Житие Паисия Святогорца

Часть первая

Предисловие

АКРИТСКИЕ ФАРАСЫ Семья старца Крещение и отъезд из родных мест ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫЕ. УРОКИ ПОДВИЖНИЧЕСТВА Воспитание в «обучении и наставлении Господнем» Детское подвижничество Плотницкое ремесло Благословенный юноша Ведомый Крестом Боговидение Подготовка к монашеской жизни Забота о других Опасности и испытания Поддержка семьи ВОЕННАЯ СЛУЖБА Любочестный радист Невзгоды Духовные упражнения и опыты Жертва ради других Благодеяние и клевета Спасение своей части Самопожертвование Молитвы под пулями Непослушание богохульнику ПОИСКИ И ПОДГОТОВКА Первое посещение Святой Горы Труд и подготовка МОНАХ В ЭСФИГМЕНСКОМ. ОБЩЕЖИТЕЛЬНОМ МОНАСТЫРЕ Препятствие перед уходом из мира Насельник Эсфигменского общежития Испытания и служения Новоначальные подвиги «Меня палила огнем любовь моих родных» Бесовские явления Постриг в рясофор Трепещущий агнец Трезвенный делатель Послушание до крови Посещение Божественной Благодати Удаление на безмолвие В ОСОБНОЖИТЕЛЬНОМ. МОНАСТЫРЕ ФИЛОФЕИ Послушник у Старца Усердный труженик и незаметный подвижник Помысел гордости «Тангалашкины шуточки» Старание помочь ближнему Поездка в Коницу на лечение Промысл Божий Постриг в мантию Связь с добродетельными отцами Благословения от Пресвятой Богородицы Полученное откровение В МОНАСТЫРЕ СТОМИОН Восстановление обители Уважение к монастырю В обрыв за святыней Обретение мощей преподобного Арсения Труды Покровитель бедных и сирот Мученическое отношение к искушению Борьба против сектантов и еретиков «Водимый Духом…» Бесовские нападения Спасение по Промыслу Божию Ночное посещение Пресвятой Богородицы Похожее на правду бесовское видение Дружба с дикими зверями Другие события коницкого периода Уход из Стомиона ПУСТЫННИК НА. БОГОШЕСТВЕННОЙ СИНАЙСКОЙ ГОРЕ Переселение на Синай Ниспослание дождя Блаженная пустынная жизнь Божественное Причащение Рукоделие и милостыни «И бе в пустыни искушаемь…» Друзья пустынника Бесстрастие святых Иоакима и Анны В келье Святых сорока Мучеников Кончина матери Старца Имя Казандзакиса Недопущение до причастия и божественное утешение Невидимая брань и невыразимые состояния Прощание со сладкой пустыней В ИВЕРСКОМ СКИТУ Безмолвие или братство Различные стороны скитской жизни Помощь душе усопшего Вмешательство Честного Предтечи Диавольская злоба Постриг в великую схиму Пища от Ангела Операция на легких Основание исихастирия НА ПУСТЫННЫХ КАТУНАКАХ В бедной Ипатьевской каливе Подарки подвижнику Бесноватый Нищета Старца «Доброе лицемерие» Свет сладчайший В КАЛИВЕ ЧЕСТНОГО КРЕСТА В святой Ставроникитской обители Кончина батюшки Тихона Жизнь в келье Честного Креста «Свет стезям моим» Явление преподобного Арсения Батюшка Тихон и искуситель Паломничество на остров Тинос Прельщенный монах Сострадая больному Рясы и масличное дерево Поездка в Фарасы Святая Евфимия Бесовские шуточки Видение души почившего монаха Снегирь по имени Олет Спасение от смерти Осужденная душа Молитва за бесов Георгакис с Тибета Поездка в Австралию Ночной посетитель Явление Христа Рыба Дороги и автомобили Икона «Святой, с которым поступили очень несправедливо» Бесовское множество Необычный защитник «Помолися, и небо дождь даде» Ангел Хранитель СВИДЕТЕЛЬСТВА ПАЛОМНИКОВ Забавные случаи и афоризмы Старца В «ПАНАГУДЕ». ОТДАНИЕ СЕБЯ ТЕМ, КОМУ БОЛЬНО Переселение в келью «Панагуда» Святые Пантелеймон и Лукиллиан «Утешайте люди моя» Явление святого великомученика Власия Благоухание от иконы «Достойно есть» Мощи святого Космы Прота «Коза» на чердаке Залитая Светом келья Обетование Пресвятой Богородицы Поездка на Святую Землю и на Синай Действия Божественной Благодати Видение молящегося ребенка «Христе мой, благослови меня…» Страшное видение Пресвятая Богородица Об антихристе, числе 666 и новых удостоверениях личности Благоухание от святых мощей Операция по удалению грыжи Богохульный фильм Видение Благодати Священства «Преображение» Свидетельства паломников Старец и юные БОЛЕЗНЬ И БЛАЖЕННАЯ КОНЧИНА Страдание и болезни. Старец во время болезни На пределах крепости Последний выезд со Святой Афонской Горы. Дальнейшее развитие болезни Приношение людям в мученических страданиях Блаженная и незаметная кончина ПОСМЕРТНЫЕ ЧУДЕСА «Не отступи от нас» Благоухание Изгнание беса Спасение ребенка Явление во сне Чудесное явление и помощь Осязаемое присутствие Помощь Старца в дорожно-транспортных происшествиях Воскрешение от духовной смерти Шарф Старца исцеляет опухоль Исцеление бесноватой Исцеление пораженного глаза

Часть вторая

ДОБРОДЕТЕЛИ СТАРЦА Крайнее странничество или уклонение от мира Послушание Блаженное и богатое смирение Делатель и проповедник покаяния Нестяжание «Алчность подвижничества» «Труждаясь и делая своими руками» Аромат благоговения «Правду возлюби» Любочестие Старца Доверие Божественному Промыслу Ангел мира Светильник рассуждения Безмолвия рачитель Трезвение Молитва и келейный устав Старца Бесстрастие Благородная любовь БЛАГОДАТНЫЕ. ДАРОВАНИЯ СТАРЦА Преодоление законов естества Примирение с творением Молитвенник о всем мире Благодатный учитель Дарование утешения Противоборец и изгонитель бесов Явления бесов Исцеление бесноватых «Миро излиянное» Разумение иностранных языков Необыкновенные перемещения в пространстве Слышание молитв и просьб о помощи Знание о состоянии усопших Свидетельства о прозорливости Благодать исцелений Явления Святых Источник Нетварного Света ПРИНОШЕНИЕ СТАРЦА МИРУ «Наставник пустыни» Служение людям из пустыни Выезды в мир Поборник Предания К Матери-Церкви Верный сын Отечества ПРИЛОЖЕНИЕ

Предисловие

В последние годы увидели свет различные книги и публикации о Блаженном Старце Паисии Святогорце. Они действительно оказали духовную пользу многим и сделали имя Старца еще более известным. Однако в основном в них идет речь об учении и чудесах Старца Паисия. Биографические сведения, содержащиеся в этих книгах, – минимальны.

Убедившись в необходимости составления систематического жизнеописания отца Паисия, одно из его духовных чад – наш Старец, иеромонах Исаак, – решился взять этот труд на себя. Отец Исаак вместе с монахами своего братства начал составление «Жития» Старца Паисия приблизительно через два года после его кончины (Старец Паисий почил о Господе 29 июня12 июля 1994 года). Труд близился к завершению, когда кончина самого отца Исаака (3 июля» 16 июля 1998 года) отложила издание на неопределенное время.

«Житие» оставалось неопубликованным, оно еще нуждалось в исправлениях и дополнениях. Между тем, из-за трудностей, возникших после кончины нашего Старца, отца Исаака, продолжать работу над книгой было для нас невозможно. Кроме этого, осознавая свою очевидную непригодность для столь ответственного труда, мы более трех лет вообще боялись прикоснуться к «Житию».

Завершить работу нас побуждало желание нашего Старца, отца Исаака, и труд, проделанный им ради того, чтобы «Житие» Старца Паисия увидело свет. Кроме этого, многие братья и сестры во Христе также побуждали нас довести дело до конца.

Иногда у нас опускались руки. Мы были готовы оставить этот чрезвычайно сложный и ответственный труд. Нами овладевал страх того, что мы исказим облик Старца и вместо пользы принесем духовный вред и соблазн. Мы чувствовали себя подобно маленькому ребенку, который, пытаясь говорить о чем-то великом, превосходящем его меру, не находит слов и не может выразить то, что он желает.

При жизни отца Паисия мы не считали необходимым записывать его слова, фотографировать его самого или собирать о нем биографические сведения с тем, чтобы когда-нибудь составить его жизнеописание. Нас наполняло само его присутствие, нам было достаточно уже того, что мы его видели и слышали. Возможно, кто-то посчитает это упущением. Однако наша совесть спокойна от того, что мы не делали ничего, что могло его огорчить.

Единственным исключением были немногие записи, сделанные нами для того, чтобы не забыть ответы отца Паисия на личные вопросы, связанные с нашей ежедневной монашеской жизнью. Отвечая нам, Старец приводил примеры из своего подвижнического опыта, рассказывал о пережитых им сверхъестественных событиях и демонических искушениях. Однако в основном мы опирались на то, что сохранилось в нашей памяти. Многое из того, что запомнилось, мы слышали от него неоднократно. И сейчас – к общей пользе наших братьев и сестер мы передаем на бумаге его слова, начертанные им в наших сердцах.

Узнав о составлении «Жития», многие миряне и священнослужители – по собственной инициативе или по нашей просьбе – предоставили в наше распоряжение немало ценных документов: писем Старца Паисия, фотографий, записей и свидетельств очевидцев. Весь этот материал, привнесший в «Житие» Старца немало ранее неизвестных страниц, был использован с осторожностью и ответственностью. После многократного просеивания и отбора было оставлено лишь то, что действительно заслуживало доверия. Не все в предоставленных сведениях соответствовало действительности и духу Старца. Некоторые люди от нерассудительного благоговения что-то преувеличивали, а другие, возможно, поняв Старца неправильно, передавали его слова искаженно. Были и такие – совсем немногие, – кто высказывался о Старце отрицательно – возможно, делая это по неведению, а не по злому расположению. Пусть Бог не вменит им этого в грех.

«Начало словес Твоих истина» (Пс.118:160), и поэтому главным принципом при работе над «Житием» мы тоже избрали истину. Мы старались представить Старца таким, каким мы его знали, таким, каким он был, – избегая порождаемых любовью и восторженностью преувеличений.

Значительная часть «Жития», по сути, является автобиографией Старца Паисия, поскольку главным источником сведений был он сам. Большинство повествований исходят непосредственно из его неложнейших уст. Однако в действительности мы написали очень немногое. Будучи скудным и слабым, наш труд не дает исчерпывающей картины духовного богатства Старца. Мы не только не превозносим, но – отнюдь не желая того – во многом преуменьшаем его образ. Причины этого в следующем.

Его внутренняя жизнь – как жизнь любого святого – проходила «втайне», невидимо для других. Чтобы помочь нам в нашей монашеской жизни, Старец открывал немногое – по большей же части происходившее с ним осталось неизвестным. Когда он был жив, в нашем общении с ним преобладала скрывавшая его духовное величие человеческая сторона. Но главная причина в том, что наши сердечная слепота и несовершенство помешали нам увидеть Старца более духовно – что помогло бы воссоздать его образ с большей достоверностью. Будь наше духовное состояние лучше, это, безусловно, отразилось бы и на настоящем труде. Как известно, наиболее верно описать жизнь Святого может человек, восшедший в такую же меру и такое же состояние. Сам Старец Паисий говорил, что жития Святых, написанные Святыми, восхитительны.

Итак, поскольку «студенец есть глубок и почерпала не имамы» (Ин.4:11) то есть наших духовных сил недостаточно для того, чтобы показать духовное величие Старца, мы ограничились простым и точным изложением сведений о нем, стараясь быть лишь достоверными свидетелями и ничем больше.

Но, несмотря на это, даже сквозь неуклюже написанные нами страницы, проявляется образ Старца Паисия – человека, который с легкой простотой движется в пространстве между землей и Небом, насмехается над диаволом – одновременно сострадая его падению – и общается со множеством Святых. Старец предстает перед читателем совершенно нищим, но при этом низводящим своей молитвой с Неба на землю богатейшие благословения. Он выглядит физически слабым и немощным, но при этом настолько могучим и наполненным огнем Божественной Благодати, что перед ним отступают даже законы естества. Он живет в пустыне, но при этом – очень близок к нуждам людей; строгий аскет по отношению к себе самому, он до самопожертвования человеколюбив по отношению к убогим, страдающим и несправедливо обиженным.

Поместить в один том все сведения о Старце было бы невозможно. Поэтому из множества описанных случаев выбраны наиболее характерные и поучительные. В книгу не вошло учение Старца (объемом в несколько томов), множество писем и более двухсот свидетельств о совершенных им чудесах. Но мы и не ставили перед собой цели представить читателю просто «список чудес». Вполне естественно, что в человеке, восшедшем на вершину добродетелей и стяжавшем Божественную Благодать, действенно открываются благодатные дарования и он творит чудеса. Однако вопрос состоит в том, как достичь этой вершины, каким путем надо идти и каким образом подвизаться против страстей и искушений. Поэтому даже более, чем чудеса Старца, нас трогали и трогают его великое самоотречение, его любочестные подвиги ради любви ко Христу, его монашеская акривия и тонкое чувство духовной жизни, его редкая рассудительность, жертвенная любовь к каждому человеку и святоотеческое мудрование, способное принести покой каждому сердцу.

Книга «Житие Старца Паисия Святогорца» состоит из двух частей. В первой части вниманию читателя предлагается «Пространное житие» Старца. Мы старались как можно проще, но и в наиболее целостном виде показать подвижнический путь Старца от рождения до кончины, следуя хронологии и внешнему течению его жизни. Основа каждой из четырнадцати тематических блоков первой части – то географическое место, где Старец жил в те или иные годы. Главы содержат биографические сведения о Старце, описания его подвигов, свидетельства о чудесах, многообразных дарованиях и помощи людям.

Вторая часть книги, озаглавленная «Добродетели, дарования и приношение Старца миру», – это необходимое дополнение и пояснение к первой части. Знакомство с ее содержанием позволит читателю узнать Старца глубже и понять его полнее. Каждая из двух частей книги независима от другой – они могли быть изданы и как два отдельных тома, – но все же они связаны между собой глубоким внутренним единством. Вторая часть – это тоже жизнеописание, однако оно не следует хронологической канве, а содержит биографические сведения, разделенные по различным темам.1 Центральное понятие второй части – Божественная Благодать. Для того чтобы Ее стяжать, Старец сначала подъял борьбу против страстей и греха и впоследствии явился «добрым строителем различным Благодати Божия» (См.: 1Пет. 4, 10)

В тематическом блоке «Добродетели» различные случаи из жизни Старца описываются так, чтобы читатель мог извлечь для себя практическую пользу. Они разделены по главам, основное содержание которых составляет добродетель, поставленная в название каждой главы. Учение Старца о той или иной добродетели в главы не включено – за исключением немногих лаконичных и наиболее характерных отрывков. Однако там, где было необходимо что-то подчеркнуть, для того чтобы лучше показать дух Старца, отрывков из его поучений приводится больше.

О проявлениях дарований Старца – многообразных и сверхъестественных – ярко свидетельствуют другие люди и поступки самого отца Паисия. Из множества свидетельств были выбраны немногие – наиболее показательные. Эти свидетельства, также разделенные по тематическим главам, приводятся без комментариев – за исключением случаев, где пояснения были необходимы.

Масштабы, глубину и достоинство Приношения Старца миру было бы невозможно описать и объективно оценить на немногих страницах этой книги. Имея в себе разнообразие Божественных дарований, Старец естественно и непринужденно, без человеческих потуг и надрывных усилий передавал богатство Божественной Благодати погибающим от голода душам. В нашей книге упоминаются лишь некоторые из сторон его Приношения – то, в чем он особенно помог людям.

Желая избежать неточностей и ошибок, мы представили написанное нами на суд и проверку духовных чад Старца Паисия и других отцов. Выражаем многую благодарность и признательность нашим духовным братьям за сделанные ими исправления и дополнения. Их помощь в работе над книгой шла от всего сердца и была существенной. Без нее «Житие» Старца вышло бы очень несовершенным и содержало бы много ошибок.

Мы благодарны братьям и сестрам, принявшим участие в работе над книгой и предоставившим в наше распоряжение различные сведения, а также всем, кто проверял и правил текст, потратив много времени и труда ради того, чтобы эту работу закончить. Выражаем также признательность тем, кто старался сделать издание лучше и содействовал его выходу в свет через десять лет после кончины Старца.

Особую благодарность выражаем нашему многоуважаемому Старцу Григорию, постриженику Старца Паисия и духовнику женского монастыря Честного Предтечи в селении Метаморфоси на Халкидике, за то, что он всячески поддерживал нас во время работы над книгой и взял на себя издержки, связанные с типографскими и другими расходами по греческому изданию настоящего «Жития».

Считаем необходимым сделать некоторые замечания, облегчающие читателю знакомство с книгой.

Многое из действий и слов Старца становится понятным из общего контекста его жития. Не следует нерассудительно обобщать все, что говорил Старец. Некоторые его слова были произнесены по конкретному случаю и не предназначались для всех. Как говорил сам Старец: «Одно и то же лекарство может принести и пользу, и вред – в зависимости от организма человека».

В книге говорится об отношении Старца к различным общецерковным, национальным, общемонашеским и другим проблемам. Необходимо подчеркнуть, что позиция Старца была совершенно духовной и бесстрастной. Поэтому и в книге эти вопросы освещаются без малейшего желания кого бы то ни было задеть или скомпрометировать.

Свидетельства очевидцев помещены в книгу в том виде, в каком они были нам переданы. Некоторые обширные свидетельства были сокращены без изменения общего смысла. Были учтены желания тех, кто подавал свидетельства с просьбой не называть их имени.

Даты приводятся по старому стилю. Там, где дата приводится по новому стилю, стоят буквы: «н. ст.».

Заканчивая вводную часть, признаемся в том, что на этих страницах мы не в состоянии по достоинству выразить Старцу нашу признательность и благодарность за все то, что он нам дал. Мы можем лишь сердечно просить его простить нас, если в чем-то мы согрешили против его любви, и в особенности за то, что дерзнули издать его «Житие». Однако просим Старца молиться о том, чтобы Бог просветил умы читающих эту книгу, чтобы они поняли ее правильно и получили духовную пользу. Осознавая свои несовершенства и недостатки, мы с благодарностью примем любые замечания и советы, происходящие от стремления к более ясному проявлению истины.

Если читатель встретит в описании благоуханных подвигов Старца какие-то ошибки, то виноват в них не Старец Паисий и не его биограф отец Исаак, но те, кто завершил работу над этой книгой и ее издал.

Однако если чья-то душа, согревшись огнем подвигов Старца Паисия, сама начнет духовную борьбу, то пусть она прославит покланяемое имя Великого Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, «Ему же слава и поклонение со Отцем и Святым Духом во веки. Аминь».

Иеросхимонах Исаак (Атталах)

16 июля 1998 года отошел ко Господу иеросхимонах Исаак – ученик преподобного Паисия Святогорца, автор первого и самого полного его жизнеописания. В одной из глав этой книги отец Исаак упомянул и о себе, но вскользь и в третьем лице. Именно он был тем монахом, которому старец Паисий при постриге дал имя одного из самых почитаемых им святых – преподобного Исаака Сирина.

Старец Паисий руководил своим послушником в духе истины, согласно правилу, которое гласит: истинный наставник приводит душу не к себе, а к Богу. Отец Исаак в свою очередь оказал совершенное послушание: он в полноте усвоил учение своего старца и сделал своим даже образ его мыслей. При этом отец Исаак остался абсолютно самостоятельной и независимой личностью, с уникальным духовным характером. Ученики говорят, что он был αὐτόφωτος (автофотос) – в буквальном переводе: «самосветящимся», то есть излучал свой собственный духовный свет. У отца Исаака не было какого-то культа старца Паисия, никогда он не подражал ему внешне: не копировал манеры поведения, жесты, слова и тому подобное. Его послушание было здравым, христоцентричным и рассудительным. Отец Исаак не цитировал, он воспринял самую сущность учения старца и поэтому стал способен говорить свое слово, пережитое опытно.

«Помните главное: что бы вы ни избрали, делайте это свято”

Позже, когда отец Исаак сам стал старцем монашеского братства, он и своих послушников учил подлинному послушанию, воспитывал их полноценными духовными личностями. Когда кто-то из его братства принимал важное жизненное решение и советовался с отцом Исааком, тот отвечал: «Божия воля о вас – это то, чего жаждет ваше сердце. Будьте независимыми от чужого мнения… Бог уважает свободную волю. Я хочу видеть вас спокойными, радостными и духовно преуспевающими. Это лучше, чем быть под давлением кого-то или чего-то… Однако помните главное: что бы вы ни избрали, делайте это свято».

Иеросхимонах Исаак (Атталах)

Отец Исаак пришел на Святую гору Афон в 1978 году, оставив родину – Ливан. Он родился в деревушке неподалеку от Бейрута в 1938 году. Его семья была православной и благочестивой, отец с детских лет пел в церкви. Благодаря семье Фарес Атталах – такое имя дали отцу Исааку родители – полюбил Христа и Его Церковь. С детства Фарес любил уединение и молитву, а в 14 лет тайком ушел из дома в монастырь пророка Илии, за 5 километров от дома, но отец вскоре разыскал его и вернул домой. После окончания начальной школы в родной деревне Фарес выучился на плотника и работал в Бейруте. Каждый вечер, окончив работу, он шел в Школу византийского пения, которой управлял протопсалт Антиохийской Церкви.

«Если и весь мир будет моей собственностью, я даже не взгляну на него… Моя жизнь не здесь, но в монастыре”

1962 год отец Исаак впоследствии вспоминал как время своего истинного рождения. Летом того года он уволился с работы в самом роскошном отеле Бейрута и вернулся в свою деревню. С собой у него была сберегательная книжка со значительной по тем временам суммой: 3000 лир. Отдавая ее отцу, Фарес сказал: «Я бы хотел, чтобы вы разделили эти деньги между всеми членами семьи. А мне не нужно ничего, я буду монахом». Ошеломленный, опечаленный отец спросил сына: «Скажи, какие ценности этого мира нужны тебе, чтобы ты остался?» Фарес ответил: «Если и весь мир будет моей собственностью, я даже не взгляну на него… Моя жизнь не здесь, но в монастыре». Отец пытался уговаривать его, давил на самые болевые точки, говорил, что семья нуждается в заботе Фареса, но всё было напрасно. В тот же день Фарес покинул родной дом и в сопровождении брата Антония уехал в монастырь Успения Пресвятой Богородицы в регион Кура, на северо-западе Ливана. Это был полуразрушенный монастырь, в котором проживали всего два насельника: игумен Юханна (Мансур), позднее митрополит Лаодикийский, и еще один монах. Когда Антоний к вечеру вернулся домой, отец спросил его, в каком монастыре остался Фарес. Антоний ответил и прибавил: «Я уверен, что Фарес, поработавший в роскошном отеле, не проживет в этих развалинах больше двух-трех дней. Увидите, он возвратится домой». Тогда отец внимательно посмотрел на него и сказал: «Нет, трудности его не остановят… Он больше не вернется».

В монастыре Фарес показал себя искренним, ревностным монахом. Игумен Юханна направил его в богословскую школу в Баламанде, а в 1963 году Фареса посвятили в диаконы с именем Филипп. Затем, ведомый Промыслом Божиим, он продолжил свое богословское образование на острове Патмос, после чего, желая углубить знания, поступил на богословский факультет Фессалоникийского университета. В годы учебы он служил диаконом в кафедральном соборе святого Димитрия Солунского. Но главным событием того времени стало для отца Филиппа знакомство с монашеской жизнью Афона и со старцем Паисием, который стал его духовным отцом.

Преподобный Паисий Святогорец, епископ Афанасий (Евтич) и монах Исаак в монастыре Ставроникита (1970-е годы) Закончив учебу, отец Филипп возвратился в Ливан, принял сан священника и некоторое время служил в одном из монастырей. Разразившаяся гражданская война вынудила его покинуть обитель, а вскоре и Ливан и снова приехать в Салоники. Здесь судьба его решилась окончательно. В 1978 году он получил благословение митрополита гор Ливанских Георгия и отправился на Афон, чтобы остаться там навсегда. Отец Исаак вспоминал, как вскоре после прибытия на Святую гору один почтенный старец-святогорец спросил его: «Ваша страна произрастила столько святых, это родина великого Исаака Сирина, а вы пришли сюда учиться монашеской жизни?» Отец Исаак ответил: «Наши святые отцы перенесли свой духовный опыт на Афон, здесь он сохранился, и я пришел в это святое место, чтобы снова обрести его». Древнему православному духовному опыту отец Исаак приобщился через старца Паисия, который, по рассказам учеников отца Исаака, и был главной причиной его прихода на Святую гору. Чтобы быть рядом со старцем, отец Исаак поселился в монастыре Ставроникита, неподалеку от которого в келлии Честного Креста жил преподобный Паисий

Внезапно он оказался перед небольшой могилой, о существовании которой раньше не знал

Через год отец Исаак переселился в келлию Воскресения Христова, в местности Капсала, также не очень далеко от келлии старца Паисия и от Кариеса, столицы Афона. Четыре года провел он в этой келлии в полном одиночестве. Здесь на него обрушились сильные скорби и искушения, которые не прекращались ни на миг и понуждали его оставить уединение. Борьба была жестокой. Однажды отец Исаак, изнуренный помыслами, прохаживался вокруг своей келлии. Внезапно он оказался перед небольшой могилой, о существовании которой раньше не знал. Некоторое время он стоял и смотрел на нее, молясь и думая о смерти. И вдруг, словно луч света озарил его измученное сердце, оно наполнилось спокойствием и мужеством, а все помыслы рассеялись. «Я умру здесь», – произнес он решительно. С тех пор искушения отступили навсегда, а память о смерти уже не покидала его сердца. Чтобы хранить и развивать ее, отец Исаак вырыл для себя могилу в саду келлии.

«Чтобы внутренняя духовная радость не прекращалась, ее не следует проявлять во вне каким-либо энтузиазмом, ее надо скрывать от других”

По свидетельству святых отцов, память смертная учит всякой добродетели, она охраняет от греха и дарует вкушение благобытия с Богом. Отец Исаак настолько проникся смертной памятью, что, по воспоминаниям учеников, его постоянным настроением было пасхальное. И это невозможно было скрывать, хотя сам отец Исаак всегда стремился хранить свою духовную жизнь в тайне. Своим ученикам он говорил: «Мы не должны давать объявлений о том, что мы делаем… Тайна монаха – его духовная жизнь… Чтобы внутренняя духовная радость не прекращалась, ее не следует проявлять во вне каким-либо энтузиазмом, ее надо скрывать от других». Отец Исаак избегал самой малейшей известности, особенно он не хотел, чтобы его считали преемником старца Паисия, поэтому даже его имя он редко произносил. Однажды некий мирянин, духовный сын отца Исаака, рассказал, как во время молитвы ему явилось какое-то чудовище, но он призвал своего старца, и оно исчезло, а сердце его исполнилось духовной радости. Отец Исаак объяснил, что причина произошедшего – правильное отношение послушника к старцу, а не добродетели последнего. И добавил: «Если вы будете возвеличивать меня, то Бог, даже против вашей воли, откроет вам мои грехи, и вы увидите, что я грешнейший из людей».

Ученики говорят, что отец Исаак жил по принципу: «Всему свое время, и время всякой вещи под небом» (Еккл. 3: 1). Один из монахов его братства вспоминал: «Когда он посылал меня в Кариес за покупками или на почту или за чем-то еще, он говорил, чтобы я шел, слегка склонив голову и молясь про себя, и не «ловил” возможность поболтать с кем-нибудь, кроме как по порученному делу. Он настаивал, чтобы я шел в Кариес не по главной дороге, а тропинками. И особенно подчеркивал: «В Кариесе не будь общителен. Будь приветлив, но строг”. И напротив, когда он посылал меня помочь какому-нибудь немощному старчику, то благословлял беседовать и расспрашивать его, чтобы услышать какие-нибудь полезные рассказы из афонской жизни…

Свободно и рассудительно отец Исаак подходил и к вопросам монашеского устава, всегда он следовал духу, а не букве. Например, время от времени по уставу нашей келлии мы хранили полное молчание в течение целого дня. Но если ради душевной пользы требовалось поговорить, то мы прерывали молчание. Отец Исаак очень уважал уставы монастырей и келлий, куда мы ходили в праздники на бдения, и всегда им следовал. В случае же необходимости он открыто высказывал свое мнение по тем или иным уставным правилам. Как-то раз мы пришли в один монастырь. Было Вербное воскресенье. На тот год выпала ранняя Пасха, поэтому в монастырском храме было холодно. После службы отцы монастыря сказали папе-Исааку: «Отче, как же мы окоченели на бдении!” «А почему вы не затопили печку?” – поинтересовался отец Исаак. Те ответили, что, по уставу их обители, начиная с Вербного воскресенья печи не топят. Тогда отец Исаак сказал: «Благословенные отцы! Это правило «заржавело»!”».

Вот еще несколько наставлений, свидетельствующих об основательности ума и даре духовного рассуждения отца Исаака.

«Сами наши грехи могут стать орудием против дьявола». Конечно, отец Исаак не призывает грешить. Он говорил о всепобеждающей силе добра, которое само зло может поставить на служение благу через покаяние, молитву и смирение.

О монашестве: «Сначала монах должен надеть рясу «внутреннюю”, а затем уже «внешнюю”».

«Простые в духовном смысле – самые умные. Потому что они заняты только тем, что способствует их духовному прогрессу”

В связи с необходимостью «неразмышляющего» послушания старцу отец Исаак говорил: «Простые в духовном смысле – самые умные. Потому что они заняты только тем, что способствует их духовному прогрессу».

Своему послушнику он давал наставление, как добиться большей эффективности труда и сделать повседневную рутину источником освящения: «Лучше работать медленно и с терпением, творя умом молитву и рукой – крест, чем торопиться, боясь не успеть…»

О молитве: «Имей добрые помыслы, а молитву без помыслов».

«Когда будешь иметь действенную любовь, терпение, прощение и другие добродетели, тогда увидишь «пришествие” и молитва в сердце потечет свободно и без усилий».

Отец Исаак предупреждал об опасности финансового порабощения Греции еще в 1983 году

Благоразумно и трезво отец Исаак смотрел и на программу экономической «помощи», которую Евросоюз начал оказывать Греции и Афону. Он понимал, чем всё это в итоге обернется, и предупреждал об опасности финансового порабощения еще в 1983 году, спустя всего пару лет после присоединения Греции к Европейскому экономическому сообществу. Летом того года к отцу Исааку в келлию пришли два монаха – антипросопы крупных монастырей. Они радостно сообщили, что Европа приняла решения финансово помогать Греции и выделяет отдельные средства на реставрацию афонских монастырей. Антипросопы весело спрашивали отца Исаака, что он хочет сделать в своей келлии и сколько ему для этого нужно денег. Некоторое время отец Исаак потрясенно молчал, а затем ответил с большим чувством, которое можно назвать «духовным гневом», надеясь таким образом пробудить их разум и совесть: «Отцы, неужели вы не понимаете, что происходит?! Вас соблазняют европейские деньги, которых мы не заработали?! Неужели вы не понимаете, что всё это делается для того, чтобы завладеть умами и совестью греков?! Нашу родину завоевывают! Вы что, этого не видите?!» О деньгах для Афона отец Исаак сказал: «Таким способом они подбираются, чтобы овладеть Святой горой. А потом обяжут нас исполнять их приказы, пустить сюда женщин! Не соблазняйтесь, отцы! Это – троянский конь для нашего отечества!!!» Но монахи только улыбнулись «причудам» старца, который, по их мнению, не оценил душевного порыва европейских друзей с их безвозмездной, как они полагали, помощью великой Греции – родине европейской цивилизации и демократии.

О том, что же в действительности могла бы принести Греция в современную Европу, сам старец Исаак говорил: «Единственное, что может явить Греция Европе, – это Православие. Но боюсь, и я говорю это с болью, современные греки не в состоянии исполнить свою миссию. Клетка Православия в их организмах едва жива».

Будучи духовником, исповедуя множество людей в Греции и на Ближнем Востоке, отец Исаак хорошо знал душу современного человека. Малоутешительно было это познание: «У современного человека, – говорил отец Исаак, – всё внимание поглощено разнообразными вещами, так что он не имеет и секунды, чтобы вспомнить о Боге. А те, которые всё же стремятся быть в союзе с Церковью, совсем не чувствуют нужды в благодати Святого Духа, не ищут реального единения с Богом».

«Смеяться нам – преждевременно. Будем хранить сокрушение сердца, пока не придет к нам духовный смех”

Видеть страдание и неблагополучие мира и в то же время обладать «пасхальной» радостью, о которой рассказывали послушники отца Исаака, – как это могло сочетаться в одном человеке? Такой вопрос задали однажды самому отцу Исааку: «Непостижимо, как личная духовная радость сочетается с печалью о мире, – ответил он. – Бог тайно утешает того, кто молится, страдает за мир и помогает людям. Бог утешает с такой силой, что от избытка божественной сладости человек забывает обо всем, даже о первоначальной цели своей молитвы». Еще он говорил: «Кто преуспевает в христианской жизни, тот исполняется радости и мира». Наверное, эти слова могут быть правильно поняты только тем, кто сам переживал посещение Благодати и подлинно духовную радость. Сам отец Исаак шел к ней путем трезвения, послушания и самоотвержения. Чтобы не принять фальшивку за истину, он честно и четко отличал земную радость от радости, нисходящей свыше, и отрекался от первой ради второй: «Смеяться нам – преждевременно, – говорил он. – Будем хранить сокрушение сердца, пока не придет к нам духовный смех».

«Обо всех я думаю хорошо», – однажды сказал отец Исаак ученику. Незатейливые слова, но жить и говорить так невозможно, как только Духом Святым, поскольку не плоть и кровь открывают это, но Отец, сущий на Небесах. Из подобных простых изречений состоят «Древние патерики», запечатлевшие опыт святых отцов, подвизавшихся на родине отца Исаака – в пустынях Ближнего Востока. Сегодня человек часто отмахивается от этого опыта, полагая его недоступным ни для понимая, ни уж тем более для воспроизведении в жизни.

Но вот, в тех же духе и силе говорит наш современник – ученик преподобного Паисия, «самосветящийся» папа-Исаак, свидетель истинности, силы и вечной юности православной духовной традиции, для приобщения которой он когда-то и пришел на Афон.

Иеросхимонах Исаак (Атталах)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *