Все грехи для исповеди список

Исповедь – таинство в христианской религии, подразумевающее рассказ священнослужителю о совершённых грехах и искреннее покаяние в них. Исповедь предполагает определённые правила проведения и подготовки к ней. И хотя она считается универсальным таинством, всё же существуют некоторые отличия между исповедью мужчин и женщин. Какие именно – узнаем дальше и рассмотрим грехи на исповеди перечень для мужчин.

Содержание

Особенности таинства исповеди

Исповедь – представляет собой огромное испытание для души человека. Она заключается в желании раскаяться, поведать о своих прегрешениях третьему лицу (которым выступает священник). Если человек перестаёт соблюдать законы Бога, то со временем разрушается его физическое и духовное тело. Но если же он от всей души раскается, то получит шанс на очищение и на примирение с Создателем.

Узнайте что вас ждет сегодня — Гороскоп на сегодня для всех знаков зодиака

Благодаря чистосердечной исповеди происходит духовное исцеление, душа получает силу, необходимую, чтобы противостоять греху. Во время проведения данного таинства человек рассказывает свои проступки, а в конце получает прощение за них.

Но исповедь – достаточно волнительное мероприятие, можно перенервничать и от страха забыть все грехи, в которых хотелось раскаяться. Именно для этого и придумали списки грехов для исповеди – как своеобразную подсказку, напоминание, к которому всегда можно обратиться за помощью, если нужные слова забудутся.

Важно! Отправляясь на исповедь, будьте полностью откровенны и искренни, иначе утратится весь смысл данного таинства.

Правильная подготовка к исповеди

Её начинают за пару дней до планируемого действа. Вам потребуется подготовить перечень грехов, записанный на бумажном листке. В помощь себе используйте специальные церковные издания, в которых рассказывается об исповеди и причащении. Главное, при этом – не пытайтесь самостоятельно оправдать свои нечестивые поступки, лучше примите их и сделайте выводы на будущее.

Пожалуй, самое верное решение – анализ каждого дня с детальным разбором своих поступков, какие из них были хорошими, а какие не очень. Введите его как ежедневную привычку, она поможет вам быть более внимательными со своими мыслями, словами и действиями. Также, прежде чем исповедоваться, важно примириться со всеми людьми, с кем вы находитесь в ссоре. От всей души простите своих обидчиков и сами просите о прощении тех, кому причинили душевные страдания.

Важно! Священники рекомендуют накануне таинства исповеди чтение Покаянного канона, канонов Деве Марии и Ангелу Хранителю.

По многочисленным просьбам читателей мы подготовили приложение «Православный календарь» для смартфона. Каждое утро Вы будете получать информацию о текущем дне: праздники, посты, дни поминовения, молитвы, притчи.
Скачайте бесплатно: Православный календарь 2020 (доступно на Android)

Необходимо делать различие между личным раскаянием – когда человек просто в мыслях кается в том, что совершил и исповедью. В последнем случае требуются дополнительные моральные усилия, ведь присутствует постороннее лицо – священник, что заставляет человека чувствовать себя неловко. То, что можно признать самостоятельно, не так-то просто поведать кому-то другому, особенно незнакомому человеку.

Поэтому стоит заблаговременно подготовить список грехов, чтобы избавить себя от искушения специально либо не специально забывать рассказать о чём-то служителю церкви. Конечно, если вы никогда раньше не исповедовались, то сделать это самостоятельно может быть довольно непросто. Чтобы облегчить задачу – купите в церковной лавке издание «Полная исповедь», в ней предлагается полный перечень всех грехов, а также раскрываются все секреты таинства.

Чем мужская исповедь отличается от женской?

Глупо было бы спорить с тем, что мужчины и женщины очень отличаются друг от друга по особенностям своей психологии. Поэтому исповедь будет иметь свои нюансы в обоих случаях.

Так, мужчины по своей природе более логичны и рассудительны. При подготовке списка грехов к исповеди они с большой вероятностью уделят основное внимание выстраиванию чёткой последовательности прегрешений. Также представители сильного пола более сдержаны и лаконичны, им вдвойне непросто открыть своё сердце на исповеди, ведь сделать это часто мешает сильное мужское Эго.

И тут таится основная потенциальная опасность мужского исповедования – формальность (хотя священники говорят о том, что этим временами грешат и представительницы прекрасного пола). Любой человек рискует превратить священное таинство в формальное выполнение некоего «ритуала», для получения желаемого прощения, но не вкладывая в это свою душу, не проявляя искренности и не молясь о помощи Всевышнему.

Женщины по натуре всё же более ориентированы на эмоции и чувства, поэтому они осознают совершённые ими проступки больше с позиции сердца, а не ума. Здесь, правда, кроется другая крайность: женщины могут использовать свою природную эмоциональность как дополнительный эффект, чтобы создать образ раскаивающейся грешницы. Поэтому они нередко начинают эмоционально описывать батюшке все нюансы греховных поступков, особенно если речь идёт о взаимоотношениях с другими людьми.

В действительности в подобной эмоциональной супер-искренности также нет особого смысла, равно как и в мужской формальности и лаконичности. К тому же зачастую может происходить так, что исповедующаяся женщина начинает «играть на публику», внешне бурно выражает всю палитру эмоций, но в душе не чувствуя искреннего раскаяния.

Понятно, что разница между мужской и женской исповедью определённо есть, точно также как отличается и способ решения жизненных проблем представителями обоих полов, их методики воспитания детей и так далее.

Но хотя гендерная психология и играет в этом случае какую-то роль, но точно не предопределяющую. Ведь и мужчина, и женщина – это, прежде всего, душа, находящаяся в физическом теле человека. А ведь для души нет никаких границ в желании раскаяться и очиститься от гнёта своих грехов.

Список грехов для исповеди для мужчин

Сегодня мы перенесём основной акцент внимания на сильный пол, рассмотрим стандартный перечень грехов на исповедь для мужчин. Сразу хочется отметить, что мужчины намного менее охотно, чем женщины, признаются в своих проступках и прегрешениях.

Зачастую они свято уверены в том, что не совершили ровным счётом ничего плохого. А за многие жизненные проблемы даже могут пытаться перекладывать ответственность на своих женщин, считая, что те и должны исповедоваться.

Почему же так происходит? Психологи указывают на особенности мужского Эго, которое гораздо сильнее женского, что и вызывает трудности с чувством вины и раскаянием. Конечно, речь сейчас не идёт об духовно развитых представителях сильного пола, которых в мире живёт немало. Они смогли справиться со своими природными особенностями и открыли своё сердце Богу, встав на путь духовного развития.

Но вернёмся к списку грехов для исповеди для мужчин. Все прегрешения условно разделяются на три основные категории:

Первая – грехи против Всевышнего, которые проявляются:

  • отказом верить в существование Высшего Разума, то есть атеизмом. В качестве «аргументов» могут приводиться научные изыскания, якобы подтверждающие отсутствие Бога;
  • созданием и поклонением кумирам (ложным Богам, культивирование какого-то человека либо превознесение на пьедестал материальных ценностей).

Вторая категория – представлена грехами против ближних, а именно:

  • пренебрежительным отношением к окружающим людям, невнимание к чужим просьбам и потребностям;
  • сплетнями и осуждением других людей;
  • блудными грехами: изменой своей второй половинке, сожительством или гражданским браком (но здесь учтите, что речь не идёт о тех парах, которые не венчались, зато получили роспись в ЗАГСе, они не считаются блудными);
  • склонением к аборту своей женщины;
  • присвоением чужого имущества любым способом (воровством, отказом от выплат либо задержкой выплат заработных плат);
  • обманом.

Третья категория – рассматривает грехи, совершаемые против себя самого, и представлена такими пороками:

  • сквернословием;
  • самолюбованием;
  • праздными разговорами, сплетнями;
  • жаждой наживы, получения финансового обогащения;
  • публичным превозношением своих хороших поступков;
  • завистью, ложью;
  • злоупотреблением едой, спиртными напитками, наркотическими веществами;
  • блудом, прелюбодеянием, кровосмешением, рукоблудием.

Дальше рассмотрим краткий вариант мужского списка грехов для исповеди:

  1. Занимался святотатством, разговаривал во время службы в церкви.
  2. Высказывал сомнение в существовании Бога, загробной жизни.
  3. Кощунствовал и насмехался над убогими людьми.
  4. Был жестоким по отношению к окружающим, в частности, к своей жене и детям.
  5. Чрезмерно ленился, проявлял гордыню, тщеславие, жадничал в деньгах либо, напротив, был чрезмерно расточительным.
  6. Уклонялся от законного долга служить в армии, защищать свою родину.
  7. Умышленно избегал нежелательного труда, не выполнял надлежащим образом свои обязанности.
  8. Оскорблял других людей словесно или физически, ненавидел, участвовал в драках.
  9. Намеренно говорил неправду о других людях, рассказывал другим чужие слабости.
  10. Склонял других людей к греху (блуду, пьянству, употреблению наркотиков, азартных играм).
  11. Не помогал родителям, жене, детям или другим людям, когда его просили.
  12. Воровал чужую собственность, занимался бесцельным коллекционированием предметов.
  13. Хвастался, демонстрируя своё превосходство перед окружающими, унижал ближних своих, спорил.
  14. Вёл себя нагло, хамил, фамильярничал или проявлял малодушие.
  15. Занимался рукоблудством или прелюбодеянием.

Полезные советы

  • Свободная воля каждого человека – ходить ли ему на исповедь или нет и как часто выполнять данное таинство. Нельзя навязывать свою волю другому, силой заставляя его идти в храм на исповедь, когда он сам не хочет этого делать.
  • Перед исповедованием стоит заранее составить список совершённых грехов, при этом быть максимально откровенным, ничего не утаивая и не договаривая.
  • В идеале нужно найти своего личного духовного наставника, к которому вы и будете постоянно ходить исповедоваться, а также сможете беседовать с ним на духовные темы, задавать волнующие вас вопросы.
  • В храме следует заблаговременно выяснить дни, когда проходят исповеди, ведь они обычно проводятся не ежедневно.
  • В нужный день придите в церковь в надлежащем внешнем виде: мужчины должны надеть футболку или рубашку, обязательно с рукавами, а также брюки или джинсы (но не короткие шорты). Женщины покрывают голову платком, не наносят косметику и надевают юбку, минимальной длины до колена.

«Спаси, Господи!». Спасибо, что посетили наш сайт, перед тем как начать изучать информацию, просим подписаться на наше православное сообщество в Инстаграм Господи, Спаси и Сохрани † — https://www.instagram.com/spasi.gospodi/ . В сообществе больше 60 000 подписчиков.

Нас, единомышленников, много и мы быстро растем, выкладываем молитвы, высказывания святых, молитвенные просьбы, своевременно выкладывам полезную информацию о праздниках и православных событиях… Подписывайтесь. Ангела Хранителя Вам!

Многие верующие люди, читая святые писания, часто обращают внимание на такое выражение как «семь смертных грехов». Эти слова не относятся к каким-то определенным семи поступкам, ведь список таких деяний может быть намного больше. Это число указывает только на условное группирование поступков в семь основных групп.

Григорий Великий был первым, кто предложил такое разделение еще в 590 году. В церкви также существует и свое разделение, в котором существует восемь основных страстей. В переводе с церковнославянского языка слово «страсть» означает страдание.Другие же верующие и проповедники считают, что существует 10 грехов в православии.

Смертные грехи в православии

Смертным грехом называют самый тяжелый из возможных грехов. Искупить его можно только покаянием. Совершение такого греха не позволяет душе человека попасть в рай. В основном в православии насчитывают семь смертных грехов.

А называют их смертными потому что постоянное их повторение приводит к гибели бессмертной души человека, а следовательно ее попаданию в ад. Такие поступки берут себе за основу библейские тексты. Их появление в текстах богословов датируется более поздним временем.

Смертные грехи в православии. Список.

  1. Гнев, злость, месть. В эту группу относят поступки, которые на противовес любви, несут разрушение.
  2. Похоть, распутство, блуд. Эта категория несет в себе деяния, которые приводят к чрезмерному желанию удовольствия.
  3. Лень, праздность, уныние. Относятся нежелание выполнять как духовную, так и физическую работу.
  4. Гордыня, тщеславие, высокомерие. Неверием в божественное считается самонадеянность, похвальба, чрезмерная уверенность в себе.
  5. Зависть, ревность. В эту группу относят недовольство тем, что имеют, уверенность в несправедливости мира, желание чужого статуса, имущества, качеств.
  6. Чревоугодие, обжорство. Потребность употреблять больше необходимого также относят к страсти.
  7. Сребролюбие, алчность, жадность, скупость. Больше всего обращается внимание на то, когда желание приумножить свое материальное состояние происходит в ущерб духовному благосостоянию.

Перечень грехов для исповеди в православии

Исповедь относят к обрядам, которые помогают избавится от грехов и очистить душу. Священнослужители считают, что если покаяние подкреплено милостыней, усердной молитвой и постом, то после него человек может вернутся в то состояние, в котором пребывал Адам до грехопадения.

Проходить на исповедь может в любой о обстановке, но зачастую это храм во время богослужения или другое время, которое назначит священник. Человек, который желает покаяться, должен быть крещенным, ходить в Православную церковь, признавать основы православия и желать покаяться в своих грехах.

Для подготовки к исповеди необходимыми являются покаяние и вера. Рекомендуют поститься и читать покаянные молитвы. Кающемуся человеку необходимо исповедать свои грехи, чем самым показать признание своей греховности, выделяя при этом те страсти, которые ему особенно характерны.

Не лишним будет и называние конкретных грехов, которые отягощают его душу. Вот краткий перечень грехов для исповеди:

  • Обида на Бога.
  • Забота только о мирской жизни.
  • Нарушение Закона Божия.
  • Осуждение священнослужителей.
  • Неверие, маловерие, сомнения в существовании Бога, в истинности православной веры.
  • Оскорбление Бога, Пресвятой Богородицы, святых, святой Церкви. Упоминание Имени Божиего напрасно, без благоговения.
  • Нарушение постов, церковных установлений и молитвенного правила.
  • Невыполнение обещаний, которые были даны Богу.
  • Отсутствие христианской любви.
  • Непосещение или редкое посещение храма.
  • Зависть, злоба, ненависть.
  • Человекоубийство, аборты. Самоубийство.
  • Ложь, обман.
  • Отсутствие милосердия, неоказание помощи нуждающимся.
  • Гордость. Осуждение. Обида, не желание примириться, простить. Злопамятность.
  • Скупость, корыстолюбие, стяжательство, взяточничество.
  • Соблазн на любой грех.
  • Расточительность.
  • Суеверие.
  • Употребление алкоголя, табака, наркотиков..
  • Вступление в прямое общение с нечистой силой.
  • Блуд.
  • Азартные игры.
  • Развод.
  • Самооправдание.
  • Лень, печаль, чревоугодие, уныние.

Это не полный список грехов. Он может быть и расширенным. В заключение исповеди можно сказать так: согрешил(а) делом, словом, в помыслах, всеми чувствами души и тела. Не перечислить всех моих грехов, по множеству их. Но во всех своих грехах, как в высказанных, так и в забытых я раскаиваюсь.

Самый страшный грех в православии

Часто люди спорят о том, какой грех является самым страшным, а какие Бог согласен простить. Принято считать, что самоубийство относят к наиболее тяжкому греху. Его считают неисправимым, ведь уйдя из жизни, человек уже не может вымолить прощение у Бога для своей души.

Четкого ранжирования грехов в православии нет. Ведь если маленький грех не отмолить и не покаяться в нем, он может привести к гибели души человека и отяготить его.

Часто можно услышать о первородном грехе в православии. Так называют деяние Адама и Евы, которое они совершили. Так как он был совершен в первом роду людей, то и был признан первым грехом всего человечества. Этот грех повредил человеческую природу и передается потомкам по наследству. Дабы уменьшить его влияние на человека или вообще лишиться его рекомендуют крестить детей и приучать их к церкви.

Содомский грех в православии

Так принято называть греховный помысл, деяние или стремление, которое основано на сексуальном влечение человека к представителю (представителям) своего пола. Часто духовенство относили этот грех как один из видов блуда, хотя некоторые проводили между такими понятиями довольно четкую грань.

В свою же очередь грех блуда в православии относят к смертным грехам. Ведь считается, что при соединение с человеком происходит не только физическая, но и духовная близость. И все это остается на нашей душе. Она становится не чистой. В середине все как будто выжигается.

Именно поэтому необходимо каждый раз задумываться над своими плотскими желаниями, и думать о том, к чему это может привести.

Искупить грехи в православии мы самостоятельно не можем. Но у нас есть надежда, которую нам дал Господь. Для облегчения своих тягостей необходимо усердно молится. Необходимо ходить в храм и исповедаться перед Богом и батюшкой.

Это будет один из этапов покаяния. Далее обращайтесь к Господу с покаянными молитвами и Вам будут прощены Ваши огрехи.

«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий. Изгони от меня все напасти, искушающие плотские страсти. В искуплении я припадаю, о грехах в суете забываю. Отпусти мне грехи, что случились, и они до сих пор не забылись. Те грехи, что в душе еще тлеют, слишком часто болезнями веют. Да будет воля твоя. Аминь».

Господь всегда с Вами!

Протоиерей Игорь Прекуп

«Ох, – сетовал на социальную категорию «бабки» в конце 80-х один знакомый священник, вспоминая начало своего пастырского служения, – они-то ведь даже исповедоваться не умеют…» Я, в ту пору начинающий церковно- (пока еще не священно-) служитель, как раз намеревавшийся подавать документы в ЛДС, слушал его не то чтобы недоверчиво, а с некоторым недоумением: как это человек, будучи уже в возрасте, и долгие годы систематически ходя в храм (речь ведь шла не о «пасхальноверующих»), может не уметь исповедоваться? Что там, вообще, уметь? Подойди и скажи, чем согрешил со времени последней исповеди, ну или вспомни то, что раньше не сообразил сказать или, может, не осознавал, а то даже просто забыл – что сложного? Бывает, конечно, стыдно, так ведь Бог все видит, и носить в себе это еще более стыдно!

Все-таки, как отличается видение мирянина от священнического, когда речь о вопросах специфически церковных… Я-то судил по себе. Мне в голову не приходило, что большинство прихожанок того периода (мужчин, даже пожилых, в храмах почти не было) Евангелия, тем более, полной Библии, в руках не держали, не говоря уже о том, чтобы читать, да и как-то не страдали по этому поводу. Это я, спасибо моему сокурснику по институту Паше, нынче о. Павлу Попову, был избалован и Новым Заветом, который «приплыл» мне через него, после некоторых поисков, и святыми Отцами, творения которых он ксерокопировал (кто жил в ту пору, понимает, с чем было связано использование множительной техники, когда даже пишущие машинки все состояли на учете). А они имен этих Отцов, в большинстве и слыхом-то не слыхивали.

Не то чтобы я совсем не понимал, как это бабушки не умеют исповедоваться (все-таки я догадывался, что их интеллектуальные способности не располагают к особо углубленному самоанализу), но все же думал, что мой собеседник несколько сгущает краски, как бы желая сказать, что, при их возрасте да опыте, они могли бы…

Спустя четыре года, став настоятелем самого удаленного прихода в южной Эстонии (от храма было около 5 км до границы с Россией и 15 км до Псково-Печерского монастыря), я получил сомнительное удовольствие убедиться в справедливости сказанного моим собратом и сослужителем. Оказалось, что его надлежало понимать буквально. Причем, как я потом узнал от благочинного, у меня ситуация была еще более-менее (сказывалась близость монастыря), особенно среди прихожан с российской стороны.

Надо сказать, что приход мой был по-своему межъепархиальный и межгосударственный, потому что, когда Печерский край передали Псковской области, граница прошла как раз по территории прихода в честь вмц. Параскевы Пятницы таким образом, что две его трети оказались в РСФСР и, соответственно, в Псковской епархии. Пока Союз не распался, это никак не ощущалось, а к тому времени, когда я был туда назначен (в 1992 г.), колючая проволока хотя уже мало-помалу натягивалась, но далеко еще не повсюду, поэтому местные жители как ходили раньше из соседних деревень в церковь лесными тропами, так и продолжали ходить.

Так вот, оказавшись на этом приходе, я прочувствовал до глубины всю порочность практики общей исповеди, которая, в основном, распространилась и укоренилась в советское время, потому что в СССР, после нескольких волн гонений, действующих храмов оставалось очень мало, из-за чего прихожан, при всем их оскудении в целом, на каждый отдельно взятый храм приходилось все-таки больше, чем до октябрьского переворота. Священники физически не могли подробно исповедовать такое количество.

К тому же очень удобно было ссылаться на пример св. прав. Иоанна Кронштадтского. При этом популяризаторов общей исповеди почему-то не смущала такая деталь, как отсутствие у них дара прозорливости, которым обладал св. Иоанн (стоит отметить, что св. прав. Алексий Мечев считал общую исповедь «недоразумением», отвечая тем, кто оправдывал ее ссылкой на авторитет св. Иоанна Кронштадтского: «То был отец великой духовной силы, и мы с ним себя сравнивать не можем»).

Разумеется, дело было не только в том, что на одну точку на карте Православия в СССР приходилось слишком много страждущих и жаждущих. Не всюду же и не на каждой службе так было. Да и распространяться общая исповедь начала еще до советской власти. Просто хлопотное это дело – исповедовать подробно, да и к тому же распространенность – очень удобный предлог для принятия чего-либо за правило. Кто там будет углубляться и разбираться, где Священное Предание, а где – распространенная, да, многолетняя, да, но все равно порочная практика?

На том приходе общая исповедь укоренилась задолго до моего непосредственного предшественника. Этой практики – не по лени, а в силу распространенности и общепринятости – придерживался и многие годы служивший до него настоятель, о котором никак нельзя было бы сказать, что он манкирует своими обязанностями. Правда, к чести того давным-давно служившего батюшки, оставившего о себе добрую память, надо отметить, что он предварял общую исповедь очень проникновенной, располагавшей к покаянию, проповедью. Но, так или иначе, исповедоваться прихожане разучились там давно. Даже многие пожилые люди индивидуальной исповеди знать не знали, ведать не ведали, искренне не понимая, чего я от них хочу, зачем (и вообще о чем) спрашиваю.

Впрочем, надо сказать, что мне еще повезло: мои-то хоть, подходя под разрешительную молитву, исповедовали себя грешными (в пределах «грешна, батюшка»), а прихожане моего благочинного в с. Вярска (всего-то 15 км вглубь территории) стояли насмерть, как если бы им перед исповедью не молитвы покаянные прочитали с напоминанием «аще ли что скрыеши от мене, сугуб грех имаши», а «зачитали права», предупредив, что все сказанное ими на исповеди будет использовано против них на Страшном суде.

Я, конечно, старался не перегибать палку, но с «партизанщиной» развернул последовательную борьбу. Не скажу, что мне было в удовольствие чувствовать себя этаким гестаповцем, клещами достающим признание, но приходилось с каждой душой индивидуально работать (особенно, если мы встречались впервые), последовательно задавая вопросы хотя бы по Десятословию. Меня поначалу потрясало, что неисповеданными у них были даже аборты, тогда как практика общей исповеди предусматривает, что особо тяжкие грехи надлежит исповедовать индивидуально. Вот, тем и опасна общая исповедь, что говори-не говори о необходимости тяжкие грехи исповедовать отдельно…

Общая, так общая. И всё в одну кучу. А кто там и о чем мечтает, пока священник зачитывает перечень грехов из Требника?..

Вы думаете, все прям-таки вслушиваются в каждое слово, пристально рассматривая себя в его свете? И даже слыша его, всегда понимают значение?

Наивно рассчитывать на это, если человек не привык надолго концентрировать внимание и не умеет думать ни на конкретные, ни на отвлеченные темы, да еще и возраст почтенный, не говоря уже о непонятности некоторых терминов, помноженной на «лень и нелюбопытность», как бы кающихся грешников.

В общем, слава Богу, повытряхивал я тогда из бабушек много чего. Надеюсь, что вскоре, проходя мытарства, они помянули меня добрым словом.

Фото: photosight.ru

Я был не одинок в своем неприятии общей исповеди, в осознании необходимости учить людей исповедоваться внимательно и просто, без лукавых обобщений, но и без ложной скрупулезности. К сожалению, реакция на злоупотребления общей исповедью не оказалась свободной от крайностей. Уже начали появляться брошюрки сомнительного происхождения с перечнями грехов, удивлявшими не только размахом, но и болезненностью воображения составителей.

А вскоре в словоупотребление вошел термин «младостарчество», именующий явление, которое характеризуется не столько нежным возрастом «старчествующих», сколько самой спецификой претензии на возрождение прерванной традиции, этакое новое поколение старцев (по аналогии с политическими и философскими движениями, чьи составные названия тоже начинались с «младо-» и означали новую ступень, новый виток развития прежнего явления: младогегельянцы, младотурки и пр.).

Разумеется, явление это не было новым по своей сущности. Ходячие претензии на духоносность встречались и раньше. Новизна явления заключалась в его масштабности.

Слишком уж многие пастыри тогда стали о себе воображать много.

Оно и неудивительно. В советское время религия (православное христианство в особенности) была загнана в гетто. Со стороны священника проявлять интерес к духовному окормлению паствы, или вообще к чему бы то ни было, выходящему за рамки храмового богослужения и требоисполнения, означало вызов «недремлющему оку». Даже проповедь местами запрещалась. Пастыри, пафосно обличающие невежд в уставе, метая громы и молнии в людей не так одетых или неправильно названных при рождении (каким-нибудь неправославным именем), умеющие нагнать страху и «смирить», а потому собирающие вокруг себя «хранительниц благочестия», садо-мазохистски фанатеющих от батюшкиной харизмы и клацающих вставными челюстями на всех «социально чуждых» – такие имитаторы исповедничества, вписывающиеся в стандартный образ «мракобеса», не вызывали у советской власти беспокойства. Тем более, что именно такие типажи нередко оказывались «благонадежными».

Впрочем, подобные «столпы благочестия» встречались не особо часто, что, опять же, еще больше к ним привлекало жаждущих «ревностного пастырского окормления». Предпочтение отдавалось властями культивированию требоисполнительского типажа, который односторонне удовлетворял религиозные потребности граждан, добросовестно отрабатывая свой хлеб, без претензии на целостное пастырское служение.

Священников, искренне заинтересованных и способных привлечь в церковную ограду думающих и социально-активных людей, встретить было очень сложно. Власть об этом предусмотрительно заботилась, по возможности, ставя людям с высшим образованием заслоны для поступления в духовные школы, а семинарские программы даже в начале 90-х, когда уже давно очевидно было, что Бог послал «на землю голод, – не голод хлеба, не жажду воды, но жажду слышания слов Господних» (Ам. 8; 11), все еще продолжали оставаться «заточенными» под производство требоисполнителей.

Голод есть, а тех, кто мог бы его утолить, грамотно формируя рацион питания в конкретных общих для всех исторических, политических и экономических условиях, в зависимости от индивидуальных особенностей каждого алчущего и жаждущего, почти не было. И добро бы еще те, кто не был к этой ситуации готов, продолжали скромно заниматься тем, что умели, не претендуя на большее. Однако многие в то время вообразили о себе, что дары Духа Святого, полученные при рукоположении, сами по себе дают какие-то особые права и власть, без того, чтобы долго и усердно с помощью Божией трудиться над собой, а мудрость им положена по статусу, без необходимости в получении систематического богословского образования и трудолюбивого самообразования до конца дней своих.

Этому способствовало, в основном, три фактора: 1) бессистемное появление на прилавках (не только церковных) большого количества православной, около- и псевдоправославной литературы весьма разнообразного качества: от неочерносотенных брошюрок до ротапринтных переизданий святых Отцов; 2) приток в храмы большого количества неофитов, заинтересованных в духовном окормлении по схемам, которые им рисовало воображение в процессе жадного поглощения святоотеческой литературы (в лучшем случае) и страстное желание предаться аскетическим подвигам, от них же первый есть полное послушание; 3) стремительное умножение православного духовенства (это было обусловлено необходимостью застолбить возвращаемые нам «охраняемые государством» развалины храмов, чтобы восстанавливать их, строить новые церкви, обустраивая приходскую жизнь) за счет рукоположения людей, зачастую не имевших ни образования, ни призвания, которые хорошо, если задним числом старались добрать элементарные знания и получить духовное образование.

Таковы объективные причины распространения в православно-церковной среде младостарчества и всевозможного кликушества, сгущающегося местами в некие подобия сект со своими «гуру», «святыми» и мифологией (другой проблемы – язычества в православных ризах – мы здесь не касаемся). В общем, все по Марксу: 1) спрос на духовное окормление и подвижническую жизнь определил предложение (только из-за почти полного отсутствия духоносных старцев и прерванности традиции, потребительский спрос был удовлетворен за счет предложения народу суррогатов «идентичных натуральным»), а предложение имитации благочестия и духоносности стало формировать соответствующий спрос; 2) спрос на «православизацию всей страны» породил предложение массы пособий и руководств в виде популярных брошюрок, регламентирующих все аспекты жизни, вплоть до питания и супружеского долга (добро бы еще грамотно объясняли, так ведь и тут не обошлось без идиотизма), среди которых одно из почетных мест заняли издания в помощь исповедующимся.

Качество этих «исповедей для «чайников»», как правило, было весьма низким, этакой попыткой переложить соответствующую часть чина исповеди из Требника на общедоступный язык.

Правда, некоторые брошюрки, надо отдать им должное, восхищали своей глупостью и невежеством, сочетающимися с буйной фантазией и болезненной мелочностью.

Слава Богу, в помощь исповедующимся были изданы и очень хорошие пособия. Это, в первую очередь, «Опыт построения исповеди» Псково-Печерского старца архим. Иоанна (Крестьянкина), «Об исповеди» митр. Антония Сурожского, «Как приготовиться к исповеди и причастию» прот. Михаила Шполянского, его же «Будем жить с Богом. Беседы с детьми перед исповедью». Но это не перечни грехов, а именно беседы, помогающие думать и обличать (выявлять, делать видимым) в себе грехи, чтобы каяться в них пред Богом и с Его же помощью исцеляться.

Что же касается использования при подготовке к исповеди перечней грехов, тут не так все просто. С одной стороны, даже к перечню, содержащемуся в Требнике, относиться надо с осторожностью. Диакон Владимир Сысоев в своих воспоминаниях о св. Алексии Мечеве пишет: «Батюшка всегда был противником книжного формализма в исповеди. Он часто говорил мне: «Знаешь ли, в монастырях очень принято исповедывать по требнику. А я всегда стоял против этой практики. В требнике есть многие вопросы, многие грехи, о которых исповедник, может быть, и не догадывался. Подойдет к исповеди какая-нибудь чистая неиспорченная девушка, а ее спрашивают о таких пороках, о которых она и представления не имеет. И вместо очищения выйдет грех и соблазн. Всегда нужно не человека приспосабливать к требнику, а требник к человеку. Сообразно с тем, кто подходит к твоему аналою, — мужчина ли, женщина ли, подросток ли, ребенок ли, — и нужно вести исповедь. При этом не следует вдаваться в подобные вопросы, особенно об интимных грехах. Эти расспросы могут только потревожить душу исповедника, а никак не успокоить. Лучше всего дать человеку самому рассказать все, что он имеет на душе, а потом уже задавать вопросы, по мере надобности»».

С другой… ну вот, что делать человеку, если он хочет подготовиться к исповеди, а сформулировать то, что понимает внутренне, как-то не получается? Вертится-вертится уже на языке, а никак… Или просто трудно бывает вспомнить. Чувствуешь, что забыл что-то, причем такое – на поверхности, а не вспомнить никак. Тут перечень грехов может оказаться очень неплохим подспорьем. Особенно в начале пути, когда еще толком ничего не знаешь, да и формулировать не умеешь, или, наоборот, в старости, когда в силу возрастных причин мысли путаются, и забываются самые простые и привычные слова.

Однако тут есть одно важное «но»: если руководствоваться советом св. Алексия, «не человека приспосабливать к требнику, а требник к человеку», и даже священнику зачитывать кающемуся все подряд из Требника не стоит, логично задаться вопросом: уместно ли тогда этот перечень давать в руки любому мирянину? Нет, разумеется, никакой эзотерики, никаких секретов от народа, только зачем? К чему давать повод к соблазну? В наше время вряд ли кого можно удивить каким-либо грехом из стандартного перечня в Требнике, но само скопище пороков, архаичная терминология, зачастую требующая пояснений, законнический подход – все это вполне может вызвать (в душе новоначального, например) естественную реакцию отторжения.

Совсем другое дело, когда мы готовимся к исповеди по заповедям Десятословия и Блаженств, потому что в процессе приготовления важно не просто перебирать больший или меньший перечень грехов, выбирая приглянувшееся, но ясно отдавать себе отчет, против чего грешим. И тут, например, труд о. Иоанна (Крестьянкина) окажется прекрасным подспорьем, поскольку в рамках каждой заповеди рассматриваются соответствующие грехи. Их перечень при такой подготовке окажется не меньшим, чем в Требнике, а подход принципиально иной, потому и понимание каждого исповедуемого греха несравнимо глубже.

Впрочем, что нам Требник! Его перечень грехов ни в какое сравнение не идет с апокрифами, издававшимися одно время в изобилии под грифом благословения того или иного монастыря или епархии. Взять хотя бы, к примеру, один такой шедевр (почему-то составленный исключительно от женского лица) объемом в 473 пункта (!), среди которых есть и такие: «444. Мочилась на людях и даже шутила по этому поводу», или вот: «81. Пила и ела наговоренное, «заряжённую” Чумаком воду» (явно составлялось в конце 80-х, начале 90-х).

А вот чудесное в плане логической последовательности: «148. Дразнила глухонемых, слабоумных, малолетних, злила животных, платила злом на зло». Или вот мистично-самокритичное: «165. Сама была орудием дьявола». Только откуда такая уверенность, что «была», а не есть? И нет ли в этом признании скрытой гордыни?..

Из серии «только для взрослых» (брошюрки-то могут и детям попасть в руки, объясняй потом, что есть что): «203. Грешила и грешу блудом: была с мужем не для зачатия детей, а из похоти. В отсутствие мужа оскверняла себя онанизмом». Или, например: «473. Имела содомский грех (совокупление с животными, с нечестивым, вступала в кровосмесительную связь)». О главном-то, собственно, содомском и забыла… Вообще, чего там все на жителей Содома бочку катят? Теперь и зоофилию им приписали до кучи! Это уж помпейский грех тогда, если судить по некоторым артефактам. Впрочем, самое интересное другое: о каком «нечестии» речь, из-за которого человек становится чем-то средним между животным и родственником (связь с «нечестивым» помещена между зоофилией и инцестом)?

И все это вперемешку с «422. Молилась в шапке, с непокрытой головой», «216. Имела пристрастие к одежде: заботу как бы не запачкать, не запылить, не замочить», и т.п.

Если в начале прошлого века св. Алексий Мечев смущался в отношении исповеди по Требнику, опасаясь, как бы кто не услышал чего неведомого и не заинтересовался себе на погибель, то сегодня, при общедоступности любой информации, опасность исходит от подобных перечней, но не потому, что в них содержится какой-то грех, о котором нынешнее подрастающее поколение не в курсе, а потому, что эти сборники отвращают от Православия той несусветной глупостью, которой они пронизаны и пропитаны, глупостью, дискредитирующей то немногое верное и ценное, что в них содержится.

Что важно понять, для того, чтобы не забивать себе голову всякой чушью и не зацикливаться на этих памятниках религиозной психопатологии?

Не вдаваясь в такие тонкости, как разница между исповедью сакраментальной и несакраментальной, отметим только, что исповедовать перед причащением необходимо (вне зависимости, кто на исповеди – свой духовник или чужой священник) те грехи, за которые по канонам положено временное отлучение, а также упомянутое в 1 Кор. 6; 9–10. Причащаться, имея на совести такой грех, нельзя.

Исповедь перед каждым причастием положена только в РПЦ. Это было введено в период борьбы со старообрядческим расколом. В других Поместных Церквях обычное причащение происходит без исповеди, если ничего тяжкого человек не натворил. Если же натворил, а духовник вне досягаемости, он может обратиться к любому священнику, имеющему право исповеди, хотя в порядке вещей, что каждый исповедуется время от времени только своему духовнику. Там, правда, другая проблема: некоторые откладывают исповедь годами. Поэтому очень даже хорошо, что у нас есть традиция обязательной исповеди перед причащением. Но это уже другая тема.

Итак, исповедоваться надо по сути содеянного, сказанного или переживаемого, помня, что исповедуемся мы Богу, священник же только свидетель покаяния и орудие Божие для совершения Таинства. Поэтому, в зависимости от того, кто находится у аналоя с Крестом и Евангелием (свой духовник или другой священник, чьего духовного руководства мы не жаждем), мы либо называем грех своим именем, а, если не подобрать слова, описываем его в общих чертах (по сути, ясно, без растекания мыслью по древу), и сообщаем необходимые подробности, если духовнику их необходимо знать, чтобы иметь представление о содеянном и о состоянии нашей души, дабы дать полезный совет; либо, если мы исповедуемся священнику, духовного окормления которого не взыскуем, то ограничиваемся покаянным открытием греха, и, называя его, принципиально не вдаемся в не меняющие сути сказанного подробности (если же исповедующий проявит к ним интерес, мы ему ответим, что подробно обсуждаем свои грехи только с духовником).

И снова о подготовке к исповеди.

Насчет шпаргалок. Отношение к ним разное. Некоторые батюшки реагируют на них нервно, считая, что они отвлекают кающегося от живого покаянного процесса, поэтому не разрешают ими пользоваться. Другие, наоборот, так торжественно в конце исповеди их разрывают, словно это и есть тайносовершительная формула, а то, что за этим следует (покрытие епитрахилью и чтение разрешительной молитвы) – дополнительное обрядовое оформление. На самом же деле, шпаргалка – она всюду шпаргалка: компактное размещение обобщенной информации на бумажном или ином пригодном для этого носителе, с целью компенсации неустойчивости памяти.

Всем нам известно, как иной раз мы забываем свои грехи на исповеди. Вот только что знали, а теперь вдруг забыли напрочь. Бывает. Особенно, когда в затылок дышат, и понимаешь, что надо, по возможности, не задерживать батюшку и стоящих за тобой братьев и сестер во Христе, которым необходимо успеть исповедоваться до того, как начнется причащение. А иной раз и время есть, и внутренне все спокойно, но вдруг самое важное, ради чего, собственно, и пришел: р-р-раз! – и куда-то подевалось.

Так что тут все очень индивидуально. Важно только, чтобы, в самом деле, подготовка шпаргалок не съедала бы всего покаянного настроения. Иначе, составляя их, мы, возможно, и поскорбим о грехах, а непосредственно на исповеди всего лишь формально их перечислим. Как пишет свящ. Александр Ельчанинов: «Приготовление к исповеди не в том, чтобы возможно полно вспомнить и даже записать свой грех, а в том, чтобы достигнуть того состояния сосредоточенности, серьезности и молитвы, при которых, как при свете, станут ясны грехи». Это не значит, что записывать не надо. Надо, если это помогает не забыть. Но следует понимать, что не это главное.

Лучше уж человек подойдет ко мне с чем-то вроде древнего свитка, но прочитает содержимое осмысленно и собранно, чем будет тужиться, усиливаясь вспомнить, что там застряло у него между извилинами, и тратить наше время, испытывая меня на смирение, кротость и милосердие.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *