорее исполнив урезанное до предела последование, мы стремимся поскорее уйти от гроба зрелища смерти. По маловерию своему и духовной лености мы забываем, что нет ничего более утешительного для души усопшего, чем теплое моление о нем близких и любящих его людей. Ведь это последняя служба, последняя треба для брата нашего. Чин погребения, совершенный по Уставу, без сокращений и искажений, облегчает скорбь близких, окружающих гроб, успокаивает их души, умеряет печаль и стенания. А для маловерующих и нецерковных людей чин погребения близкого и любимого человека с последующим поучением священника может дать первый толчок в направлении их духовного прозрения.

После каждой статии непорочных, как и по 3-й, 6-й и 9-й песнях канона, произносится обычная заупокойная малая ектения. При пении непорочных совершается каждение иереем.

После третьей статии? 17-й кафизмы поются при отпевании мирян восемь тропарей за упокой, которые называются Непорочны тропари. Каждый тропарь сопровождается припевом: «Благословен еси, Господи».

Вот начала этих тропарей:

«Святых лик обре́те источник жизни…»

«Агнца Божия пропове́давше…»

«В путь узкий хо́ждшии прискорбный…»

«Образ есмь неизреченныя Твоея славы…»

«Древле убо от не су́щих созда́вый мя…»

«Упокой, Боже, раба Твоего…»

«Слава»: «Трисиятельное Единаго Божества, благочестно поем…»

«И ныне»: «Радуйся, Чистая, Бога плотию рождшая…»

«Аллилуиа» (трижды).

Затем следует малая ектения о упокоении и седален: «Покой, Спасе наш…» Он оканчивается словами: «и вся яже в ведении и не в ведении, Человеколюбче». После того, как будет пропет седален и «Слава», еще раз повторяется этот конец. Затем следует «И ныне» и Богородичен: «От Девы возсиявый миру, Христе Боже, сы΄ны света То́ю показавый, помилуй нас».

Вторая часть начинается с чтения 50-го псалма: «Помилуй мя, Боже…», и затем поется канон. При каноне обычно поют припев: «Упокой, Господи, душу усопшаго раба Твоего». По 3-й песни канона седален: «Воистину суета всяческая…» и Богородичен: «Всесвятая Богородице, во время живота моего…» По 6-й песни канона и малой ектении поется кондак: «Со святыми упокой…» и икос: «Сам еси Един Безсмертный…» Затем снова повторяется кондак. Этой малой подробностью последование погребения отличается от панихиды, сближаясь с праздничным по древнему чину последованием утрени, когда после кондака пелись несколько икосов, заключавшихся повторением кондака. Это сохранилось в последовании священнического погребения, где за кондаком следуют 24 икоса, завершаемые повторением кондака. По 9-й песни канона и малой ектении гасятся свечи, и поются восемь стихир преподобного Иоанна Дамаскина, каждая на один из восьми гласо́в. Святая Церковь хочет в последний раз в земном храме усладить всеми своими напевами того, кому она больше всего желает, чтобы он был удостоен «пети всесоставныя гла́сы» (Октоих, гл. 5, стихира на стиховне, 2-я, суббота утро) в небесном храме Господа. Обидно, когда в последовании погребения самогласные стихиры Дамаскина опускаются или поются только первая и последняя. Лучше прочесть их, чем совсем пропустить. Но смысл этих стихир неразрывно связан с пением их на восемь гласов. Это — непрерывная проповедь о суете всего, что прельщает нас в мире и не остается с нами по смерти.

Вот все восемь стихир, которые должны быть пропеты после заупокойного канона.

Глас 1-й: «Кая житейская сладость пребывает печали непричастна? Кая ли слава стои΄т на земли непреложна? Вся сени немощне́йша, вся со́ний преле́стнейша: единем мгновением, и вся сия смерть приемлет, но во свете, Христе, Лица Твоего и в наслаждении Твоея красоты, егоже избрал ecu, упокой, яко Человеколюбец.

Глас 2-й. Увы мне! Яковый подвиг и΄мать душа, разлучающися от телесе! Увы, тогда коли΄к слези΄т, и несть помилуяй ю! Ко ангелом очи

1. Какая сладость жизни пребувает не причастной печали? Какая слава устоит на земле непреложной? Все (здесь) — ничтожнее тени; все обманчивее сна; одно мгновение — и все это похищает смерть; но в свете, Христе, Лица Твоего и в наслаждении Твоей красотой (сего) которого Ты избрал, упокой, как Человеколюбец.

2. Горе мне! Какой подвиг совершает душа, разлучаясь с телом! Увы, сколько слез она проливает тогда, и нет никого, милующего

возводя΄щи, бездельно молится; к человеком ру́це простира́ющи, не и΄мать помогающаго. Тем же, возлюбленнии мои бра́тии, помы΄сливше нашу краткую жизнь, преставленному упокоения от Христа просим и душам нашим велию милость.

Глас З-й: Вся суета человеческая, елика не пребывают по смерти: не пребывает богатство, ни сшествует слава, пришедшей бо смерти, сия вся потреби΄шася. Темже Христу Безсмертному возопиим: преставленнаго от нас упокой, идеже всех есть веселящихся жилище.

Глас 4-й: Где есть мирское пристрастие? Где есть привременных мечтание? Где есть злато и сребро? Где есть рабов множество и молва? Вся персть, вся пепел, вся сень. Но приидите возопиим Безсмертному Царю: Господи, вечных Твоих благ сподоби преставльшагося от нас, упокоя΄я его в нестареющемся блаженстве Твоем.

Глас 5-й: Помянuх пророка вопию΄ща: аз есмь земля и пепел, и паки рассмотри΄х во гробе́х, и ви΄дех кости обнаже́ны, и рех: убо кто есть царь, или воин, или богат, или убог, или праведник, или грешник? Но упокой, Господи, с праведными раба Твоего.

Глас 6-й. Начаток мне и состав зиждительное Твое бысть повеление: восхотев бо от невидимаго же и видимаго жива мя составити естества, от земли΄ тело мое создал, дал же ми еси душу Божественным Твоим и животворящим вдохновением. Тем же, Христе, раба Твоего во стране живущих и в селениих праведных упокой.

ее. К Ангелам, возводя очи, напрасно их умоляет; к людям простирая руки свои, не имеет помощника. Посему, возлюбленные братья мои, помыслить сколь кратковременна наша жизнь, будем просить у Христа упокоения преставленному и душа́м нашим великой милости.

3. Для людей суета все то, что не остается (с ними) по смерти: не остается богатство; слава не идет (с ними во гроб). Ибо как только пришла смерть, все это исчезло. Потому возопием Христу бессмертному: упокой преставившегося от нас там, где всех веселящихся жилище.

4. Где (теперь) пристрастие к миру? Где мечты о привременном? Где золото и серебро? Где множество рабов и слава? Все это — персть, все — пепел, все — тень. Но, придите, возопием Бессмертному Царю: Господи! вечных благ Твоих сподоби преставившегося от нас, упокяя его в нестареющем Твоем блаженстве.

5. Вспомнил я слова пророка, вопиющего: «я земля и пепел», и еще заглянул в гробы и увидел кости обнаженные, и сказал: итак, кто же царь или воин, или богатый, или убогий, или праведник, или грешник? Но упокой, Господи, с праведными раба Твоего.

6. Началом мне и составом моим было творческое Твое повеление, ибо восхотев из невидимого и видимого естества создать меня, живого, из земли тело мое создал, и дал мне душу посредством Божественного Твоего и животворящего дуновения. Посему, Христе, упокой раба Твоего во стране живых и в селениях праведных.

Глас 7-й: По образу Твоему и подобию созда́вый в начале человека, в ра́и поставил ecи владети Твоими тва́рьми. Завистию же диаволею прельстився, сне́ди причасти΄ся, заповедей Твоих преступник быв. Темже паки в землю, от неяже взят бысть, осудил ecи возвратитися, Господи, и испросити упокоения.

Глас 8-й. Плачу и рыдаю, егда́ помышляю смерть, и вижду во гробе́х лежащую, по образу Божию созда́нную нашу красоту, без образну, безславну, не иму́щую вида. О чудесе! Что cиe еже о нас бысть таинство? Како преда́хомся тлению? Како сопрягохомся смерти? воистину Бога повелением, якоже писано есть, подающаго преставльшемуся упокоение».

7. В начале создавший человека по образу Своему и подобию, (Ты) поставил его в раю владычествовать над тварями Твоими. Но он, будучи обольщен завистью диавола, вкусил (запрещенной) снеди и сделавшись преступником заповедей Твоих. Поэтому Ты осудил его, Господи, на то, чтобы опять возвратить в землю, из которой он был взят, — и (этим) испросить себе упокоение.

8. Плачу и рыдаю, когда размышляю о смерти и вижу во гробах лежащую по образуБожию созданную нашу красоту образной, бесславной, не имеющей вида. О чудо! Что за таинство совершилось о нас (над нами)? Как предадились мы тлению? Как сочетались со смертью? Подлинно, по повелению Бога, как написано, — Подающего преставившемуся упокоение».

Затем в противоположность временному и тленному, оставляющему этот мир словами Самого Спасителя возвещаются заповеди Блаженств. Душа усопшего устремляет взор свой к обители Отца Небесного, видит рай и в нем благоразумного разбойника и во умилении повторяет молитвенный вопль его: «Во Царствии Твоем помяни нас, Господи». «Блаженны» прерываются краткими прошениями усопшего к Спасителю:

«Разбойника рая΄, Христе, жителя, на кресте Тебе возопи΄вша: помяни мя, предсоде́ял еси покаянием его, и мене сподоби недостойнаго».

«Разбойника, возопившего к Тебе на кресте: «помяни меня», Ты соделал, Христе, прежде всех жителем рая за его покаяние, и меня недостойного сподоби (быть в раю)».

«Блажени милостивии, яко ти΄и помиловани будут». «Блажени чисти΄и сердцем, яко тии Бога у́зрят». Мы подкрепляем смиренную молитву отшедшего брата своим прошением:

«Животом госпо́дствуяй и смертию, во дво́рех святых упокой, его же приял еси от привременных, и помяни мя, егда прии΄деши во Царствии Твоем».

«Ты, жизнью и смертью, Господствующий! Упокой в обителях святых принятого из кратковременной жизни; и помяни меня, когда придешь во Царствии Твоем».

«Блажени миротворцы, яко ти΄и сы΄нове Божии нарекутся». Наша молитва превращается в благожелание усопшему; мы как бы собственными очами видим, что душа его готовится вступить в двери райские, в страну живых, в Царство Небесное.

«Блажени изгна́ни правды ради…»

«Христос тя упокоит во стране живущих, врата райския да отверзет ти, и Царствия покажет жителя, и оставление тебе даст, от нихже согрешил еси в житии, христолюбче».

«Христос тебя (да) упокоит в стране живых (да) отверзет тебе врата райские и (да) соделает жителем Церкви (рая), и оставление (да) подаст тебе во всем, в чем согрешил ты в жизни, христолюбче».

В завершение на «Слава» поется стихира Троице: «Безначальным и рождением и происхождением…» «И ныне» — Богородичен: «Како от сосцу́ Твоею млеко́ точи΄ши…»

Чтобы не оставить в страждущем сердце место печали и сомнению, святой апостол Павел возвышает свой утешительный голос, перенося наш дух за пределы смерти, и раскрывает перед нами дивные тайны будущего преображения тела человеческого словами 1-го Послания своего к фессалоникийцам:

«Не хочу же оставить вас, братия, в неведении о умерших, дабы вы не скорбели, как прочие, не имеющие надежды. Ибо если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним. Ибо сие говорим вам словами Господними, что мы живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших, потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде, потом же мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на возду́хе, и так всегда с Господом будем? (1 Фес. 4, 13 -18).

Наконец, Сам Господь Иисус Христос устами священника утешает нас, обнадеживает, как любящий Отец (Ин. 5, 24-31):

«Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. Ибо как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он есть Сын Человеческий. Не дивитесь сему, ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия, и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения. Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу; и суд Мой праведен, ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца».

После чтения Евангелия произносится ектения о упокоении: «Помилуй нас, Боже…» Священник произносит не только возгла́с: «Яко Ты еси Воскресение и живот…», но и всю молитву «Боже духо́в…», предшествующую этому возгла́су. В Требнике нарочито отмечается этот исключительный случай гласного чтения этой молитвы, читаемой обычно тайно.

По возгласе бывает целование или последнее прощание с умершим, которое совершается при пении стихир: «Приидите, последнее целование дадим, братие, умершему…»

Из стихир при последнем целовании обычно поются лишь первая, последняя и Богородичен, а остальные одиннадцать опускаются. Между тем это трогательные и умилительные стихиры, оставляющие неизгладимое впечатление в верующем сердце.

«Приидите, последнее целование дадим, братие, умершему, благодаря΄ще Бога: сей бо оскуде от сро́дства своего и ко гробу тщится, не ктому пеки΄йся о суетных и о многострастной плоти. Где ныне сродницы же и дру́зи? Се разлучаемся! Его же упокоити, Господу помолимся.

Кое разлучение, о братие? Кий плач? Кое рыдание в настоящем часе? Приидите убо целуйте бывшаго вмале с нами: преда́ется бо гробу, каменем покрывается, во тьму вселяется, с мертвыми погребается и всех сродников и друго́в ныне разлучается. Его же упокоити, Господу помолимся.

Ныне житейское лукавое разлучается торжество суеты! Дух бо оскуде́ от селения, брение очерни΄ся, сосуд раздра́ся, безгласен, нечу́вственен, мертвен, недви΄жимь. Егоже посылающе гробу, Господу помолимся, дати ему во веки упокоение.

Яков живот наш есть? Цвет, и дым, и роса утренняя воистину. Приидите, приидите убо, у́зрим на гробе́х ясно, где доброта телесная. Где юность? Где суть очеса и зрак плотский? Вся увядо́ша яко трава, вся потребишася. Приидите, ко Христу припадем со слезами.

«Приидите, братие, и, благодаря Бога, дадим усопшему последнее целование: он оскудел от родства своего и течет ко гробу, не заботясь более о суетном и о многострастной плоти. Где ныне сродники и друзья? вот уже разлучаемся! Помолимся же, да упокоит его Господь.

Какая разлука, братие, какой плач, какое рыдание в настоящий час! приидите, целуйте недавно бывшего с нами — он предается гробу, покрывается камнем, вселяется во мрак, погребается с мертвыми: помолимся же, да упокоит его Господь.

Ныне нарушается все лукавое житейское торжество суеты! Душа исторглась из своей скинии, помрачилось брение, разбился сосуд, безгласен, бесчувственен, мертв и недвижим. Вверяя его гробу, помолимся, да даст ему Господь упокоение во веки.

Вот какова наша жизнь! — это подлинно цветок, это дым, это роса утренняя. Пойдем же на могилы и там посмотрим, куда делась доброта тела? Где юность? Где глаза и облик плоти? Все увяло, как трава; все погибло; пойдем же, припадем со слезами ко Христу.

Велий плач и рыдание, велие воздыхание и ну́жда, разлучение души΄, ад и погибель, привременный живот, сень непостоянная, сон прелестный: безвременно-мечтанен труд жития земнаго! Дале́че отбежим мирскаго всякаго греха, да небесная насле́дим.

Видяще предлежа́ща мертва, образ восприимем вси конечнаго часа́: сей бо отходит яко дым от земли, яко цвет отцвете́, яко трава посече́ся, вретищем повиваемь, землею покрываемь. Егоже невидима оставивше, Христу помолимся, дати ему во веки упокоение.

Приидите, вну́цы Адамовы, увидим на земли΄ поверженнаго по образу нашему, все благолепие отлагающа, разруше́на во гробе гноем, че́рвьми, тьмою иждиваема, землею покрываема. Егоже невидима оставльше, Христу помолимся, дати во веки сему упокоение.

Егда душа от тела и΄мать ну́ждею восхи΄титися страшными ангелы, всех забывает сродников и знаемых и печется о будущих судилищей стоянии, яже суеты многотрудныя плоти разрешении. Тогда Судию моля΄ще, вси помолимся, да простит Господь яже соде́ла.

Приидите, братие, во гробе у́зрим пепел и персть, из неяже созда́хомся. Камо ныне идем? Что же быхом? Кий убог или богат? Или кий владыка? Кий же свободь? И не вси ли пепел? Добро́та лица согни΄, и юности весь цвет увяди΄ смерть.

Великий плач и рыдание, великое стенание и болезнь при разлучении души! Тогда вся привременная жизнь для нее ад и погибель, тень непостоянная, сень заблуждения, безвременно мечтателен труд жития земного! О, убежим далеко от греха мирского, да наследуем небесные блага.

Видя предлежащего мертвого, все да помыслим о последнем часе; как пар от земли отходит человек, и как цветок увял он, как трава поблек; пеленается саваном, покрывается землею: невидимым его оставляя, помолимся ко Христу, да даст ему во веки упокоение.

Приидите, внуки Адама, увидим поверженного на земле отложившего все благолепие образа нашего, разрушенного во гробе гноем, червями, тьмою расточенного, землею покрываемого. Оставив его незримым, помолимся Христу о даровании ему упокоения на веки.

Когда страшные ангелы силою хотят исторгнуть душу из тела, забывает она всех сродников и знакомых, и помышляет только о предстании будущему судилищу и о разрешении от суеты многотрудной плоти. И мы, к Судии прибегая, помолимся все, да простит Господь соделанное человеком.

Приидите, братия, увидим в могиле пепел и персть, из которой мы созданы; куда мы теперь идем? И чем мы были? Кто здесь нищий или богач? Кто владыка? Кто свободный? Не все ли одинаково — пепел? Красота лица сгнила, и весь цвет юности увял от (дыхания) смерти.

Воистину суета и тление, вся житейская виды и безславная: вси бо исчезаем, вси у́мрем, ца́рие же и кня΄зи, судии΄ и насильницы, богатии и убо́зии, и все естество человеческое: ныне бо, иже иногда в житии, во гро́бы ввергаются. Ихже да упокоит Господь, помолимся.

Вси телеснии ныне орга́ны праздни зрятся, иже прежде мала дви΄жими бя΄ху, вси недействительни, мертви, нечувственни: очи бо заидо́ша, связа́стеся но́зе, ру́це безмолвствуете, и слух с ними, язык молчанием заключи΄ся, гробу предается. Воистину суета вся человеческая.

Спасай надеющыяся на Тя, Мати Незаходимаго Солнца, Богородительнице: умоли молитвами Твоими Преблагаго Бога упокоити, молимся, ныне преставльшагося, идеже упокоева́ются праведных ду́си: божественных благ наследника покажи, во дво́рех праведных, в память, Всенепорочная, вечную.

Слава: Зря΄ще мя безгласна и бездыха́нна предлежаща, восплачите о мне, братие и дру́зи, сродницы и знаемии: вчерашний бо день бесе́довах с вами, и внезапу на́йде на мя страшный час смертный. Но приидите, вси любящии мя, и целуйте мя последним целованием: не ктому бо с вами похожду или собеседую прочее. К Судии бо отхожду, иде́же несть лицеприятия: раб бо и владыка вку́пе предстоят, царь и воин, богатый и убогий в равнем достоинстве: кийждо бо

Подлинно все в жизни — суета и тление, все — призрак, все — недостойно славы. Вот все мы исчезнем, все умрем: и цари, и князья, и судьи, и подчиненные, и богатые, и убогие, весь род человеческий. И вот теперь опускаются в могилу те, которые когда-то жили; помолимся же, чтобы Господь упокоил их.

Вот все органы телесные видятся бездействующими, а прежде при малейшем усилии приходили в движение; вот все они неподвижны, бесчувственны, мертвы. Очи закатились, ноги связались, руки бездействуют, а с ними и слух; язык заключен молчанием и предается могиле. Подлинно, все суета в человеке.

Спасай надеющихся на Тебя, Матерь Незаходимого Солнца, Богородительница; умоли молитвами Твоими премилосердного Бога, — молимся Тебе, — упокоить ныне преставившегося там, где упокоеваются души праведников; соделай его, Всенепорочная, наследником божественных благ в обителях святых, — в память вечную.

Видя меня лежащего безгласным и бездыханным, восплачьте обо мне, все братия и сродники, и знакомые. Вчерашний день беседовал с вами, и внезапно настиг меня страшный час смерти; но приидите, все любящие меня, и целуйте последним целованием. Я уже более не поживу с вами или о чем-либо не собеседую; к Судии отхожу, где нет лицеприятия: там раб и владыка вместе предстоят, царь и воин, убогий и богатый в равном достоинстве; каждый от своих дел

от своих дел, или прославится, или постыдится. Но прошу всех и молю, непрестанно о мне молитеся Христу Богу, да не низведен буду по грехом моим на место мучения, но да вчини΄т мя, идеже свет животный».

прославится или постыдится. Но прошу и умоляю всех: непрестанно о мне молитесь ко Христу Богу, да не буду низведен по грехам моим в место мучений, но да вселюся в жизненный свет».

На эту последнюю мольбу почившего мы спешим откликнуться нашей молитвой за него ко Господу Иисусу Христу: «Молитвами Рождшия Тя, Христе, и Предтечи Твоего, апостолов, пророков, иерархов, преподобных и праведных, и всех святых, усопшаго раба Твоего упокой».

За пением стихир следуют молитвословия, составляющие литию за усопших. Сюда входят Трисвятое, «Пресвятая Троице…», «Отче наш», «Со духи праведных…» и прочее. Диакон возглашает сугубую ектению «Помилуй нас, Боже, по велицей милости Твоей…»; по возгла́се: «Слава, и ныне», бывает отпуст, на котором поминается имя усопшего. После отпуста архиерей или начальствующий иерей возглашает трижды: «Вечная твоя память, достоблаженне и приснопамятне брате наш», и певцы трижды поют: «Вечная память».

Затем по Требнику положено прочитать молитву: «Господь Иисус Христос, Бог наш, Иже Божественныя заповеди святым Своим учеником и апостолом да́вый…»

Однако ныне вместо этой краткой прощальной молитвы обычно читается другая, пространная, текст которой печатается на особом листе. Она называется разрешительной молитвой, и ее читают над усопшим мирянином не моложе семи лет. По прочтении этой молитвы священник сворачивает лист, на котором она напечатана, в свиток и влагает его в правую руку усопшего. Этой молитвой разрешаются только бывшие на умерших запрещения и епитимии за их прежние грехи, в которых они при жизни раскаялись перед духовником, но не те грехи, которые они утаили и в которых не покаялись в Таинстве Покаяния. Поэтому нельзя считать эту молитву равной по силе разрешительной молитве Таинства Покаяния: «…прощаю и разрешаю тя…»

На практике разрешительная молитва обычно читается и дается в руку усопшему не после отпуста, но сразу после прочтения Евангелия. С пением «Святый Боже…» гроб с телом усопшего выносится из храма.

Святая Церковь, в знак примирения и единения с душой усопшего, на краю могилы предает его тело земле. Для этого священник перед закрытием гроба и положением его в могилу посыпает крестообразно землю на тело умершего с произнесением слов: «Господня земля, и исполнение ея, вселенная и вси живущии на ней». Затем на усопшего возливается елей в знаменование того, что умерший уже окончил и совершил священные подвиги, к которым был призван, старался жить по образу и заповедям Христа Спасителя, и теперь душе его предстоит пройти мытарства и достигнуть Царства Славы. Наконец, на тело усопшего посыпают пепел из кадильницы в знаменова́ние того, что благочестивый христианин, подобно благоухающему фимиаму, угас для земли, но не для неба. Если кладбище находится вдалеке от храма, то этот последний обряд совершается в храме. При этом поется тропарь: «Со духи праведных…» Теперь гроб закрывается крышкой, которая прибивается гвоздями. После того при пении литии гроб с телом опускается в могилу, ногами к востоку, и во время пения тропарей: «Со духи праведных…» могила засыпается землей. Затем по чину литии положена сугубая ектения, и после того, как могила будет совсем засыпана, произносится: «Слава Богу, сице устроившему».

Не совершается погребение умерших в первый день Пасхи, в день Рождества Христова до вечерни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *