Зализняк заметки о любительской лингвистике

Предисловие

Глава первая. Что такое любительская лингвистика Язык как предмет для размышлений Всегда ли есть связь между словами, сходными внешне Внешняя форма слова изменяется во времени Вольные игры со звуковым составом слова Фантазии о значениях слов Примеры любительских лингвистических построений Любительский подход к именам собственным Любительское прочтение древних текстов Фантазии об истории Глава вторая. Лингвистика по А. Т. Фоменко Можно ли изучать историю, не используя гуманитарных методов Любительская лингвистика как орудие перекройки истории. Можно ли опираться на Фукидида без филологического анализа Чудеса с языком и географией Любительские поиски происхождения слов «Отмена» целых языков Тезис о вселенской фальсификации письменных памятников. Как подделать летописи Как изобрести латынь Как подделать берестяные грамоты Всемирный заговор фальсификаторов «Династические параллелизмы» Заключение Глава третья. Принципы полемики по А. Т. Фоменко Как отвечать, ни на что не ответив Математическая непреложность «нового учения» есть фикция Глава четвертая. Любительская лингвистика в борьбе с наукой Очередное произведение любительской лингвистики Конспект мировой истории по А. Т. Фоменко Отрицание науки лингвистики Любительская лингвистика в действии Борьба с наукой Литература Москва, 16 мая 2017 Борис Любимов. Поэзия грамматики Владимир Успенский. О русском языке, о дешифровке древних текстов, о «слове» Андрей Зализняк. Истина существует Об авторе Опубликованные работы А. А. Зализняка

Предисловие

Настоящая книга посвящена явлению, широко представленному в современной популярной и полупопулярной литературе и публицистике, – любительской лингвистике, т. е. непрофессиональному разбору слов и других языковых единиц.

В первой главе («Что такое любительская лингвистика») рассказывается об общих особенностях данного рода занятий и его отличиях от науки лингвистики.

Остальные три главы посвящены разбору одного частного случая использования любительской лингвистики, получившего в России конца 20 – начала 21 века довольно значительную известность. Речь идет о сочинениях А. Т. Фоменко, посвященных пересмотру традиционных представлений о мировой истории.

Вторая и третья главы представляют собой опубликованные ранее статьи, в которые внесены небольшие дополнения и редакционные изменения. Это «Лингвистика по А. Т. Фоменко» (впервые опубликовано в сборнике История и антиистория–1 ) и «Принципы полемики по А. Т. Фоменко» (реплика на ответ А. Т. Фоменко на предыдущую статью; впервые опубликовано в сборнике История и антиистория–2 ).

Четвертая глава «Любительская лингвистика в борьбе с наукой» – это оценка более позднего этапа учения А. Т. Фоменко, представленного книгой «Старые карты Великой Русской Империи» .

Самой большой и самой важной является центральная глава – вторая. Поскольку первоначально она была единственной, в ней так или иначе затронуты все основные проблемы, связанные с любительской лингвистикой. В трех остальных главах те же проблемы рассматриваются более полно или в более общем плане. Поэтому в них имеются некоторые тематические пересечения с основной главой; специально устранять такие пересечения мы сочли излишним.

МЕТОДОЛОГИЯ ГУМАНИТАРНОГО ЗНАНИЯ

А.А. Зализняк

ИЗ ЗАМЕТОК О ЛЮБИТЕЛЬСКОЙ ЛИНГВИСТИКЕ*

Академик А.А. Зализняк широко известен в филологическом сообществе своими работами, затрагивающими самые разные темы. Он является автором основополагающих трудов и о русском словоизменении, и о новгородских берестяных грамотах, и о русском ударении в его истории и современности.

Однако наиболее широкий общественный резонанс из всех работ А.А. Зализняка вызвало, несомненно, проведенное им со всей лингвистической строгостью доказательство подлинности такого спорного и полного загадок произведения, как «Слово о полку Игоре-ве». В книге «»Слово о полку Игореве»: Взгляд лингвиста», первое издание которой вышло в свет в 2004 г., А.А. Зализняк убедительно продемонстрировал, что предполагаемый фальсификатор, живший в XVIII в., не мог обладать необходимым объемом знаний для того, чтобы создать текст, который по всем языковым параметрам, в том числе и по самым тонким, только недавно открытым учеными, соответствует подлинным текстам XII в.

В 2007 г. А.А. Зализняку была присуждена Литературная премия Александра Солженицына, и на церемонии вручения премии он выступил с речью, направленной против «снижения в общественном сознании ценности науки вообще и гуманитарных наук в частности».

* Зализняк А.А. Из заметок о любительской лингвистике. — М.: Русскш М!ръ: Московские учебники, 2009. — 240 с.

В последующие годы А.А. Зализняк немало сделал для того, чтобы продемонстрировать широкой публике, что языкознание — это действительно наука, а не пустые разговоры. Он регулярно выступает с публичными лекциями, расшифровки которых пользуются неизменным успехом в Интернете, а в 2009 г. выпустил книгу «Из заметок о любительской лингвистике».

Книга открывается главой «Что такое любительская лингвистика?», в которой автор подробно обсуждает, как и почему рождаются любительские построения о языке. А. А. Зализняк отмечает, что если неспециалисты задают вопросы о языке, то чаще всего такие вопросы делятся на два типа: с одной стороны, это вопросы о том, как правильно сказать (продал или проддл? волнующий или волнительный?), а с другой стороны, это вопросы о происхождении и исконном значении слов (что значит слово аляповатый, откуда оно произошло и когда появилось? Есть ли связь между словами мятый и мята? каково первоначальное значение имени Юрий?). Однако школьное образование не дает ответов на вопросы второго типа, поскольку в школе не уделяют никакого внимания тому, как языки изменяются во времени. И поэтому людям приходится либо довольствоваться случайными отрывочными сведениями, не всегда почерпнутыми из надежных источников, либо строить собственные предположения на этот счет, даже не догадываясь о том, что есть специальная наука, которая этим занимается. Именно так рождается то, что можно назвать любительской лингвистикой.

А.А. Зализняк пишет, что обычный подход лингвиста-любителя состоит в том, чтобы найти два похожих слова в одном или в разных языках и постараться отыскать между ними связь. Языковед-любитель даже не догадывается о том, что внешнее сходство двух слов может объясняться разными причинами: историческим родством, т.е. происхождением из одного и того же слова языка-предка (например, англ. three и рус. три), заимствованием из одного языка в другой (например, англ. dog, заимствованное русским языком в виде дог, или, при обратном направлении заимствования, англ. tsar и рус. царь) и, наконец, случайностью (например, англ. bread ‘хлеб’ и рус. бред). Фактор случайности нельзя недооценивать: поскольку корни обычно бывают короткими, то неудивительно, что похожие корни, состоящие из распространённых звуков, встречаются в самых разных языках мира. Если взять корень русских слов мена, менять, то окажется, что трудно найти язык, в котором похожего корня не будет:

А.А. Зализняк отмечает, что лингвисты-любители не отдают себе отчета в том, что язык изменяется во времени, и обычно представляют себе наших предков тысячелетней или двухтысячелетней давности говорящими так же, как мы говорим сейчас. Но на самом деле в ходе истории языка на всех его уровнях: и в фонетике, и в грамматике, и в значениях слов — происходят изменения. Фонетические изменения могут приводить к тому, что слова изменяются до полной неузнаваемости (например, из лат. calidus ‘горячий’ получилось французское chaud, которое произносится примерно как шо). Лингвисты-любители иногда обращаются к понятию звукового перехода, говоря, например, что «б может переходить в в», но они игнорируют тот факт, что всякое фонетическое изменение происходит не в одном лишь данном слове, а во всех словах данного языка, где подвергавшийся изменению звук находился в такой же позиции.

Поэтому лингвист-любитель обычно весьма вольно обращается со звуковым составом слова: например, б для него — это то же самое что в, ф или п, все гласные для него взаимозаменяемы, какие-то буквы при сравнении слов можно отбрасывать или, наоборот, дописывать. Особое место в арсенале любителя занимает такой прием, как «обратное прочтение»: с его помощью из слова Рим можно получить мир, из слова Милан — налим и так далее. Наличие такого количества степеней свободы в обращении со словом приводит к тому, что можно построить огромное количество пар якобы связанных между собою слов.

Найдя таким образом два будто бы родственных слова, лингвист-любитель пытается объяснить связь между их значениями. И в этом случае у него не возникает никаких трудностей, поскольку любитель обычно не стесняется изобретать сколь угодно натянутые семантические переходы. В качестве примера А.А. Зализняк приводит такие любительские построения: солнце — это сол-неси, т.е. есть несущее силу (разумеется, несовпадение сол- и сил-, а также -нце и неси по звучанию не останавливает автора гипотезы); солнце — это со-лън-ц-е-, т.е. нечто маленькое (ввиду уменьшительного суффикса -ц-е), совместное (со-) с луной (лън-).

Произвольность подобных сближений не может не поражать

непредвзятого наблюдателя, но тем не менее именно на основании таких сближений любители нередко строят необоснованные фантазии об истории и географии. Действительно, если на карте любой страны можно найти названия, похожие на русские слова (город Вена в Австрии, мыс Горн в Аргентине, город Бар в Черногории и так далее), то почему бы не предположить, что это совпадение значимое, и не попытаться понять, как русские названия попали в столь далекие от России места? Но любителю не приходит в голову, что точно так же, скажем, испанец увидел бы в названиях рек Кама и Ока испанские слова cama ‘кровать’ и oca ‘гусыня’ и мог бы построить на этот счет какую-нибудь теорию.

Похожими методами, не имеющими отношения к науке, любители способны прочитать почти любой древний текст и вчитать в него нужное им содержание. Но поскольку фальшь в таких построениях очевидна профессиональным лингвистам, но не очевидна широкой публике, то неподготовленный читатель может оказаться в плену примитивных выдумок о древней истории.

Три последующие главы книги посвящены разбору работ наиболее влиятельного и известного из таких лингвистов-любителей — академика А.Т. Фоменко, создателя концепции «новой хронологии», утверждающего, что почти все общепризнанные представления об истории являются ложными. А.А. Зализняк убедительно демонстрирует, что авторитет, заработанный А.Т. Фоменко в области математики, не является основанием для того, чтобы принимать на веру его исторические построения, которые в основном базируется на непрофессиональных лингвистических суждениях. Например, А.Т. Фоменко утверждает, что Лондон прежде стоял на Босфоре, аргументируя это тем, что английское слово ‘пролив’ звучит как sound, а при обратном прочтении без гласных получается DNS, что может быть воспринято как TMS — Темза. Основываясь на сопоставлениях такой же степени доказательности, А.Т. Фоменко выстраивает целую гипотезу вселенской фальсификации истории в XVII-XVIII вв.: по его утверждению, всё, что нам сейчас известно об истории ранее X в. нашей эры, — это поздняя подделка. А.А. Зализняк показывает, что для осуществления такой масштабной подделки по всему миру должна была бы работать целая сеть фальсификаторов, оперировавшая информацией, сравнимой по объёму с нынешним Интернетом, и обладавшая безграничными техническими возможностями для того, чтобы создавать фальшивые древние надписи, изображения и строения.

Касается А.А. Зализняк и вопроса о так называемых «дина-

стических параллелизмах» А.Т. Фоменко. Суть этого явления состоит в том, что на протяжении какого-то отрезка времени зафиксированная летописью последовательность правителей некоторой страны фактически копирует последовательность правителей той же или другой страны в более поздний период, из чего А.Т. Фоменко делает вывод о фиктивности летописей, которые просто излагают под разными именами одни и те же события с небольшими вариациями. Однако А.А. Зализняк показывает, что с хронологическими данными А.Т. Фоменко обращается столь же вольно, как и с лингвистическими: он не стесняется ради параллелизма «расщеплять» правление одного царя на несколько частей (например, Иван Грозный — это «на самом деле» четыре разных человека, потому что этого требует параллелизм), а сами даты правления в том случае, если они спорны, можно выбирать такие, чтобы это было удобно для параллелизма. А.А. Зализняк указывает, что методы, стоящие за обнаружением династических параллелизмов, не имеют ничего общего с наукой: на самом деле А.Т. Фоменко математически доказывает не сходство зафиксированных в истории длительностей царствий, а сходство двух цепочек чисел, созданных его руками благодаря вольному обращению с данными источников.

Последняя глава книги А.А. Зализняка посвящена сравнительно новой работе А.Т. Фоменко и Г.В. Носовского «Старые карты Великой Русской Империи»1. В ней авторы заявляют, что «в XIV веке возникает огромная Великая = «Монгольская» Империя с метрополией на Руси. <…> В XV веке территория Великой = «Монгольской» Империи охватила практически весь населенный мир той поры» (цит. по: с. 154). При этом тот факт, что в XIV-XVI вв. весь мир был подчинен русско-ордынским правителям и говорил по-славянски, доказывается в основном тем, что авторы находят славянские географические названия в самых разных уголках земного шара. Хотя авторы и утверждают, будто бы они оперируют математическими методами, а «лингвистические наблюдения вовсе не играют роли самостоятельных доказательных аргументов» (цит. по: с.150), — это, как констатирует А.А.Зализняк, чисто словесная уловка, тогда как на самом деле именно эти наблюдения и призваны оказать психологическое воздей-

ствие на читателя, а математическая непреложность «новой хронологии» — это лишь фикция. А.А. Зализняк разбирает некоторые примеры лингвистических построений А.Т. Фоменко и Г.В. Носовского: например, из слова белый при помощи обратного прочтения получаются Альпы, а Русь благодаря различным ухищрениям превращается в Сирию, Ассирию, Сербию, Аризону, Ареццо, Ла-Рошель, Рошфор, Mar Rosso (Красное море), Абруцци, Брюссель, Пруссию, Париж и Персию. Основываясь на доказательствах такой степени убедительности, авторы «новой хронологии» строят свою «революционную» концепцию истории.

А.А. Зализняк пишет: «Игнорируя профессиональную лингвистику, «новые хронологи» недвусмысленно приглашают своих последователей встать на ту точку зрения, что никакой науки лингвистики, которая бы знала про язык больше, чем человек с улицы, не существует» (с. 179-180). Он с прискорбием отмечает, что чем дальше, тем больше построения А.Т. Фоменко смещаются в сторону грубой тенденциозности с целью показать якобы научным способом, что русские были некогда властителями мира.

А. Ч. Пиперски

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *