Жены священников

В православии познать радости семейного бытия могут лишь те священнослужители, кто после окончания семинарии, желая принять священный сан, выбирает служение Богу и пастве в белом духовенстве.

Те, кто отдаёт предпочтение чёрному духовенству, иными словами монашеству, добровольно отказываются от личной жизни, но зато могут рассчитывать на достижение высших ступеней церковной иерархической лестницы, куда заказан путь женатым священникам.

Место встречи

Найти свою половинку будущие батюшки могут где угодно, но основным местом средоточия невест для них являются семинарии, в которых помимо мужского отделения, имеются иконописная и регентская женские школы. Последние создаются помимо всего прочего и для того, чтобы, не отрываясь от учебы, молодые люди могли присмотреться к воспитывающимся по всем канонам православия барышням, желающим создать крепкую семью со священнослужителем.

Раньше главной школой попадей были епархиальные женские училища, в простонародье именовавшиеся епархалками, где в основном получали образование дочери попов и дьяконов.

Девушки в этих учреждениях добровольно проходили подготовку к тяжёлой роли жены священника со всеми вытекающими из этого последствиями.

В наши дни мечтающие связать себя узами брака с семинаристами девушки являются частыми гостьями деревенек вокруг Сергиево-Посадской Лавры, где местные старушки помогают скромным барышням знакомиться с застенчивыми молодыми служителями.

Требования к невесте

Жена священника должна отличаться высокими морально-нравственными устоями. Прежде всего, она должна быть целомудренной, и не иметь интимных отношений до венчания. В православном семейном союзе и муж, и жена должны соблюдать телесное воздержание до первой брачной ночи, чтобы после принадлежать лишь друг другу.

Именно поэтому в качестве невесты никогда не рассматривается разведённая дама, вдова или женщина с ребёнком, если конечно, в дело не вмешиваются крайние обстоятельства, при которых патриарх в редчайших случаях может дать добро на скрепление отношений брачными узами.

Будущая матушка должна быть покладистой и во всём слушаться мужа. Имея право на выражение собственной позиции, она, обязана находить компромисс, который не будет противоречить решению мужа. Матушке надлежит проявлять смирение и благочестие в отношении мужа-священника.

По словам протоиерея Валентина Цешковского, жене, безусловно, необходимо быть готовой к трудной церковной жизни, к соблюдению постов, постоянным молитвам и воспитанию детей в истинной вере.

Матушка должна следовать за мужем в любой уголок планеты, куда его отправят поднимать приход, поскольку священник является солдатом религии, готовым служить, там, где велит всевышний.

Протоиерей Вадим Шапран отмечает, что в старину супругами представителей белого духовенства не могли стать актрисы, поскольку их деятельность рассматривалась, как одна из разновидностей проституции. Однако в наши дни подобных ограничений по профессиональной сфере не существует, но в любом случае деятельность супруги не должна компрометировать мужа-священника.

Жизнь матушки

Современные матушки могут водить автомобиль, носить модные наряды, работать в мирских организациях и даже пользоваться декоративной косметикой.

Однако подавляющее большинство жён священников всецело посвящают себя своей многодетной семье и мужу, помогая ему на приходе. Они обязательно ходят с покрытой головой, носят длинные платья, не красят волосы, не делают прически и стрижки, а также не корректируют свою внешность при помощи макияжа.

Матушки спокойно относятся к тому, что у их мужей ненормированный рабочий день, и на то, что сами они вместе с детьми постоянно находятся в центре внимания паствы.

Жёнам священников запрещено пользоваться контрацептивами, делать аборт, при этом они обязаны соблюдать все посты и церковные праздники, в период которых, а это приблизительно полгода, следует воздерживаться от супружеской близости.

Матушка, по словам иерея Даниила Сысоева, является правой рукой батюшки, которая помимо выполнения семейных обязанностей, помогает ему руководить воскресной школой и церковным хором, служит ему секретарём, посредником и даже прорабом.

Нет права на ошибку

К выбору будущей жены священники относятся весьма ответственно, поскольку они имеют право жениться только один раз в жизни. Протоиерей Вадим Шапран отмечал, что в случае смерти матушки в стародавние времена батюшка был обязан уйти в монашество, однако позже церковнослужители разрешили священникам оставаться в белом духовенстве без возможности повторного брака.

Если же по роковому стечению обстоятельств овдовевший служитель культа во второй раз находит даму своего сердца, то перед ним обязательно встаёт выбор: сан или личное счастье. Избрав новую спутницу жизни, он, безусловно, лишается сана, и переходит в разряд мирян.

В отличие от прихожан батюшки могут развестись с неуживчивой женой, только если она была уличена в измене. При этом второй попытки создать счастливую семью у попа не будет. Именно поэтому священники, узнав о предательстве супруги, не расторгают брак, а продолжают жить с ней как с сестрой, помогают друг другу по хозяйству, но не имеют интимных отношений.

Наталья Букреева, жена настоятеля храма святого благоверного князя Александра Невского (с. Игнатьево) священника Андрея Букреева.

Положение православной матушки, пожалуй, самый не-ожиданный оборот, который приняла судьба Натальи Букреевой. Со своим будущим мужем она познакомилась, когда устроилась на работу в рекламную компанию, которой руководил Андрей. Если говорить о ее отношении к вере на тот момент, то проще сказать, что никакого отношения не было. Наталья была крещеной, но церковь не посещала (крестилась в 17 лет за компанию с соседкой). У Андрея все было сложнее — несколько лет он посещал одну из религиозных организаций, однако разочаровался.

Жизнь сложилась так, что оба остались без работы, Наталья вскоре устроилась секретарем на кондитерскую фабрику, а Андрей… сторожем в церковь. «Познакомилась с директором, встречалась со сторожем, а стала женой священника», — впоследствии такие «сюрпризы» судьбы стали поводом для семейных шуток. Впрочем, процесс воцерковления Андрея и Натальи был не таким уж и быстрым.

— Муж начал проникаться православием, ходить на службы, а я за компанию. Мы все больше укреплялись в вере, стали исповедоваться и причащаться, потом Андрея ввели в алтарь, затем рукоположили в диаконы. Ко всему этому я относилась спокойно, но когда речь зашла о том, что он может стать священником, я запаниковала. Я прекрасно понимала, что значит быть священником: принадлежать не себе, не семье, а Богу. Признаюсь, я боялась ответственности, а еще мне было немного страшно за мужа, ведь ему предстояло отречься от мира и «прилепиться» к Богу, — рассказывает матушка Наталья.

Однако Андрей сделал свой выбор, и ей, как это заведено в православных семьях, не оставалось ничего иного, как идти за мужем. Батюшку отправили служить в Прогресс, затем в Талакан. Именно в Талакане Наталья по-настоящему ощутила себя матушкой — прихожане стали ее так называть.

— Сначала мне было непривычно слышать обращение «матушка», но потом это стало естественным. В Талакане я почти постоянно ходила в платке, с удивлением убедилась, что длинные юбки по удобству не уступают брюкам. В Благовещенске, где мы сейчас живем, поскольку в селе Игнатьево, куда перевели батюшку, пока нет жилья, платки я ношу реже. Как и многие женщины, люблю красивую одежду, но стараюсь выбирать строгие фасоны. В косметике, парфюмерии не испытываю потребности, это все отошло как ненужная шелуха, — делится Наталья.

Кстати, отношение к своему статусу у Натальи своеобразное.

— Я думаю, что статус матушки не выше и не ниже, чем у обычной женщины. Я не считаю нужным акцентировать внимание на своем положении. Меня смущает то, что благоговейное отношение к батюшке проецируется и на меня. Я одинаково ровно отношусь к обращению «матушка» и по имени, но когда слово «матушка» пишут с большой буквы, прошу так не делать, — выражает свою позицию Наталья Букреева.

Как признается матушка, самое сложное — во всем слушаться мужа, борьба с гордыней — процесс очень длительный.

— Конечно, как и в обычных семьях, мы можем поспорить, но конфликт не доходит до точки возгорания, ссора не бурлит, а быстро затухает.

Выходных в привычном понимании у священника не бывает: суббота и воскресенье — самые напряженные дни: литургии, крещения и т.д. Нередко поесть в первый раз за день священник может только в четыре часа дня. В приходских храмах обычно по понедельникам устраивают сандень, но отец Андрей приверженец мнения, что храм должен быть открыт всегда, и поэтому работает семь дней в неделю. За десять лет семья Букреевых была в отпуске только два раза: один раз в Новосибирске и один раз за границей (любопытно, что и там батюшка посетил православный храм и служил службу).

Задумываясь о будущем своей дочери, Наталья склоняется к мысли, что ребенок сам выберет свой путь, когда повзрослеет.

— Когда дочь пошла в школу, я переживала, как будут реагировать одноклассники на то, что она из семьи священника. К счастью, проблем не возникло. Дочь, как маленький миссионер, всем подружкам рассказывает о Боге, делает это убедительно, видимо, у нее есть дар рассказчика. Примерно в семь лет она стала соблюдать пост вместе с нами, и это было ее осознанное решение, мы никоим образом к нему не подталкивали, — рассказывает Наталья Букреева.

Хотела стать актрисой

Анна Семерня, жена иерея кафедрального собора Благовещения Пресвятой Богородицы Евгения Семерни.

Задорная и энергичная Анна меньше всего соответствует существующим стереотипам. «Стаж» в качестве жены священника у нее совсем небольшой — всего полтора месяца, но за это время она привыкла и мужа называть «батюшкой», и откликаться на обращение «матушка». Трудно поверить, но всего несколько лет назад Анна была совершенно далека от церкви, она училась в Хабаровском колледже искусств, увлекалась танцами и мечтала стать актрисой музыкального театра.

— В церкви я оказалась случайно, пришла послушать, как мой преподаватель поет в церковном хоре, и захотела попробовать сама, — вспоминает Анна.

Стоя на клиросе, девушка думала только о нотах, в тонкости происходящего не вникала. И лишь спустя два-три года Анна начала воцерковляться. Любовь к пению привела ее не только к вере, но и к замужеству: со своим будущим мужем она познакомилась на клиросе.

— Как-то раз хор остался без тенора, и Евгений, тогда еще семинарист, предложил помочь. Руководящий хором заметил: «Вы смотритесь как муж и жена». Мы тогда даже не были знакомы и лишь улыбнулись в ответ, — описывает молодая матушка.

Будущих супругов сблизило участие в благотворительном концерте, однако после этого их пути едва не разо-шлись: Анна поступила в Санкт-Петербургскую консерваторию. Но, видимо, Богу было угодно, чтобы разлука продлилась недолго.

— Я проучилась всего полгода и поняла — надо возвращаться, я не могу без этого человека. Мы решили пожениться. Кто-то считает, что я поступила опрометчиво, упустив большой шанс, а я, наоборот, благодарю Бога за то, что он всё так устроил, — убеждена Анна.

Евгений, в отличие от Анны, в церковь пришел давно: еще в детстве он после школы прибегал в храм, чтобы полюбоваться на свечи — вид пламени притягивал и завораживал.

Прежде чем вопрос о женитьбе был окончательно решен, Анне предстояло познакомиться не только с мамой Евгения, монахиней, но и с архиереем, чтобы получить его благословение.

— Для меня это было очень волнующе, но владыка искренне за нас порадовался, и все переживания вмиг рассеялись.

В августе молодожены обвенчались, отец Евгений поступил на службу в кафедральный собор, а Анне предложили стать регентом храма в честь святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии.

— Я батюшку сразу предупредила: не думай, что всегда буду ходить в платке, на что он только посмеялся, — улыбается Анна. — Конечно, за последние годы мой гардероб заметно изменился: раньше я могла выйти на улицу в драных джинсах, сейчас одеваюсь намного скромнее. Брюки надеваю редко, в основном дома во время уборки. Раньше я активно пользовалась косметикой, сейчас лишь иногда подкрашиваю брови, ресницы, пользуюсь пудрой. Бывает, встанешь утром, а отражение в зеркале совсем не радует, тогда я позволяю себе немного подкраситься. Батюшке это не очень нравится, но он понимает, что мне некомфортно чувствовать себя бледной.

Однако отказ от косметики Анна не считает большой жертвой, на личном опыте и примере подруг она убедилась, что кожа без «краски» отдыхает и выглядит даже лучше. Да и красота у верующего человека идет изнутри и не требует дополнительных штрихов.

— Меня часто спрашивают, как мне живется в условиях патриархата. Смею заверить — замечательно! Это очень приятно, когда за тебя всё решает муж. Хотя никакого деспотизма в нашей семье нет, важные вопросы всегда обсуждаем.

Супруги вместе молятся по утрам и перед сном, а также до и после еды, по вечерам читают Евангелие. В остальном же их жизнь не сильно отличается от жизни молодоженов: в свободное время они могут сходить в кино, покататься на велосипедах или роликах, Анна по-прежнему любит слушать музыку, особенно ей нравятся мюзиклы.

— Есть хорошая фраза: «Все мне можно, но не все полезно». Став женой священника, я отказалась лишь от того, что не полезно для души. И считаю, что потеря невелика, — заключает Анна.

Послан Богом

Анастасия Король, жена настоятеля прихода в честь Святой Животворящей Троицы (г. Белогорск) Виктора Короля.

Анастасию и ее будущего мужа свел Бог в самом что ни на есть прямом смысле. Еще будучи студенткой АмГУ, девушка посещала церковь. Однажды ее духовный наставник обратился к ней с необычным предложением… взять шефство над послушником по имени Виктор. Молодой человек хотел постричься в монахи, однако архиерей его не поддержал, а посоветовал… жениться и стать священником. В качестве потенциальной супруги для Виктора выбрали Настю. На то, чтобы обдумать и дать ответ, девушке отвели три месяца. Задача, поставленная перед молодой прихожанкой, была сложна вдвойне: ей полагалось не просто отважиться на роль матушки, но и выйти замуж за практически незнакомого человека, ведь свиданий как таковых у молодых людей почти не было, они виделись на службе и иногда общались по телефону.

— Самое интересное, в этот момент у меня вдруг стали появляться поклонники. До этого в личном плане было затишье, а тут — то один на свидание позовет, то другой, даже на улице стали подходить знакомиться. Признаюсь, я была ошеломлена таким вниманием со стороны парней. Но, подумав хорошенько, поняла, что это искушение, своего рода проверка, — рассказывает матушка Анастасия.

Разумеется, прежде чем сделать выбор, девушка посоветовалась с мамой. Та возражать не стала, единственное, что ее смутило, так это то, что дочь не успела окончить университет (Настя училась на четвертом курсе).

Девушка сомневалась до последнего дня, ведь от ее решения зависела не только ее судьба, но и судьба Виктора: в случае ее отказа он должен был принять монашеский обет.

— Я просила Бога подать мне какой-нибудь знак, но ничего похожего не происходило. Даже в назначенный день я была в нерешительности, но когда пришла в церковь, появился совершенно ясный ответ: «Да!»

Еще до того, как принять решение, Анастасия спрашивала у наставников: «Каково это — быть матушкой?», но те отвечали уклончиво: «Вот сделаешься и узнаешь». Сразу после рукоположения мужа в священники, молодая семья отправилась в Сковородино. Пребывание на новом месте оказалось настоящей школой жизни для новоиспеченной матушки.

Необходимость топить печь, носить воду, заниматься огородом для горожанки была серьезным испытанием, особенно во время ожидания первенца.

— Каждый месяц на целую неделю батюшка уезжал в район, поэтому мне приходилось топить печь не только в доме, но и две печи в церкви. Батюшка старался облегчить мою участь, сам приносил дрова. Потом нашелся добрый человек, который помогал растапливать печи в храме.

Были моменты, когда на глаза молодой матушки наворачивались слезы. Других священников поблизости не было, поэтому исповедоваться приходилось собственному мужу.

Спустя пять лет отца Виктора перевели в Белогорск, родной город Анастасии. Сейчас матушка помогает мужу при храме и занимается воспитанием двоих детей.

— Чем отличается жизнь матушки от жизни обычной женщины? Тем, что у нас есть вера. Мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и все, но смотрим на них иначе, стараемся не роптать, просим помощи у Господа, — говорит Анастасия.

Как и большинство матушек, Анастасия не пользуется косметикой (изредка может позволить себе тушь), однако к стремлению других женщин выглядеть красиво относится положительно.
Платок она надевает в храм и на домашнюю молитву, а юбки в пол вовсе не носит.

— Главное, чтобы человек был благочестив внутренне, а то, что внешне, нередко бывает напускным, — уверена матушка.

Дарья ДРУЖИНИНА

Моя Мадонна

Священник Василий Куценко с семьёй. Фото: Артем Коренюк

К себе домой, как и в душу, впустит не каждый. Но если мы побывали в гостях у кого-то из своих коллег или знакомых, то сразу почувствовали, что узнали человека намного лучше. И так как большинству из нас кажется, что священнослужители – люди не от мира сего и их жизнь в наших глазах окутана поволокой некой тайны, мы отправились в гости к одному из саратовских священников. Посмотрим, так ли уж отличается частная жизнь священнослужителя от жизни большинства семей?

ВСЁ КАК У ВСЕХ

Конечно, нам кажется, что с батюшкой не поговоришь о тарифах на коммунальные услуги, не обсудишь повышение цен на продукты и не встретишь, как своего соседа, на лестнице с большими пакетами продуктов, принесенными из магазина. Все это такие мелочи жизни. Неужели и на них тратят свое время священнослужители? Но ведь все мы люди. Спасибо священнику Василию Куценко, который, дабы мы не строили бесконечные догадки, любезно согласился принять нас у себя дома и познакомить с дорогими сердцу людьми, своей супругой Татьяной и детками Сергеем и Лизой.

Мы более-менее знаем, как живут наши родственники, друзья и коллеги, бываем у них в гостях, но побывать в гостях у батюшки… Ну очень интересно. Итак, в путь.

Чтобы не заблудиться и сразу прийти по адресу, с отцом Василием мы встретились у храма в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали». Здесь он служит, и уже от храма мы отправились до места назначения. По дороге батюшка рассказал о том, как он поступал в Саратовскую духовную семинарию. Для себя я уже давно отметила, что когда спрашиваешь, почему священники выбирают именно этот жизненный путь, ответ приблизительно одинаков: на службу призывает Господь. Вот и отец Василий ответил так же, в двух словах: Божий промысел. А мы к этому времени уже подошли к обычной девятиэтажке, на шестом этаже которой и живет батюшка со своей семьей.

Размышляя о жизни священника, проще всего предположить, что в квартире должно быть огромное количество икон, духовной литературы, а вот телевизора, например, может и не быть вовсе. Но на самом деле это скорее надуманные представления. Квартира у отца Василия самая что ни на есть обычная, и телевизор тоже имеется, хотя, как говорит батюшка, смотреть его времени нет. В каждой из трех комнат: гостиной, кабинете и детской, конечно, есть иконы, но их не так много, как представляется заранее. Если не знать, что тут живет священник, можно подумать, что это квартира простой семьи с маленькими детишками. Детские игрушки лежат везде: на полу, диване, в кроватках. На книжной полке в рамочке бросается в глаза фотография со свадьбы, а на журнальном столике – православная пресса. Ничего лишнего, ничего необычного.

Мы идем на кухню. Татьяны, супруги отца Василия, пока нет дома – она с детьми в поликлинике. На кухне над столом – православный календарь, а вся полезная площадь кухонной мебели усеяна детскими бутылочками, стаканчиками, коробками с крупами, тарелками с фруктами и прочим провиантом, словно хозяйка выбежала на две минуты, сию минуту вернется и продолжит готовить обед. Пока же отец Василий рассказывает, как они с супругой познакомились.

– Еще будучи семинаристом, я посещал богослужения в храме «Утоли моя печали», где будущая супруга была прихожанкой, посещала там же воскресную школу. Я часто видел ее, и однажды, когда случайно встретил на улице, решился подойти познакомиться. Так мы стали встречаться, общаться, гулять, и со временем пришло чувство, что мы так и должны идти по жизни вместе. Я к тому времени окончил семинарию и собрался поступать в Московскую духовную академию, а Татьяна здесь поступила в СГУ. Мы продолжали любить друг друга на расстоянии, переписывались бумажными письмами, что сейчас, во времена Интернета, для многих стало в диковинку. Нам же было так интереснее: нравился сам процесс ожидания заветного конверта. А вид знакомого почерка и слова, написанные рукой любимого человека, никогда не сравнятся с печатными буквами письма, передаваемого по e-mail. Спустя год решение пожениться стало серьезным, осознанным, тогда Татьяна и ответила мне твердым «Да!» на предложение о замужестве. И мне кажется, наша история – лишнее доказательство того, что расстояние настоящим чувствам не помеха.

Как полагается, воспитанник сначала попросил благословения на брак у ректора Московской духовной академии архиепископа Евгения, и после того как его получил, началась подготовка к свадьбе, которой, пока они учились, по большой части занимались родители. А 24 января 2007 года состоялось венчание молодых в том самом саратовском храме, где они впервые увиделись.

Отец Василий за чашкой чая рассказывал о своей жизни легко и непринужденно, периодически поглядывая на мобильный телефон – ждал звонка от матушки, чтобы, когда она подойдет к подъезду, помочь ей подняться – одной с двумя детьми сделать это будет нелегко. Кстати, отец Василий преподает в той же семинарии, в которой он когда-то был студентом, византологию (историю Византийской империи) и патрологию (учение об отцах Церкви), совмещая это со службой в храме и другими обязанностями, например ведением огласительных бесед с желающими принять святое Крещение. Но, несмотря на предстоящую массу дел, батюшка был благодушен и, описывая памятные события из жизни семьи, такие, как дни рождения детей, венчания и бракосочетания, указывал их точные даты, на что, надо сказать, способен не каждый муж.

ИНТЕРНЕТ, ПОДАРКИ И ПРАЗДНИКИ

После свадьбы встал вопрос: где молодоженам жить, ведь Татьяна учится в Саратове, а супруг – в академии, которая находится в Сергиевом Посаде. И, по рассказу батюшки, еще когда он брал благословение на брак, то ректор Московской духовной академии архиепископ Евгений сказал: муж с женой должны быть вместе независимо от обстоятельств. И Татьяна, переведясь с очной формы обучения на заочную, уехала вместе с супругом в Подмосковье. Первое время, как вспоминает отец Василий, пришлось нелегко, но спасибо родителям – они чем могли помогали молодой семье.

– Мы в то время снимали квартиру, супруга работала в православной гимназии воспитателем, я, получив священный сан, служил в храме. А 22 октября у нас родился сын. Назвали его Сергеем – в честь преподобного Сергия Радонежского, ведь жили недалеко от Троице-Сергиевой Лавры, где все пропитано его духом. И можно сказать, что сын у нас уроженец Подмосковья, – смеется батюшка.

Тут раздался звонок телефона – звонила супруга, сказала, что уже пришла, а подняться домой ей поможет папа, который отвозил ее с детьми в поликлинику, так что спускаться не надо. Отец Василий в это время проводил экскурсию по своему рабочему кабинету, где все более чем просто: стол, ноутбук, шкаф, диван, полки с книгами. На стене три фотографии в рамках с рукоположения в священники, которые супруга оформила и подарила батюшке в годовщину его хиротонии.

– А вы светские праздники отмечаете? – спрашиваю я. – Новый год, 8 Марта, 23 февраля?

– Новый год особо не празднуем, нам важнее праздник Рождества Христова, когда мы всей семьей принимаем участие в богослужении. 23 февраля – День защитников Отечества, я же в армии не служил, поэтому своим праздником его не считаю. А вместо 8 марта нам ближе православный женский день, который приходится на третье воскресенье после Пасхи, он называется День святых жен-мироносиц. Тогда я делаю супруге подарки, дарю цветы. Она мне на праздники чаще всего дарит книги. Я коллекционирую редкие издания, меня интересует церковная история, античная философия, а также эпоха Ренессанса.

В Саратове букинистика не сильно развита, посетовал отец Василий, поэтому большинство покупок он совершает по Интернету. Там же в свободное время читает новости, переписывается с друзьями, родственниками из других городов, общается на форуме Саратовской епархии и состоит в группе Саратовского православного молодежного общества в одной из социальных сетей.

– Интернет часто ругают как всемирную помойку, но в нем есть много как плохого, так и хорошего, – говорит батюшка. – Не стоит воспринимать его только в качестве средства развлечения, ухода от реальности. Для нас сеть – это прежде всего благодатное миссионерское поле, где можно проповедовать Слово Божие. Как сказано в Евангелии: «Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного». Поэтому Интернет эффективен в осуществлении благородных стремлений. Так, у нас был опыт сбора денежных средств на операцию бывшему сокурснику, болевшему лейкемией. Я вижу целью общения в виртуальном пространстве социальную взаимопомощь, но, конечно же, не стоит забывать, что это никогда не заменит нам живого контакта!

«ПАПА, МАМА И Я!»

Пришла матушка Татьяна. Маленький Сережа, видимо, устав от путешествия до поликлиники и обратно, сказал, что хочет спать, и скрылся в детской. Малышка Елизавета, названная в честь святой преподобномученицы великой княгини Елизаветы Федоровны, спокойно лежала на руках у мамы и смотрела большими голубыми глазами. Мы переместились в зал и поговорили еще чуть-чуть о делах семейных.

– Меня всегда тянуло в Церковь, тем более я жила рядом с храмом «Утоли моя печали», – рассказала матушка Татьяна. – И когда стала прихожанкой, очень обрадовалась тому, что там тоже есть молодежь, мне понравилось общение с ней гораздо больше, чем времяпрепровождение в обычной компании сверстников. А когда познакомилась с отцом Василием, все окончательно встало на свои места, я поняла, что встретила свою судьбу. Хотя мечты выйти замуж за батюшку изначально у меня не было. Но родители были очень рады этому факту, а некоторые из подруг, узнав, что я невеста будущего священника, сказали о том, что они тоже верующие, хотя раньше в беседах мы почему-то обходили тему веры стороной.

– А не сложно быть женой священника? Ведь это большая ответственность, насколько я понимаю, нужно соответствующе одеваться, соблюдать посты, реже встречаться с подругами, посещать богослужения чаще, чем другие прихожане…

– В этом нет ничего сложного, ведь я так живу не потому, что жена священника, это обычный образ жизни христианки, православной верующей, – пожала плечами Татьяна.

– Мы – обычная семья, – говорит отец Василий. – То, что не курим, не пьем спиртного, соблюдаем посты – для многих православных это естественно. По дому я выполняю всю мужскую работу, супруга занимается хозяйством. Все свободное время мы проводим вместе, гуляем с детьми. Есть еще традиция каждый год посещать Троице-Сергиеву лавру, молиться у мощей Сергия Радонежского, но пока дети маленькие, приходится ездить одному. Надеюсь, Бог даст, в следующем году мы поедем туда всей семьей.

– А вы когда с семьей на отдыхе или прогулке, ходите в светской одежде?

– Священнику положено ходить в священническом облачении, обычно я в подряснике. И это не случайно: иногда люди подходят ко мне на улице, видя в неформальной обстановке. Говорят, что в храме стесняются обратиться, а подойти, например, в парке им бывает проще. Если у них серьезные вопросы, я приглашаю в храм на исповедь, и многие приходят. Неважно, ко мне или другому священнослужителю: главное, они приходят к Богу.

– Вам не обидно, что большую часть времени батюшка посвящает своему служению? – интересуюсь у его супруги, которая потихоньку укачивает Лизу.

– Вы знаете, так только кажется, на самом деле батюшка проводит дома ненамного меньше времени, чем на работе. У меня папа не священник, но он тоже всю жизнь работал, иногда даже без отпуска, и при этом я не могу сказать, что редко его видела. Вот и батюшка все успевает, помогает мне по дому, и я всегда чувствую его поддержку.

– А самой выйти на работу не хочется?

– Сейчас я хочу думать и думаю о детях. Вот моя работа, радость и любовь. Я поступила на философский факультет СГУ (кафедра религиоведения), думая, что найду себя именно в этом направлении, а нашла себя в роли мамы. Мне дома не скучно, моя жизнь – это моя семья.

Лиза захныкала, видимо, захотела есть. Отец Василий посмотрел на часы и засобирался на работу в семинарию. Матушка начала готовиться к кормлению малышки. А я поспешила домой, чтобы больше не мешать лишними расспросами их простому семейному счастью.

Возвращаясь из храма после воскресной литургии, моя двенадцатилетняя дочь с грустью констатировала: «В нашем храме совсем нет мальчиков моего возраста. Или совсем малыши, или совсем дядьки». Поскольку до этого момента чадо не было замечено в пристальном внимании к противоположному полу, я позволила себе удивиться: зачем ей в храме понадобились мальчики – вообще-то, туда не за тем ходят. «Как ты не понимаешь?! – возмутилась дочь. – Мне что, с будущим мужем на дискотеке знакомиться?» Поскольку перспектива остаться в старых девах еще не подступила к ней вплотную, я хотела ограничиться традиционным: хорошего мужа не находят, а вымаливают, и начинать можно уже сейчас. Однако разговор на этом не закончился. «Придется мне, наверно, на регентское отделение поступать все-таки», — с тяжелым вздохом обреченности выдала моя не слишком музыкальная отроковица.

Этот посыл мне хорошо известен еще со времен преподавания в воскресной школе. «А., конечно, хороший мальчик, — говорили «церковные» девочки, — но П. круче, потому что у него папа священник и сам он в семинарию поступит». Во время редких визитов владыки детский хор (одни девицы) в полном составе лез вон из кожи, чтобы обратить на себя внимание молоденьких иподиаконов. Ни для кого не секрет, что примерно треть абитуриенток регентского отделения семинарии вовсе не мечтают после окончания, помыкавшись несколько лет без работы, получить под свое начало пару-тройку безухих и безголосых бабушек в медвежьем углу. Согласно расхожей поговорке, без матушки нет и батюшки (если, конечно, батюшка не монах), а шанс стать матушкой, поучившись на регента, весьма высок.

Так уж сложилось, что я знакома со многими матушками, с некоторыми дружу давно, с другими познакомилась через интернет. Поэтому имею представление и об их жизни в целом, и о тех проблемах, которые «мирским» семьям даже и не снились. И как бы я отнеслась к перспективе стать тещей священника?

Первое, что просится на язык, — и, думаю, с этим согласится подавляющее большинство матерей, имеющих воцерковленных дочерей, — это «замечательно!». Судите сами. Такой супруг с очень высокой степенью вероятности не будет пить, курить и интересоваться посторонними женщинами. Детей в семье будет столько, сколько получится. Развод практически исключается. Прихожане относятся к матушке с почтением. И самое главное – всегда рядом духовный наставник, дети воспитываются в духе православия. О чем еще мечтать?

На поверхности молока – сливки. Под них не заглядывают. Девочки, мечтающие любой ценой выйти замуж за будущих священников, штурмуют регентские и иконописные классы, устраиваются на самые скромные должности в семинарии, ходят на службы в семинарские храмы. Их пренебрежительно зовут «хабээмками» («хочу быть матушкой») или «хабэшками» («хочу батюшку»). Наконец они добиваются своего – семинарист, если не собирается стать монахом, должен жениться до рукоположения в сан, а где ему еще искать невесту? И начинаются будни…

Найдется ли сегодня хоть одна мама, которая скажет: «Доченька, выходи замуж непременно за военного. Настоящий офицер – человек чести, он защищает Родину и готов отдать свою жизнь за других»? Если моя дочь в будущем приведет в качестве жениха курсанта, я сочту своим долгом предупредить ее. Настоящая любовь, она, конечно, все преодолеет, но девушка должна знать, что впереди – годы бесконечных переездов, безденежья, бесквартирья, безработицы, наплевательского отношения властей, пренебрежения знакомых. Что мужа постоянно не будет дома, что, в конце концов, он может попасть в горячую точку и погибнуть. Готова ли она к этому? Знаю, о чем говорю, у самой муж военный пенсионер.

Быть женой воина Христова еще труднее. Матушка – это не социальный статус, это совершенно особое состояние. Всегда в тени мужа, частенько отказавшись от своей воли и своего любимого дела, целиком посвятив себя семье и храму. Без взаимной любви не устоит ни одна семья. Но в семье священника любовь к Богу гораздо важнее. Невольно вспоминаешь слова Экзюпери: любовь – это когда двое смотрят в одну сторону. Семейная жизнь матушки – тоже служение Господу. Путь священства радостен и светел — и в то же время чрезвычайно труден. Ежедневно сталкиваться с человеческим горем, утешать отчаявшихся, принимать исповеди, от которых содрогается сердце. Лишь любовь к Богу и любовь Бога могут дать силы, но как обойтись без любви земной, без поддержки и помощи самого близкого человека?

Молодая женщина, совсем еще девочка, выросшая в большом городе, вдруг попадает в глухое село, где и электричество-то бывает не каждый день, не говоря уж о прочих благах цивилизации. Храм… был когда-то, а теперь его нужно восстанавливать. А пока батюшка служит в деревянной избушке на курьих ножках, приспособленной под временную церковь. Причта нет, хора нет — хорошо если матушка поет, — прихожан тоже… полторы бабули. Зато на требы зовут по всему приходу – в соседние деревни, разбросанные на десятки километров. Живет молодая семья в какой-нибудь сторожке. Если батюшка активный, будет всеми силами стараться церковную жизнь в приходе наладить. Только вот матушка его дома видеть будет очень редко. Приход бедный – значит, матушке придется в огороде возиться и скотину завести, иначе не прожить. Ребенок родится – от батюшки помощи можно не ждать, вряд ли у него будет время стирать пеленки. А одним ребенком вряд ли дело ограничится.

Думала ли девушка, мечтавшая непременно стать женой священника, о том, что жизнь сложится подобным образом? Или видела себя похожей на матушку настоятеля того столичного храма, куда ходила? Важной, на иномарке и в дорогой шубе, с видом царицы милостиво отвечающей на приветствия прихожан?

Вспоминаю слова одной моей знакомой, дочери священника. Все описанное выше можно смело отнести к ее родителям. Так вот в раннем детстве она считала, что папа – это и есть Бог. Потому что в церкви живет. Дома-то она его практически не видела. К счастью, ее мама все эти испытания с честью перенесла. А есть ведь такие, кто не выдерживает.

Военному проще. Ушла жена, уставшая от трудностей, – можно с ней развестись. Даст Бог, найдет другую, более стойкую и любящую. Воин Христов второй раз жениться не может. Второбрачие ведет к извержению из сана.

А еще вот такая интересная деталь. Частенько по матушке судят и о батюшке. Сколько раз приходилось слышать: «Отец имярек – хороший батюшка. Матушка у него такая замечательная». Либо так: «Отец имярек, вроде, батюшка и неплохой, но вот матушка у него… прости Господи». Батюшка может быть добрым и внимательным, великолепным духовником и замечательным проповедником. Но если властная и громогласная матушка заправляет всеми храмовыми делами, включая какие службы служить, кому петь в хоре и сколько денег брать за требы, вряд ли он будет пользоваться у прихожан авторитетом. В лучшем случае его будут снисходительно жалеть. И наоборот, видя за каждой воскресной службой в храме скромную приветливую матушку с детишками, батюшке охотно простят возможные по неопытности промахи в службе.

Только не подумайте, что я не хотела бы иметь зятя-священника. Очень хотела бы. Правда, не уверена пока, что моя дочь смогла бы стать хорошей матушкой. Впрочем, время подумать у нее еще есть.

Священник Александр Ильяшенко:

Благодать Божия помогает тем, кто хочет Господу служить, а служение матушки – очень высокое, крест очень тяжелых, духоносные священники говорят, что подвиг матушки подчас превосходит подвиг монашеский.

Священник постоянно занят на приходе, в приходских делах, окружен людьми, которым уделает много времени, а на свою семью подчас не хватает времени и сил. Священник часто общается с молодежью.

Кстати – одна из причин того, что к будущему священнику и его супруге ставятся такие высокие требования – чистоты до брака состоит именно в том, что элементарно можно начать ревновать супруга – священника, к его духовным чадам, прихожанкам храма. Чтобы не начать ревновать и переживать – нужен большой запас прочности, нужно быть совершенно уверенным в своем батюшке и батюшка должен выдерживать некий незлонамеренный прессинг.

Здесь хочется вспомнить слова «утешительного попа» из книги Б.Ширяева «Неугасимая лампада»:

«– Не смущал тебя бес? — Как не смущать? Смущал. Ты думаешь, поп — не человек? Все мы — люди, и всему людскому не чужды. Это и латинскими мудрецами доказано. Бесу же смущать человеков и по чину положено. Он свое выполнять обязан. Он меня — искушением, а я его — молитвою..»

В семье священника с особой силой реализуется то, что муж и жена – едина плоть: те трудности, которые выпадают на долю священника разделяет и матушка, и она должна не чем–то заправлять и командовать, а проявить удивительный такт, тонкость, деликатность и активность, которая не бросается в глаза.

Не только священник готовится к служению, матушка тоже должна готовиться к ее служению, которое в чем–то может быть сложнее пути священника: она остается на вторых ролях, а батюшка – в центре всеобщего внимания и любви прихожан.

Вспоминается замечательный подвижник, исповедник, страдавший за Христа в сталинских лагерях – епископ Стефан (Никитин) – из духовных чад о.Алексия Мечева. Он говорил что перед тем как рукополагать кого–то в священники, то обязательно приглашал для беседы кандидата в священники с его супругой: «когда приходил ставленник со своей матушкой, если кандидат был на троечку, а матушка на пятерку – я не сомневался, а если наоборот, то уже думал».

Неправильно ориентировать себя на то, что муж должен быть именно священником или именно военным – это заведомо проигрышная ситуация.

Жизненные обстоятельства настолько сложны, противоречивы и трудны, что если есть внутренняя червоточинка, то в сложной ситуации она может привести к надлому.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *