Возвращение из мертвых

Элеанор Маркхем, которую чуть не похоронили заживо

Элеанор Маркхем было 22 года, когда она скончалась в 1894 году в Нью-Йорке. Стояла июльская жара, потому безутешная семья оплакала девушку и решила побыстрее ее похоронить. Когда гроб несли на кладбище, изнутри послышались звуки. Крышку сняли, и далее последовал яростный диалог между ожившей мисс Маркхем и провожавшим ее в последний путь лечащим врачом. Согласно публикации из местной газеты, их разговор звучал примерно так: «Боже мой! — истошно кричала мисс Маркхем. — Вы хороните меня заживо!» Ее врач хладнокровно ответил: «Тише-тише, с вами все в порядке. Это просто ошибка, которую легко исправить».

Одинокая Милдред Кларк

Жить одному не страшно. Страшно умереть в одиночестве и быть найденным соседями по характерному запаху. Так было с 86-летней Милдред Кларк, которую обнаружил арендодатель лежащей холодной и мертвой на полу. Старушку доставили в морг, где ее тело ожидало своей очереди отправиться в похоронное бюро и затем на кладбище. В морге ее замерзшие ноги начали подергиваться, а дежурный заметил, что покойница едва заметно дышит. Так старая и одинокая Милдред Кларк снова вернулась к жизни.

Сипхо Уильям Мдлетше по прозвищу Зомби

Как-то в Южной Африке скончался 24-летний юноша Сипхо Уильям Мдлетше. Он пролежал в морге два дня, а затем очнулся уже в металлической коробке и начал громко кричать. К счастью, парня спасли, и он сразу же побежал к своей семье и невесте. Однако девушка отвергла его, считая ожившего жениха самым настоящим зомби.

Элис Бланден, женщина, похороненная заживо дважды

Элис Бланден была женщиной тучной и любила бренди, и в один прекрасный день 1675 года она умерла и была похоронена. Через несколько дней дети услышали звуки из могилы. Могилу раскопали, но Элис таки была мертва, хотя было видно, что она билась внутри и звала на помощь. Тело осмотрели и решили снова закопать до приезда судмедэксперта. Когда коронер наконец приехал и могилу вскрыли повторно, у Элис была разорвана одежда, а лицо окровавлено. Она была похоронена заживо во второй раз. Увы, но третьего шанса судьба ей не дала. Коронер окончательно признал ее мертвой.

Смотрите также: 10 человек, «чудом» воскресших из мертвых

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Ученым удалось разработать методику оживления людей через сутки после их смерти. Как утверждает эксперт в области реаниматологии Сэм Парниа, в случае правильного проведения реанимации, клетки головного мозга вовсе не отмирают через пять минут после остановки сердца, как это считалось ранее.

На сегодняшний день, в случае использования специальных манипуляций и необходимого оборудования, мозг человека способен жить еще несколько часов после зафиксированной смерти. Этот отрезок времени может длиться до 72 часов.

По мнению специалиста, если охладить тело пациента до температуры от 34 до 32 градусов Цельсия, то он может пребывать в таком состоянии до 24 часов. С понижением температуры тела, мозг задействует меньше кислорода, останавливаются процессы образования токсичных веществ, что, в свою очередь, препятствует отмиранию клеток и даёт врачам шанс «вытащить человека с того света.
При этом Парниа особо отмечает, что для успешной работы метода необходимо четко выполнять все реанимационные процедуры, ведь даже одна маленькая ошибка может привести к смерти или повреждениям мозга.
Также доктор напомнил, случаи «воскрешения» в современной медицине. Так, врачи смогли вернуть к жизни полузащитника английского «Болтона» Фабриса Муамба. Спортсмен потерял сознание 17 марта 2012 года в матче Кубка Англии с «Тоттенхэмом», его сердце не билось около 1,5 часов.

2 июля 2009 года газета «Гаарец» сообщила, что пожилой израильтянин «ожил» после того, как бригада врачей «скорой помощи» оформила свидетельство о его смерти и собиралась отправить тело в морг.
Прибыв по срочному вызову в квартиру 84-летнего жителя города Рамат-Гана, врачи «скорой помощи» нашли его лежащим на полу без признаков жизни. Попытки реанимировать старика были сочтены безуспешными, и медики подписали официальные документы о его кончине. Однако когда врачи уехали, оставшийся в квартире полицейский заметил, что «покойный» задышал и задвигал руками. К повторному приезду «скорой помощи» он уже пришел в сознание.
19 августа 2008 года агентство Рейтер сообщило, что младенец, который появился на свет в одной из больниц Израиля в результате вынужденного аборта, подал признаки жизни после пятичасового пребывания в холодильной камере.
Девочка весом всего 600 граммов родилась 18 августа. Вынужденный аборт ее матери пришлось сделать из-за сильного внутреннего кровотечения на 23-й неделе беременности. Врачи, посчитав сильно недоношенного ребенка мертвым, положили его в холодильную камеру, где девочка провела по меньшей мере пять часов. Признаки жизни у новорожденной заметили родители, которые пришли, чтобы забрать ее для захоронения.
По мнению врачей, температура внутри холодильной камеры замедлила обмен веществ у ребенка, и это помогло ему выжить. Ребенка поместили в отделение интенсивного неонатального ухода.

В начале 2008 года перенесший инфаркт миокарда француз, которому кардиологи констатировали остановку сердца, «ожил» на операционном столе, когда хирурги приступали к извлечению его органов для пересадки.
Мужчина 45-ти лет, который не следовал режиму, предписанному медиками, перенес в начале года обширный инфаркт миокарда. Прибывшая скорая помощь доставила его в находившийся неподалеку госпиталь. Однако когда мужчина поступил в больницу, его сердце не билось. Врачи решили, что помочь ему «технически невозможно».
Согласно законодательству, в подобных случаях с остановкой сердца пациенты могут автоматически становиться донорами органов. Тем не менее, когда хирурги приступили к операции, они обнаружили у потенциального донора признаки дыхания и приостановили действия.

В ноябре 2007 года жителя американского города Фредерик (штат Техас, США), 21-летнего Зака Данлэпа объявили мертвым в больнице города Вичита Фоллз (штат Техас), куда он был доставлен после автомобильной аварии. Родственники уже дали согласие на использование органов молодого человека для трансплантации, однако во время церемонии прощания он неожиданно пошевелил ногой и ладонью. Тогда присутствующие нажали на ноготь Зака и прикоснулись карманным ножом к его ступне, на что юноша моментально отреагировал. После «воскрешения» Зак провел в больнице еще 48 дней.

В октябре 2005 года 73-летний пенсионер из итальянского города Мантовы неожиданно ожил через 35 минут после того, как врачи констатировали его смерть.
Пожилой итальянец лежал в отделении кардиологии госпиталя Карло Пома в Мантове, когда эхокардиограф указал на остановку его сердца. Все попытки врачей реанимировать мужчину оказались бесполезными: массаж сердца и искусственная вентиляция легких не дали результатов. Врачи зафиксировали смерть. Однако неожиданно линия на эхокардиографе вновь начала двигаться: мужчина был жив. Вскоре мужчина, уже объявленный мертвым, начал двигаться, а затем пошел на поправку.
Как заявили врачи после проведения проверки, аппаратура работала прекрасно и единственным правдоподобным объяснением может служить предположение, что человек способен переносить сердечную ишемию такой длительный период.

В январе 2004 года в северном индийском штате Харияна индиец вернулся к жизни, проведя несколько часов в холодильнике морга.
Мужчину в морг доставили полицейские, которые нашли его лежащим у дороги с повреждениями. Врачи больницы, куда его доставили, по результатам обследования записали: «мертв на момент прибытия» – и определили «тело» в морг сразу после того, как передали все необходимые бумаги полиции.
Однако через несколько часов «усопший» начал двигаться, приведя персонал морга в состояние шока. Работники морга немедленно отвезли его обратно в больницу.

5 января 2004 года агентство Reuters сообщило, что сотрудник бюро похоронных процессий в штате Нью-Мексико обнаружил, что некто Фелипе Падилла, объявленный мертвым еще в больнице, дышит. Мужчина «ожил» буквально за несколько минут до того, как тело Падиллы должны были бальзамировать. 94-летний Фелипе Падилла был отправлен в ту же больницу, где ранее констатировали его смерть. Однако спустя несколько часов старик скончался в больнице.

В январе 2003 года 79-летний пенсионер Роберто де Симоне почти в безнадежном состоянии был доставлен в кардиологическое отделение госпиталя Cervello. Больного сразу же подключили к системам обеспечения сердечной и мозговой деятельности. Сердце Роберто де Симоне остановилось на две минуты. Врачи предприняли попытку восстановить работу сердца при помощи адреналина, но, несмотря на все усилия, через некоторое время была зафиксирована смерть. Врачи решили, что пациент умер, и передали его тело родственникам, чтобы они простились с ним до похорон. Домой де Симоне доставили как покойного.
Когда уже все было готово к траурной церемонии и должны были закрыть гроб, Симоне открыл глаза и попросил воды. Родственники решили, что произошло «чудо» и вызвали семейного доктора. Он осмотрел больного и распорядился отвезти его в госпиталь. На этот раз с диагнозом «пневмология» — серьезное респираторное заболевание.


В апреле 2002 года человек «ожил» через несколько часов после того, как врачи в индийском городе Лакнау (столица штата Уттар-Прадеш) выдали его родственникам свидетельство о смерти.
Житель одной из деревень штата, 55-летний Сукхлал был доставлен в больницу с диагнозом «туберкулез». Назначенный курс лечения не дал положительных результатов, и в один из дней врачам пришлось констатировать смерть пациента. Сыну больного выдали свидетельство о смерти. Когда была завершена подготовка к кремации, сын явился в морг, чтобы забрать тело отца, и тут обнаружил, что он дышит. Он сразу же вызвал врачей, которые нащупали у «трупа» пульс и потребовали от сына вернуть свидетельство о смерти. Только благодаря настойчивости журналистов, руководством больницы было предпринято служебное расследование этого инцидента. Однако лечащий врач Мехротра отверг все сомнения в его профессионализме, по его мнению, случай с «ожившим» Сукхлалом – «чудо», впервые произошедшее в его практике.
Это только маленькая часть «чудесного» воскрешения.
http://www.topnews.ru/news_id_60141.html
http://ramta-ezoterika.ru/viewtopic.php?id=476

Про своего деда, Михаила Антоновича Ужакина, я знала только то, что в сентябре 1941 года он ушел на фронт, а в июне 1945-го пропал без вести. Его жена Вера Дмитриевна всю жизнь горевала о нем. И искала. Сначала старшая дочь писала во все инстанции. Потом – я, старшая внучка. И отовсюду ответ был один и тот же – «сведений не имеется».

История его исчезновения была загадочной. Он сражался на Втором Белорусском фронте. Был подносчиком снарядов. В сражении под Кёнигсбергом 8 апреля 1945 года получил медаль «За отвагу». В этом же бою был ранен и контужен. Из госпиталя его отправили служить на военный склад в город Кинешма Ивановской области. 25 июня 1945 года, как писал его начальник, «красноармеец Ужакин был снят с котлового довольствия» и направлен в Подмосковье – на артиллерийскую базу в город Бабушкин. Со склада выбыл, на базу не прибыл. Ну ладно бы в военное время, но это произошло через полтора месяца после Победы. И не на вражеской территории, а на родной, самой что ни на есть русской земле.

Михаил и Вера Ужакина еще до последнего расставания

Мы не прекращали поисков. И случилось чудо! Через 63 года после Победы нашлась могила деда. Это произошло 14 мая 2008 года – в день празднования иконы «Нечаянная радость».

Мы уже и не чаяли. А точнее сказать – отчаялись. И вдруг известие: умер от ран в госпитале Арзамаса, похоронен на городском кладбище. Узнали об этом из интернета, где создан обобщенный компьютерный банк данных, в котором содержится информация о погибших и пропавших без вести солдатах Второй мировой войны. Отсюда же узнали, что он занесен в Книгу памяти Башкортостана, откуда его отправили на фронт, и в Книгу памяти Нижегородской области, где он умер.

«Папа, я нашла тебя»…

Сказать, что мы загорелись идеей съездить в Арзамас, ничего не сказать. Нас штормило и лихорадило от нетерпения – скорее в путь. Поездка должна была увенчать наши поиски длиной более чем в полвека.

Арзамас, старинный русский городок, встретил нас дождем. Заезжаем к фронтовику, очень деятельному человеку из городского Совета ветеранов Николаю Александровичу Шеронову, с которым заочно познакомились по телефону. Он встречает с распростертыми объятиями, как родных. Отправляемся на Тихвинское кладбище. По дороге покупаем цветы. Николай Александрович тоже покупает букет – от Совета ветеранов, подчеркивая тем самым, что наш приезд вовсе не частное дело.

Идем к мемориалу: в душе борются два чувства – радость обретения и горечь утраты. Боюсь за маму, вдруг будет плохо с сердцем. Вот она – братская могила 100 на 50 метров, где покоится 346 бойцов, умерших в Арзамасских госпиталях в годы войны. Среди них мой дед. На одной из плит высечено его имя.

Медаль деда «За отвагу»

Мама опускается на колени. Плачет:

«Папа, прости. Иногда мы думали, что ты нас бросил. Но ты не мог бросить. Ты нас сильно любил. Мы тебя тоже сильно любили. Это любовь привела нас к тебе».

Слезы перемешиваются с дождинками: природа будто оплакивает наше многолетнее горе. Вместе с нами плачет Николай Александрович – доблестный воин, защитник Ленинграда.

Утешает одно – упокоен дед в хорошем месте: под боком у кладбищенской церквушки, среди сосен, в которых поют птахи. Мы ведь до этого не знали, как о нем молиться – как о мертвом или как о живом. Теперь знаем, что молиться за воина Михаила надо как за «положившего жизнь за други своя». А ведь многие его товарищи по оружию до сих пор лежат в лесах и болотах, не преданные земле.

Вера Дмитриевна Ужакина

Следующая цель нашего путешествия – место, где умер дед. Когда-то в этом здании располагалась духовная семинария. Потом – ремесленное училище, где учился Гайдар. В годы войны здесь был госпиталь. Потом – обком партии. Сегодня – городская Дума. История этого здания — история всей нашей страны с ее невероятными перипетиями. Заходим посмотреть здание изнутри. Высокие потолки, похожие на церковные своды, толстые стены, готовые выдержать любую осаду. Основательно строилось, на века. И вдруг Николаю Александровичу, считающему наш визит в Арзамас делом государственной важности, приходит мысль подняться к городскому руководству. Мы не против, нам не терпится поблагодарить отцов города за то, что Тихвинский мемориал выглядит ничуть не хуже, чем мемориал в Александровском саду возле Кремлевской стены.

Директор департамента по информационному обеспечению и связям с общественностью Марина Козловавстречает нас очень приветливо. Рассказываем ей нашу историю. Она не может сдержать слез. И для ее семьи война стала разлучницей. Пока мы осматриваемся в кабинете – может, именно здесь была дедова палата? – появляются журналисты двух телеканалов. Как истинные профи понимают, что такой сюжет к грядущему Дню памяти и скорби – редкая удача. Записывают наш рассказ о посещении могилы, снимают истлевшие от времени документы о поисках, начатых еще в 1946 году. Заметно, как человеческое участие оттесняет в сторону их профессиональный интерес. А когда они видят пригоршню земли, которую мы взяли с могилы деда, у них на глаза наворачиваются слезы… Ни один человек в Арзамасе не остался равнодушным к нашей истории. Вот бы это умение жителей маленького русского городка сопереживать поделить между всеми согражданами.

Письма с фронта

Из мэрии едем в Воскресенский собор, чтобы поставить поминальные свечи. Это один из самых крупных соборов России, построенный в честь победы русского оружия в другой Отечественной войне – войне 1812 года. Кстати, и после той войны в Арзамасе есть братская могила, где похоронены герои Бородинского сражения. Церквей в этом славном городе десять. И ни одна не пустует. (Когда-то было 36 на 12 тысяч населения). А в 50 километрах от Арзамаса – Дивеево, где в Свято-Троицком монастыре упокоен Серафим Саровский – великий подвижник православной церкви. Приложиться к его мощам и искупаться в святых источниках близ монастыря едут люди со всего мира. Не только православного. Совершили паломническую поездку в этот заповедный край и мы с мамой. Уезжали домой просветленными и счастливыми: дорогой нам человек обрел приют в таких святых местах, за его могилой ухаживают такие добрые люди, и вообще здесь так красиво, как, наверное, бывает только в раю.

«Война закончится тогда, когда похоронят последнего солдата», – сказал Суворов. Наша семья стала ближе на один шаг к окончанию войны. Бабушка и дедушка

P. S. На этой счастливой ноте можно было бы и поставить точку. Но не давал покоя вопрос, как дед оказался в госпитале и почему родным не сообщили о его смерти. Может, по пути со склада на базу он потерял память и был доставлен в госпиталь как неизвестный? Чтобы пролить свет на это темное дело, отправила запрос в Санкт-Петербургский архив военно-медицинских документов, где хранятся истории болезней раненых бойцов. Ответ пришел через два месяца. Читаю:

«Красноармеец Ужакин Михаил Антонович находился на излечении в эвакогоспитале с 20.06.1945 г., а с 28 июня 1945 года – в военном госпитале 424 г. Арзамаса, в котором умер 15 июля 1945 года от заболевания».

Далее – домашний адрес деда. Это первое, что повергает в шок: оказывается, адрес был известен! Второе – даты. Ведь начальник склада писал: снят с котлового довольствия 25 июня, отбыл на базу, а в пути, дескать, пропал без вести. А выясняется, что он «отбыл» не 25-го, а 20 июня, и не на базу, а в госпиталь. И о том, что его подчиненный в этом госпитале умер, начальнику склада, конечно же, сообщили. Так зачем же он взял на себя такой грех – соврал супруге красноармейца Ужакина, написав, что он пропал без вести?

Возникает совершенно очевидный ответ. На дворе была Победа, а зачем начальнику (читай – чиновнику) смертность на «вверенном ему объекте» в мирное время? С него бы спросили. И спросили жестко. Поэтому соврал и родным, и своему начальству. Все равно, мол, правды не узнают. А мы узнали! Потому что все тайное становится явным.

***

«Здравствуйте, супруга моя, Вера Дмитриевна! Деткам Вале, Любе и Нине и дорогому сыночку Пете – всем мой фронтовой привет, — писал дед с передовой. — … Мне от вас хочется узнать, как вы живете, как питаетесь и какое ваше материальное обеспечение? Вы мне все это напишите. Меня это интересует… Жму ваши руки и всех вас крепко целую. Ваш муж и солдат Ужакин Михаил Антонович». «Здравствуй, дорогая супруга Вера Дмитриевна! Я сейчас нахожусь в глубоком тылу. Ранения мои зажили, контузия стала проходить. Работаю на военном складе. Ожидаем приказа о роспуске по домам. И тогда я приеду к вам». Это было последнее письмо от деда.

Наталия Веркашанцева

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *