Восточная религия

Релимгия (от лат. religio — «святыня», набожность, благочестие) — одна из форм общественного сознания, обусловленная верой в существование сверхъестественного (в сверхъестественную силу или личность) и её влияние на жизнь человека. Для развития философской мысли в Китае, Индии, Японии, Ближнем и Среднем Востоке определенное значение приобретают структурные различия форм религий, получивших распространение в тех или иных регионах — различие между религиями богооткровенными (христианство, ислам), и религиями небогооткровенными (индуизм, конфуцианство, даосизм, буддизм). В богооткровенных религиях бог абсолютно трансцендентен и открываются человеку знанием о себе через свое «слово». В небогооткровенных — бор, хотя ж выступает духовным первоначалом, тем не менее не является личностью, творящей мир и посылающей человеку «слово» о себе В этих религиях бог — высшая, но все же ступень бытия Бог в них неуловим для понятия именно потому, что он не отделен от природы.

Цель работы: в создании цельной и непротиворечивой концепции развития цивилизаций Востока, взятой лишь в одном, но весьма существенном для понимания проблем Востока аспекте — аспекте его религиозных традиций.

Актуальность рассмотрения этой темы: В настоящее время в мире существует огромное количество религий (точнее модификаций основных религий мира). Существуют религии, которые объединяют сотни стран и народов и являются основными (мировыми) религиями, а существуют религии, которые, возможно, нам даже не известны. Каждая религия, если она есть у человека, народа — показывает и рассказывает нас, постороннем людям о данной нации очень много. Для меня всегда загадочным и манящим был мир востока, причем я очень плохо могла разобраться в географии и многообразии вероисповеданий данной территории. Поэтому актуальным лично для меня стал данный реферат в расширении кругозора и понимании культуры, политики и соц.устройства Востока через различные религии. В мировом смысле данная тема может быть актуальной еще и потому, что хоть большинство мировых религий зародилось именно с Востока (вслед зачем его стали усиленно изучать), распространившись затем по всему свету, страны Востока остаются загадочными и непознанными для большинства европейцев.

В своей работе мы попробуем раскрыть актуальные для нас моменты и достичь поставленной цели.

Понятие Востока. Роль религии в странах Востока

В свое время, несколько столетий назад, страны Востока — в первую очередь Южного (Индия), Юго-Восточного и тем более Дальнего (Китай) — представлялись европейцам царствами сказочной роскоши, редких и ценных продуктов (например, пряностей), заморских диковинок. Позже, когда эти страны были открыты и изучены, и особенно после того, как большинство их стало объектом колониальной экспансии, на передний план вышли представления об отсталости и закостенелости Востока, этого царства деспотии и тирании, базирующегося на бесправии и «поголовном рабстве». Пытаясь объяснить это явление, понять те особенности, которые бросались в глаза, первые европейские востоковеды начали энергично изучать страны Востока, их историю, культуру, религию, социальный строй, политические институты, семейные связи, нравы, обычаи и т.п. И чем дальше проникали они вглубь изучаемой страны, чем больше узнавали о ней, тем сильнее казалась им разница между культурами стран Востока и привычными нормами и принципами жизни Европы.

Уже упоминалось, что именно религия и санкционируемая ею традиция во многом определяют облик той или иной цивилизации. В жизни общества, в истории и культуре народа (напомним, речь идет в основном о докапиталистических обществах) она играла весомую роль: и христианство, и ислам, и буддизм, и конфуцианство — все эти доктрины вкупе с местными религиями типа даосизма, синтоизма, джайнизма настолько четко определили лицо той или иной цивилизации, что могут считаться ее «визитной карточкой». Особенно это относится к религиям и цивилизациям Востока.

И это не только потому, что восточных религий и цивилизаций много, а западная лишь одна (да и та, если иметь в виду истоки христианства, уходит корнями в тот же Восток, пусть только Ближний). Не потому даже, что чаще на Восток приезжают западные путешественники и больше Восток изучают европейские ориенталисты. Здесь существеннее другое: в современном мире, столь остро ощущающем процесс развития и стремление развивающихся стран уравняться с развитыми, страны Запада уверенно задают тон в сфере технического прогресса. Поэтому-то вестернизация и являет собой ныне нечто универсальное, лишенное национально-культурной окраски (достаточно напомнить, что японская современная техника — продукт западного капитализма, но не традиционной японской культуры). Понятно, что цивилизации Востока, подвергающиеся технико-культурному воздействию Запада, оказываются перед серьезной дилеммой: как лучше заимствовать чужое и в то же время сохранить свое? В этих нелегких поисках страны и народы современного Востока обычно обращаются к национальной традиции и стоящей за ее спиной религии.

Итак, современный Восток более религиозен и традиционен, нежели Запад, причем не только вследствие меньшей развитости, но также и потому, что национально-религиозная традиция для него — защитный панцирь, позволяющий сохранить свое национальное «я», свое этническое лицо, свои нравы и обычаи, особенно перед лицом обезличивающей все это капиталистической вестернизации. Однако этим весьма существенным в плане нашей темы отличием от Запада специфика Востока далеко не исчерпывается, особенно если иметь в виду докапиталистическое прошлое стран и народов Востока.

Начнем с того, что «Восток» — понятие весьма условное, причем не столько географическое, сколько историческое, социальное и политическое. Строго говоря, оно охватывает почти весь неевропейский мир, исключая те страны и регионы, которые были заселены выходцами из Европы, такие, как Америка (особенно Северная) и Австралия. Если же принять во внимание, что коренное население этих континентов (как и Африки) либо было уничтожено европейцами (цивилизации доколумбовой Америки), либо находилось на уровне первобытности (Австралия, большая часть Африки и Америки), то станет очевидным, почему в понятие «Восток» уже с XVIII в. привычно включали лишь страны Азии и северной Африки, т.е. районы неевропейского мира, знакомые со сравнительно развитой цивилизацией и государственностью.

Нетрудно представить, какую большую роль в таких обществах играла религия. Прежде всего, она санкционировала и освящала политическую власть, способствовала обожествлению правителя, превращению его в божественный символ, связующее единство данной общности. Кроме того, тесно связанная с консервативной традицией и закреплявшая ее механизм, освящавшая ее нормы религия всегда стояла также на страже незыблемости социальной структуры. Другими словами, по отношению к государству и обществу религия была цементирующей основой, но эффективность этой основы, сила ее защитной мощи во многом зависели от нее самой. Известно, что разные религиозные системы далеко не в одинаковой степени укрепляли традиционную социальную структуру или существующую политическую власть. Там, где религиозная система слабо поддерживала государство, власть и вместе с ней общество гибли легче, как это видно на примере древних ближневосточных империй, будь то персидская, ассирийская или какая-либо иная. Там же, где она функционировала оптимально, результат был иным, хотя и здесь могли быть существенные различия. Так, в Китае религиозная система энергично освящала политическую структуру, что способствовало ее сохранению на протяжении тысячелетий в почти неизменном виде. В Индии же религия была индифферентна к государству — и государства там легко возникали и гибли, были непрочными и нестабильными. Зато по отношению к социальной структуре религия действовала активно и эффективно, и это привело к тому, что, несмотря на частую и легкую смену политической власти, структура с ее кастами в качестве ведущей силы сохранилась в Индии в почти неизменном виде до наших дней.

Таким образом, религия на Востоке всегда делала ставку на стабильность, консервацию существующей нормы, сохранение социально-политического статус-кво. Во многом обусловленная именно религией внутренняя стабильность, препятствовавшая структурному обновлению и активизации частнособственнического начала, мешала развитию Востока, заставляя его веками топтаться на месте. Вторжение европейского капитала и колониальные захваты дали толчок разложению старой структуры и медленному, крайне болезненному созданию новой. Болезненному потому, что внутренне восточные общества оказались недостаточно подготовленными к кардинальной трансформации такого рода.

Радикальные сдвиги во всех сферах общественной жизни, сопряженные с социальным прогрессом, повлекли за собой неизбежную коррекцию традиционных вероучений. Для анализа этих изменений в XX веке целесообразно пользоваться типологической схемой российского исследователя М. Степанянц, включающей четыре вида конфессиональных течений:

1. Ортодоксы, основываясь на религиозных догмах, отстаивают необходимость сохранения общественного статус-кво и стремятся увековечить феодальные социально-экономические и политические институты. Это течение поддерживают представители наиболее реакционной части духовенства и представители феодальных кругов. Ортодоксы настаивают на средневековом толковании большинства догматов религии.

Мусульманские ортодоксы, к примеру, утверждают, что идея социального прогресса чужда исламу и противоречит его принципам. Мухаммад (Магомет) — «посланник Аллаха и печать пророков», а следовательно его проповедь не требует ни добавлений, ни исправлений. Общественный порядок, освященный исламом, идеален и универсален. Судьба людей и их поведение предопределены волей божьей и потому ортодоксы допускают толкование прогресса только в качестве процесса реализации заранее установленной божественной цели.

Буддийские и индийские ортодоксы также не приемлют радикальные перемены в обществе, аргументируя свою позицию ссылками на основополагающие принципы «сансары» и «кармы», идеал которых — более высокое положение в следующем рождении, а не более высокая стадия социального развития. Отсюда невозможность постановки задачи совершенствования общества в целом Идея поступательного развития отвергается ими в соответствии с буддийской традицией, предсказывающей три стадии деградации сангхи сначала никто не сможет достичь нирваны, затем перестанут соблюдать заповеди Будды, затем забудут священные тексты. Это — концепция цикличности, причем общество движется по нисходящей линии, а каждый новый цикл начинается в отдаленные времена.

При подобной трактовке общественный прогресс иллюзорен с точки зрения вероучения и ему противостоят индивидуальные усилия по достижению личного спасения. Отсюда и ненависть к научному знанию, к философии как греховному свободомыслию.

В наши дни ортодоксы воздерживаются от открытого противостояния прогрессу, а религиозные течения, отвергающие перемены, выступают зачастую под флагами возрожденчества.

2. Возрожденчество или фундаментализм — наиболее характерный тип религиозного сознания достаточно широких социальных слоев населения (мелкая буржуазия, торговцы. ремесленники, крестьяне, студенчество, молодежь в целом), надеющихся найти в раннем религиозном учении средство решения современных проблем Эти категории населения занимают достаточно подвижную позицию, поскольку, со одной стороны, они ждут перемен, а с другой — неудовлетворены ими Поэтому примыкают то к противникам буржуазных преобразований — «возрожденцам-регрессистам», то к сторонникам радикальных изменений — » возрожденцам-прогрессистам».

«Регрессистское возрожденчество» смыкается с ортодоксией. Но «возрожденцы», ратуя за перемены, обращаются к идеализированному прошлому, обосновывая идею «спасения» нации через возвращение к «золотому веку», когда буддизм, индуизм, конфуцианство и ислам проявлялись в «чистом» виде.

Идеология «Джан сангх» и «Раштрия сваямсевак сангх» (РСС) в Индии, «Джамаат-и-ислами» в Пакитстане, Афганистане и Индии, ассоциация «Братья мусульмане» в странах арабского Востока, несмотря на различие религиозных доктрин и специфику национальных условий .несут в себе ряд общих типологических характеристик — все они претендуют на роль хранителя «чистоты» веры или борцов за «очищение». Приверженность теократии также общая для «возрожденцев» этого толка и чтобы общество двигалось по пути прогресса, государство должна уступить приоритет религии

Установление теократии, кроме признания бога верховным сувереном, предполагает признание предписаний религии верховными общественными законами Лозунг «Братьев-мусульман» — «Коран — наша конституция».

Идеалом исламского государства для «возрожденцев-регрессистов» является государство, где верховная исполнительная власть сосредоточена в руках халифа или имама — главы религиозной общины, где действуют законы шариата, а правосудие вершат шариатские судьи-кади.

В социально-экономической сфере они выступают за сохранение помещичьего землевладения, кастовой системы, полигамии и настаивают на строгом сохранении предписаний, тормозящих развитие буржуазных отношений. Ссылаясь на тезис о «конечности» пророчества Мухаммада, мусульманские «возрожденцы» заявляют о превосходстве ислама над всеми другими религиями Индусские «возрожденцы» утверждают идею о превосходстве индуизма и требуют лишить гражданских прав адептов других религий.

Принципиальное отличие «прогрессистского возрожденчества» от его «регрессистского» варианта в мнимости самого возрожденчества.

М. Каддафи, автор «Зеленой книги», ратует за восстановление «естественного» закона (закона религии), не признающего социального деления, и апеллирует к лозунгу -партнеры, а не наемники», ратуя за отмену эксплуатации посредством экспроприаций крупной собственности, ограничения деятельности частных предпринимателей, создание кооперативов и введение самоуправления на предприятиях.

Индуисты-возрожденцы настаивают на признании непогрешимости Вед, отвергая более поздние источники и традиции Достижение социальной справедливости сегодня путем возврата к «золотому веку» — утопическая позиция.

Одна из наиболее влиятельных в Японии «новых религий» — «Сока гаккай», основанная в 1930 г школьным учителем Макигути Цунэсабуро, предлагает идеал «третьей цивилизации», где равенство и справедливость будут естественным следствием слияния политики и религии. Под истинной» религией сторонниками «Сока гаккай» понимается «чистый» буддизм, а в основу философии положено врожденное Нитирэном (1222—1282) учение Будды

3. Модернизм является самым важным антиподом ортодоксии. Для модернистов характерно ограничение сферы влияния религии и сведение ее к делу личной совести. Модернисты часто апеллируют к тем же догмам, что и ортодоксы, но выводы делают противоположные. Модернизм. если он не сводится к «христианизации» восточных религий, нацелен на отделение религии от государства, развитие светского образования, усвоение научных знаний. На ранних этапах развития освободительного движения он в определенной степени был тождествен просветительству.

Специфика Востока в части соотношения эпох Реформации и Просвещения состоит в том, что в отличие от Европы, где эти эпохи были разделены веками, просветительские идеи совпали по времени и переплелись с идеями реформации религии. Раммохан Рой (1772—1833) и Сайид Ахмад-хан (1817—1898) стоят у истоков индуистского и мусульманского реформаторства и просветительства одновременно. Идеализируя Запад и европейскую буржуазную культуру, они, в известной степени, являлись модернистами, однако реформаторские идеи все же были определяющей стороной их мировоззрения. Для модернистов-просветителей характерна пропаганда «заимствования цивилизации» и если поначалу это направление было в значительной степени позитивным, то с течением времени оно превратилось в идеологию космополитизма со слепым копированием всех западных культурных традиций в ущерб собственным национальным. Это направление общественной мысли может оказаться превалирующим и пример тому — история Турции и Японии. В этих странах к началу XX века монархия была неразрывно связана с религией, а светская власть воспринималась тождественной духовной (султан-халиф в Турции и император в Японии). В таких условиях оппозиционные феодальному правопорядку силы противопоставляли ортодоксальной идеологии правящих кругов идеологию модернистского секуляризма.

4. Религиозно-реформаторские идеи оказались более привлекательными для широких масс на зарубежном Востоке.

Реформационный процесс в «восточных» религиях должен устранить противоречие, выражающееся в разъединенности объективного и субъективного и приблизить верующего к богу, чтобы развить в человеке индивидуальную инициативу, соответствующую духу новых буржуазных отношений.

В каждой восточной религии по-своему идет процесс замены «внешней» религиозности «внутренней». Здесь может иметь место общая демократизация культа, упрощение ритуала (в индуизме, к примеру, отказ от обрядов подношений, пожертвований богам, произнесения священных мантр и т. д.).

Родоначальник индуистской реформации Раммохан Рой стремился акцентировать антиобрядовую сторону упанишад, отходя далеко от текста оригинала. Его последователь Дебендранатх Тагор (1817—1905) ввел присягу, обязывающую членов его общества «Брахмо самадж» не участвовать в идолопоклоннических церемониях и почитать бога только любовью.

Учение японской секты тэнсе котай дзингу ке (возникла в 1945 г.), относящейся к так называемым «новым религиям», так же носит антиинституциональный характер. Своеобразие религиозной реформации в Японии связано с появлением «новых религий», сочетающих в себе элементы буддизма и синтоизма.

В исламе, где культовая практика проще индуистской или буддийской, религиозная реформация также проявилась в упрощении обрядности — был поставлен вопрос об излишности ежедневной пятикратной молитвы. В Тунисе президент Хабиб Бугриба в 1960 г. возглавил официальную кампанию против поста в месяц рамазан и против хаджжа. Перевод Корана на национальные языки — также свидетельство демократизации религии.

Общая тенденция упрощения культа демонстрирует желание избавиться от посреднической роли духовенства. Упрощение обрядности и демократизация культа сочетаются с «теоретически» обоснованным толкованием соотношения бога и человека в онтологическом, гносеологическом и этическом аспектах для доказательства необходимости определенной степени свободы воли человека.

Реформаторская трактовка концепции бога в индуизме проявляется в отказе от политеизма, от наделения бога антропоморфными чертами и отказе от идолопоклонства (Раммохан Рой, Дебендранатх Тагор, Дайянанда Сарасвати)

Мухаммад Икбал — один из мусульманских реформаторов — произвольно интерпретируя ашаристскую атомистику (онтологическая основа ислама), писал о том, что хотя все тела и состоят из атомов, но есть «разные уровни субстанции».

Реформаторская интерпретация онтологического аспекта концепции бога позволяет дать новое толкование проблеме места и роли человека в мироздании. Главными этическими принципами религиозных реформаторов является активность, а не отрешенность, борьба за переустройство общества на новых гуманистических началах, а не поиск индивидуального спасения.

В буддизме и индуизме пересматриваются концепции «кармы», «майи», «нирваны», «мукти» и других основ религиозного учения Меняется отношение к религиозной аскезе, монашеству. Даже за буддийским «монахом» признается право участвовать в жизни общества. В 60—70-х годах XX века буддийские реформаторы в Кампучии отстаивали идею о том, что если политическая деятельность служит справедливости, прогрессу и процветанию кхмерского народа, то она находится в полном соответствии с принципами буддизма, так как Будда наказывал делать добро людям.

Религиозные реформаторы в начальный период реформации выражали интересы национальной буржуазии, усиливающей свои позиции и расчищали путь социальному прогрессу. Тогда интересы буржуазии совпадали с общенародными. После достижения независимости потребовалась практическая реализация идеи общества всеобщего благоденствия и здесь выявилась условность буржуазно-реформаторского понимания этой идеи Буржуазные религиозные идеологи выступили лишь против самых консервативных институтов социального неравноправия (кастовая система в Индии, полигамия в мусульманстве). Что касается представлений о путях национального возрождения, то при всех различиях обнаруживается общее для всех реформаторов критическое отношение к западному капитализму и попытка создать собственный вариант в соответствии с национальными и религиозными традициями.

Все реформаторы обосновывают идею неприкосновенности частной собственности, часто произвольно толкуя общеизвестные постулаты своих религий. И буддийские, и индусские, и мусульманские реформаторы допускают частичное ограничение и национализацию лишь феодальной и иностранной собственности.

Анализ основных типов религиозного сознания на современном Востоке показывает, что ключевым аспектом эволюции является рационализации религиозной догматики.

Модернисты, как правило, умаляют значение рационалистических традиций собственной культуры и связывают развитие научного знания с обращением к источникам западной мысли.

Религиозные реформаторы вину за социально-экономическое отставание афро-азиатских народов перекладывают на традиционные вероучения, но при этом отстаивают мнение о том, что традиционные вероучения не антагонистичны научному знанию. Индусы и буддисты, считая свои учения гармоничными, не находят конфликта между философией и религией, ссылаясь на нерасчлененность форм общественного сознания на Востоке. Для реформаторского подхода характерна переинтерпретация положений своих учений для приведения их в соответствие с достижениями современного научного знания. При этом наблюдается тенденция к нахождению общих точек соприкосновения «восточной» и «западной» философии. Усваивается то, что созвучно религиозной идеологии (объективно-идеалистические идеи, интуитивизм, экзистенциализм и др.).

Возрожденцы обоих направлений негативно относятся к науке, считая, что «чистая» религия предвосхитила достижения современного знания, а обращение к разуму подрывает веру человека в божественную истину.

В этой статье мы разберём такое понятие как «Дхарма». Как её рассматривают в разных традициях.

Понятие Дхармы. Концепция Дхармы в буддийской традиции

Понятие «Дхарма», или «Дхамма» существует как буддийской так и в ведической традиции. Будда Шакьямуни воспитывался в традиционном индийском обществе с его нерушимыми догматами и кастовым устройством, что и послужило достаточной причиной для неприятия сложившихся устоев и началу поиска чего-то нового, что, в свою очередь, привело к отказу от кастовой системы и впоследствии послужило тому, что мы сейчас именуем философской системой под названием «буддизм».

Однако, несмотря на радикальный отход от существовавших в тот момент взглядов, многие понятия из Вед и Веданты плавно перешли в новую систему знаний. Среди них такое основополагающее и, вероятно, одно из самых широкотрактуемых и вызывающих наибольшие споры среди последователей дхармических религий (джайнизм, сикхизм и т. д.) понятие Дхармы.

В древней Индии Дхарма была идентична законам Рита. Напомним, что законы Рита — это естественные законы природы. Следование им и есть выполнение законов Рита. Дхарма часто переводится как ‘универсальный закон бытия’, ‘религиозный долг’, ‘то, что поддерживает космический порядок’. Также считается, что Дхарма — это одновременно и свод нравственных правил; в некоторых духовных традициях под Дхармой принято понимать метод в целом.

Таким образом, вы уже поняли, что трактовка понятия Дхармы может варьироваться в зависимости от контекста, источника, где вам встретилось это понятие, а также от познаний и наклонностей тех, кто интерпретирует этот термин. В Сутре Белого Лотоса, которая была записана в I веке н. э. в традиции Махаяны (Большая колесница), Будда говорит о Ливне Дхармы, когда дождь Дхармы проливается на всё сущее, и оно начинает развиваться в согласии со своей собственной природой.

Законы Дхармы едины, но они могут быть реализованы только в согласии с внутренней природой того, кто воспринимает Дхарму.

Одним из главных и основополагающих определений Дхармы считается следующее: «то, каким всё является на самом деле». В различных источниках мы находим многочисленные описания того, что такое Дхарма, но вышеприведённое выглядит как наиболее ёмкое и широкое по смыслу. Оно также в наибольшей мере отражает мировоззрение буддийской традиции, где смысл состоит в том, чтобы избавиться от иллюзии (чем и является наш мир) и перейти в мир необусловленный, неиллюзорный, тот, который и есть истина.

Для этого мы должны познать и проявить истинную природу самих себя, а поддержкой на пути и будет служить Дхарма, помогая выполнять нравственный долг.

Понятие Чатурдхармы в философии адвайты

Понятие Чатурдхармы, или четырёх видов Дхармы, разработано и понятным образом представлено в философии адвайты, одном из ответвлений философии буддизма. Нам известно из литературы Вед, что практика Дхармы осуществляется на протяжении всей жизни, а периоды жизненного пути, согласно ведическим писаниям, носят название «ашрамы». В жизни обычного человека эпохи Кали-юги различают четыре ашрама, на каждый из которых условно отводится по 20–25 лет жизненного пути: брахмачари — до 25 лет — период учения и целомудрия; грихастха — с 25 до 50 лет — когда человек посвящает свою жизнь миру и семье и на первый план выходят материальные и чувственные ценности; ванапрастха — с 50 до 70 (75) лет — постепенный отход от дел и социальной активности; санньяси (последний период) — 70 (75) + — когда человек становится религиозным аскетом-отшельником и учителем для всех остальных групп людей.

Таким образом, в четыре раздела Дхармы входят:

Такого деления придерживаются некоторые школы адвайты, и во многом они правы, подразделяя Дхарму на разделы, т. к. понятие Дхармы очень глубоко и может прослеживаться в различных областях жизни. Так, например, Варна-дхарма, это выражение социального статуса. В эпоху Вед и в настоящее время в некоторых странах она выражена кастовым устройством общества. Т. е. Варна-дхарма — это в первую очередь подчинение социальному устройству общества и выполнение своих обязанностей в соответствии со своим социальным статусом.

Что такое Ашрама-дхарма, вы уже знаете. Личной Дхарме, или Свадхарме, мы посвятим отдельный раздел нашей статьи.

Также Дхарма является частью четырёх главных Пурушартхи человеческой жизни, где Дхарма — нравственный закон, артха ответственна за мирские заслуги и всё материальное, кама как эмоционально-чувственный аспект жизни и мокша (также может именоваться нирваной) приносит освобождение и преимущественно практикуется в двух последних ашрамах — ванапрастха и санньяси.

То, что мы видим во всех этих разделениях и интерпретациях Дхармы, во многом подтверждает наше первоначальное суждение о том, что Дхарма пронизывает человеческое бытие: она может выступать в качестве универсального закона, регулирующего жизнь и развитие Вселенной, на более частных уровнях она может выступать в качестве морального закона, а также может быть интерпретирована в качестве закона, регулирующего социальную активность людей и наделяющего смыслом жизненный путь или, лучше сказать, структурируя его, что мы и видим на примере Ашрама-дхармы.

Как узнать свою Дхарму: Дхарма мужчины и Дхарма женщины

Каким образом узнать свою дхарму? Таким вопросом задаются многие начинающие адепты буддизма, потому что они, вероятно, находятся под воздействием современных тенденций и трактовок этого термина. Мы уже не раз упоминали, что значение слова «Дхарма» может интерпретироваться весьма разнообразно, и в том числе в наше время иногда его понимают в качестве индивидуального предназначения человека в жизни.

Во-первых, это не совсем так, и для понятия поиска и нахождения индивидуального предназначения в жизни существует другой термин. Во-вторых, с точки зрения того, что мы уже описали выше, было бы большой недооценкой полагать, что понятие Дхармы сводится лишь к выяснению и нахождению индивидуального пути, что к тому же связано с эго и в целом с желанием. Это бы изначально противоречило самому учению Будды, в основе которого лежит разотождествление с обусловленностью, желаниями эго и т. д. Именно желания удерживают человека от окончательной, внутренней свободы и перехода в нирвану, т. е. отделяют его от перехода из мира обусловленности в мир необусловленности.

Понятие Свадхармы

Давайте всё-таки продолжим тему индивидуального предназначения, и если ошибочно приписывать термину Дхармы такую трактовку, то для нахождения собственного предназначения в жизни существует ещё одно понятие, и оно созвучно дхарме — это Свадхарма, или личная Дхарма (ещё один перевод).

Изначально в Ведах мы не встречаем подобное понятие. Впервые мы узнаём о нём из Бхагавад-гиты, когда Кришна говорит Арджуне о том, что «исполнение своего собственного долга, пусть даже и посредственное, предпочтительнее, чем исполнение чужих обязанностей, хотя бы и отличное. Лучше умереть в Свадхарме; Парадхарма полна страха и опасности». Так, мы понимаем, что у каждого в жизни есть долг, или обязанность, сообразная с его собственной природой. Её-то человек и должен прожить, воплотить в жизнь.

Далее приведём отрывок из лекции Шри Шри Рави Шанкара, которая проходила в Бангалоре в 2013 году. На вопрос присутствующих о том, каким образом можно трактовать Свадхарму, он ответил следующим образом: «Любое действие, которое не заставляет вас почувствовать страх или беспокойство, — это Свадхарма. Такое действие, когда вы чувствуете, будто что-то побуждает вас его сделать и без выполнения которого вы чувствовали бы беспокойство — это Свадхарма».

Действие, которое производится в наибольшем согласии с вашими внутренними глубинными установками, талантами и наклонностями становится Свадхармой. Поэтому выяснение индивидуальной Свадхармы — это в большей мере осознание и понимание своей собственной сути, наклонностей и позволение себе действовать и жить согласно своим наклонностям.

Неправомерность вопроса о разделении на мужскую и женскую Дхарму

Из всего этого можно заключить, что вопросы о существовании Дхармы женщины или Дхармы мужчины как минимум излишни, потому что в древних священных текстах изначально не давалось каких-либо конкретных рекомендаций, касающихся различий между Дхармой женщин и мужчин. Скорее, такое разделение было предпринято значительно позднее с целью описать круг обязанностей и законов для обоих полов, но человеку, изучающему Веды, веданту или буддизм, вряд ли стоит сосредоточивать внимание на подобного рода информации, т. к. любое разделение, категоризация и т. д. — это по большому счёту лишь ещё одно добавочное затемнение реальности, ещё одна иллюзия, созданная умом человека.

Наша задача состоит в том, чтобы свести количество самскар к минимуму, а не приумножать их, создавая различного рода надстройки в и без того уже отягощённой трактовками и комментариями философской системе. Ведь даже вышеописанные классификации понятия Дхармы на различных уровнях — это творения человеческого ума. Поэтому цель состоит в том, чтобы постараться воспринять и различить истину, суметь её увидеть среди прочей мишуры, постоянно удерживая внимание на том, что дхарма — это «то, каким всё является на самом деле». За многочисленными отражениями мы должны увидеть реальный образ, и лишь тогда, когда мы научимся видеть то, что есть (а не то, что мы хотим увидеть, или то, что нам хотят показать), тогда мы будем жить в соответствии с Дхармой.

Итак, подведём некоторые итоги по этой обширной теме, к которой мы только прикоснулись (и отнюдь не претендуем на полное описание и презентацию темы Дхармы). Ведь, как известно, Дхарма — это то, что пронизывает все аспекты человеческой жизни, при этом, по одной из трактовок, сама Дхарма выступает в качестве одного из главных её аспектов. Однако, возможно, стоит прислушаться к тому, о чём говорят Веды и смрити: что, придерживаясь выполнения Дхармы, человек продвигается по направлению к необусловленности, к Истине и, следовательно, к освобождению.

Дхарма изначально предполагает своего рода «волю к свободе», которая довольно точно отражена в представленной метафоре: «Человеческий ум как зеркало: ни за что не цепляется, ничего не отрицает. Он принимает, но не удерживает». Эта цитата напрямую связана с принципом непривязанности и пустоты (шуньяты), на котором базируется учение буддизма, что в первую очередь определяет состояние ума. Но это уже тема другой статьи…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *